АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

29 октября 2024 года

Дело №

А56-67001/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Бычковой Е.Н., Яковлева А.Э.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 16.02.2023), от ООО «Торговый дом «Промжелдор» ФИО3 (доверенность от 08.10.2022),

рассмотрев 24.10.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Промжелдор», ФИО4, ФИО1 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.02.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2024 по делу № А56-67001/2023,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «ПРОМЖЕЛДОР», адрес 129626, Москва, улица Павла Корчагина, дом 2/1, квартира 139, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания) обратилось в суд с иском к ФИО1 (поселок Левашово, Санкт-Петербург); ФИО4 (Санкт-Петербург); обществу с ограниченной ответственностью «ПГС СТОР», адрес: 195027, Санкт-Петербург, улица Магнитогорская, дом 30, литера А, помещение 7-Н, офис 714, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; обществу с ограниченной ответственностью «ПГС СК», адрес: 195027, Санкт-Петербург, улица Магнитогорская, дом 30, литера Б, помещение 223, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 2 915 949 руб. 42 коп. солидарно.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица привлечено общество с ограниченной ответственностью «ПЕТРОГРАДСТРОЙ», адрес: 195027, Санкт-Петербург, улица Магнитогорская, дом 30, литера А, помещение 5-Н, офис 530 (далее – Общество). 

Решением от 06.02.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2024, иск удовлетворен частично, ФИО1 и ФИО4 солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества перед Компанией в размере 2 915 949 руб. 42 коп. 

В кассационной жалобе Компания просит отменить решение от 06.02.2024 и постановление от 02.07.2024 в части отказа в удовлетворении заявления в отношении ООО «ПГС СТОР» и ООО «ПГС СК», принять в этой части новый судебный акт о привлечении указанных юридических лиц к субсидиарной ответственности в пользу Компании в размере 2 915 949 руб. 42 коп.

Податель жалобы настаивает на том, что ООО «ПГС СТОР» и ООО «ПГС СК» являются контролирующими  Общество лицами, поскольку приобрели выгоду за счет последнего  в результате недобросовестного поведения его руководителей; ответчики не представили доказательств, что избранная ими модель ведения бизнеса отвечала критериям разумности и добросовестности, а полученная ООО «ПГС СТОР»  и ООО «ПГС СК» экономическая выгода не связана с переводом на этих лиц бизнеса Общества.

В кассационных жалобах ФИО1 и ФИО4 просят отменить решение от 06.02.2024 и постановление от 02.07.2024 в части привлечения каждого из них к субсидиарной ответственности, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По утверждению подателей жалоб, задолженность Общества перед Компанией образовалась в обычной предпринимательской деятельности и не связана с недобросовестными или неразумными действиями контролирующих должника лиц.  Общество было готово выполнить принятые на себя обязательства в пользу Компании по договору подряда, но последняя отказалась от исполнения договора; совершения ими экономически невыгодных сделок от имени Общества не установлено; ООО «ПГС СТОР» создано задолго до возникновения обязательства Общества перед Компанией и осуществляло хозяйственную деятельность одновременно с Обществом, виды деятельности указанных лиц не совпадали. В представленной в материалы дела выписке по банковскому счету отражено предоставление денежных средств ООО «ПГС СТОР» в пользу Общества; Общество приобретало у ООО «ПГС СТОР» материалы на условиях возмездности;  ООО «ПГС СТОР» и ООО «ПГС СК» были созданы для оптимизации бизнеса. 

Как указывают податели жалоб, Общество приступило к погашению задолженности перед Компанией, а причиной невозможности дальнейшего ее погашения послужило обращение кредитора в суд с иском. 

ФИО1 подтверждает, что единственный участник Общества ФИО4 фактически его деятельностью не руководила, ее участие в органах управления должника имело номинальный характер.  Договор подряда между Обществом и Компанией не являлся крупной сделкой, и не выходил за пределы обычной хозяйственной деятельности. 

В судебном заседании представители подателей жалоб поддержали их доводы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационных жалоб. 

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 06.10.2014, основным видом деятельности указано строительство жилых и нежилых зданий. 

Руководителем Общества (генеральным директором) с момента его создания указан ФИО1, единственным участником Общества с долей участия 100% - ФИО4 

Между Компанией (заказчик) и Обществом (подрядчик) был заключен договор от 07.09.2017 № 17/0917/кс (далее – Договор), по условиям которого Общество приняло на себя обязательства по выполнению работ по строительству жилого дома по адресу: Московская область, Пушкинский район, Микрорайон Клязьма, улица Пушкинская, до 28. 

