227/2023-22954(2) 

 

Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-15092/2018

г. Владивосток

16 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2023 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 16 июня 2023 года.  Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Т.В. Рева, судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина, при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового  управляющего ФИО2,  

апелляционное производство № 05АП-1404/2023 на определение от 09.03.2023 судьи Ю.А. Иозеф 

по делу № А51-15092/2018 Арбитражного суда Приморского края  по заявлению финансового управляющего ФИО2  

к ФИО3 

о признании недействительной сделки – договора купли-продажи автотранспортного  средства: ТОУОТА Camry, год выпуска 2013, применении последствий  недействительности сделки,  

заинтересованные лица: ФИО4, финансовый управляющий  имуществом ФИО4, ФИО5, ФИО6,  

в рамках дела по заявлению публичного акционерного общества «Дальневосточный банк»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 15.10.2002) к ФИО7 (дата рождения 21.01.1969, место рождения: п.Пограничный Приморского  края) о признании его несостоятельным (банкротом),  

при участии: ФИО7 (лично), паспорт; 

от финансового управляющего: представитель ФИО8, по доверенности от  15.02.2023, сроком действия 1 год, паспорт;  

иные лица, участвующие в деле, не явились, 

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Дальневосточный банк» обратилось в  Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании ФИО7  (далее – должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 24.07.2018 заявление принято к производству, возбуждено  производство по делу.  

Определением суда от 06.11.2018 в отношении ФИО7 введена процедура  реструктуризации долгов гражданина сроком на три месяца; финансовым управляющим  имуществом должника утвержден ФИО2.  

Решением суда от 01.07.2019 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом),  в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым  имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий,  заявитель, апеллянт).  

Определением суда от 23.01.2023 срок реализации имущества должника продлен  на шесть месяцев.  

В рамках данного дела финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с  заявлением (уточненным впоследствии в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)) о признании  недействительным заключенного между должником и ФИО3 (далее – ответчик) договора от 17.12.2015 купли-продажи автотранспортного  средства: ТОУОТА Саmгу, 2013 года выпуска, VIN 

<

***>, модель 2АR  Е562249, цвет серый металлик, государственный регистрационный знак 

<

***>  (далее – автомобиль), о применении последствия недействительности сделки в виде  возврата в конкурсную массу автомобиля.  

Определением суда от 08.11.2022 к участию в споре привлечены ФИО4, финансовый управляющий в деле о несостоятельности (банкротстве)  ФИО4, ФИО5, ФИО6.  

Определение суда от 09.03.2023 в удовлетворении требований финансового  управляющего отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий  обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение  суда отменить, заявление финансового управляющего удовлетворить. В обоснование  апелляционной жалобы приводит доводы о том, что финансовая возможность ФИО3 на приобретение автомобиля не доказана, так как представленный кредитный  договор не подтверждает того, что он потратил полученные в кредит деньги на  приобретение спорной машины: в пункте 10 индивидуальных условий кредитного  договора указывается, что в качестве обеспечения по кредиту заёмщик должен заключить  договор поручительства, а не залога; в пункте 11 не указаны цели кредита; в реестре  залогов отсутствует информация о залоге автомобиля. При анализе счетов должника  видно, что денежные средства в указанном размере не вносились, не расходовались.  Также финансовый управляющий полагает, что ФИО7 и ФИО3 входят в  одну группу лиц с обществом с ограниченной ответственностью «ДВРесурсы» (ОГРН  

<

***>, далее – ООО «ДВРесурсы»), так как ФИО7 являлся участником  данного хозяйственного общества до 26.05.2015, а ФИО3 стал им после этой даты;  был директором указанного общества с 11.03.2015 по 10.03.2016.  

Определением апелляционного суда от 15.03.2023 апелляционная жалоба  оставлена без движения на срок до 12.04.2023. Определением апелляционного суда от  13.04.2023 в связи с устранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления  жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее  рассмотрению назначено на 15.05.2023.  

До судебного заседания от должника поступил письменный отзыв на  апелляционную жалобу, согласно которому просит отказать в удовлетворении  ходатайства финансового управляющего о приобщении к материалам дела  дополнительных доказательств, определение суда оставить без изменения,  апелляционную жалобу – без удовлетворения, рассмотреть апелляционную жалобу в его  отсутствие.  

