ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-10069/2020

Дело № А41-76120/19

29 сентября 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  23 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 сентября 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей Шальневой Н.В., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, 

при участии в заседании:

от ФИО2 – ФИО3, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 2499359 от 23.10.2019, зарегистрированной в реестре за № 77/109-н/77-2019-6-2036;

от ФИО4 - ФИО3, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 3395022 от 03.12.2019, зарегистрированной в реестре за № 77/109-н/77-2019-10-14;

от ФИО5 - ФИО3, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 3458048 от 11.02.2020, зарегистрированной в реестре за № 77/109-н/77-2020-3-187;

от ФИО6 - ФИО3, представитель по нотариально заверенной доверенности № 77 АГ 3395021 от 03.12.2019, зарегистрированной в реестре за № 77/109-н/77-2019-10-12;

от ООО «Лигал» - ФИО7, представитель по доверенности от 16.03.2020;

от конкурсного управляющего АО «РД Констракшн Менеджмент» ФИО8 – ФИО7, представитель по доверенности от 03.09.2020;

от ООО «Шереметьево-4» - ФИО9, представитель по доверенности от 02.09.2019;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Ножовой Веры Юрьевны на определение Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2020 года по делу №А41-76120/19 о признании ООО «Шереметьево-4» (ОГРН 1075015000279) несостоятельным (банкротом), по заявлению конкурсного управляющего АО «РД Констракшн Менеджмент» о замене кредитора АО «РД Констракшн Менеджмент» на правопреемника ООО «Лигал» (ОГРН 1197746208032) и заявлению ООО «Лигал» (ОГРН 1197746208032) о замене кредитора АО «РД Констракшн Менеджмент» на правопреемника ООО «Лигал» (ОГРН 1197746208032), 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.11.2019 по делу №А41-76120/2019 в отношении ООО «Шереметьево-4» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО10.

Согласно указанному определению суда АО «РД Констракшн Менеджмент» является кредитором должника, его требования в размере 16 915 560 руб. 47 коп. - основного долга и 149 427 руб. 35 коп. - расходов по оплате государственной пошлины включены в реестр требований кредиторов должника в третью очередь. 

Конкурсный управляющий АО «РД Констракшн Менеджмент» и ООО «Лигал» обратились в суд с заявлением о замене кредитора АО «РД Констракшн Менеджмент» на правопреемника ООО «Лигал».

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2020 года заявления конкурсного управляющего АО «РД Констракшн Менеджмент» и ООО «Лигал» удовлетворены. Суд осуществил в порядке процессуального правопреемства замену конкурсного кредитора АО «РД Констракшн Менеджмент» на ООО «Лигал» в реестре требований кредиторов должника ООО «Шереметьево-4» в сумме 13 900 000 рублей.

Не согласившись с  определением суда первой инстанции, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его отменить.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст.ст. 223, 266, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании представитель ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ООО «Лигал» и конкурсного управляющего АО «РД Констракшн Менеджмент» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. Представил письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ. 

Представитель ООО «Шереметьево-4» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в  деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса. 

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил. 

Анализ указанной нормы права позволяет сделать вывод о том, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством, при этом перечень оснований материального правопреемства является открытым. 

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении.

Как следует из материалов дела, 27.11.2019 между конкурсным кредитором и ООО «Лигал» (далее – поручитель) был заключен договор поручительства, в соответствии с условиями которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение должником следующих обязательств по погашению: 

1.1.1. задолженности по договору подряда от 17.10.2013 №221 (в редакции дополнительных соглашений от 22.08.2016 № 10, от 10.04.2017 № 11 и от 02.04.2018 б/н), заключённому ОО «Шереметьево-4» (заказчик) и АО «РД Констракшн Менеджмент» (подрядчик), в размере 748 817 руб. 57 коп.

 Данная задолженность подтверждена решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.09.2019 по делу №А40- 104475/19-43-949; 

1.1.2. задолженности по договору подряда от 25.12.2013 № 222 (в редакции дополнительных соглашений от 18.04.2014 №1 и от 26.06.2014 №2), заключённому ООО «Шереметьево-4» (заказчик) и АО «РД Констракшн Менеджмент» (подрядчик), в размере 1 505 238 рублей 42 копеек. 

