Именем Российской Федерации 

 

РЕШЕНИЕ

 

Дело № А40-118467/25-107-713

11 сентября 2025 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 02 сентября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 11 сентября 2025 года.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Ларина М.В., единолично, при ведении протокола секретарем судебного заседания Маховых Р.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А40-118467/25-107-713 по иску ООО "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ИНФОРМАТИЗАЦИИ" (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>) к ответчику ООО "ИБМ ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА/АЗИЯ" (ИНН: 

<

***> ОГРН: 

<

***>), третье лицо: временный управляющий истца ФИО1 (ИНН 

<

***>) о взыскании упущенная выгода по соглашению от 30.09.2020 в размере 395 625 000,01 р., при участии представителя истца: ФИО2, доверенность от 08.10.2024, паспорт, представителей ответчика: ФИО3, доверенность от 03.02.2025, паспорт, от третьего лица: не явился, извещен, 

УСТАНОВИЛ:

ООО "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ИНФОРМАТИЗАЦИИ" (далее – истец) обратилось в суд к ООО "ИБМ ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА/АЗИЯ" (далее – ответчик) с требованием о взыскании упущенная выгода по соглашению от 30.09.2020 в размере 395 625 000,01 р.

Третье лицо на судебное заседание не явилось, о времени и месте его проведения извещено надлежащим образом, суд на основании статьи 156 АПК РФ рассмотрел дело в отсутствии его представителя.

Ответчик возражал против удовлетворения требований по доводам отзыва, заявил ходатайство об оставлении иска без рассмотрения в виду не соблюдения истцом обязательного претензионного порядка урегулирования спора.

Истец возражал против ходатайства об оставлении иска без рассмотрения.

По ходатайству об оставлении иска без рассмотрения.

В соответствии с пунктом 2, 7 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после принятия его к производству установит, что истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом или договором, исковое заявление не подписано или подписано лицом, не имеющим права подписывать его, либо лицом, должностное положение которого не указано.

Ответчик в качестве довода о не соблюдении претензионного порядка указывает, что претензия была направлена 15.05.2025 за 4 дня до подачи иска в суд (19.05.2025), что с учетом сроков установленных в соглашении и АПК РФ является нарушением претензионного порядка урегулирования спора.

Суд не принимается довод ответчика о не соблюдении претензионного порядка урегулирования спора, поскольку в силу положений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», а также сложившейся судебной практики, нарушение срока направления претензии до обращения в суд не является основанием для оставления иска без рассмотрения или возврата, если ответчик не предпринимал никаких действий по урегулирования спора в досудебном порядке до принятия иска к производству или проведения предварительного заседания, поскольку такое досудебное урегулирование является целью претензионного порядка.

В данном случае, ответчик осведомленный о претензиях истца, не предпринимал никаких действий по их урегулированию в досудебном порядке, возражал по исковым требованиям, в связи с чем, соблюдение или не соблюдение истцом срока направления претензии до обращения в суд не привело бы к возможному досудебному урегулированию спора, то есть к цели досудебного (претензионного) порядка.

Учитывая изложенное, поскольку истец направил в адрес ответчика претензию до даты обращения с иском в суд и ответчик никаких действий по урегулированию спора до принятия иска и в течении всего периода рассмотрения спора не предпринимал, то основания для оставления иска без рассмотрения в данном случае не имеется, заявленное ответчиком ходатайство не подлежит удовлетворению.

По существу рассмотрения дела.

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав и оценив, имеющиеся в деле документы, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований в виду следующего.

Как следует из материалов дела, между сторонами заключено соглашение от 30.09.2020 в отношении услуг технического обслуживания и восстановления работоспособности оборудования IBM в интересах конечного пользователя Федерального казначейства Российской Федерации (далее – Соглашение), в соответствии с которым ответчик оказывает услуги по техническому обслуживанию оборудования IBM конечному пользователю путем предоставления доступа к базам данных и информационным базам IBM, истец оплачивает оказанные услуги ежеквартально на основании выставленных счетов, срок оказания услуг с 01.07.2020 по 31.03.2022, стоимость услуг 2 578 345,80 долларов США.

Соглашение не подлежит продлению и прекращается с 31.03.2022.

Информационным письмом от 22.02.2022 ответчик гарантировал предоставление разовой авторизации услуг по техническому обслуживанию оборудования IBM конечного пользователя Федерального казначейства Российской Федерации на период с 01.04.2022 по 31.03.2023 (далее – гарантийное письмо).