В судебном заседании 15.05.2023 установлено, что апелляционная жалоба  содержит ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.  Суд, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определил в  удовлетворении ходатайства отказать, поскольку заявитель жалобы не привел  уважительных причин невозможности представления их в суд первой инстанции.  Документы не возвращаются подателю жалобы по причине их подачи в электронном  виде.  

Определением апелляционного суда от 15.05.2023 рассмотрение апелляционной  жалобы отложено на 13.06.2023.  

Далее в материалы дела поступило ходатайство ответчика о приобщении к  материалам дела документа, подтверждающего выдачу банком наличных денежных  средств по кредитному договору от 10.12.2015, а также банковской выписки. Коллегия,  руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила  приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в  опровержение позиции апеллянта и необходимые для рассмотрения апелляционной  жалобы по существу.  

Определением апелляционного суда от 08.06.2023 в судебном составе произведена  замена бокового судьи, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала  в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ.  

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал  доводы апелляционной жалобы. Должник на доводы апелляционной жалобы возразил.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о  банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,  явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в  порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК  РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в  АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в  деле.  

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на  нее, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции  не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, между должником  (продавец) и ответчиком (покупатель) 17.12.2015 заключен договор купли-продажи  автомобиля стоимостью 100 000 руб. (пункт 3.1.). Покупатель оплачивает автомобиль  путем перечисления денежных средств на банковский счет продавца или наличными  денежными средствами (пункт 3.2). По акту приема-передачи транспортного средства от  17.12.2015 покупатель получил автомобиль, продавец - 100 000 руб.  

Полагая, что данная сделка совершена между заинтересованными лицами с  «шокирующей неравноценностью» ввиду того, что стоимость автомобиля по договору  составила 100 000 руб., а в соответствии с отчетом общества с ограниченной  ответственностью «ИНДУСТРИЯ-Р» его стоимость на дату заключения договора равна  1 014 258 руб., в период, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед  кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр, финансовый  управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании данного договора  недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 10  и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 2 статьи 35  Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ).  

Должник в ходе рассмотрения обособленного спора настаивал на пропуске  финансовым управляющим срока исковой давности, так как последний имел реальную  возможность узнать об оспариваемой сделке ранее июня 2020 года, но не использовал ее.  

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о  банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) граждан рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Банкротство гражданина установлено главой X Закона о банкротстве. Отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные указанной главой,  регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI  настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).  

На основании пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в настоящем законе.  

Порядок оспаривания сделок должника-гражданина предусмотрен статьей 213.32  Закона о банкротстве, при этом, из императивного предписания пункта 13 статьи 14  Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей  несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города  федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации» следует, что абзац второй пункта 7 статьи  213.9, пункты 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к сделкам граждан, не  являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенным с 01.10.2015. Сделки  же указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинения вреда  кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по  требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного  органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае договор купли-продажи транспортного средства  заключен 17.12.2015, то есть после 01.10.2015, в связи с чем данная сделка может быть  признана недействительной с применением пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о  банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2  или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим  по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а  также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет  более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в  реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении  которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), судом в случае оспаривания  подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как  пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении  соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из  следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных  

пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).  

Заявление должника принято к производству арбитражного суда 24.07.2018, а  оспоренная сделка совершена 17.12.2015, то есть в пределах периода подозрительности,  определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в  связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Установленные абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой  стороной сделки.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления № 63, для  признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:  

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам  кредиторов;  

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или  размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение  сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения  сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным  доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).  

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что  другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья  19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются,  если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).  

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по  отношению к должнику.  

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания  этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.  

Так, неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части  денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостатком денежных средств; недостаточность имущества - превышение размера  денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над  стоимостью имущества (активов) должника.  

Проверив наличие совокупности признаков, необходимой для признания сделки  недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, коллегия  пришла к следующим выводам.  

Как отмечено выше, для признания сделки должника недействительной на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве заявитель должен доказать наличие  совокупности указанных в данной норме условий, в числе которых совершение сделки с  целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и  осведомленность второй стороны сделки (ответчика) об этом.  

