Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32

    ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

         

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А32-39548/2019

г. Краснодар

24 декабря 2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 19 декабря 2019 г.

Полный текст решения изготовлен 24 декабря 2019 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Огилец А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смеленко Р.М., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО «Афипский НПЗ», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> в лице ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва.

к ООО «Стройпроект», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Тюмень

к ПАО «Московский кредитный банк», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва

к ООО «БалтСетьСтрой», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Санкт-Петербург

третьи лица: 

ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ИННОВАЦИИ. СТРОИТЕЛЬСТВО», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва

ПАО «Сбербанк России», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва 

ФИО1, г. Москва

о признании сделки недействительной 

При участии в заседании представителей:

истца: ФИО2, ФИО3, (до перерыва - ФИО4)

ООО «Афипский НПЗ»: ФИО5 

ООО «Стройпроект»: ФИО6

ООО «БалтСетьСтрой»: ФИО7  

ПАО «Московский кредитный банк»: ФИО8

третье лица: 

ПАО «Сбербанк России»: ФИО9

ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ИННОВАЦИИ. СТРОИТЕЛЬСТВО»: уведомлен 

ФИО1: уведомлен 

                                                       УСТАНОВИЛ:

ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «Афипский НПЗ», ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ИННОВАЦИИ. СТРОИТЕЛЬСТВО» о признании договора поручительства №437602/17 от 11.12.2017 г. заключенного между ООО «Афипский НПЗ» и ПАО «Московский кредитный банк», недействительным. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «Стройпроект», ООО «БалтСетьСтрой», ПАО «Московский кредитный банк», ПАО «Сбербанк России».

Исковое заявление подано истцом в порядке статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивировано тем, что оспариваемый договор заключен представителем ООО «Афипский НПЗ» с превышением полномочий, при наличии сговора с выгодоприобретателем по сделке и с причинением значительного ущерба заводу (статья 174 Гражданского кодекса Российской Федерации). Кроме того, в действиях участников сделки поручительства (представителя завода, ООО «ТИС» и ПАО «МКБ») имеются признаки злоупотребления правом с целью возложения кредитного бремени на завод в отсутствие какого-либо встречного обеспечения.

Определением арбитражного суда от 17.09.2019 удовлетворено ходатайство истца о замене процессуального статуса лиц, участвующих в деле. Произведена замена процессуального статуса ответчика - ООО «Афипский НПЗ» на истца в лице ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС». Произведена замена процессуального статуса третьих лиц - ПАО «Московский кредитный банк», ООО «Стройпроект», ООО «БалтСетьСтрой». ПАО «Московский кредитный банк», ООО «Стройпроект», ООО «БалтСетьСтрой» привлечены к участию в деле в качестве ответчиков. Произведена замена процессуального статуса ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ИННОВАЦИИ. СТРОИТЕЛЬСТВО» на третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора. 

Определением арбитражного суда от 26.12.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1. 

Ответчики в представленных в материалы дела отзывах, указали, что ООО «Афипский НПЗ» входило на момент заключения договора поручительства в одну группу компаний с ООО «ТИС», что исключает необходимость проверки банком экономической целесообразности совершения сделки, которая предполагается обусловленной взаимной заинтересованностью сторон вследствие своей аффилированности. От лица ООО «Афипский НПЗ» сделку совершил ФИО1, который одновременно являлся единоличным исполнительным органом ООО «НефтеГазИндустрия» - единственного участника завода, что свидетельствует о согласования сделки уполномоченными органами ООО «Афипский НПЗ». Так же указали о пропуске срока давности по заявленным требованиям. 

ООО «Афипский НПЗ» представил отзыв, в котором поддержал исковые требования, указав на отсутствие у завода сведений о совершении оспариваемого договора поручительства до момента получения требований ООО «БалтСетьСтрой» об оплате долга по кредитному договору.

ПАО «Сбербанк России» в своем отзыве поддержал позицию истца, указав, что в нарушение условий кредитных договоров ООО «Афипский НПЗ» не обращалось за согласованием возможности предоставления поручительства за ООО «ТИС».

В представленном в материалы дела отзыве ФИО1 указал, что подпись в договоре поручительства проставил по указанию руководства АО «Новый поток», в структуру которого входило ООО «ТИС», при этом полагает оспариваемый договор ничтожным, поскольку по его данным ООО «Афипский НПЗ» о совершении спорной сделки не было извещено.

В судебном заседании, проходившем 18.12.2019, представитель истца поддержал исковые требования. 

Представитель ООО «Афипский НПЗ» считает исковые требования обоснованными. 

Представитель ответчика  ООО «Стройпроект» иск не признал, заявил о пропуске срока давности.  

Представитель ответчика ООО «БалтСетьСтрой» иск не признал, заявил о пропуске срока давности.   

Представитель ответчика  ПАО «Московский кредитный банк» иск не признал, заявил о пропуске срока давности.   

Представитель третьего лица ПАО «Сбербанк России» считает требования обоснованными. 

Представитель третьего лица ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ИННОВАЦИИ. СТРОИТЕЛЬСТВО» не явился. 

Представитель третьего лица ФИО1 не явился, представил отзыв. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца (заявителя) и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие. 

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 18.12.2019 объявлен перерыв до 19.12.2019 до 15 час. 00 мин. Лица, участвующие в деле и присутствовавшие в зале судебного заседания до объявления перерыва, считаются надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, и их неявка в судебное заседание после окончания перерыва не является препятствием для его продолжения (часть 5 статьи 163 АПК РФ).

Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.09.2006 № 113 «О применении статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъясняется, что поскольку перерыв объявляется на непродолжительный срок и в силу части 4 статьи 163 Кодекса после окончания перерыва судебное заседание продолжается.

После перерыва судебное заседание продолжено 19.12.2019. 

Правовая позиция сторон не изменилась. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности все представленные в дело доказательства, суд первой инстанции считает заявленные ООО «Афипский НПЗ» в лице ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС» исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, представителем ООО «Афипский НПЗ» и ПАО «Московский кредитный банк» был заключен Договор поручительства №437602/17 от 11.12.2017г. (далее - Договор поручительства) в обеспечение исполнения обязательств ООО «Строительная компания Техинжстрой» (с 31.05.2019 г. наименование изменено на ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ИННОВАЦИИ. СТРОИТЕЛЬСТВО») по Кредитному договору 

<

***> от 07.12.2017 г. об открытии кредитной линии (далее - Кредитный договор).

Из Договора поручительства следует, что данный Договор поручительства от имени ООО «Афипский НПЗ» подписан гр. РФ ФИО1 на основании доверенности от 31.10.2017 г.

Как следует из пояснений заявителя оригинал доверенности от 31.10.2017 г. в ООО «Афипский НПЗ» отсутствует. Согласно сервису Федеральной нотариальной палаты по проверке доверенностей http://reestr-dover.ru/ была выдана доверенность от 31.10.2017 за № 77АВ 4642760. Копия доверенности от 31.10.2017 за №77АВ 4642760 появилась в распоряжении Истца после 21.05.2019 г. Договор поручительства был подписан по иной доверенности, а именно по доверенности от 31.10.2017 за №77АВ4642746.

ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС» приобрел 100% доли в уставном капитале ООО «Афипский НПЗ» на основании Договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Афипский НПЗ» от 20.04.2019 г.

Из содержания искового заявления следует, что истцу стало известно о заключенном договора поручительства 21.05.2019 в связи с получением претензии от ООО «БалтСетьСтрой» (правопреемник ПАО «МКБ») с требованием исполнить обязательства по Договору поручительства.

Полагая, что оспариваемый договор заключен представителем ООО «Афипский НПЗ» с явным превышением полномочий, при наличии сговора с выгодоприобретателем по сделке и с причинением значительного ущерба заводу (статья 174 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом, сделка имеет признаки злоупотребления правом со стороны ее участников (представителя завода, ООО «ТИС» и ПАО «МКБ») с целью возложения кредитного бремени на завод, ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем. Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации. В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

При этом, пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» поскольку участник хозяйственного общества и член совета директоров, оспаривающие сделку общества, действуют от имени общества (абзац шестой пункта 1 статьи 65.2, пункт 4 статьи 65.3 ГК РФ), не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что участник, предъявивший иск от имени общества, на момент совершения сделки не был участником общества.

Учитывая изложенное, ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС», как участник ООО «Афипский НПЗ» с долей 100% уставного капитала общества, наделен правом обращения в арбитражный суд с иском в интересах завода об оспаривании сделок общества по указанным выше основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с пунктом 6 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

В пункте 1 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ предусмотрено, что настоящий Федеральный закон вступает в силу с 01.09.2013, за исключением пункта 22 статьи 1 настоящего Федерального закона.

Поскольку договор поручительства №437602/17 от 11.12.2017 был заключен сторонами после вступления в силу изменений Гражданского кодекса Российской Федерации, введенных Федеральным законом от 07.05.2013 №100-ФЗ, к правоотношениям сторон подлежат применению нормы Гражданского кодекса Российской Федерации в новой редакции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

В пункте 92 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что пунктом 1 статьи 174 ГК РФ установлены два условия для признания сделки недействительной: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом. При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом. При рассмотрении споров о признании сделки недействительной по названному основанию следует руководствоваться разъяснениями, содержащимися в пункте 22 настоящего Постановления.

Согласно пункту 22 вышеуказанного Постановления по общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником (далее в этом пункте - третье лицо), по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга либо совместно.

Положения учредительного документа, определяющие условия осуществления полномочий лиц, выступающих от имени юридического лица, в том числе о совместном осуществлении отдельных полномочий, не могут влиять на права третьих лиц и служить основанием для признания сделки, совершенной с нарушением этих положений, недействительной, за исключением случая, когда будет доказано, что другая сторона сделки в момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать об установленных учредительным документом ограничениях полномочий на ее совершение (пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 Кодекса).

