АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-49189/2021

г. Краснодар

04 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 октября 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Ташу А.Х., судей Бабаевой О.В. и Трифоновой Л.А., при ведении протокола помощником судьи Дубницкой Д.А. и участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Инвестгрупп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 25.07.2023), от ответчика (посредством веб-конференции) – индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 320784700183740) – ФИО3 (доверенность от 02.11.2022), в отсутствие соответчика – общества с ограниченной ответственностью «Мегаполисинвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), третьих лиц – общества с ограниченной ответственностью «Ампир», ФИО4, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства посредством размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.03.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2023 по делу № А32-49189/2021, установил следующее.

ООО «Инвестгрупп» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Мегаполисинвест» (далее – компания) и индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель) о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 19.11.2018 (далее – договор цессии), заключенного ответчиками, в отношении прав займодавца по договору займа от 26.09.2017, заключенному обществом и компанией.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Ампир» и ФИО4

Решением от 31.03.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 29.06.2023, договор цессии признан недействительным. С предпринимателя в пользу общества взыскано 6 тыс. рублей судебных расходов.

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты и отказать в удовлетворении иска. По мнению заявителя, предъявленный обществом иск не преследовал цель применения последствий недействительности договора цессии, то есть признания задолженности истца, взысканной в рамках дела № А56-91221/2020, перед компанией (взамен предпринимателя), поэтому положение абзаца первого пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) в данном случае не применимо. При предположении иного – замена кредитора по судебному акту – такой случай (предъявление иска иным лицом, не являющимся стороной сделки) в законе не предусмотрен. Непредъявление компанией иска к обществу, основанного на договоре займа от 26.09.2017, при его процессуальном участии в деле № А56-91221/2020 в качестве третьего лица свидетельствует об отсутствии неопределенности во взаимоотношениях компании (первоначальный кредитор), предпринимателя (новый кредитор) и общества (должник), основанных на договоре займа от 26.09.2017 с учетом договора цессии. Вопрос о надлежащем кредиторе по договору займа от 26.09.2017 при рассмотрении дела № А56-91221/2020 перед арбитражным судом не ставился. Постановка данного вопроса истцом в рамках рассматриваемого дела свидетельствует о злоупотреблении обществом правом. Оспариваемому договору цессии как доказательству заключения ответчиками соглашения об уступке права требования к обществу уже дана надлежащая оценка Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в деле № А56-91221/2020. Факт фальсификации договора цессии (подписание его не ранее 2021 года) опровергается представлением этого договора предпринимателем 15.10.2020 в дело № А56-91221/2020. Экземпляр договора цессии, предназначенный предпринимателю и положенный в основание иска и решения от 19.03.2021 по делу № А56-91221/2020, не являлся предметом экспертного исследования по данному делу. Однако суды не учли данное обстоятельство.

В отзыве общество просит оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

До судебного заседания от предпринимателя поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с невозможностью его явки для личного участия.

Рассмотрев ходатайство, суд кассационной инстанции указывает следующее.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине. Арбитражный суд также может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса (часть 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства.

Предприниматель извещен о времени и месте судебного заседания, что подтверждается содержанием ходатайства. Обязательное его личное участие в судебном заседании суда кассационной инстанции не требуется, поскольку окружной суд проверяет правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и соблюдения норм процессуального права, а также соответствие сделанных ими выводов фактическим обстоятельствам спора и имеющимся в деле доказательствам (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Представление в суд кассационной инстанции новых доказательств нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено. Более того, представитель предпринимателя участвует в судебном заседании, в связи с чем может дать пояснения относительно доводов кассационной жалобы.

При таких обстоятельствах суд округа считает, что ходатайство об отложении судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы удовлетворению не подлежит.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, 26.09.2017 компания (займодавец) и общество (заемщик) заключили договор займа, согласно которому займодавец по мере требования передает заемщику сумму займа в размере 15 млн рублей, а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа в срок до 31.12.2018, уплатив проценты за пользование суммой займа из расчета 6% в год.

26 сентября 2017 года компания и ООО «Ампир» заключили договор поручительства, согласно которому поручитель обязуется отвечать перед займодавцем за исполнение обществом его обязательств по возврату займа.

Дополнительным соглашением от 29.09.2017 к договору займа от 26.09.2017, заключенным компанией и обществом, стороны внесли изменения в предмет договора, соответствующий раздел договора изложен в следующей редакции: «По настоящему договору займодавец передает заемщику заем в сумме, равной 30 млн рублей, а заемщик обязуется вернуть полученную от займодавца сумму в обусловленный договором срок. Заем, предоставляемый по настоящему договору, передается заемщику по мере требования. За пользование суммой займа заемщик обязан уплатить займодавцу проценты из расчета 6 процентов в год. Проценты выплачиваются после возврата всей суммы займа по договору».

