﻿﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15722/2018(6)-АК

Дело № А60-8459/2018

09 декабря 2019 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2019 года. 

Постановление в полном объеме изготовлено 09 декабря 2019 года. 

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н., 

судей                                Мартемьянова В.И., Романова В.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Леконцевым Я.Ю., 

при участии: 

от Дергуновой О.Н.: Лукин В.В., паспорт, доверенность от 04.09.2019, 

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Дергуновой Ольги Николаевны

на определение  Арбитражного суда Свердловской области от 23 сентября 2019 года о признании недействительным трудового договора от 01.08.2019, заключенного между должником и Дергуновой О.Н.,

вынесенное в рамках дела № А60-8459/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО Экспертный цент «Энергобаланс», (ОГРН 1065027009343, ИНН 5027114798), 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.06.2018 заявление ООО «Кабель и Арматура» и ООО Фирма «Техзащита» о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении ООО Экспертный цент «Энергобаланс» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден Федорец Антон Николаевич.

Определениями от 22.08.2018 произведена процессуальная замена кредиторов ООО «Кабель и Арматура» и ООО Фирма «Техзащита» на ООО «Юридическая компания «Энсо».

Решением арбитражного суда от 11.10.2018 ООО Экспертный центр «Энергобаланс» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден Федорец Антон Николаевич.

Определением от 22.02.2019 конкурсным управляющим ООО Экспертный центр «Энергобаланс» утвержден Коблик Иван Павлович, член Союза арбитражных управляющих «Континент».

25 июня 2019 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Коблика И.П. о признании недействительным трудового договора № 1 от 01.08.2017, заключенного между ООО Экспертный центр «Энергобаланс» и Дергуновой Ольгой Николаевной на основании ст. 170 ГК РФ, п. 2 ст. 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Дергунова О.Н. указывала на то, что рассматриваемое заявление о признании сделки недействительной является необоснованным, просила включить требование Дергуновой О.Н. в реестр требований кредиторов второй очереди; утверждала, что находилась в трудовых отношениях с должником, работа производилась удаленно путем использования специального программного обеспечения – TeamViewer, позволяющего подключаться к рабочему столу с любого персонального компьютера; ссылалась на наличие в ее распоряжении базы 1 С: Бухгалтерия 8.3, выгрузки из 1С; оборотно-сальдовые ведомости по счету 70 заработная плата, которые подтверждают ведение ею бухгалтерского учета.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23 сентября 2019 года суд признал недействительной сделку – трудовой договор № 1 от 01.08.2017, совершенную между ООО Экспертный центр «Энергобаланс» и Дергуновой Ольгой Николаевной.

В порядке распределения судебных расходов взыскал с Дергуновой Ольги Николаевны в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины. 

Не согласившись с вынесенным определением, Дергунова О.Н. обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказать.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на несогласие с выводом суда о том, что трудовой договор имеет признаки гражданско-правовой сделки, к которой подлежат применению положения гл. 39 ГК РФ; считает, что судом неверно применены положения трудового законодательства, в частности не учтены положения ст.ст. 93,129 ТК РФ, отсутствие сведений о фактически отработанном времени не влияет ни на факт наличия трудовых отношений, ни на размер оплаты труда. Ссылается на то, что ни конкурсный управляющий, ни суд не наделены правом оценивать равноценность встречного исполнения со стороны работника путем оценки качества и объема выполненных работ и также правом пересматривать размер вознаграждения работника в виде заработной платы; исполнение обязательств по трудовому договору подтверждается сдачей в налоговый орган налоговых деклараций; обязанность по учету рабочего времени и надлежащему оформлению трудовых книжек возложена на работодателя; судом не учтен факт наличия пенсионных отчислений от должника в пользу заинтересованного лица.

Конкурсный управляющий Коблик И.П. согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц участвующих в деле не поступило. 

Участвующий в судебном заседании представитель Дергуновой О.Н. на своих доводах и возражениях настаивал; просил определение отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений ч. 3 ст. 156, ст. 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 01.08.2017 между должником (работодатель) и Дергуновой О.Н. (работник) заключен трудовой договор № 1, по условиям которого работник принимается на должность бухгалтера, с установлением ему должностного оклада в размере 50 000 руб. Условия оплаты: повременно-премиальная.

Полагая указанную сделку недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Закона, Закон о банкротстве), ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Признавая оспариваемый трудовой договор недействительной как совершенный с целью установление требования кредитора второй очереди в ущерб кредиторам аналогичной и иных очередей реестра требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из отсутствия экономической целесообразности заключения сделки при условии того, что фактически трудовая функция работником не выполнялась, производственная деятельность должника с 2017 года не велась. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на нее, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения. 

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно п. 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона (оспаривание сделок должника) могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих, в частности, в соответствии с трудовым законодательством. 

В соответствии с п. 2 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, данным в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию.

Согласно абзацам второму-пятому п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)      на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)      имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве. В частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (п. 5 Постановления № 63).

Понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности даны в ст. 2 Закона о банкротстве. Так, под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из материалов дела усматривается, что оспариваемый трудовой договор заключен должником с Дергуновой О.Н. 01.08.2017, то есть в течении года до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (определение от 12.03.2018) – период подозрительности предусмотренной п.п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Наличие на момент совершения оспариваемых сделок у должника неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, возникшие ранее совершения оспариваемой сделки, сторонами спора не опровергается и является подтверждением существования у него признаков неплатежеспособности.