Как следует из содержания искового заявления, ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС» полагает, что единоличный исполнительный орган завода - ФИО10 действовал за пределами своих полномочий при выдаче доверенности ФИО1 с предоставлением полномочий, аналогичных полномочиям генерального директора Общества.

Вместе с тем, данное заявление относилось к доверенности от 31.10.2017 за №77АВ 4642760, копия которой была приложено к Исковому заявлению (том 1 л. д. 62).

Однако, в процессе разрешения спора установлено, что Договор поручительства был подписан ФИО1 по доверенности от 31.10.2017 за №77АВ4642746 (том 2 л. д. 6).

Согласно условиям доверенности от 31.10.2017 г. за №77АВ4642746 ООО «Афипский НПЗ» в лице генерального директора ФИО10 уполномочивает ФИО1, на период отсутствия Генерального директора Общества (отпуск, временная нетрудоспособность, командировка и иные причины) осуществлять следующие действия: Быть представителем Общества в любых банках... и т.д.

В пункте 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

По правилам пункта 1 статьи 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается именное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другими лицам для представительства перед третьими лицами.

Таким образом, из содержания доверенности от 31.10.2017 за №77АВ4642746 следует ограничение полномочий представителя ФИО1 на представление интересов ООО «Афипский НПЗ» в банках только в отсутствие генерального директора завода (отпуск, временная нетрудоспособность, командировка и иные причины).

Как установлено Арбитражным судом Краснодарского края, в соответствии с табелем учета рабочего времени Общества №00000001867 за период с 01.12.2017 по 15.12.2017, генеральный директор ФИО10, исполнял свои обязанности и находился на рабочем месте на дату подписания Договора поручительства. Факт присутствия генерального директора на рабочем месте в указанные даты также подтверждается данными системы СКУД (система контроля и управления доступом). Кроме того, факт присутствия генерального директора на рабочем месте в дату подписания Договора поручительства 11.12.2017г. подтверждается Справкой №105 от 21.05.2019г. и Приказами ООО «Афипский НПЗ» №492 от 11.12.2017г. и № 493 от 11.12.2017г., подписанными генеральным директором Общества ФИО10 собственноручно.

Внутренними приказами №289 от 30.11.2011 г., №22 от 25.01.2012 г., №118 от 13.05.2015 г., №63 от 29.02.2016 г., №491 от 06.12.2017 г. в ООО «Афипский НПЗ» была введена система управления предприятием по контуру «Договора» на базе ПО 1С Предприятие 8.2, а также был утвержден порядок согласования документов внутри предприятия, в том числе регистрация и выдача доверенностей.

Указанные приказы были изданы в целях осуществления контроля, соблюдения финансово-экономической дисциплины, мониторинга за хозяйственной деятельностью Общества.

Приказом №36 от 08.02.2016г. в Обществе введено в действие Положение «О порядке выдачи доверенностей» ПИСМ-4.2.1-70-2016 (далее - Положение).

Согласно п. 1.1. Положения, оно устанавливает требования к процессу выдачи доверенностей от имени Общества, в том числе требования: к инициированию процедуры выдачи доверенности; выдаче доверенности; учету выданных доверенностей.

Пунктом 1.2. Положения предусмотрены его цели, в том числе одной из целей действия данного Положения является установление контроля за предоставлением полномочий, а также недопущение превышения предоставленных полномочий.

Исполнение указанного Положения является обязательным для всех подразделений Общества (п. 1.4. Положения).

Раздел 5 Положения регламентирует следующие требования к порядку подготовки и выдачи доверенностей:

В соответствии с п. 5.1 Положения инициирование выдачи доверенности происходит заинтересованным лицом (Инициатором).

Документом, инициирующим выдачу доверенности, является служебная записка Инициатора на имя Генерального директора АНПЗ (и.о. генерального директора), составленная в произвольной форме, с обязательным указанием определенной, предусмотренной данным пунктом Положения, информации, в том числе с указанием краткого обоснования и цели выдачи доверенности.

Служебная записка должна быть завизирована (согласована) директором (заместителем генерального директора) по направлению. Подготовленная Инициатором выдачи доверенности служебная записка передается для визирования Генеральному директору АНПЗ (и.о. генерального директора).

В соответствии с п. 5.2. положения после согласования Генеральным директором (или иным уполномоченным им лицом) служебной записки о выдаче доверенности, подлинный экземпляр служебной записки передается в юридический отдел АНПЗ для подготовки доверенности.

В случае возникновения необходимости в выдаче нотариально удостоверенной доверенности, инициирование её выдачи осуществляется в порядке, предусмотренном Положением, с учетом действующего законодательства. Юридический отдел обеспечивает подготовку нотариально удостоверенной доверенности в порядке и сроки, согласованные с подписантом доверенности.

Согласно п. 5.3. Положения после подписания доверенности она передается в юридический отдел и подлежит регистрации в журнале регистрации доверенностей АНПЗ. Регистрацию осуществляет сотрудник юридического отдела в журнале, содержащем следующие графы: №, п/п, и Дата выдачи доверенности; № доверенности; уполномоченное лицо; полномочия (краткое описание); срок действия доверенности.

Как следует из материалов дела, в нарушение действующего в ООО «Афипский НПЗ» порядка выдачи доверенностей, предусмотренного вышеуказанным Положением, не соблюдена процедура инициирования выдачи доверенности ФИО11 В обществе отсутствует согласованная Генеральным директором служебная записка о выдаче доверенности. В журнале регистрации доверенностей АНПЗ отсутствует запись о регистрации доверенности, выданной ФИО1, что подтверждается выкопировкой из Журнала регистрации доверенностей.

Из доводов отзыва ООО «ТИС» следует, что формулировка «иные причины» в доверенности от 31.10.2017 позволяет расширительно толковать перечень обстоятельств, при которых данная доверенность будет действовать.

Вместе с тем, статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает о необходимости буквального толкования содержания доверенности во взаимосвязи всех содержащихся в ней условий.

Доверенность от 31.10.2017 г., выданная на имя ФИО1, содержит условие об ограничении её действия во времени, а именно: «на период отсутствия Генерального директора Общества (отпуск, командировка, временная нетрудоспособность и иные причины)».

Из указанного ограничения следует, что полномочия представителя действуют в тот момент, когда Генеральный директор Общества не имеет возможности осуществлять свои полномочия (отсутствует на рабочем месте) в силу обстоятельств, которые предусмотрены либо действующим законодательством, либо не зависят от воли Генерального директора.

Тот факт, что договор Поручительства подписан в г. Москве не свидетельствует о невозможности подписать его действующим Генеральным директором, а его территориальное нахождение в ином месте не дает поверенному право действовать от имени Общества.

В соответствии со ст.209 Трудового кодекса Российской Федерации под рабочим местом понимается место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

ООО «Афипский НПЗ» предоставил информацию о «Входе-Выходе» ФИО10 на территории ООО «Афипский НПЗ» с 02.11.2017 по 13.12.2017 г., указанное доказательство было осмотрено 11.09.2019 г. нотариусом Северского нотариального округа ФИО12.

Кроме этого, нахождение Генерального директора на рабочем месте также подтверждается табелем учета рабочего времени, который предоставлен в материалы дела. 

Из объяснений ПАО «Московский кредитный банк» следует, что в процессе заключения и исполнения договора поручительства ему были переданы за подписью генерального директора ООО «Афипский НПЗ» ФИО10 следующие документы - список участников на 11.12.2017 г. (далее - Список) и Перечень лиц, заинтересованных в сделке на 11.12.2017 (далее -Перечень).

Как установлено Арбитражным судом Краснодарского края, ПАО «Московский кредитный банк» были предоставлены копии электронной переписки из электронной почты сотрудников АО «Новый поток» и ПАО «Московский кредитный банк». При этом из переписки не следует, что эти документы предоставлены самим генеральным директором ООО «Афипский НПЗ» или он являлся участником переписки.

С вышеуказанных документов следует, что генеральный директор общества на момент подписания договора поручительства находился на рабочем месте.

Из представленной переписки не представляется возможным идентифицировать конкретное обязательство, так как не указаны существенные условия договора, а именно: сведения о лице, за которого выдается поручительство и сведения об обязательстве, по которому предоставлено поручительство, а также что обсуждалась возможность подписания договора поручительства именно Генеральным директором ООО «Афипский НПЗ».

Более того, указанные документы не подтверждают факт заключения сделки или осведомленность о ее заключении, а из Списка аффилированных лиц не следует, что ООО «ТИС» является аффилированным лицом по отношению к ООО «Афипский НПЗ».

Учитывая изложенное, следует признать обоснованным довод ООО «Афипский НПЗ» о подписании ФИО1 оспариваемого договора превышением полномочий, предоставленных ему по доверенности от 31.10.2017 за №77АВ4642746.

При этом, ПАО «МКБ» при совершении оспариваемой сделки поручительства был ознакомлен с содержанием доверенности от 31.10.2017 за №77АВ4642746 и с содержащемся в ней ограничением полномочий представителя ФИО1 на представление интересов ООО «Афипский НПЗ».

Банк, являющийся профессиональным участником финансового рынка, обладающий значительными информационными ресурсами, не мог не знать о содержащемся в доверенности ограничения полномочий представителя ФИО1 на представление интересов ООО «Афипский НПЗ».