Данная задолженность подтверждена решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2019 по делу №А40-33044/2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019 №09АП-33103/2019 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08.11.2019; 

1.1.3. задолженности по договору подряда от 20.01.2014 № 223 (в редакции дополнительных соглашений от 14.03.2014 №1, от 17.04.2014 №2 и от 20.05.2014 №3), заключённому ООО «Шереметьево-4» (заказчик) и АО «РД Констракшн Менеджмент» (подрядчик), в размере 744 340 рублей 87 копеек. 

Данная задолженность подтверждена решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.03.2019 по делу № А40-27057/2019, изменённым постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019 № 09АП-28116/2019, которое оставлено без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.12.2019; 

1.1.4. задолженности по договору подряда от 25.04.2014 № 224 (в редакции дополнительного соглашения от 02.12.2016 №9/2), заключённому ООО «Шереметьево-4» (заказчик) и АО «РД Констракшн Менеджмент» (подрядчик), в размере 13 917 163 рубля 61 копеек. 

Данная задолженность подтверждена решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2019 по делу №А40- 105461/19-143-897; 

1.1.5. расходы по оплате государственной пошлины в размере 92 586 руб. 00 коп., взысканные решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2019 по делу № А40-105461/19-143- 897. 

Согласно п. 1.2 договора поручительство выдается на срок до 27 ноября 2022 года.

В соответствии с п. 2.1 договора при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель отвечает солидарно с должником. 

Согласно п.2.4 поручитель обязуется исполнить требование кредитора в срок не позднее 10 рабочих дней со дня получения соответствующего письменного требовании кредитора. 

К поручителю, исполнившему обеспеченное по настоящему договору обязательство должника, переходят права кредитора по этому обязательству в том объеме, в котором поручитель удовлетворил соответствующее требование (п. 2.5 договора). 

Как указывают заявители, поскольку в отношении должника была введена процедура наблюдения, и должник не имел возможности исполнить обязательства по договорам №221-224, заключенным с кредитором, конкурсный управляющий кредитора обратился к поручителю с требованием об исполнении обязательств по договору поручительства. 

Поручитель исполнил свои обязательства по погашению задолженности должника в полном объеме, что подтверждается:

- платежным поручением - № 40 от 14.01.2020; 

- платежным поручением - № 951 от 12.03.2020. 

- платежным поручением - № 495 от 13.03.2020. 

С момента исполнения обязательств поручителем перед кредитором в полном объеме к поручителю перешли права требования указанных сумм с должника. 

Новым кредитором должника по требованию, установленному в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Московской области от 28.11.2019 по делу № А41-76120/2019, является поручитель

 Согласно пунктам 1, 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. 

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. 

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о необходимости  осуществления в порядке процессуального правопреемства замены конкурсного кредитора АО «РД Констракшн Менеджмент» на ООО «Лигал» в реестре требований кредиторов должника ООО «Шереметьево-4» в сумме 13 900 000 рублей.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе ФИО2, аналогичные доводам, приведенным в суде первой инстанции, рассмотрены арбитражным апелляционным судом и отклонены.

Так, возражения заявителя апелляционной жалобы сводятся к тому, что выдача поручительства не имела для ООО «ЛИГАЛ» экономической цели, поскольку долг должника перед АО «РД Констракшн Менеджмент» был подтверждён в судебном порядке; ООО «Лигал» является «технической компанией», не имело собственных денежных средств и могла погасить требования, предъявленные должнику, только за счёт средств самого должника; договор поручительства имеет мнимый характер, действительной целью которого является получение контроля над процедурой банкротства со стороны лиц, аффилированных с должником лиц. 

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает указанные доводы заявителя апелляционной жалобы необоснованными по следующим основаниям.

Согласно материалам дела, основанием для заключения договора поручительства являлось соглашение о предоставлении поручительства, также заключённое с должником. 

Экономической целью выдачи поручительства для ООО «Лигал» являлось получение вознаграждения, предусмотренного соглашением о предоставлении поручительства и составлявшего 12% годовых от суммы исполненного требования кредитора (п. 3 соглашения). 