В рассматриваемом случае сторонами договора выступили физические лица,  которые при покупке транспортных средств исходят из личных нужд. В такой сделке, при  недоказанности взаимосвязи между продавцом и покупателем и наличия у них намерения  

вывести имущество с целью недопущения обращения взыскания на него, презюмируется  основанная на статье 1 ГК РФ добросовестность участников гражданского оборота и  совершение ими действий с целью достижения обычных в этих взаимоотношениях целей.  В случае участия в сделке заинтересованных, взаимосвязанных сторон применяется  повышенный стандарт доказывания и указанная презумпция не учитывается.  

В обоснование заявления финансовый управляющий сослался на наличие  признаков заинтересованности должника и ответчика, обусловленной тем, что ФИО7 до 11.02.2014 являлся руководителем общества с ограниченной ответственностью  «Погрансервис», после чего на этой должности его сменил ФИО3; ФИО7  являлся учредителем ООО «ДВРесурсы» до 26.05.2015, и в этот период ФИО3  являлся руководителем этого общества; в июне 2016 года ФИО3 производил  погашение взятого должником кредита в публичном акционерном обществе «РОСБАНК»  (далее – ПАО «РОСБАНК»).  

Оценивая данные доводы, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы  Арбитражного суда Приморского края. Так, совершение платежей за должника имело  место после заключения оспариваемой сделки, а смена руководителей в указанном выше  обществе – почти за два года до ее заключения, что безусловно не свидетельствует о  заинтересованности сторон на момент продажи автомобиля. Довод о том, что ФИО3 являлся руководителем ООО «ДВРесурсы» до 26.05.2015 не подтвержден  надлежащими доказательствами. Вместе с тем ввиду того, что финансовым управляющим  приведены аргументы, порождающие обоснованные сомнения в том, что между  ФИО3 и ФИО7 имелись взаимоотношения, не ограничивающиеся  только совершением оспариваемой сделки, и ФИО3 такие сомнения не  устранены, не приведены доводы, опровергающие утверждения финансового  управляющего, суд обоснованно применил повышенный стандарт доказывания к  настоящему обособленному спору.  

Обосновывая заявленное требование, финансовый управляющий указал на то, что  автомобиль должника отчужден по цене (100 000 руб.) значительно ниже его рыночной  стоимости 1 014 258 руб., установленной в отчете об оценке автотранспортных средств   № 1334-2020 (28334) от 14.08.2020.  

Определением суда от 19.08.2021 назначена судебно-оценочная экспертиза,  проведение которой поручено индивидуальному предпринимателю ФИО9, на разрешение эксперта поставлен вопрос: определить стоимость имущества  должника на дату заключения договора купли-продажи автотранспортного средства  между должником и покупателем.  

Согласно заключению эксперта рыночная стоимость автомобиля по состоянию на  17.12.2015 составила (округленно) 920 000 руб. Указанное заключение эксперта, как  соответствующее требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, правомерно принято судом  первой инстанции в качестве доказательства рыночной стоимости автомобиля.  

Согласно тексту оспариваемого договора стоимость автомобиля определена  сторонами в размере 100 000 руб., вместе с тем из пояснений сторон сделки следует, что  фактически автомобиль продан по цене 880 000 руб.  

По материалам дела коллегией установлено, что в подтверждение оплаты  автомобиля по договору купли продажи представлены акт приема передачи от 17.12.2015,  в котором отражено получение продавцом 100 000 руб., расписка должника от 17.12.2015  о получении 780 000 руб. по договору (т. 4, л.д. 44), договор потребительского кредита от  10.12.2015 № 41943032 о выдаче ответчику кредита на сумму 700 000 руб., договор залога  от 22.12.2015 № ДЗ 45003714. В суде апелляционной инстанции ответчик также  представил выписку по его счету из публичного акционерного общества социальный  коммерческий банк «Примсоцбанк», в которой отражены зачисление 10.12.2015 денежных  средств в размере 700 000 руб. на счет ответчика и выдача в тот же день кредитных  средств через кассу банка.  

Данные в рамках настоящего спора пояснения об обстоятельствах совершения  сделки и мотивах, побудивших покупателя обратиться за получением кредитных средств,  необходимых для расчетов по оспариваемой сделке, разумны и не выходят за пределы  стандартной практики  

С учетом изложенного коллегия апелляционного суда признает доказанными  факты оплаты ФИО3 стоимости транспортного средства в размере,  соизмеримом с рыночной стоимостью отчуждаемого имущества, наличия у покупателя  финансовой возможности произвести расчеты по договору с учетом получения им  кредитных средств (в наличной форме), что свидетельствует о равноценном встречного  предоставлении по оспариваемому договору, соответственно, об отсутствии причинения  вреда имущественным правам кредиторов.  