При таких обстоятельствах, при заключении спорного договора поручительства банк не проявил достаточной степени осмотрительности и не проверил наличие у представителя ООО «Афипский НПЗ» достаточных полномочий на совершение оспариваемого договора поручительства, что свидетельствует о наличии признаком недействительности, предусмотренных пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» наличие решения общего собрания участников (акционеров) об одобрении соответствующей сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, если будет доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для общества либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа этого общества и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам общества.

О наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки.

Как разъяснено в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте -представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив доводы истца о наличии признаков недействительности договора поручительства №437602/17 от 11.12.2017, предусмотренных пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, до 20.04.2019 единственным участником ООО «Афипский нефтеперерабатывающий завод» являлось Общество с ограниченной ответственностью «НефтеГазИндустрия» со 100% долей участия в уставном капитале Общества.

Заключению Договора поручительства предшествовало фактическое получение управленческого контроля АО «Новый Поток» над ООО «Афипский НПЗ» в 2017 году. Доказательством такого контроля над ООО «Афипский НПЗ» со стороны АО «Новый Поток» является назначение ФИО1 генеральным директором ООО «НефтеГазИндустрия», заключение между АО «Новый Поток» и ООО «Афипский НПЗ» договора об оказании услуг от 30.09.2017 г. №108/2017, предметом которого являлось сопровождение производственно-хозяйственной деятельности ООО «Афипский НПЗ», а также решение №б/н Единственного участника ООО «Афипский НПЗ» от 06.10.2017 г. ООО «НефтеГазИндустрия» в лице Генерального директора ФИО1, действующего на основании Устава, о том что: до момента утверждения Регламента согласования договорных документов все договорные документы по операционной деятельности и инвестиционно-строительной деятельности подлежат дополнительному согласованию с лицами, указанными единственным участником в соответствующей директиве. Так, согласно директиве ООО «НефтеГазИндустрия» от 05.12.2017 ООО «АФНПЗ» все заключаемые ООО «Афипский НПЗ» договоры на сумму, превышающую 1 000 000 рублей или эквивалент в иностранной валюте, а в части строительных, инвестиционных договоров, договоров займа - без ограничения суммы подлежат дополнительному согласованию, в том числе, со следующими лицами посредством обмена электронными письмами

ФИО13

Вопросы, относящиеся к инвестиционной деятельности, строительству и связанным договорам

u.aross@new-stream.ru

ФИО14

Вопросы транспортировки оборудования, логистики

a.idivatullin@ne w-stream.ru

ФИО1

Все договорные документы, направляемые на согласование в рамках настоящей директивы

c.shavkhetdinov @new-stream.ru

ФИО15

Все договорные документы, направляемые на согласование в рамках настоящей директивы

a.ilin@new-stream.ru

ФИО16

Сделки, совершаемые с кредитными организациями

n.parshin@new-stream.ru

Как следует из адресов электронной почты данные лица являлись сотрудниками АО «Новый Поток». Предоставленная электронная переписка от ПАО «Московский кредитный банк» с АО «Новый Поток» подтверждает, что сотрудники АО «Новый Поток» осуществляли согласование условий оспариваемого договора, дату его заключения, подписанта от имени ООО «Афипский НПЗ» с ПАО «Московский кредитный банк». Каких-либо доказательства о том, что ООО «Афипский НПЗ» обладало информацией о заключение оспариваемого Договора отсутствуют.

До подписания Договора поручительства Решением единственного участника Общества - ООО «НефтеГазИндустрия» от 28.09.2017 года, досрочно прекращены полномочия предыдущего Генерального директора ООО «Афипский НПЗ» с 28.09.2017 в соответствии с п. 2 ст. 278 Трудового кодекса РФ «в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора».

С 29.09.2017 на должность генерального директора Общества назначен ФИО10, бывший работник ООО «Марийский нефтеперегонный завод», контролируемого АО «Новый Поток».

Соответствующее Решение от имени единственного участника - ООО «НефтеГазИндустрия» подписано ФИО1, который вступил в должность генерального директора ООО «НефтеГазИндустрия» 21.07.2017 года.

Указанное назначение позволило ФИО10 31.10.2017 года предоставить ФИО1, в период отсутствия ФИО10 (отпуск, временная нетрудоспособность, командировка и иные причины), по доверенности расширенный перечень полномочий по оперативному управлению, право на подписание финансовых и иных документов.

Из пояснений лиц, участвующих в деле, а также представленных документов следует, что в период заключения Договора поручительства в ООО «Афипский НПЗ» Приказами №289 от 30.11.2011г., №22 от 25.01.2012г., №118 от 13.05.2015г., №63 от 29.02.2016г. был установлен порядок промышленной эксплуатации автоматизированной системы управления предприятием по контуру «Договора» на базе ПО 1С Предприятие 8.2.

Приказом ООО «Афипский НПЗ» №491 от 06.12.2017г. был введен в действие порядок согласования договорных документов, согласно которому все договорные документы по операционной и инвестиционно-строительной деятельности подлежат дополнительному согласованию с лицами, указанными единственным участником ООО «Афипский НПЗ» в соответствующей директиве.

Приказ №491 от 06.12.2017г., был издан в целях реализации порядка согласования договоров, установленного решением единственного участника ООО «Афипский НПЗ» от 06.10.2017 г. и директивы генерального директора ООО «НефтеГазИндустрия» от 05.12.2017г., подписантом которых являлся сам ФИО1

В соответствии с Приказом №491 от 06.12.2017г. все заключаемые ООО «Афипский НПЗ» договоры на сумму, превышающую 1 000 000 рублей или эквивалент в иностранной валюте, а в части строительных, инвестиционных договоров, договоров займа - без ограничения суммы подлежат дополнительному согласованию согласно директиве. После согласования проекта документа в 1С Инициатор должен распечатать Лист электронного согласования в 1С, снять замечания/рекомендации у согласующих, подписать ЛЭС, подготовить скан-копии всех финальных версий документов, документов-оснований и ЛЭС, а также проект документа в формате Word. Инициатор направляет электронное письмо, содержащее краткое содержание наименования работ/услуг по проекту документа, наименование контрагента, цель заключения, и весь подготовленный пакет документов на электронный адрес ответственного лица, отвечающее за отправку запроса на согласование согласно директиве KravcovaMV@afmnpz.ru. Ответственное лицо в свою очередь направляет запрос на электронные адреса согласно директиве, при этом в копию письма поставив Инициатора (для возможности при необходимости направления замечаний/комментариев в адрес Инициатора напрямую от согласующих). Получив электронное письмо о согласовании согласно директиве, ответственное лицо перенаправляет его в адрес Исполнителя для дальнейшей организации работы. Такое согласование в виде электронного письма будет являться основанием для подписания проекта согласуемого документа у генерального директора.

Таким образом, установленный порядок согласования проектов документов, в том числе договоров, в ПО 1С Предприятие 8.2. при заключении Договора поручительства не был соблюден. Таким образом, сотрудники АО «Новый поток» осуществлявшие переписку с ПАО «Московский кредитный банк» относительно согласования его подписания осознавали что оспариваемый договор, не прошел установленный порядок согласования, что свидетельствует, о злом умысле и недобросовестности АО «Новый поток».

Как следует из материалов дела, ООО «Афипский НПЗ» Договор поручительства не получало и не одобряло, по данным бухгалтерского учета Общества, обязательства по Договору поручительства отсутствуют. Данное обстоятельство подтверждается оборотно - сальдовой ведомостью по счету 009 «Обеспечения обязательств и платежей выданные», что зафиксировано в справке главного бухгалтера Общества №5637-09 от 29.07.2019. Также в Обществе отсутствуют сведения о выдаче доверенности ФИО1

ООО «БалтСетьСтрой» полагает, что Истец не осуществляет надлежащим образом обязанности по ведению бухгалтерского учета, что влечет отсутствие оспариваемого договора поручительства в учете по дебету сч.009 «009 «Обеспечения обязательств и платежей выданные».

В соответствии со ст.1, 2 ФЗ от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» его целями являются установление единых требований к бухгалтерскому учету, в том числе бухгалтерской (финансовой) отчетности, а также создание правового механизма регулирования бухгалтерского учета, который распространяется в том числе и на коммерческие организации. Бухгалтерский учет обязателен для всех субъектов экономической деятельности, где отражаются факты хозяйственной жизни субъекта.

Таким образом, ООО «Афипский НПЗ», являясь коммерческой организацией, в обязательном порядке ведет бухгалтерский учет своей хозяйственной деятельности. Факт выдачи поручительства за должника отражается по дебету сч. 009 «Обеспечения обязательств и платежей выданные». Прекращение поручительства отражается обратной записью.

В свою очередь, ООО «БалтСетьСтрой», заявляя о том, что ООО «Афипский НПЗ» ненадлежащим образом ведет бухгалтерский учет хозяйственной деятельности, должен в соответствии со ст. 65 АПК РФ доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих возражений. В нарушение указанной нормы ООО «БалтСетьСтрой» не предоставил доказательств того, что ООО «Афипский НПЗ» ненадлежащим образом осуществляет бухгалтерский учет.

ПАО «Московский кредитный банк» в своём отзыве утверждает, что ООО «Афипский НПЗ» и ООО «Нефтегазиндустрия» входили в группу компаний, принадлежащих АО «Новый Поток», который являлся основной «материнской» компанией.

В то же время, в соответствии со списком аффилированных лиц на 17.10.2017 и  12.01.2018, а также в соответствии с перепиской с Федеральной антимонопольной службы России следует, что между Группой компаний «Новый Поток» и ООО «Афипский НПЗ» отсутствуют какие-либо корпоративные связи с компаниями Группы компаний «Новый Поток». Соответственно, ссылка ПАО «Московский кредитный банк» на положения п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» не имеют отношения к рассматриваемому спору.