Данная ставка вознаграждения превышала ключевую ставку Банка России, которая составляла: на дату заключения договора поручительства (27.11.2019) - 6,5% годовых, на дату погашения ООО «Лигал» требования кредитора (12.03.2020) - 6% годовых, а с 19.05.2020 и по настоящее время составляет 5,5% годовых. 

По состоянию на март 2020 года, когда ООО «Лигал» погасило требование кредитора, средневзвешенные ставки процентные ставки по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в рублях, не превышали 9% годовых.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований, вытекающих из договоров поручительства, судам следует исходить из того, что обязательство поручителя отвечать перед кредитором другого лица за исполнение последним его обязательства (статья 361 ГК РФ) возникает с момента заключения договора поручительства. 

В силу п. 2 указанного Постановления текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Поскольку дело о банкротстве должника было возбуждено 31.10.2019, а соглашение о предоставлении поручительства и договор поручительства заключены 27.11.2019, обязательство должника по уплате вознаграждения, предусмотренного соглашением о предоставлении поручительства, является текущим и подлежит погашению в приоритетном порядке перед реестровыми требованиями. 

С учётом изложенного, погашение требований АО «РД Констракшн Менеджмент» к должнику, по мнению арбитражного апелляционного суда, не является невыгодной коммерческой операцией. 

На дату подписания договора поручительства (27.11.2019) в деле № А41-76120/2019 были приняты к рассмотрению заявления АО «Мосэнергосбыт» (3 млн. рублей), ФИО2 (25 млн. рублей) и собственно АО «РД Констракшн Менеджмент» (17 млн. рублей). 

Общая сумма задолженности, предъявленная данными заявителями, составляла 45 млн. рублей. 

На указанную дату ни одно из заявлений о банкротстве должника обоснованным признано не было, процедура банкротства введена не была. 

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2018 год стоимость активов должника составляла более 1,9 млрд. рублей, что многократно превышало размер указанной выше задолженности (45 млн. рублей). 

Согласно Картотеке арбитражных дел до возбуждения настоящего дела № А41-76120/19 в отношении должника пять раз подавались заявления о банкротстве, которые впоследствии признавались необоснованными в связи с удовлетворением требований заявителей (дела №А41-19879/16, №А41-15606/17, №А41-52394/17, №А41-90628/18 и №А41-46635/19). 

При подписании договора поручительства в отношении должника не были введены процедуры банкротства. 

С учётом стоимости активов должника и неоднократных случаев погашения должником своих долгов после подачи аналогичных заявлений ранее ООО «Лигал» расценивало указанный факт не как доказательство действительной неплатежеспособности должника, а как ординарный вариант принудительного исполнения судебных решений о взыскании с него денежных средств (пункт 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В этой связи ООО «Лигал» при подписании договора поручительства оценивало вероятность признания должника банкротом как маловероятную. 

Тем не менее, принимая решение о предоставлении поручительства, ООО «Лигал» осознавало данную возможность и учитывало, что в случае признания должника банкротом поручитель сможет получить удовлетворение на тех же условиях, что и первоначальный кредитор (п. 1 ст. 365 ГК РФ). 

До выдачи поручительства ООО «Лигал» были предоставлены судебные акты, подтверждающие наличие задолженности должника перед АО «РД Констракшн Менеджмент». 

Из указанных судебных актов усматривалось, что указанная задолженность возникла в связи с невозвратом должником сумм гарантийного удержания по договорам подряда, а также в связи с взысканием с должника в судебном порядке государственной пошлины, т.е. в силу п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве относились к требованиям основного долга третьей очереди удовлетворения. 

В этой связи ООО «Лигал» при предоставлении поручительства принимало во внимание тот факт, что даже в случае банкротства должника оно вправе будет рассчитывать на погашение своих требований к должнику за счёт конкурсной массы наравне с иными кредиторами третьей очереди, в приоритетном порядке перед требованиями по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, а также финансовых санкций (п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве). 

Само по себе подтверждение задолженности, в отношении которой заключён договор поручительства, решениями арбитражных судов не свидетельствует о злоупотреблении со стороны какой-либо из сторон указанного договора. 