Кроме того, дополнительным соглашением от 29.09.2017 к договору займа от 26.09.2017 предмет договора изложен в следующей редакции: «По настоящему договору займодавец передает заемщику заем в сумме, равной 45 млн рублей, а заемщик обязуется вернуть полученную от займодавца сумму в обусловленный договором срок. Заем, предоставляемый по настоящему договору, передается заемщику по мере требования. За пользование суммой займа заемщик обязан уплатить займодавцу проценты из расчета 6 процентов в год. Проценты выплачиваются после возврата всей суммы займа по договору».

В дальнейшем стороны также заключили дополнительное соглашение от 01.11.2017 к договору займа от 26.09.2017, которым предмет договора изложен в следующей редакции: «По настоящему договору займодавец передает заемщику заем в сумме, равной 200 млн рублей, а заемщик обязуется вернуть полученную от займодавца сумму в обусловленный договором срок. Заем, предоставляемый по настоящему договору, передается заемщику по мере требования. За пользование суммой займа заемщик обязан уплатить займодавцу проценты из расчета 6 процентов в год. Проценты выплачиваются после возврата всей суммы займа по договору».

С 28.09.2017 по 27.07.2018 компания перечислила на расчетный счет общества 337 532 тыс. рублей, что подтверждается представленными платежными поручениями. В графе «Назначение платежа» указано, что платежи совершаются в счет выплаты по договору займа от 26.09.2017.

В дальнейшем компания в лице ФИО4, действующей в качестве генерального директора, и предприниматель заключили договор цессии с указанной в договоре датой составления 19.11.2018, по условиям которого компания уступает, а предприниматель принимает права (требования) в полном объеме к обществу и ООО «Ампир», возникшие на основании договора займа от 26.09.2017 и дополнительных соглашений, в размере 337 532 тыс. рублей (основной долг), а также начисленных процентов.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.03.2021 по делу № А56-91221/2020 на основании договора займа от 26.09.2017 и дополнительных соглашений, а также договора цессии с общества в пользу предпринимателя взыскано 337 532 тыс. рублей задолженности, 41 867 845 рублей 56 копеек процентов за пользование займом, а также 200 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В обоснование заявленного требования о признании договора цессии недействительным истец ссылается на следующие обстоятельства: оспариваемый договор фактически совершен ориентировочно в 2021 году, при этом на дату подписания договора у ФИО4 отсутствовали полномочия действовать от имени компании без доверенности; договор цессии носит безвозмездный характер; по договору цессии компания якобы передала предпринимателю право (требование) в объеме, значительно превышающем объем прав (требований), которые могли возникнуть у цедента на основании договора займа; истец имеет законный интерес в оспаривании договора цессии по причине того, что данный договор повлек неблагоприятные последствия для общества, заключающиеся в принятии судебного акта о взыскании с него задолженности по договору займа от 26.09.2017 в пользу в пользу лица (предпринимателя), в действительности не являющегося кредитором истца по договору займа от 26.09.2017 (с учетом вывода о ничтожности договора цессии), при этом надлежащий кредитор (компания) не обращался в суд с иском к обществу о взыскании задолженности по договору займа.

Полагая, что договор цессии является недействительным, общество обратилось в арбитражный суд с иском.

На основании пунктов 1 – 2 статьи 382 Кодекса право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу части 1 статьи 384 Кодекса если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно пунктам 1 – 2 статьи 388 Кодекса уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

С целью проверки доводов истца о несоответствии указанной в договоре цессии даты составления договора (19.11.2018) фактической дате совершения договора суд первой инстанции назначил судебную экспертизу, производство которой поручено эксперту ФБУ «Северо-Западный РЦСЭ» Минюста России ФИО5

На основании представленного в материалы дела заключения эксперта от 15.09.2022 № 1570/05-3 в поступившем на экспертизу договоре цессии с датой составления 19.11.2018 имеющаяся подпись от имени генерального директора компании ФИО4 по времени исполнения не соответствует указанной в документе дате (2018 году). Подпись от имени ФИО4 выполнена вероятнее всего не ранее 2021 года; характер вывода обусловлен ограниченным объемом штрихов, пригодных для исследования, из-за особенностей расположения имеющихся оттисков в подшивке документов; в договоре цессии с датой составления 19.11.2018 время нанесения исследуемого оттиска печати с текстом в центре «Мегаполисинвест» не соответствует указанной в документе дате (2018 году). Исследуемый оттиск печати нанесен вероятнее всего не ранее 2021 года; характер вывода обусловлен ограниченным объемом штрихов, пригодных для исследования, из-за особенностей расположения имеющихся оттисков в подшивке документов; в договоре цессии с датой составления 19.11.2018 установить время выполнения подписи от имени предпринимателя, а именно решить вопрос о том, соответствует ли время выполнения данной подписи указанной в документе дате (2018 году), либо подпись выполнена в другой период времени и в какой именно, не представляется возможным по причинам, приведенным в исследовательской части заключения; в договоре цессии с датой составления 19.11.2018 признаки, свидетельствующие о нарушении условий документного хранения (то есть признаки, свидетельствующие о термическом, световом, химическом или каком-либо другом воздействии), не выявлены.