11.12.2017 ФИО1, без соответствующих полномочий, был подписан от имени ООО «Афипский НПЗ» Договор поручительства, оригинал и копия которого не были представлены последним в распоряжение ООО «Афипский НПЗ».

Учитывая изложенное, на момент подписания Договора поручительства, ФИО1 являлся аффилированным лицом ООО «Афипский НПЗ», мог оказывать влияние на Общество с целью получения необходимых полномочий действовать от имени Общества.

Договор поручительства подписан в обеспечение исполнения обязательств ООО «Строительная компания «Техинжстрой» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано 20.04.2005. Юр. адрес: г. Москва, пер. ФИО17, д. 9 этаж 3 пом. 13. По указанному адресу так же зарегистрировано АО «Новый Поток».

До марта 2019 года единственным участником компании являлся ФИО18, который, согласно имеющейся информации (http://www.moscow- post.su/economics/mazurov tonet v iskax28105/; https://www.business-gazeta.ru/article/358724;11 https://dailvstorm.ru/obschestvo/ranhigs-zaplatit-10-milliardov-mbley-kompanii-eks-sotrudnika-gru; https://news.rambler.ru/other/412381 OO-ranhigs-zaplatit-10-milliardov-rubley-kompanii-eks-sotrudnika-gru/; и т.д. и т.п.), приходится тестем ФИО19 (председатель совета директоров АО «Новый Поток»). Ранее в АО «Новый Поток» ФИО18 занимал должность вице-президента по строительству. Таким образом, на момент подписания Договора поручительства прослеживается аффилированность между АО «Новый Поток» и ООО «СК «Техинжстрой».

Ответчиком ПАО «Московский кредитный банк» подтверждается тот факт, что между АО «Новый Поток» и ООО «СК «Техинжстрой» имелась аффилированность.

Таким образом, АО «Новый Поток» получило фактический управленческий контроль над ООО «Афипский НПЗ» в соответствии с договором от 30.09.2017 г. №108/2017, оказывал услуги по сопровождению производственно-хозяйственной деятельности ООО «Афипский НПЗ», в отсутствие прямых аффилированных связей данных юридических лиц.

При заключении оспариваемой сделки поручительства между ООО «Афипский НПЗ» и ПАО «Московский кредитный банк», выгодоприобретателем по данной сделке являлись банк и ООО «ТИС». При этом, ООО «ТИС» является аффилированным лицом с АО «Новый Поток», АО «Новый Поток» под своим факическим контролем организовал заключение оспариваемой сделки.

Учитывая изложенное, арбитражный суд считает, что оспариваемый договор является сделкой, в совершении, которой имеется заинтересованность, соответственно она подлежит обязательному одобрению Общим собранием участников ООО «Афипский НПЗ» в соответствии с п. 9.4 Устава ООО «Афипский НПЗ».

Доводы ответчика ПАО «Московский кредитный банк», о том, что выгодоприобретателем по Договору поручительства №437602/17 от 11.12.2017 г. в случае нарушения условий Кредитного договора 

<

***> от 07.12,2017 года являлся ПАО «Московский кредитный банк», который не связан (не аффилирован) ни с ООО «Афипский нефтеперерабатывающий завод», ни с ООО «Нефтегазиндустрия», ни с ООО «Строительная компания «Техинжстрой», противоречат п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность». Так, применяя указанные нормы, необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель по договорам страхования, доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключен договор в соответствии со статьей 430 ГК РФ), либо иным образом извлекает имущественную выгоду, например получив статус участника опционной программы общества, либо является должником по обязательству, в обеспечение исполнения которого общество предоставляет поручительство либо имущество в залог (за исключением случаев, когда будет установлено, что договор поручительства или договор залога совершен обществом не в интересах должника или без его согласия).

Принимая во внимание положение банка, являющегося профессиональным участником финансового рынка, последний не мог не знать об том факте, что ООО «Афипский НПЗ» не входило в структуру группу компаний АО «Новый Поток», не было аффилированным лицом по отношению к ООО «ТИС» и АО «Новый Поток».

Действуя разумно и добросовестно, принимая во внимание обстоятельства заключения договора поручительства представителем завода по доверенности, входившего в группу компаний АО «Новый поток» в обстоятельства ограничения его полномочий условиями самой доверенности, «ПАО «МКБ» мог и должен был дать оценку надлежащему подтверждению полномочий представителя при совершении сделки.

Суд первой инстанции также учитывает, что общеизвестными сведениями СМИ,доступнымивсвободномдоступе(например https://etpgpb.ru/posts/2346-moskovskiy sud_vzyskal_s_novogo_potoka 16 mln doll ssha po kreditam mkb/) в порядке части 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подтверждается, что на момент заключения оспариваемой сделки ПАО «МКБ» осуществляло кредитование группы компаний АО «Новый поток», в связи с чем, должно было быть в полном объеме осведомлено о финансово-экономических показателях юридических лиц, входящих в группу компаний, в том числе ООО «ТИС».

ПАО «МКБ» документально не подтвердило, что степень закредитованности группы компаний АО «Новый поток» позволяло предоставить ООО «ТИС» значительные кредитные средства без привлечения поручительства ООО «Афипский НПЗ».

Более того, тот факт, что сразу по завершению срока кредитования (декабрь 2018 года) ООО «ТИС» фактически самоустранилось от исполнения обязательств по кредитному договору, сменило юридический адрес, состав участников и единоличного исполнительного органа, свидетельствует у отсутствии у данного лица фактических намерений на исполнение кредитных обязательств.

Следовательно, единственной целью привлечения поручительства ООО «Афипский НПЗ» фактически являлась попытка переложить кредитное бремя с аффилированного АО «Новый Поток» заемщика - ООО «ТИС» на завод, находящийся под технологическим контролем АО «Новый Поток», но не входящим в структуру группы компаний.

ПАО «Московский кредитный банк», будучи профессиональным участником рынка кредитования, обладает достаточной компетенцией и осведомленностью о требованиях законодательства к порядку совершения сделок, и должен действовать с той степенью разумности и осмотрительности, которая требуется в подобных случаях.

При принятии поручительства от ООО «Афипский НПЗ», ПАО «Московский кредитный банк» не проявил должной разумности и осмотрительности поскольку не мог не знать о том, что ООО «Афипский НПЗ» не получило какого-либо встречного предоставления или имущественной выгоды от представленного поручительства; ООО «Афипский НПЗ» в одну групп с ООО «ТИС» не входило.

Доказательства экономической целесообразности заключенного договора также отсутствует, поскольку цели кредитного договора не были связаны с деятельностью ООО «Афипский НПЗ», а также с предоставлением преимуществ или экономической выгоды. В соответствии с п. 1.7 Кредитного договора кредиты предоставляются Заемщику (т.е. ООО «Т.И.С.») исключительно на финансирование оборотного капитала и финансирование текущей деятельности.

Также о недобросовестности ПАО «Московский кредитный банк» свидетельствует, что в соответствии с п. 2.9. Договора поручительства ООО «Афипский НПЗ» обязуется в течение всего срока действия Договора предоставлять ПАО «Московский кредитный банк» по его первому требованию либо в сроки, указанные в пункте 2.9. Договора, сведения, отражающие финансово-хозяйственное состояние ООО «Афипский НПЗ».

Из пояснений истца следует, что данная информация в соответствии с п. 2.9. оспариваемого договора в адрес ПАО «Московский кредитный банк» не направлялась. Из представленных ПАО «Московский кредитный банк» документов не следует, что они были направлены ООО «Афипский НПЗ» в адрес ПАО «Московский кредитный банк», а также то что указанные документы выданы в рамках оспариваемого договора и т.д. От ПАО «Московский кредитный банк» в адрес ООО «Афипский НПЗ» в соответствии с п. 2.9. оспариваемого договора не направлялось никаких запросов с требованиями предоставить информацию по форме банка, или с требованием предоставить информацию которую в соответствии с п. 2.9. оспариваемого договора ООО «Афипский НПЗ» должен был регулярно отправлять в ПАО «Московский кредитный банк». 

Отсутствие у истца информации о заключенном договоре поручительства также подтверждается письмом ООО «Афипский НПЗ» от 25.08.2018 за №8818-01 за подписью генерального директора ФИО10, в котором в ответ на запрос ПАО Сбербанк №63-исх/124 от 21.09.2018г., сообщается, что доли и имущество ООО «Афипский НПЗ» на дату письма не выступают в качестве обеспечения по обязательствам третьих лиц (в т.ч. не являются предметом залога, не являются базовым активом опционов или иных подобных соглашений), также отсутствуют заключённые указанными компаниями договоры поручительств в пользу третьих лиц, договоры залога/ипотеки, опционные соглашения, заклад, право залогового удержания, другие обеспечительные сделки, обеспечивающие любое обязательство любого лица, гарантии, за исключением: обеспечения в пользу ПАО Сбербанк (и/или его аффилированных или дочерних компаний); обеспечения (поручительств) в рамках кредитных линий на финансирование оборотного капитала.

Как следует из пояснений ФИО1 сделанных в нотариально удостоверенном заявлении от 15.11.2019, и в отзыве на исковое заявление от 12.12.2019 решения о заключении сделок с финансовыми и иными кредитными организациями с ООО «Афипский НПЗ» принимались исключительно руководством АО «Новый Поток». Непосредственного взаимодействия с банками по вопросам заключения договоров ФИО1 не осуществлял. Как следует из отзыва ФИО1 в случае подписания документов, носящих конфиденциальный характер, руководство АО «Новый Поток» приглашало ФИО1 для подписания договорных документов без предварительного направления проектов. ФИО1, как генеральный директор ООО «НефтеГазИндустрия», выполнял поручения ФИО19 и руководства АО «Новый Поток». Сделки, заключаемые кредитными организациями (за исключением АО КБ «ИНТЕРПРОМБАНК») фактически курировались ФИО16 (Вице-президент АО «Новый Поток»), также он занимался решением вопросов финансирования и взаимодействия с различными финансовыми институтами и организациями. Как утверждает ФИО1, указанные обстоятельства опровергает утверждение о наличии с его стороны умысла на причинение ущерба ООО «Афипский НПЗ». Подписывая оспариваемый договор поручительства ФИО1 не знал и не уточнял информацию исполнял ли обязанности генеральный директор ООО «Афипский НПЗ» в дату подписания Договора, предполагая что действует в рамках полномочий выданной доверенности.