Судебные акты устраняли неопределённость в правоотношениях должника и АО «РД Констракшн Менеджмент», в связи с чем их наличие не может быть поставлено в вину сторонам сделки. 

Кроме того, на дату подписания договора поручительства (27.11.2019) арбитражным судом в рамках дела № А41-76120/2019 рассматривался вопрос об утверждении мирового соглашения между АО «РД Констракшн Менеджмент» и должником. 

ООО «Лигал» является действующим юридическим лицом. 

Сведения о месте нахождения и о руководителе ООО «Лигал», внесённые в ЕГРЮЛ, являются достоверными; записи об ином в ЕГРЮЛ отсутствуют. 

Ссылка кредитора на незначительный размер уставного капитала ООО «Лигал» несостоятельна, поскольку размер уставного капитала общества с ограниченной ответственностью не отражает реальную стоимость активов.

Источником денежных средств, за счёт которых ООО «Лигал» погасило задолженность перед АО «РД Констракшн Менеджмент», являлся вклад в имущество ООО «Лигал» в размере 14 130 000 руб. 00 коп., внесённый единственным участником общества ФИО11 

Решение о внесении вклада было принято в соответствии со ст. 27 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

ФИО11 обладал средствами, необходимыми для внесения вклада в имущество ООО «ЛИГАЛ», получал и получает дивиденды (прибыль) от деятельности обществ, акционером (участником) которых является. 

Так, от деятельности АО «Стройтехкапитал» ФИО11 получил дивидендов в 2018 году - 10,3 млн. рублей, в 2019 году - 11,6 млн. рублей, в 2020 году - 1,5 млн. рублей; с указанных сумм АО «Стройтехкапитал» как налоговым агентом удержан НДФЛ. 

За счёт данных дивидендов (прибыли) у ФИО11 имелись личные накопления, достаточные для внесения дополнительного взноса в уставный капитал ООО «ЛИГАЛ». 

При совершении платежа в пользу АО «РД Констракшн Менеджмент» службой финансового мониторинга КБ «ЛОКО-банк» (АО), в котором был открыт расчётный счёт ООО «ЛИГАЛ», была запрошена информация об экономическом смысле оплаты задолженности за должника. 

Указанная информация были предоставлена банку, после чего платёжное поручение было банком исполнено. 

ООО «Лигал» как поручитель оплатило должнику его задолженность перед АО «РД Констракшн Менеджмент» в том размере, который был указан в требовании об оплате, а именно 13 900 000 рублей.

Фактов двойного исполнения одних и тех же обязательств должника перед упомянутым кредитором со стороны ООО «Лигал» и третьих лиц не представлено.

Заявлений о замене кредитора по спорным требованиям иными лицами не подавалось.

Довод заявителя апелляционной жалобы о погашении обязательств должника перед кредитором за счёт денежных средств самого должника также не соответствует обстоятельствам дела.

В своей апелляционной жалобе ФИО2 указывает на то, что обязательства должника по договору поручительства были исполнены ООО «Лигал» за счёт активов, полученных прямо или опосредованно от самого должника.

Как следует из материалов дела, источником для исполнения обязательств должника перед АО «РД Констракшн Менеджмент» на основании выданного поручительства являлись денежные средства в сумме 14,13 млн. рублей, полученные от единственного участника ООО «Лигал» ФИО11 в качестве вклада в имущество общества.

За счёт дивидендов (прибыли) от деятельности обществ, акционером (участником) которых ФИО11 являлся, у последнего имелись личные накопления, позволявшие ему внести указанный вклад в имущество ООО «Лигал». 

В подтверждение данных фактов представлены справки о доходах и суммах налога физического лица, решение единственного участника ООО «Лигал» о внесении вклада в имущество общества.

Довод апелляционной жалобы об аффилированности должника и ООО «Лигал» также является необоснованным.

В обоснование довода об аффилированности ФИО2 была, в частности, представлена схема, отражающая связи между должником, ООО «Лигал» и другими лицами, связанными между собой отношениями аффилированности. 

Из указанной схемы усматривается, что участниками «цепочки аффилированности» являются два некоммерческих партнёрства - НП «Утро» и НП «Жуковка XXI». 