В письме ФБУ «Северо-Западный РЦСЭ» Минюста России от 03.03.2023 № 1570/05-3/22 с приложением письменных пояснений эксперта ФИО5 по поставленным судом дополнительным вопросам также указано, что экспертиза проведена в полном соответствии с требованиями методики «Определение давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей», разработанной в РФЦСЭ при Минюсте России, утвержденной Научно-методическим советом ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России от 13.03.2013 (протокол № 35); в экспертном заключении при обсуждении результатов исследования штрихов подписи от имени ФИО4 и штрихов оттиска печати указывается, что в исследуемом договоре за период между датами ГЖХ-анализа наблюдается значимое убывание относительно содержания основных летучих компонентов в штрихах указанных реквизитов (степень убывания 1.86 и 1.64 соответственно), что позволяет однозначно исключить их выполнение не только в 2018 году, но и в 2019 году (исходя из методики и судебной практики, таким образом, подпись от имени ФИО4 и оттиск печати в исследуемом документе не выполнены ни в 2018 году, ни в 2019 году); вероятностный вывод о возможном периоде выполнения подписи ФИО4 и оттиска печати компании (не ранее 2021 года) обусловлен ограниченным объемом штрихов, при этом временной интервал с октября 2020 года по январь 2021 года лежит в пределах погрешности измерений.

Таким образом, из пояснений эксперта ФИО5 по поставленным судом первой инстанции дополнительным вопросам следует, что эксперт смог прийти к однозначному выводу о том, что подпись ФИО4 и оттиск печати компании в договоре цессии в любом случае не выполнены ни в 2018 году, ни в 2019 году. Учитывая прекращение у ФИО4 полномочий руководителя компании в феврале 2019 года, соответствующий вывод эксперта позволяет утверждать, что по состоянию на фактическую дату заключения договора цессии ФИО4 уже не имела права действовать от имени компании без доверенности.

Кроме того, учитывая пояснения эксперта о том, что интервал с октября 2020 года по январь 2021 года лежит в пределах погрешности измерений, суды заключили, что выводы эксперта о выполнения подписи ФИО4 и оттиска печати компании вероятнее всего не ранее 2021 года не противоречат факту представления предпринимателем в октябре 2020 года копии договора цессии в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в приложении к иску о взыскании задолженности по договору займа.

Оценив заключение эксперта от 15.09.2022 № 1570/05-3 в совокупности с другими доказательствами, суды не установили оснований сомневаться в правильности и обоснованности выводов, сделанных экспертом. Лица, участвующие в деле, не заявили возражений относительно принятия заключения эксперта в качестве допустимого доказательства, ходатайств о назначении повторной и (или) дополнительной экспертизы не заявлено.

С учетом выводов, изложенных в заключении эксперта, а также дополнительных письменных пояснений, суды пришли к выводу о том, что договор цессии от имени генерального директора компании подписан ФИО4 и скреплен оттиском печати ответчика после 2019 года (ориентировочно с 2020 года по 2021 год).

При этом суды не приняли довод ответчика о том, что предприниматель направлял обществу копию договора цессии в 2019 году, так как доказательств, подтверждающих данный довод, в материалы дела не представлено (ранее представленные ответчиком уведомление, датированное 28.02.2019, с описью вложения в ценное письмо от 28.02.2019, а также претензия от 21.03.2019 с описью вложения в ценное письмо от 21.03.2019 с согласия предпринимателя исключены из числа доказательств после предъявления истцом заявления о фальсификации).

Из содержащейся в материалах дела выписки из ЕГРЮЛ от 23.10.2021 № ЮЭ9965-21-298826993 следует, что 01.03.2019 на основании протокола общего собрания участников компании от 22.02.2019 в ЕГРЮЛ внесены сведения о назначении генеральным директором ФИО6

Таким образом, протоколом общего собрания участников компании от 22.02.2019 полномочия генерального директора ФИО4 прекращены, следовательно, с указанного времени ФИО4 уже не вправе заключать какие-либо сделки от имени компании без доверенности. Доказательства того, что последующий руководитель ФИО6 уполномочил ФИО4 заключить договор цессии или впоследствии одобрил данную сделку, в материалах дела отсутствуют.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о том, что первоначальный кредитор по договору займа от 26.09.2017 (компания) не проявлял волю на заключение договора цессии, соответствующий договор совершен ФИО4 без ведома и участия компании.