Как следует из отзыва ФИО1 доверенность от ООО «Афипский НПЗ» была подготовлена юридическим департаментом АО «Новый Поток» по инициативе Департамента по финансам АО «Новый Поток», что подтверждается тем фактом, что доверенность заверена нотариусом ФИО20, которая находится непосредственно по месту нахождения АО «Новый Поток» (

<

...>), а также перепиской по электронной почте.

Из предоставленной нотариально оформленной переписки по электронной почте следует, что 30 октября 2017 г. 20:46 от сотрудника АО «Новый Поток» ФИО21 в адрес сотрудников ООО «Нефтегазиндустрия» направлено письмо «АФНПЗ» - Доверенность для банков, в котором ФИО21 просит оформить нотариальную доверенность от ООО «Афипский НПЗ» на ФИО1 для подписания в будущем кредитных договоров, обеспечительной документации к кредитным договорам (залоги контрактов, имущества и пр.), договоров поручительства, договор на выпуск банковских гарантий. 

Как следует из пояснений ФИО1 подписание оспариваемого договора происходило по инициативе АО «Новый Поток». О том, что Договор поручительства был оформлен без соответствующего согласования и уведомления ООО «Афипский НПЗ» а только по инициативе АО «Новый Поток», ФИО1 не знал, и не проверял прохождение соответствующей процедуры согласования в ООО «Афипский НПЗ», так как полагал что руководством АО «Новый Поток» при подготовке и подписании оспариваемого договора будут соблюдаться все предусмотренные процедуры согласования.

Из пояснений ФИО1 следует, что он полагал, что предложенная для подписания сделка инициирована ООО «Афипский НПЗ», проверена и проанализирована службами АО «Новый Поток», на предмет наличия у ФИО1 полномочий на подписание договора, на предмет экономической целесообразности, а также, что проект договора был согласован службами ООО «Афипский НПЗ».

Как утверждает ФИО1 в своих пояснениях, последний узнал, что данная сделка была заключена против интересов ООО «Афипский НПЗ», вопреки установленному в ООО «Афипский НПЗ» порядку согласования договоров, а также в то время, когда Генеральный директор ООО «Афипский НПЗ» присутствовал на рабочем месте только из обращения ООО «Афипский НПЗ», и утверждает, что при подписании оспариваемого договора был введен в заблуждение относительно существа сделки, ее экономической целесообразности, процедуры заключения в соответствии с локальными актами ООО «Афипский НПЗ» и наличии полномочий на ее заключение. Как утверждает ФИО1 в отзыве исходя из информации, имеющейся в материалах дела, опыта взаимоотношений с АО «Новый Поток», ФИО1 полагает что АО «Новый Поток» инициировав в одностороннем порядке заключение оспариваемого Договора (в тайне от ООО «Афипский НПЗ») действовал в интересах ООО «ТИС» в отсутствии экономической целесообразности и в ущерб ООО «Афипский НПЗ». ФИО1 в своих пояснениях считает, что оспариваемый договор поручительства был заключен под влиянием существенного заблуждения, возникшего вследствие того, что АО «Новый Поток», приглашая его для подписания оспариваемого договора не сообщило существенную информацию, при наличии которой сделка не была бы совершена. 

Из материалов дела следует, что ООО «НефтеГазИндустрия» не знало о заключенном договоре поручительства. Данное обстоятельства подтверждается письмом ООО «НефтеГазИндустрия» от 24.09.2018 за №1277 за подписью генерального директора ФИО1, в котором в ответ на запрос ПАО Сбербанк №63-исх/124 от 21.09.2018г., сообщается, что доли и имущество ООО «НефтеГазИндустрия» и ООО «Афипский НПЗ» на дату настоящего письма не выступают в качестве обеспечения по обязательствам третьих лиц, также отсутствуют заключённые указанными компаниями договоры поручительств в пользу третьих лиц и т.д.

Вместе с тем, ООО «НефтеГазИндустрия» являлось единственным участником ООО «Афипский НПЗ», ФИО1, являясь аффилированным лицом ООО «Афипский НПЗ», имел возможность оказания влияния на генерального директора ООО «Афипский НПЗ» и осознавал все возможные негативные последствия своих незаконных действий при подписании Договора поручительства, в том числе с учетом имеющихся у ООО «Афипский НПЗ» обязательств по ряду кредитных договоров, заключенных с ПАО «Сбербанк России».

Принимая во внимание, что оспариваемый договор подписан ФИО1, соответственно последний предоставил заведомо недостоверные сведения в ПАО «Сбербанк России», что является доказательством того, что оспариваемый договор был заключен тайно и сведения об оспариваемом договоре в последующем также не разглашались ФИО1, свидетельствует о сговоре ФИО1 (который действовал как представитель ООО «Афипский НПЗ»), АО «Новый поток», ПАО «Московский кредитный банк» и выгодоприобретателя (ООО «ТИС») по сделке в ущерб интересам ООО «Афипский НПЗ», совершенной с целью возложения на последнего всего бремени кредитной нагрузки по кредиту ООО «ТИС».

Анализирую последствия совершения оспариваемой сделки, суд первой инстанции полагает, что о явном ущербе в случае исполнения договора поручительства от 12.12.2017 для ООО «Афипский   НПЗ» свидетельствует объективная возможность завода лишиться денежных  средств,  которые  должны  быть  оплачены  по  кредитному  договору. 

Как установлено судом, в Арбитражный суд Московской области передано исковое заявление ООО «БалтСетьСтрой» в порядке договорной подсудности о взыскании солидарно с ООО «Афипский НПЗ» как поручителя задолженности по Кредитному договору, а также неустойки по Договору поручительства в размере 2 449 649 686 руб. 67 коп в рамках дела №А41-98682/2019, что подтверждается определением от 15.11.2019 по делу №А41-98682/2019.

Кроме того, судом установлено, что между ПАО «Сбербанк России», (Кредитор) и ООО «Афипский НПЗ» (Заемщик) были заключены кредитные договоры, по которым на дату подписания Договора поручительства у ООО «Афипский НПЗ» имелись обязательства перед ПАО «Сбербанк России», а именно: договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №5569 от 17.08.2012; договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №29-15/2/420 от 12.03.2014; договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №29-15/2/421 от 12.03.2014; договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №29-15/2/422 от 12.03.2014; договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №29-15/2/855 от 30.06.2016; договор об открытии невозобновляемой кредитной линии №29-15/2/856 от 30.06.2016.

На основании вышеуказанных договоров ПАО «Сбербанк России» в полном объеме выполнил принятые на себя обязательства и предоставил Заемщику кредитные средства.

Как следует из материалов дела, остаток основного долга ООО «Афипский НПЗ» перед ПАО «Сбербанк России» в настоящее время составляет 2 005 139 101 долларов США.

Пункты 8.2.9 Договоров №29-15/2/421, №29-15/2/422, и №29-15/2/420, 8.2.15 Договоров №29-15/2/855 и №29-15/2/856 предусматривают обязательства Заемщика в течение всего срока действия Договоров не создавать дополнительной ссудной задолженности: «8.2.9. В течение всего срока действия Договора не создавать дополнительной ссудной задолженности, а именно: привлечение кредитных средств, займов, выдачу гарантий и поручительств без предварительного письменного согласия Кредитора, за исключением Разрешенной задолженности.»

Аналогичное условие содержится в пункте 8.2.20 Договора об открытии невозобновляемой кредитной линии №5569 от 17.08.2012: «8.2.20. В течение всего срока действия Договора не заключать/ обеспечить незаключение Поручителями без предварительного письменного согласования с Кредитором сделки или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с предоставлением третьим лицам кредитов и займов, а также сделок связанных с выдачей гарантий и поручительств.»

Кроме этого согласно условиям заключенных Кредитных договоров Заемщик обязался предоставлять Кредитору документы, подтверждающие целевое использование денежных средств, обеспечить субординацию существующих займов, выданных до и после заключения Договора, по отношению к обязательствам Заемщика перед ПАО «Сбербанк России» (п. 8.2.28), ежеквартально предоставлять Кредитору финансовую и бухгалтерскую отчетность в составе и по формам, установленным законодательством РФ, в том числе расшифровки задолженности по долгосрочным кредитам и займам с указанием кредиторов, суммы задолженности, с указанием статуса данной задолженности.

Таким образом, при заключении кредитных договоров, с учетом размера кредитования и финансовых возможностей Заемщика, ПАО «Сбербанк России» и Заемщик предусмотрели, что последний обязуется в течение срока действия кредитных договоров не принимать на себя денежные обязательства перед третьими лицами по договорам поручительства.

Кроме того, согласно пункту 7.1.9 каждого из кредитных договоров ПАО «Сбербанк России» имеет право отказаться от обязанности выдать кредит полностью или частично при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что сумма долга не будет возвращена.

В соответствии с пунктом 7.1.7.11 нарушение Заемщиком принятых на себя обязательств, в том числе предусмотренных п. 8.2.9. Кредитных договоров, влечет право Кредитора потребовать досрочного возврата кредитной задолженности.