Датой окончания работ по Договору в пункте 1.3 указана – 01.05.2018; окончательная стоимость работ определена в дополнительном соглашении от 23.11.2017 № 1 к Договору в размере 8 502 423 руб. 42 коп. 

 Работы выполнялись Обществом с нарушением срока, а также требований к их качеству. Со ссылкой на наличие дефектов часть работ не была принята Компанией. 

Компания обратилась с иском к Обществу о взыскании неустойки за нарушение срока выполнения работ по Договору, устранения дефектов по нему и  неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2021 по делу         № А40-208147/19-3-1409, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2021 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.11.2021, с Общества в пользу Компании взыскано 1 840 166 руб. 02 коп. неосновательного обогащения;      95 688 руб. 84 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами; 757 116 руб. договорной неустойки; возмещение ущерба в размере 58 000 руб. в виде расходов на вывоз мусора. Также взысканы судебные расходы в размере 10 000 руб. на оплату услуг представителя и 29 334 руб. 31 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

Поскольку задолженность не была погашена, 12.12.2022 Компания обратилась в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.06.2023 по делу № А56-125190/2022. 

При обращении в суд кредитор указал, что в ходе исполнительного производства по взысканию задолженности с должника взыскано лишь      174 356 руб. 64 коп. Кроме того, решением Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2019 по делу № А40-154994/18-151-1088 отказано в удовлетворении иска Общества к Компании об обязании произвести приемку работ и о взыскании стоимости неиспользованных материалов, в связи с чем определением от 13.07.2020 по указанному делу с Общества в пользу Компании взыскано     100 000 руб. в возмещение судебных расходов. Таким образом, общий размер неисполненных обязательств перед кредитором составил 2 915 949 руб. 42 коп. 

Определением от 01.06.2023 по делу № А56-125190/2022 производство по делу о банкротстве Общества было прекращено. Суд принял во внимание пояснения должника в судебном заседании об отсутствии у Общества имущества и средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства, в подтверждение чего представлена выписка с расчетного счета об отсутствии денежных средств. 

Обращаясь в суд о привлечении контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности, Компания ссылалась на то, что контролирующие должника лица умышлено прекратили его хозяйственную деятельность, переведя денежные потоки на вновь созданные юридические лица – ООО «ПГС СТОР»  и ООО «ПГС СК». 

Истец указывает, что по состоянию на 2017 – 2018 годы в Обществе работало пять человек, активы должника по данным бухгалтерского баланса по итогам 2017 года составляли 10 918 000 руб., из которых 1 753 000 руб. запасы; 9 151 000 руб. – прочие оборотные активы. До октября 2018 года Общество вело активную хозяйственную деятельность. 

После указанной даты деятельность должника прекратилась: с сентября 2018 года активы Общества переведены на ООО «ПГС СТОР», работники уволены; расторгнуты договоры с поставщиками материалов, договор аренды склада; с ноября 2019 года договор аренды офисных помещений перезаключен на минимальные площади; с 01.08.2021 прекращает работать страница сайта должника, по обращению на эту страницу производится переадресация на сайт ООО «ПГС СТОР».

Как полагал истец, указанные действия были связаны с заявлением Компании 30.10.2018 о расторжении Договора и возврате аванса. 

Как следует из представленных в материалы дела выписок из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ООО «ПГС СК» создано в качестве юридического лица с 19.03.2021, с основным видом деятельности – торговля розничная прочими строительными материалами, не включенными в другие группировки специализированных магазинах. 

С момента создания руководителем Общества и его единственным участником с долей участия 100% указан ФИО1 

ООО «ПГС СТОР» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.06.2018, основным видом деятельности Общества указана торговля розничная прочими строительными материалами, не включенными в другие группировки специализированных магазинов. 

С момента создания генеральным директором Общества является ФИО1, участником Общества с долей участия 100% - ФИО4

Как следует из пояснений участвующих в деле лиц, ФИО1 и ФИО4 являются супругами.

Частично удовлетворяя требования по отношению к ФИО1 и ФИО4 суд первой инстанции пришел к выводу о том, что невозможность погашения обязательств перед Компанией возникла вследствие отсутствия надлежащего контроля указанных ответчиков за деятельностью Общества; контролирующие должника лица объективных экономических оснований прекращения деятельности Общества не подтвердили. 

В отношении ФИО4 суд отметил, что номинальный характер участия лица в органах управления организации не освобождает от ответственности за деятельность этой организации.