Изложенные в апелляционной жалобе доводы не опровергают установленные  факты оплаты по договору рыночной стоимости автомобиля. Ссылки финансового  управляющего на неточно изложенные пункты кредитного договора, на анализ счетов  должника (при наличии в материалах дела выписки по счету ответчика, в которой указаны  зачисление денежных средств банком по кредитному договору, их выдача ответчику, и в  отсутствие иных доказательств недобросовестности) несостоятельны.  

Как верно отмечено судом, то обстоятельство, что стороны договора указали в его  тексте стоимость отчужденного транспортного средства ниже фактической цены, не  свидетельствует о явно выраженных намерениях сторон причинить вреда потенциальным  кредиторам должника и самому должнику, исходя из наличия доказательств получения  должником дополнительной оплаты за отчужденное транспортное средство, указывающей  на равноценность возмездного встречного предоставления со стороны продавца.  

Коллегия также отмечает, что формальное указание цены договора значительно  ниже рыночной стоимости имущества (в целях ухода от налогообложения) является  обычной практикой, сложившейся в Дальневосточном регионе среди лиц, ведущих  деятельность на рынке продажи транспортных средств.  

Финансовым управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены  надлежащие доказательства неравноценного встречного исполнения по оспариваемой  сделке и совершения ее на нерыночных условиях.  

Кроме того, в подтверждение реальности договора купли-продажи автомобиля в  материалы дела приобщены сведения о договоре ОСАГО, подтверждающие, что ответчик  являлся страхователем транспортного средства, сведения из ГИБДД о регистрации  транспортного средства за ответчиком, что свидетельствует о фактическом получении  ответчиком автомобиля и владении им. В деле не имеется доказательств того, что после  совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять  пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику  об определении судьбы данного имущества.  

Также судом первой инстанции сделаны обоснованные выводы о том, по  состоянию на 17.12.2015 должник не прекращал исполнять обязательства перед своими  кредиторами. Так, судом установлено, что по состоянию на момент совершения  оспариваемой сделки у должника имелись обязательства перед ФИО10, ПАО  «РОСБАНК» и Администрацией Пограничного городского поселения. Обязательство  перед ФИО10 по договору займа, возникшее в момент предоставления займа в  апреле 2015 года (срок возврата займа определен сторонами договора – 31.12.2015),  обеспечивалось залогом имущества должника (договор залога от 27.05.2015) и  предусматривало уплату процентов за пользование заемными средствами (3 % в месяц),  должник соответствующую обязанность по уплате процентов исполнял (согласно  решению Пограничного районного суда Приморского края от 25.09.2018 по делу № 2212/2018 должник частично выплатил проценты в сумме 570000 руб., не уплачены  проценты, начиная с 10.01.2016); согласно расчету кредитора обязательства по  кредитному договору перед ПАО «РОСБАНК» исполнялись должником без нарушения  

условий договора вплоть до мая 2016 года, в дальнейшем нарушение устранено,  образовавшаяся задолженность погашена, задолженность начала нарастать с декабря 2016  года. Согласно расчету кредитора задолженность перед Администрацией Пограничного  городского поселения по договору аренды от 06.09.2007 № 92 за 2015 год (с 01.03.2015 по  31.12.2015) составляла 84 717,25 руб., последний платеж по договору осуществлен  30.03.2015, взыскание образовавшейся задолженности за 2015-2018 годы производилось  кредитором в судебном порядке (заочное решение Пограничного районного суда  Приморского края от 05.10.2018 по делу № 2-313/2018).  

Кроме того, в момент совершения сделки должник являлся собственником ряда  транспортных средств, после даты совершения оспариваемой сделки должник при  заключении договоров с кредитными организациями предоставил в качестве обеспечения  исполнения обязательств имеющееся у него недвижимое имущество в залог,  соответственно, оснований для вывода о том, что по состоянию на 17.12.2015 размер  обязательств должника превысил стоимость его активов, не имеется.  