Следовательно, предоставление поручительства ООО «Афипский НПЗ» без предварительного письменного согласования со стороны ПАО «Сбербанк России», является основанием для прекращения выдачи денежных средств по кредитным договорам и досрочного истребования суммы займа со стороны ПАО «Сбербанк России».

В соответствии с условиями Кредитных договоров кредитные средства носят целевой характер и предоставлены на реализацию крупного инвестиционного проекта. В связи с этим реализация ПАО «Сбербанк России» права на досрочное истребование сумм кредита может повлечь существенный ущерб для Заемщика, связанный с не завершением указанного проекта.

Как установлено Арбитражным судом Краснодарского края, ПАО «Сбербанк России» не было известно о заключении Договора поручительства между ООО «Афипский НПЗ» и ПАО «Московский кредитный банк». Документы о намерении ООО «Афипский НПЗ» заключить с ПАО «Московский кредитный банк» договор поручительства, обеспечивающий кредитные обязательства ООО «Строительная компания Техинжстрой», в ПАО «Сбербанк России» не поступали, соответствующее письменное согласие ПАО «Сбербанк России» не выдавал. Информацией о заключении оспариваемого Истцом договора поручительства, как и самим договором, до момента привлечения ПАО «Сбербанк России» к участию в настоящем судебном споре не располагал.

Учитывая изложенное, арбитражный суд считает, что Договор поручительства между ПАО «Московский кредитный банк» и ООО «Афипский НПЗ» от 11.12.2017 г. заключен с нарушением ранее принятых ООО «Афипский НПЗ» обязательств по Кредитным договорам и нарушает права ПАО «Сбербанк России».

Интересы ПАО «Сбербанк России», как основного кредитора ООО «Афипский НПЗ», нарушены предусмотренным в пункте 2.1. Договора поручительств обязательством Поручителя нести солидарную ответственность за исполнение обязательств в сумме около 1,8 млрд. руб. Кроме того, в пункте 2.4. Договора поручительства в качестве способа исполнения обязательств перед ПАО «Московский кредитный банк» предусмотрено право ПАО «Московский кредитный банк» на безакцепное списание с расчетного счета Поручителя денежных средств в размере обязательств Поручителя в счет погашения любой задолженности Поручителя.

Данные положения оспариваемого договора нарушают права ПАО «Сбербанк России» на получение удовлетворения его требований при наличии у Заемщика задолженности по Кредитным договорам за счет имущества ООО «Афипский НПЗ», а также нарушают очередность удовлетворения таких требований.

Кроме этого, указанные обязательства, наличие которых не было учтено ПАО «Сбербанк России» при анализе финансового состояния Заемщика для целей кредитования, влекут существенные риски погашения задолженности согласно установленному порядку погашения платежей. ПАО «Сбербанк России» в своем отзыве указал, что принятие Заемщиком подобных обязательств не могло быть одобрено ПАО «Сбербанк России» исходя из существующих взаимоотношений.

Таким образом, у ООО «Афипский НПЗ» существовал запрет на заключение договоров поручительства без предварительного письменного согласования ПАО «Сбербанк России», что было известно ФИО1, как генеральному директору единственного участника Общества, а также должно было быть известно АО «Новый поток», который в соответствии с договором от 30.09.2017 г. №108/2017, оказывал услуги по сопровождению производственно-хозяйственной деятельности ООО «Афипский НПЗ», и данном случае без ведома ООО «Афипский НПЗ» организовал заключение оспариваемого договора поручительства.

С учетом изложенного Арбитражный суд Краснодарского края считает, что Договор поручительства №437602/17 от 11.12.2017 г. заключен с нарушением обязательств по ранее заключенным между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Афипский НПЗ» Кредитным договорам, и при допущенных при заключении Договора поручительства нарушениях требований закона, спорная сделка обладает признаками недействительности, предусмотренными в п. 2 ст. 168 ГК РФ.

При подписании Договора поручительства №437602/17 от 11.12.2017, ФИО1, но основании согласованного АО «Новый поток» договора, намеренно, либо по неосторожности не проявляя той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по условиям оборота при заключении оспариваемой сделки ввел ПАО «Московский кредитный банк» в заблуждение давая в соответствии с разделом 4 Договора поручительства следующие заверения об обстоятельствах: «Поручитель настоящим заявляет и гарантирует Банку, что на дату заключения настоящего Договора следующие заверения об обстоятельствах являются действительным и достоверными: а) Поручитель обладает всеми полномочиями для заключения настоящего Договора и исполнения обязательств, принимаемых на себя по настоящему Договору; б) Поручитель предпринял все корпоративные и иные действия, включая, но не ограничиваясь, получение одобрения, согласия и (или) разрешения уполномоченных органов управления Поручителя, необходимых для заключения и исполнения настоящего Договора и для обеспечения того, чтобы настоящий Договор являлся законным, обязательным для исполнения Поручителя и подлежащим исполнению в отношении Поручителя; в) вся информация, предоставленная Поручителем Банку в связи с настоящим Договором, соответствует действительности, является полной и точной во всех отношениях и Поручитель не скрывает никаких фактов, которые, если бы они стали известны, могли бы оказать неблагоприятное влияние на решение Банка о заключении настоящего Договора: г) уплата Поручителем всех сумм, причитающихся Банку в соответствии с настоящим Договором, не противоречит ни одному обязательству Поручителя перед третьими лицами и является безусловным обязательством Поручителя,  которое, как минимум, имеет такой же приоритет, как и остальные обязательства Поручителя».

Таким образом, при таких обстоятельствах в действиях ФИО1 и АО «Новый поток» усматриваются признаки недобросовестного осуществления, гражданских прав (злоупотребление правом), что свидетельствует о намерении причинить вред ООО «Афипский НПЗ». Указанное поведение участника гражданского оборота противоречит основам гражданского законодательства, которое запрещает кому-либо извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

При заключении Договора поручительства ПАО «Московский кредитный банк» должен изучить ряд правоустанавливающих документов на предполагаемого заемщика (поручителя), в том числе, документы, содержащие информацию о финансово-хозяйственной деятельности общества. В соответствии с информацией, изложенной на официальном сайте ПАО «Московский кредитный банк», имеется перечень документов, предоставляемых при рассмотрении кредитной заявки, который включает в себя сведения содержащиеся в оборотно-сальдовой ведомости как общую по всем счетам на последнюю отчетную дату, так и по счетам 66 «Расчеты по краткосрочным кредитам» и 67 «Расчет по долгосрочным кредитам», а так же действующие договоры с кредитными обязательствами с графиками платежей.

Таким образом, ПАО «Московский кредитный банк», проявляя должную осмотрительность и добросовестность при заключении Договора поручительства с ООО «Афипский НПЗ», не мог не знать о наличии действующих кредитных договоров с ПАО «Сбербанк», Договора залога доли ООО «Афипский НПЗ» в пользу ПАО «Сбербанк». Так согласно предоставленной информации от ПАО «Московский кредитный банк» в материалы дела, следует, что ПАО «Московский кредитный банк» было известно, что 100% долей ООО «Афипский НПЗ» находятся в залоге ПАО «Сбербанк России» в соответствии со списком участников ООО «Афипский НПЗ» от 11.12.2017.

ПАО «Московский кредитный банк» до момента заключения Договора поручительства обладал возможностью ознакомиться с условиями заключенных кредитных договоров ООО «Афипский НПЗ» с ПАО «Сбербанк России».

В данной ситуации, о явном ущербе в результате заключения договора поручительства от 11.12.2017 для ООО «Афипский НПЗ» свидетельствует объективная возможность предъявления досрочного требования по кредитным договорам с ПАО «Сбербанк» (которые запрещают предоставлять поручительства по каким-либо сделкам без его согласия).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции приходит к выводу о том, что договор поручительства №437602/17 от 11.12.2017 обладает также признаками недействительности в соответствии с пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенный в результате сговора (иных совместных действий) представителя ООО «Афипский НПЗ» с участниками сделки и с причинением явного ущерба заводу.

Аналогичная правовая позиция приведена в Определении Верховного Суда РФ от 30.09.2016 №307-ЭС16-12138 по делу №А56-61016/2014.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 разъяснено, что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет недействительность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичная позиция указана в разъяснениях данными в пункте 7 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25, так, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Так, в соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Указанная норма вытекает из положений ст. 35 Конституции РФ, согласно которой право частной собственности охраняется законом; каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии с п. 1 ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Кодекса необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны по сделке при заключении договора действовал явно в ущерб последнему.

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

- участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;

- получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

-реализация договоренностей между банком, поручителем, заемщиком и др,направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что онисправедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснованияпринятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствамв объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии упоследнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

Совокупность указанных ниже обстоятельств, свидетельствует о действии лиц, в отсутствие полномочий и вопреки законным интересам ООО «Афипский НПЗ» в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц, причинения существенного вреда правам и законным интересам ООО «Афипский НПЗ», незаконно, путем обмана, завладеть имуществом (денежными средствами) ООО «Афипский НПЗ», в нарушение ст. 35 Конституции РФ, ст. 209 ГК РФ.