Истцом был заключен с ФКУ ««Центр по обеспечению деятельности Казначейства России» (далее – государственный заказчик, ЦОКР) государственный контракт № ФКУ 0061/02/2022/ЭЦИ от 15.02.2025 на оказание услуг по техническому обслуживанию и восстановлению работоспособности оборудования и системного программного обеспечения Федерального казначейства (далее – контракт), стоимость услуг составила 493 519 549,66 р., срок оказания услуг до 31.05.2023.

Истец в виду фактически одностороннего отказа от оказания услуг по обработке заявок о предоставлении технического обслуживания с 24.02.2022 направил ответчику требование от 28.03.2022 о разъяснении ситуации, на которое ответчик письмом от 17.05.2022 сообщил о приостановлении оказания услуг по доступу к информационно-технологическим онлайн инструментам IBM для российских компаний со стороны группы компаний IBM, в связи с введением с марта 2022 года в отношении России санкций США и ЕС.

Согласно письму государственного заказчика от 08.06.2022 авторизированный доступ к сайту IBM.com для получения технической поддержки стал недоступен с 07.06.2022, в связи с чем, государственный заказчик начислил штраф и контракт был расторгнут по соглашению сторон от 17.10.2022 (далее – соглашение о расторжении контракта), с указанием о частичном исполнении обязательств до 07.06.2022 на сумму 97 894 549 р.

Истец, считая, что ответчик нарушил свои обязательства по оказанию услуг по техническому обслуживанию оборудования IBM конечного потребителя (Федерального казначейства Российской Федерации) за период с 08.06.2022 по 31.03.2023 предусмотренные гарантийным письмом и соглашением, что повлекло расторжение контракта с государственным заказчиком, во исполнении которого было заключено соглашение, и как следствие не получение дохода по контракту в размере 395 625 000,01 р. за указанный период, что расценивается истцом как упущенная выгода, отсутствие добровольного возмещения которой по претензии истца, послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Ответчик, возражая против заявленных требований, указывает на:

- пропуск срока исковой давности, считая его с письма истца от 28.03.2022 об отказе от услуг,

- отсутствие оснований для убытков в виде упущенной выгоды в связи с прямым запретом в соглашении,

- отсутствие вины ответчика в виду прекращения действия соглашения с 01.04.2022 и разовый характер услуги с 01.04.2022,

- отсутствие причинно-следственной связи между бездействием ответчика и не получением дохода истцом от государственного заказчика, с учетом дат заключения контракта от 15.02.2022 и гарантийного письма от 22.02.2022,

- отсутствие убытков в виду неверного расчета исходя из не полученного дохода, поскольку доход необходимо уменьшать на произведенные расходы, которые согласно пояснениям истца равны доходам, в связи с чем, не полученная прибыль отсутствует.

Суд, рассмотрев доводы сторон и исследовав представленные документы, установил

Согласно положениям статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательств и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускается.

В соответствии со статьями 779, 781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьи право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 7) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

По вопросу соблюдения срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лицу, право которого нарушено, данный срок устанавливается в три года.

Согласно статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. При этом применительно к обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2 статьи 200 ГК РФ).

Ответчик в качестве даты начала истечения срока исковой давности указывает дату составления письма истца ответчику 28.03.2022, в котором прямо указано на фактический отказ от оказания услуг по обработке заявок о предоставлении доступа к базам данных IBM начиная с 24.02.2022 и длительное не исполнение обязательств.

Суд соглашается с доводом ответчика о дате начала истечения срока исковой давности по следующим основаниям.

Истец, заявляя требования о взыскании упущенной выгоды, указывает на нарушение ответчиком обязательств по соглашению и гарантийному письму по предоставлению доступа к базам IBM, что, по его мнению, повлекло расторжение контракта с государственным заказчиком и не получение прибыли за период с 08.06.2022 по 31.03.2023.

Соглашение, в соответствии с которым истец оказывал услуги по техническому обслуживанию оборудования IBM для государственного заказчика, было заключено на срок до 31.03.2022, после истечения данного срока действие соглашения не подлежало продлению и было прекращено.

Согласно представленному истцом письму от 28.03.2022 в адрес ответчика истец указывал на фактический отказ от услуги по соглашению начиная с 24.02.2022, а также указывал, что при отсутствии возобновления услуги акт приемки-передачи услуг за 1 квартал 2022 года будет принят к рассмотрению только за период 01.01.2022 – 23.02.2022.

Письмом от 17.05.2022 ответчик подтвердил факт не оказания услуг по техническому обслуживанию путем предоставления доступа к базам данных IBM с 24.02.2022 в виду введения в отношении Российской Федерации санкций США и ЕС, указал на невозможность дальнейшего оказания услуг и их приостановление в виду форс-мажорных обстоятельств.