В отношении требований к ООО «ПГС СТОР» и ООО «ПГС СК» суд отказал с выводом о том, что указанные юридические лица полностью подконтрольны  супругам ФИО5, и на доли участия в них может быть обращено взыскание в случае, если ответчики добровольно не исполнят судебный акт о взыскании 2 915 949 руб. 42 коп.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалоб, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц в случае их вины в невозможности осуществить расчет с кредиторами.

Наличие вины контролирующего должника лица и причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и негативными последствиями в виде несостоятельности должника является обязательным условием для применения указанной ответственности.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 22 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Порядок квалификации действий контролирующего должника лица на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности (банкротства) организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление        № 53), согласно которому под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Положениями пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве также предусмотрено право на обращение о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности после прекращения производства по делу о банкротстве.

Исходя из правовой позиции сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» (далее - Постановление № 6-П), лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21.05.2021 № 20-П, от 16.11.2021 № 49-П).

Привлечение к субсидиарной ответственности на основании исследуемых норм возможно, только если судом установлены все условия для привлечения к гражданско-правовой ответственности, т.е. когда невозможность погашения долга возникла в результате неразумного, недобросовестного поведения контролирующих организацию лиц и по их вине.

При этом, как из положений об ответственности за нарушение обязательств, так и из норм об ответственности за причинение вреда (деликтной) вытекает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство или причинившим вред (пункт 2 статьи 401 и пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

При обращении в суд с основанным на подпункте 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, когда производство по делу о банкротстве прекращено судом на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства), доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших должника, объективно затруднено.

Аналогичная ситуация складывается и в случае прекращения производства по делу о банкротстве на стадии процедуры наблюдения, до совершения арбитражным управляющим действий по формированию конкурсной массы, выявлению экономически необоснованных сделок должника.

Если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 Постановления № 53).

На контролирующих должника лиц возлагается бремя опровержения наличия их вины в банкротстве должника, а также того обстоятельства, что они предприняли все зависящие от них действия в отношении контроля за деятельностью должника исходя из рискового характера предпринимательской деятельности.

Суды, дав оценку представленным в материалы дела доказательствам в их совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ установили, что с 2018 года ответчики в отсутствие объективных экономических причин перестали осуществлять организацию хозяйственной деятельности Общества, направленной на извлечение прибыли. 

Контролирующие должника лица (податели кассационных жалоб) доказательств обратного, равно как и объективных экономических причин прекращения деятельности Общества, не представили.

Прекращение деятельности Общества совпало по времени с предъявлением претензии Компании об исполнении Обществом возникших у него денежных обязательств, которые, очевидно, не могли быть исполнены в связи с утратой должником имущества и прибыли.

Отсутствие презумпций, установленных пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не исключает возможности доказывания вины контролирующих должника лиц в невозможности осуществления расчетов с кредиторами по общим правилам части 1 статьи 65 АПК РФ. В данном случае такие доказательства представлены. 

Исходя из изложенного, суды пришли к обоснованному выводу о наличии ответственности у участников органов управления должника по обязательствам Общества перед Компанией.

Правильно применив разъяснения пункта 6 Постановления № 53, суды отклонили доводы ФИО4 о номинальном характере ее участия в управлении Обществом, как не являющиеся основанием для освобождения ее о ответственности.

Вопреки утверждению истца, им не представлено конкретных доказательств того, что бизнес Общества был переведен на ООО «ПГС СТОР»  и ООО «ПГС СК», а не прекратился. Обоснования осуществления указанными ответчиками деятельности, аналогичной деятельности должника, передачи указанным организациям основных средств, которые использовались ответчиков в хозяйственной деятельности со ссылкой на имеющиеся в материалах дела доказательства не приведено.

Наличие под контролем ФИО4 и ФИО4 иных юридических лиц не является достаточным основанием для заключения о том, что указанные лица являются выгодоприобретателями за счет Общества. В удовлетворении требования к ООО «ПГС СТОР» и ООО «ПГС СК» отказано обосновано. 

Принятые по делу судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

На основании положений статьи 110 АПК РФ, в связи с отказом в удовлетворении кассационных жалоб, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом кассационной инстанции остаются на их подателях. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.02.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2024 по делу № А56-67001/2023 оставить без изменения, кассационные жалобы кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Промжелдор», ФИО4, ФИО1 - без удовлетворения.  

 

Председательствующий

 

И.М. Тарасюк

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

 А.Э. Яковлев