Так, все действия направленные на получение - выдачу доверенности ФИО1, и действия, направленные на подписание Договора поручительства, были осуществлены при нарушении действующих норм законодательства, внутренних положений Общества, и в нарушение принятых обязательств по кредитным договорам Общества, фактически имеющих своей целью обеспечить обязательства аффилированного группе компаний АО «Новый Поток» должника - ООО «ТИС» активами сторонней организации - ООО «Афипский НПЗ», с целью переложения на последнего фактической кредитной нагрузки в целях обеспечения интересов заемщика и банка имуществом (денежными средствами) ООО «Афипский НПЗ» а именно:

-подписание оспариваемого договора происходило тайно по инициативе АО «НовыйПоток», без действительной воли ООО «Афипский НПЗ» на заключение оспариваемой сделки;

в нарушение действующего в Обществе порядка выдачи доверенностей, предусмотренного Приказом № 36 от 08.02.2016г. о введении в действие Положение «О порядке выдачи доверенностей» ПИСМ-4.2.1-70-2016, не соблюдена процедура выдачи доверенности ФИО11, доверенность выдана без уведомления ООО «Афипский НПЗ»;

- нарушен внутренний порядок Общества по согласованию договорных документов. Установленный порядок согласования проектов документов, в том числе договоров, в ПО 1С Предприятие 8.2. при заключении Договора поручительства не был соблюден. Соответственно ФИО1 не имел права подписывать данный договор, не прошедший установленный порядок согласования;

- договор поручительства подписан в нарушение имеющихся кредитных обязательств ООО «Афипский НПЗ» перед ПАО «Сбербанк России», а именно при отсутствии предварительного письменного согласования ПАО «Сбербанк России», о чём было известно, или должно было быть известно Шайхетдинову Ч..И. и АО «Новый Поток» и ПАО «Московский кредитный банк», что нарушает права ПАО «Сбербанк России» на получение удовлетворения его требований при наличии у Заемщика задолженности по Кредитным договорам за счет имущества ООО «Афипский НПЗ», а также нарушают очередность удовлетворения таких требований;

- после подписания оспариваемого договора ФИО1, последний как генеральный директор ООО «НефтеГазИндустрия» (единственный участник ООО «Афипский НПЗ» на тот момент) предоставлял заведомо недостоверные сведения в ПАО «Сбербанк России» об отсутствии такого договора поручительства, сохраняя режим секретности в отношении оспариваемого договора.

- у ООО «Афипский НПЗ» отсутствовал экономический интерес в заключении Договора поручительства поскольку цели кредитного договора не были связаны с деятельностью ООО «Афипский НПЗ», а также с предоставлением преимуществ или экономической выгоды;

- сделка совершена в ущерб ООО «Афипский НПЗ», так как заключена в нарушении обязательств по кредитным договора с ПАО «Сбербанк», предусматривающих запрет на выдачу поручительств без согласия ПАО «Сбербанк» и досрочный возврат кредита в случае нарушения такого запрета (Договоры с ПАО «Сбербанк» не были изучены и не приняты во внимание при заключении оспариваемой сделки, Согласие ПАО «Сбербанк» не получено);

- договор поручительства и доверенность были подписаны и выданы тайно, информация о Договоре поручительства до сведения Общества ФИО1, АО «Новый Поток», ПАО «Московский кредитный банк» не доводилась, известно о договоре стало только по факту принимаемых действий третьих лиц направленных на взыскание (похищение) имущества Общества.

- при заключении Договора поручительства ФИО1 при содействии АО «Новый Поток» ввёл сотрудников ПАО «Московский кредитный банк», ответственных за заключение данного договора, в заблуждение о законности своих действий, и достаточности полномочий для заключения соответствующей сделки от имени Общества, предоставил не соответствующие действительности заверения;

- ПАО «Московский кредитный банк», заключая Договор поручительства не проявил добросовестность и должную осмотрительность, не изучил ряд правоустанавливающих документов на предполагаемого заемщика (поручителя), в том числе, документы, содержащие информацию о финансов-хозяйственной деятельности общества, не мог не знать о наличии действующих кредитных договоров с ПАО «Сбербанк», Договоров залога доли ООО «Афипский НПЗ» в пользу ПАО «Сбербанк» и имеющегося запрета на заключение оспариваемой сделки без согласования ПАО «Сбербанк», хотя мог и должен был до момента заключения Договора поручительства ознакомиться с условиями заключенных кредитных договоров ООО «Афипский НПЗ» с ПАО «Сбербанк России».

- договор поручительства подписан без соответствующих полномочий ФИО1, так переданные по доверенности действия и полномочия ФИО1, мог осуществлять исключительно на период отсутствия генерального директора Общества, который в момент подписания поручительств исполнял свои обязанности.

- обстоятельства, при которых была совершена сделка свидетельствуют о недобросовестном поведении ПАО «Московский кредитный банк», ФИО1, АО «Новый Поток», совершивших оспариваемую сделку, без действительной воли на заключение оспариваемой сделки ООО «Афипский НПЗ».

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства заключения договора поручительства, суд пришел к выводу о том, что банк, основной заемщик и представитель ООО «Афипский НПЗ», входящий в одну группу с основным заемщиком фактически преследовали цель выведения активов завода во вред ООО «Афипский НПЗ» и иным кредиторам. При этом, банк, рассчитывая получить удовлетворение своих требований к третьему лицу (должнику по основному обязательству) за счет имущества ООО «Афипский НПЗ», лишив кредиторов последнего возможности удовлетворения своих требований, что свидетельствует о злоупотреблении банком своими правами.

Данные выводы подтверждаются также проявленной банком неосмотрительностью в отношении проверки полномочий представителя ООО «Афипский НПЗ», которые в действительности отсутствовали.

Приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что договор поручительства заключен сторонами спора в нарушение требований закона, при этом посягающий на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, и является ничтожной сделкой (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В суде первой инстанции ответчиками было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год. Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку. В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование.

В соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Указанный срок полежит применению к сделкам, совершенным с нарушением требований статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Аналогичный срок исковой давности предусмотрен и для оспаривания сделок по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2003 №5-П указано, что течение этого срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении. В целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления гражданских прав.

По мнению ответчиков и ООО «ТИС» истцом был пропущен срок исковой давности, предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор поручительства №437602/17 был заключен 11.12.2017 г., ПАО «Московский кредитный банк», ООО «Стройпроект» и ООО «ТИС» полагают, что в данном случае срок признания его недействительным в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ истек 11.12.2018 года, т.е. за 9 месяцев до подачи искового заявления.

Указанные доводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, из которого следует, что договор поручительства от 11.12.2017 №437602/17 был заключен в результате сговора (или иных совместных действий) ФИО1 (который действовал как представитель ООО «Афипский НПЗ»), АО «Новый поток», ПАО «Московский кредитный банк» и выгодоприобретателя (ООО «ТИС») по сделке в ущерб интересам ООО «Афипский НПЗ».

В абзаце 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, что в случае если лицо, которое осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку.

ООО «Афипский НПЗ» не знало о заключенном договоре поручительства, что подтверждается письмом ООО «Афипский НПЗ» от 25.08.2018 за №8818-01 за подписью генерального директора ФИО10, в котором в ответ на запрос ПАО Сбербанк №63-исх/124 от 21.09.2018г., сообщается, что доли и имущество ООО «Афипский НПЗ» на дату письма не выступают в качестве обеспечения по обязательствам третьих лиц (в т.ч. не являются предметом залога, не являются базовым активом опционов или иных подобных соглашений), также отсутствуют заключённые указанными компаниями договоры поручительств в пользу третьих лиц, договоры залога/ипотеки, опционные соглашения, заклад, право залогового удержания, другие обеспечительные сделки, обеспечивающие любое обязательство любого лица, гарантии, за исключением: обеспечения в пользу ПАО Сбербанк (и/или его аффилированных или дочерних компаний); обеспечения (поручительств) в рамках кредитных линий на финансирование оборотного капитала.

В соответствии с п. 2.9. Договора поручительства ООО «Афипский НПЗ» обязуется в течение всего срока действия Договора предоставлять ПАО «Московский кредитный банк» по его первому требованию либо в сроки, указанные в пункте 2.9. Договора, сведения, отражающие финансово-хозяйственное состояние ООО «Афипский НПЗ».

Из представленных документов не следует, что они были направлены ООО «Афипский НПЗ» в адрес ПАО «Московский кредитный банк», а также то что указанные документы выданы в рамках оспариваемого договора. От ПАО «Московский кредитный банк» в адрес ООО «Афипский НПЗ» в соответствии с п. 2.9. оспариваемого договора не направлялось никаких запросов с требованиями предоставить информацию по форме банка, или с требованием предоставить информацию которую в соответствии с п. 2.9. оспариваемого договора ООО «Афипский НПЗ» должен был регулярно отправлять в ПАО «Московский кредитный банк». Таким образом, ПАО «Московский кредитный банк» способствовало тому, чтобы ООО «Афипский НПЗ» не стало известно о факте заключения оспариваемого договора.

Как установлено судом, 21.05.2019 в ООО «Афипский НПЗ» поступило требование (претензия) от ООО «БалтСетьСтрой» №13-05/19-03-2 от 13.05.2019 г. об исполнении обязательств по Кредитному договору 

<

***> от 07.12.2017г., заключенному между ПАО «Московский кредитный банк» и ООО «СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ ТЕХИНЖСТРОЙ», (далее по тексту - Требование) на общую сумму 1 867 660 273.97 рублей, на основании договора уступки прав (требований). Из информации, отраженной в Требовании, следует, что основанием для его предъявления к Ответчику явился Договор поручительства.

Из представленных документов следует, что до получения требования от 21.05.2019 г. ООО «Афипский НПЗ» и ООО «Ойл Технолоджис» не имели информации о наличии обязательств перед ПАО «Московский кредитный банк» в рамках кредитного договора с ООО «СК Техинжстрой». 

По данным бухгалтерского учета ООО «Афипский НПЗ» обязательства по Договору поручительства отсутствуют и в бухгалтерском учете не отображены. В системе документооборота указанный Договор поручительства также отсутствует.