Следовательно, как минимум с 28.03.2022 истец был осведомлен об отказе ответчика от оказания услуг по техническому обслуживанию, фактически услуги прекратились оказываться с 24.02.2022 и как пояснил ответчик доступ к базам данных IBM после этой даты не предоставлялся никаким российским компаниям.

Письмом от 17.05.2022 ответчик лишь подтвердил осведомленность истца о прекращении оказания услуг по соглашению и указал на официальное приостановление оказания этих услуг.

Ссылка на письмо государственного заказчика от 08.06.2022 о прекращении доступа к базам данных IBM с 07.06.2022 не принимается в качестве даты осведомленности о прекращении оказания услуг ответчиком, поскольку услуга оказывается государственному заказчику через истца, который был осведомлен о реальной дате прекращения обязательств ответчиком 28.03.2022, а фактически еще раньше с 24.02.2022.

Учитывая изложенное, судом установлено, что истец был осведомлен о прекращении оказания ответчиком услуг по предоставлению доступа к базам данных IBM не позднее 28.03.2022, когда им было направлено письмо – требование к ответчику, срок исковой давности с этой даты истек 28.03.2025, претензия была направлена после истечения срока исковой давности, в связи с чем, установленный АПК РФ срок на ответ не применяется, иск подан 16.05.2025, то есть с пропуском срока исковой давности, при отсутствии каких-либо уважительных причин для его восстановления или оснований для приостановления.

По вопросу наличия убытков в виду упущенной выгоды и наличие вины ответчика.

Судом установлено, что действие соглашения было прекращено с 31.03.2022, поскольку никаких дополнительных соглашений о продлении срока его действия не было заключено, что с 01.04.2022 условия соглашения не подлежат применению и доступ к базам данных IBM с 01.04.2022 должен быть закрыт автоматически.

Ответчик гарантийным письмом от 22.02.2022 гарантировал предоставление разовой авторизации услуг по техническому обслуживанию оборудования IBM конечного пользователя Федерального казначейства Российской Федерации на период с 01.04.2022 по 31.03.2023.

При этом, в гарантийном письме отдельно указывалось, что предоставление авторизации было сделано в порядке исключения, истец не приобретает статус бизнес-партнера IBM, соответствующий Соглашению, ответчик оставляет за собой право отказать в авторизации в последующем.

Отдельно в письме указано, что письмо не является подтверждением IBM или ответчика в отношении компетенции, коммерческого предложения или решения предлагаемого истцом, а также не является каким-либо основанием для наступления ответственности в отношении исполнения обязательств истца по любому соглашению, которое истец может заключить с компанией заказчика (государственный заказчик/конечный получатель услуг).

Следовательно, фактически ответчик указанным гарантийным письмом заключил с истцом разовую сделку оказания услуг с 01.04.2022 по 31.03.2023, в которой прямо предусмотрел исключительный характер данной сделки, возможность отказа от продолжения услуг в любой момент, без предъявления к нему ответственности за такой отказ, включая переложение ответственности истца перед третьим лицом за не исполнение обязательств, вытекающих из данной сделки.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (п. 4 ст. 401 ГК РФ). Отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство (пп. 1 и 2 ст. 401 ГК РФ). Например, в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства.

Ответчик фактически с 24.02.2022 прекратил оказания услуг по предоставлению доступа к базам данных IBM из-за прекращения доступа со стороны материнской компании IBM к своим базам всех российских компаний в виду введения в отношении Российской Федерации санкций США и ЕС, о чем известил истца письмом от 17.05.2022 о приостановлении оказания услуг из-за действий США и компании IBM в части прекращения доступа, на которые он не мог никак повлиять и не мог их предвидеть.

Фактически действия ответчика по прекращению доступа к базам IBM не являлись умышленными, с учетом отсутствия возможности влиять на решения компании IBM и тем более на Правительство США при введении ограничений и санкций, а также не предоставления непосредственно самого доступа к базам данных, который предоставляется исключительно компанией IBM.

Учитывая изложенное, поскольку разовой сделкой в виде гарантийного письма доступ к базам данных IBM c 01.04.2022 по 31.03.2023 был представлен с ограничениями, с возможностью и правом ответчика в любой момент отказать в доступе или приостановить его, а также с исключением ответственности за последующий отказа или приостановление в доступе, то с учетом прекращения доступа исключительно самой компанией IBM, невозможностью влияния ответчика на решения компании IBM, суд считает, что вина ответчика в отказе в оказании услуг по техническому обслуживанию оборудования IBM отсутствует, прекращение услуг фактически произошло из-за действий компании IBM, на которые ответчик не мог влиять, в связи с чем, основания для взыскания упущенной выгоды в силу статей 421, 401, 404 ГК РФ в данном случае не имеется.