Учитывая изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о  том, что финансовым управляющим не доказано наличие у должника по состоянию на  17.12.2015 признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также то,  что должник стал отвечать обозначенным признакам в результате совершения  оспариваемой сделки. Суд также заключил, что финансовый управляющий не доказал, что  ФИО3 должен был знать об ущемлении интересов кредиторов ФИО7,  учитывая, что судебные споры о взыскании задолженности с ФИО7  инициированы ФИО10 и Администрацией Пограничного городского поселения  значительно позже заключения оспариваемой сделки.  

При изложенных обстоятельствах суд правомерно отказал в удовлетворении  заявления на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.  

В соответствии с разъяснениями Постановления № 63 (пункт 4) наличие в  законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом,  как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования,  основанного на такой сделке.  

Исходя из правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определениях  Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016   № 306-ЭС15-20034, предоставленная возможность квалифицировать сделку, при  совершении которой допущено злоупотребление правом как ничтожную распространяется  только на сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением  или подозрительных сделок.  

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на  уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное при  отсутствии равноценного встречного предоставления по сделке, является основанием для  признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам,  предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Таким образом, для применения статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции  норм о действительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы  диспозиции статьи 61.2. Закона о банкротстве.  

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве  теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении  правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об  исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).  

Заявленные основания недействительности охватываются диспозицией статьи 61.2  Закона о банкротстве, в связи с чем суд не усматривает оснований для квалификации  сделки как ничтожной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и  распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию  супругов.  

Согласно пункту 2 статьи 35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по  распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия  другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим  имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам  отсутствия согласия другого супруга по его требованию в случаях, если доказано, что  другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого  супруга на совершение данной сделки. Супруг, чье согласие на совершение сделки не  было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном  порядке.  

Отклоняя доводы финансового управляющего о наличии оснований для признания  сделки недействительной по пункту 2 статьи 35 СК РФ, суд первой инстанции  обоснованно исходил из того, что в настоящем случае не доказано, что ФИО3  заведомо знал или должен был знать о возможном нарушении прав бывшего супруга,  равно как и о существовании в прошлом у продавца транспортного средства брачных  отношений, а также о согласии/несогласии бывшего супруга на совершение данной  сделки, об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение  сделки по распоряжению общим имуществом; обстоятельства, с учетом которых ФИО3 должен был узнать о неправомерности действий участника совместной  собственности, финансовым управляющим не раскрыты, и судом не установлены.  

Отклоняя заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд первой  инстанции руководствовался правилами статьи 195 ГК РФ, разъяснениями пункта 32  Постановления № 63 и исходил из того, что финансовым управляющим непосредственно  после его утверждения в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО7  принимались меры по получению от должника необходимых для целей проверки  совершенных в период подозрительности сделок сведений, однако соответствующие  сведения получены финансовым управляющим лишь в июне 2020 года от органов. С  учетом времени, необходимого добросовестно и разумно действующему арбитражному  управляющему для совершения действий по установлению обстоятельств,  свидетельствующих о наличии оснований для оспаривания сделок должника и  позволяющих подать соответствующий иск в установленной процессуальным  законодательством форме, в том числе полной информации о надлежащем ответчике,  финансовый управляющий при проведении анализа полученной информации проявил  требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность и обратился в суд с  настоящим заявлением в пределах установленного законом годичного срока давности,  исчисляемого с момента получения финансовым управляющим достоверной и полной  информации о совершенных сделках с транспортными средствами в июне 2020 года.  

Доводы апелляционной жалобы коллегией отклоняются по основаниям,  изложенным выше мотивировочной части настоящего постановления. В целом, доводы,  изложенные в жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции,  поскольку, не опровергая их, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой  представленных в материалы дела доказательств, что в силу положений статьи 270 АПК  РФ не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным  основанием для отмены судебного акта по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ,  апелляционной инстанцией не установлено.  

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и  удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

В силу пункта 19 Постановления № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о  банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего  Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере,  предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2  пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).  

С учетом результата рассмотрения обособленного спора, расходы по  государственной пошлине относятся на заявителя.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 09.03.2023 по делу  

 № А51-15092/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного  

округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.  

Председательствующий Т.В. Рева 

Судьи А.В. Ветошкевич 

К.П. Засорин 

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 02.03.2023 22:04:00Кому выдана Рева Татьяна Васильевна