По мнению ФИО2, аффилированность должника и ООО «Лигал» обусловлена участием в данных некоммерческих партнёрствах физических лиц - ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 и ФИО18, некоторые из которых аффилированы с должником, а некоторые - с ООО «Лигал».

По смыслу ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», физическое лицо признаётся аффилированным лицом юридического лица, не являющегося хозяйственным товариществом (обществом, участником финансово-промышленной группы), если указанное физическое лицо является членом совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, коллегиального исполнительного органа данного юридического лица, осуществляет полномочия его единоличного исполнительного органа либо принадлежит к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

В силу п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» юридическое лицо, не являющееся хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнёрством), признаётся состоящим в одной группе лиц:

1) с лицом (физическим или юридическим), осуществляющим функции единоличного исполнительного органа данного юридического лица (пп. 2);

2) с юридическим лицом, количественный состав коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров которого совпадает с количественным составом соответствующего органа данного юридического лица более чем на 50% (пп. 4).

В силу приведённых норм для установления аффилированности (внутригрупповой связи) физического лица и некоммерческой организации необходимо, чтобы данное физическое лицо исполняло обязанности единоличного исполнительного органа некоммерческой организации или входило в состав органов управления последней.

Следовательно, членство ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 и ФИО18 в НП «Утро» и НП «Жуковка XXI» не является основанием для вывода об аффилированности данных граждан (наличия внутригрупповых связей между ними), если они не являлись руководителями или членами органов управления данных партнёрств.

Между тем подобный статус у указанных граждан отсутствует.

Согласно данным ЕГРЮЛ, директором НП «Утро» является ФИО19, а директором НП «Жуковка XXI» - ФИО20 

Участие же ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 и ФИО16 в органах управления НП «Утро», а ФИО17, ФИО13, ФИО14, ФИО15 и ФИО18 - в органах управления НП «Жуковка XXI» не установлено.

Следовательно, указанные граждане не являются аффилированными с НП «Утро» и НП «Жуковка XXI», а также не входят с ними в состав одной группы лиц.

Кроме того, в соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» (далее - Закон о некоммерческих организациях), некоммерческой организацией является организация, не имеющая извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяющая полученную прибыль между участниками.

Некоммерческие организации могут создаваться для достижения социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и управленческих целей, в целях охраны здоровья граждан, развития физической культуры и спорта, удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей граждан, защиты прав, законных интересов граждан и организаций, разрешения споров и конфликтов, оказания юридической помощи, а также в иных целях, направленных на достижение общественных благ.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о некоммерческих организациях, некоммерческим партнерством признается основанная на членстве некоммерческая организация, учрежденная гражданами и (или) юридическими лицами для содействия ее членам в осуществлении деятельности, направленной на достижение целей, предусмотренных п. 2 ст. 2 Закона о некоммерческих организациях.

Имущество, переданное некоммерческому партнерству его членами, является собственностью партнерства. Члены некоммерческого партнерства не отвечают по его обязательствам, а некоммерческое партнерство не отвечает по обязательствам своих членов, если иное не установлено федеральным законом.

Поскольку некоммерческие партнёрства не распределяют свою прибыль между своими членами, они не могут рассматриваться как бизнес последних.

Из полных наименований НП «Утро» и НП «Жуковка XXI» (некоммерческое партнёрство по содействию в благоустройстве и эксплуатации базы отдыха «Утро» и некоммерческое партнёрство по эксплуатации коттеджного посёлка «Жуковка XXI») также усматривается, что их деятельность связана лишь с благоустройством и эксплуатацией территорий коттеджного посёлка и базы отдыха.

В такой ситуации утверждение об аффилированности ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО21, ФИО16, ФИО17 и ФИО18 по признаку одного лишь членства в НП «Утро» и НП «Жуковка XXI» (по сути, эксплуатирующих организаций) не основано на  законе. 

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). 

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения Арбитражного суда Московской области.

Иное толкование заявителем апелляционной жалобы положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2020 года по делу № А41-76120/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

В.П. Мизяк

Судьи

Н.В. Шальнева

 В.А. Мурина