Также в Обществе отсутствуют сведения о выдаче доверенности ФИО1 

Подписант Договора поручительства ФИО1 не являлся и не является работником ООО «Афипский НПЗ», о наличии заключенного ФИО1 Договора поручительства от имени ООО «Афипский НПЗ» стало известно 21.05.2019 г.. В связи с чем, срок исковой давности должен исчисляться с момента, когда ООО «Афипский НПЗ» узнало о наличии требования, вытекающего из Договора поручительства, то есть с 21.05.2019 г.

Соответственно предусмотренный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требований о признании недействительной оспоримой сделки недействительной истцом не пропущен.

Срок исковой давности по требованиям, о признании недействительной сделки применительно к статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит исчислению по пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и соответственно не был пропущен истцом.

ПАО «Московский кредитный банк» полагает, что руководству ООО «Афипский НПЗ» было известно об оспариваемом Договоре поручительства с момента его заключения, на основании имеющихся в распоряжении ПАО «Московский кредитный банк» документов, которые были предоставлены в судебное заседание.

Арбитражный суд Краснодарского края считает данные доводы необоснованными, так как последние не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и противоречат нормам процессуального права.

В соответствии со ст. 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу, и не принимает документы, не имеющие отношения к установлению обстоятельств по рассматриваемому делу.

Представленные ПАО «Московский кредитный банк» документы являются: бухгалтерскими балансами, налоговыми декларациями, справками банков о счетах, копиями паспортов, из содержания которых не следует, в чей адрес они направлялись. Сопроводительных писем от ООО «Афипский НПЗ» к данным документам у ПАО «Московский кредитный банк» нет, соответственно из указанных документов не следует, что они были направлены ООО «Афипский НПЗ» в адрес ПАО «Московский кредитный банк». Не представлено доказательств о том, что указанные документы вьщаны в рамках оспариваемого договора. От кого и когда данные документы поступили в ПАО «Московский кредитный банк», последний не разъяснил. Какой-либо непосредственной связи с оспариваемым договором, указанные документы не устанавливают. Что касается письма без номера и даты ООО «Афипский НПЗ» по мониторингу за 2017 года на 01.01.2018 года и письма ООО «Афипский НПЗ» исх. №7589-1 от 10.08.2018 года по мониторингу за 2 кв. 2018 года на 01.07.2018 года) то как следует из указанных писем в графе адресата указан ПАО «Московский кредитный банк», вместе с тем, из указанных документов не следует, что они вьщаны в рамках оспариваемого договора. Условиями оспариваемого договора представление таких писем не предусмотрено. Соответствующих запросов от ПАО «Московский кредитный банк» в адрес ООО «Афипский НПЗ» не поступало. От кого данные документы поступили в адрес ПАО «Московский кредитный банк», последний не разъяснил. Какой-либо связи с оспариваемым договором из данных документов не следует.

Как установлено ООО «Афипский НПЗ» в ходе проведенного служебного расследования, данные документы от ООО «Афипский НПЗ» были запрошены со стороны ООО «НефтеГазИндустрия» (как единственного участника Общества на тот момент), и направлены от ООО «Афипский НПЗ» в адрес ООО «НефтеГазИндустрия», что подтверждается соответствующей накладной «КУБЭКС» за №817975.

Как следует из прилагаемого ответа ООО «НефтеГазИндустрия», запрашиваемая информация была истребована для оценки мониторинга финансового состояния Группы Компаний НефтеГазИндустрия (в которую входило ООО «Афипский НПЗ», как дочернее Общество), в рамках взаимоотношений с ПАО «Московский кредитный банк». Так, 06.07.2018г. между ООО «НефтеГазИндустрия» и ПАО «Московский кредитный банк» был заключен кредитный договор 

<

***> в связи с чем, указанные документы запрашивались ООО «НефтеГазИндустрия» для ПАО «Московский кредитный банк» в целях оценки платежеспособности ООО «НефтеГазИндустрия» и ее дочернего общества как в качестве потенциального заемщика, так и в рамках исполнения указанного кредитного договора.

Указанные обстоятельства подтверждают тот факт, что ООО «Афипский НПЗ» не было известно об оспариваемом договоре.

Таким образом, согласно ст. 67 АПК РФ предоставленные документы не имеют отношения к установлению обстоятельств по рассматриваемому делу, так как не могут быть доказательством того, что ООО «Афипский НПЗ» было известно об оспариваемом Договоре поручительства с момента его заключения.

В соответствии с п. 123 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» даны разъяснения относительно того что может пониматься под последующим одобрением сделки (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); - заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Как установлено Арбитражным судом Краснодарского края, в настоящем деле такие обстоятельства отсутствуют. Что касается представленных документов ПАО «Московский кредитный банк», указанные документы получены третьими лицами и отсутствуют доказательства их непосредственной взаимосвязи между волей ООО «Афипский НПЗ» и оспариваемым договором.

Пунктом 123 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 разъяснено, что независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение. В настоящем деле такие обстоятельства отсутствуют. При этом подписание ФИО1, который являлся генеральным директором единственного участника, не может рассматриваться как последующее одобрение. При подписании оспариваемого договора ФИО1 действовал как физическое лицо на основании выданной доверенности. Само действие по подписанию оспариваемого договора нельзя рассматривать как последующее одобрение.

Совершение любой сделки, равно как и принятие решения о ее совершении органами управления, заключается не только в техническом подписании документа (договора или решения органа управления), но, в первую очередь, в анализе последствий совершения такой сделки для деятельности общества и оценки целесообразности ее совершения.

Информация о последствиях могла быть выявлена, как при прохождении процедуры

внутреннего согласования договора, предусмотренной внутренними нормативными актами ООО «Афипский НПЗ» и получения заключений от соответствующих профильных подразделений, так и по информации от исполнительного органа Общества.

Как установлено Арбитражным судом Краснодарского края, ни профильные подразделения, ни Генеральный директор ООО «Афипский НПЗ» проект договора не согласовывали. После подписания оспариваемой сделки ФИО1, договор в Общество не передавался, Общество не обладало информацией о его заключении, в связи с чем он не породил для Общества ни прав, ни обязанностей, а также не одобрялся ООО «Афипский НПЗ».

Так, согласно п. 9.3 Устава ООО «Афипский НПЗ» общее собрание участников не представительствует по делам Общества, а ограничивает свою деятельность принятием решений по делам Общества. Общее собрание участников не вправе рассматривать и принимать решения по вопросам, не отнесённым законодательством и Уставом Общества к его компетенции. Общее собрание участников общества вправе принимать решения только по вопросам повестки дня, сообщенным участникам Общества в порядке, определенном действующим законодательством и настоящим Уставом, за исключением случаев, если в данном общем собрании участвуют все участники Общества.

Согласно п. 9.10 Устава ООО «Афипский НПЗ» такое одобрение должно быть оформлено от имени ООО «НефтеГазИндустрия» в форме Решения единственного участника Общества. Соответственно подписание оспариваемой сделки относится к компетенции единоличного исполнительного органа, а значит ее подписание в данном случае физическим лицом - ФИО1 действовавшим без соответствующих полномочия не может свидетельствовать о ее действительности и одобрении.

Как установлено Арбитражным судом Краснодарского края со стороны ООО «НефтеГазИндустрия» решение единственного участника (протокол общего собрания участников) об одобрении сделки по заключению оспариваемого договора, не оформлялось, в том числе в порядке, предусмотренном п. 9.10 Устава ООО «Афипский НПЗ». Иных корпоративных одобрений, как предшествующих, так и последующих, со стороны ООО «НефтеГазИндустрия», как единственного участника ООО «Афипский НПЗ», к вышеуказанной сделке не осуществлялось. Последующего одобрения сделки (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ) со стороны ООО «Афипский НПЗ» также не производилось. Данные обстоятельства подтверждается запросом ООО «Афипский НПЗ» в адрес ООО «НефтеГазИндустрия» №8980-15 от 13.12.2019 и ответом ООО «НефтеГазИндустрия» 16.12.2019, а также выкопировками из годовых отчетов ООО «Афипский НПЗ» за 2017 и 2018 гг., в которых приведены перечни решений единственного участника ООО «Афипский НПЗ» за указанные периоды.

Из содержания п. 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 следует, что равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ). Как следует из материалов дела такие обстоятельства отсутствуют.

В связи с этим, оснований полагать договор поручительства одобренным со стороны ООО «Афипский НПЗ» не имеется.

Учитывая фактические обстоятельства дела, суд признал заявленные исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Суд первой считает необходимым принять во внимание разъяснения, изложенные в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок,  о  применении  последствий  их  недействительности  и  о  применении  последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, судебные расходы ООО «ОЙЛ ТЕХНО ЛОДЖИС» по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей следует отнести на ПАО «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК», как на лицо, непосредственно совершившее сделку и ООО «БалтСетьСтрой», как фактическую сторону по сделке в результате правопреемства. 

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует отнести на ответчиков - ПАО «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК», г. Москва в размере 3 000 руб., ООО «БАЛТСЕТЬСТРОЙ», г. Санкт-Петербург в размере 3 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 64-66, 101, 102, 104, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

                                                          Р Е Ш И Л:

Признать договор поручительства № 437602/17 от 11.12.2017 недействительным. 

В удовлетворении исковых требований к ООО «СТРОЙПРОЕКТ», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Тюмень отказать. 

Взыскать с ПАО «МОСКОВСКИЙ КРЕДИТНЫЙ БАНК», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва в пользу ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г.Москва 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. 

Взыскать с ООО «БАЛТСЕТЬСТРОЙ», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г.Санкт-Петербург в пользу ООО «ОЙЛ ТЕХНОЛОДЖИС», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г.Москва 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. 

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть  обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца после его принятия и в кассационную инстанцию с момента вступления его в законную силу.

Судья                              А.А. Огилец