По вопросу наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненными истцу убытками.

Истец указывает, что отказ ответчика от оказания услуг по соглашению и гарантийному письму повлек не получение дохода от государственного заказчика по контракту за период с 08.06.2022 по 31.03.2023.

Судом установлено, что контракт с государственным заказчиком был заключен 15.02.2022, то есть до получения от ответчика гарантийного письма о заключении разовой сделки по предоставлению доступа в базам данных IBM, при том, что соглашение прекращается 31.03.2022 и не подлежит дальнейшему продлению.

Соответственно, истец при заключении контракта уже знал о прекращении через 1,5 месяца оказания услуг по соглашению, не был осведомлен о продлении соглашения и не знал и не мог знать о заключении разовой сделки 22.02.2022, что в совокупности свидетельствует о том, что истец сам не предпринял достаточно действий для избежания убытков, а также о том, что не получение дохода по контракту не было изначально связано с действиями или бездействиями ответчика по не оказанию услуги, поскольку с 01.04.2022 в виду прекращения действия соглашения услуга должна была автоматически прекратиться.

Истец никаких доказательств подтверждающих совершение действий до заключения контракта с государственным заказчиком по продлению срока действия соглашения не представил.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд считает, что в данном случае отсутствует причинно-следственная связь между действиями / бездействием ответчика и не получением дохода истцом от государственного заказчика по контракту.

По вопросу правильности определения размера убытков.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункта 2 статьи 393 ГК РФ возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В силу перечисленных положений ГК РФ и НК РФ под доходам для целей определения упущенной выгоды понимается не полученная прибыль, которую кредитор получил был при обычных условиях гражданского оборота, то есть, если был вторая сторона не нарушила бы обязательства.

Истец рассчитывает упущенную выгоду как не полученную выручки за оказанные государственному заказчику услуги по техническому обслуживанию по контакту за период с 08.06.2022 по 31.03.2023, что является неверным исходя из указанных выше положений ГК РФ и НК РФ.

В данном случае, упущенная выгода должна быть рассчитана как доход не полученный от государственного заказчика за спорный период, уменьшенный на величину понесенных для получения дохода расходов.

Согласно прямого указания истца в иске и письменных пояснениях он не получает никакой прибыли от оказания услуг и его расходы на оплату услуг ответчику равны доходам получаемым от государственного заказчика.

Учитывая изложенные обстоятельства, отсутствие иной информации о расходах истца за оказание услуг государственному заказчику за счет покупки этих услуг у ответчика, кроме как равнозначности стоимости услуг предъявленной ответчиком стоимости услуг выставленных государственному заказчику, истец в действительности не понес никаких убытков в виду упущенной выгоды, поскольку у него вне зависимости от оказания или не оказания ответчиком услуг отсутствовала какая-либо прибыль.

Таким образом, судом установлено, что вина ответчика в прекращении с 24.02.2022 доступа к базам данных IBM для истца и его государственного заказчика отсутствует, соглашение прекратило свое действие с 01.04.2022, а в гарантийном письме, являющимся разовой сделкой прямо предусмотрено освобождение от ответственности и возможность отказа от услуги в любое время, также отсутствует причинно-следственная связь между прекращение оказания услуг ответчиком и не получением дохода по контракту истцом от государственного заказчика в виду заключения контракта до получения от ответчика гарантийного письма, кроме того, истцом пропущен срок исковой давности на обращение в суд, с учетом осведомленности о нарушении обязательств с 28.03.2022 и подачей иска 16.05.2025, вследствие совокупности указанных обстоятельств основания для привлечения ответчика к ответственности и взыскания с него убытков в виде упущенной выгоды отсутствует в виду не соблюдения оснований предусмотренных статьями 15, 393 ГК РФ, в связи с чем, требования истца не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307, 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 110, 167, 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Отказать ответчику в удовлетворении ходатайства об оставлении иска без рассмотрения. 

Отказать ООО "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ИНФОРМАТИЗАЦИИ" в удовлетворении исковых требований к ООО "ИБМ ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА/АЗИЯ" о взыскании упущенная выгода по соглашению от 30.09.2020 в размере 395 625 000,01 р.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.

СУДЬЯ

М.В. Ларин