О данном обстоятельстве также косвенно свидетельствует тот факт, что предприниматель не оплатил компании уступку прав по договору цессии.

Так, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.10.2021 у предпринимателя истребован подлинник договора цессии со всеми приложениями к нему.

Однако в ходе судебного заседания, состоявшегося 07.04.2022, представитель предпринимателя ФИО7 представил суду только подлинник договора цессии без каких-либо приложений (дополнительных соглашений) к нему. При этом из содержания договора цессии видно, что в нем отсутствует указание на цену уступки прав (требований) по договору займа. В пункте 3.1 договора лишь содержатся сведения о том, что за уступаемые права (требования) по договору займа цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере, определенном в дополнительном соглашении № 1 к договору цессии, которое в материалах дела отсутствует. То есть довод истца о безвозмездности договора цессии ответчик не опроверг.

Более того, конкурсный управляющий компании ФИО8 также указывает на то, что согласно бухгалтерской отчетности какие-либо денежные средства от предпринимателя на счета компании не поступали.

С учетом установленных обстоятельств суды пришли к выводу о том, что действительный кредитор общества по договору займа от 26.09.2017 (компания) не принимал участие в заключении договора цессии, соответствующий договор заключен от имени компании неуполномоченным лицом (ФИО4), следовательно, договор заключен с нарушением закона и, как следствие, является ничтожной сделкой на основании части 2 статьи 168 Кодекса.

При этом суды признали обоснованным довод истца о наличии у него материально-правового интереса в оспаривании договора цессии.

В силу части 3 статьи 166 Кодекса требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как отметили суды, наличие у общества законного интереса в признании договора цессии недействительным объясняется тем, что данный договор послужил основанием для принятия решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.03.2021 по делу № А56-91221/2020 о взыскании с истца задолженности по договору займа от 26.09.2017 в пользу предпринимателя, не являющегося действительным кредитором общества по договору займа. При этом действительный кредитор истца – компания – в пределах срока исковой давности (до 31.12.2021) не заявил требование о возврате обществом суммы займа и уплате процентов за пользование займом, что свидетельствует о предполагаемом отсутствии у действительного кредитора истца правового интереса к взысканию задолженности по договору займа от 26.09.2017.

Предъявление предпринимателем в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области иска к обществу о взыскании задолженности по договору займа от 26.09.2017, основанного на ничтожном договоре цессии, фактически совершенном без участия кредитора истца, в условиях непредъявления соответствующего требования действительным кредитором (компанией) свидетельствует о заведомо недобросовестном поведении предпринимателя (злоупотреблении правом), наделяющим общество правом требовать защиты его интересов, в том числе посредством признания недействительным договора цессии.

Суды также приняли во внимание, что с учетом окончательной редакции предмета договора займа от 26.09.2017, отраженной в дополнительном соглашении от 01.11.2017, сумма займа, подлежащая предоставлению займодавцем заемщику по мере его требования, составляла 200 млн рублей. Доказательств заключения договоров займа в отношении оставшейся перечисленной компанией на расчетный счет общества денежной суммы в размере 137 532 тыс. рублей в материалах дела не имеется. Само по себе указание компанией в платежных поручениях на перечисление денежной суммы в качестве займа не может безусловно свидетельствовать о наличии у общества заемных обязательств перед компанией на указанную сумму (вопрос № 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Суды указали, что договор цессии в любом случае нарушает права и законные интересы истца, так как повлек за собой неблагоприятные последствия, заключающиеся во взыскании с него суммы займа и процентов за пользование займом в завышенном размере.

Кроме того, в рамках рассмотрения Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области дела № А56-91221/2020 по иску предпринимателя к обществу и ООО «Ампир» о взыскании задолженности по договору займа вопрос о фактической дате совершения договора цессии судом не исследовался (экспертиза давности составления договора не проводилась), как следствие, проверка данного договора на предмет совершения его от имени цедента неуполномоченным лицом судом не осуществлялась, следовательно, довод предпринимателя о том, что Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области уже дал правовую оценку договору цессии, отклонен. При этом действующее законодательство не содержит запрета на признание недействительной сделки, послужившей ранее основанием для принятия судебного акта по иному гражданскому делу.

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказать.

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.03.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2023 по делу № А32-49189/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ? без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                       А.Х. Ташу 

Судьи                                                                                                                     О.В. Бабаева

                                                                                                                                Л.А. Трифонова