Как следует из пояснений конкурсного управляющего, должником на момент заключения трудового договора более полугода фактически не осуществлялась хозяйственная деятельность: строительные контракты расторгнуты, сотрудники уволены в начале 2017 года. За период с 01.08.2017 по 31.10.2018 должником заключен один договор, не предполагающий предоставления товаров, выполнения работ, оказания услуг должника. Как указывал конкурсный управляющий, ввиду отсутствия реальной хозяйственной деятельности, потребность в привлечении экономиста по бухгалтерскому учету с должностным окладом в размере 50 000 руб. у должника отсутствовала.

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсным управляющим и кредитором ООО «ЮК «ЭНСО» указывалось, что Дергунова О.Н. не состояла в трудовых отношениях с должником, трудовой договор носит мнимый характер, направлен на создание искусственной задолженности.

Также управляющим указано, что бывший директор должника Горбунов И.В. никаких документов, содержащих сведения о наличии трудового договора с Дергуновой О.Н. не передал, из чего можно сделать вывод об отсутствии трудовых правоотношений между должником и Дергуновой О.Н. Кроме того, ни Дергуновой О.Н., ни Горбуновым И.В. не представлены ни табели учета рабочего времени, ни какие-либо иные документы, которые бы позволяли установить, какое рабочее время было фактически отработано заинтересованным лицом; экономическая целесообразность заключения договора с бухгалтером в период отсутствия реальной хозяйственной деятельности должника отсутствовала.

Из положений ст.ст. 71 и 100 Закон о банкротстве следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. 

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд – оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (ст.ст. 8, 9, 65, 71 АПК РФ).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017). При этом исследованию судом подлежит, в том числе, первичная документация по заявленному требованию, в отсутствие которой невозможно установить обоснованность заявленного требования.

В соответствии с правовой позицией, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, для рассмотрения вопроса о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Как верно отмечено судом первой инстанции, в данном случае кредитором должны быть представлены доказательства, ясно и убедительно подтверждающие осуществление трудовой деятельности, а также документально подтвержденные пояснения относительно целесообразности осуществления трудовой деятельности в значительный промежуток времени без получения от должника заработной платы за регулярное, как утверждает заинтересованное лицо, оказание бухгалтерских услуг, пояснить за счет какой деятельности должника (например, предвиделось ли у должника заключения выгодных хозяйственных сделок с контрагентами, получение заказов, позволивших увеличить доход должника от осуществления его экономической деятельности) Дергунова О.Н. намеревалась получать установленный в трудовом договоре оклад в размере 50 000 руб. и не расторгала трудовые отношения с должником, несмотря на то, что должником нарушались ее права на получения дохода от осуществляемой трудовой деятельности.

Доказывая осуществление трудовой деятельности в ООО ЭЦ «Энергобаланс» Дергуновой О.Н. представлены в материалы дела следующие документы:

-        копии расчетов по начисленным и уплаченным страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также по расходам на выплату страхового обеспечения за периоды: полугодие 2018 года, за 9 месяцев 2018 года, за квартал 2018 года;

-        оборотно-сальдовая ведомость по счету 70 за периоды: за 9 месяцев 2018 года и за период с апреля по август 2018 года;

-        сведения о застрахованных лицах за отчетные периоды 2018, сдаваемые должником в пенсионный фонд, заверенные УПФР в г. Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области, из содержания которых следует, что ООО ЭЦ «Энергобаланс» осуществлялись отчисления страховых взносов на страховую пенсию за 1 квартал 2018 года;

-        копия справки налогового органа от 31.05.2018 № 21808, из которой следует, что по данным оперативного учета ООО ЭЦ «Энергобаланс» имеет задолженность по налоговым платежам по состоянию на 29.05.2018;

-        скриншоты с программы 1С: Предприятие разделы: зарплата и управление персоналом, бухгалтерия предприятия.

В соответствии со ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ст. 15 ТК РФ трудовые отношения это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Под трудовой функцией понимается любая работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид поручаемой работы.

В соответствии со ст. 129 ТК РФ заработной платой признается вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности - количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и а территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Из п. 3.1 оспариваемого трудового договора усматривается, что в отношении Дергуновой О.Н. установлена повременно-премиальная система оплаты труда при должностном окладе 50 000 руб.

Поскольку заработная плата может быть поставлена в зависимость от количества выполняемой работы, работодатель вправе установить соответствующую систему оплаты, предполагающую учет фактически отработанного времени.

Согласно письму Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 05.06.2018 № 14-0/10/В-4085, при работе в режиме неполного рабочего времени при повременной (повременно-премиальной) системе оплаты труда заработная плата начисляется работнику пропорционально отработанному времени, на не ниже МРОТ в пересчете на полную месячную ставку.

Исходя из этого, а также из буквального смысла понятия повременной (повременно-премиальной) системы, следует вывод о том, что при такой системе оплаты труда количество выполненной работы измеряется количеством отработанного времени, которое и подлежит оплате пропорционально установленной месячной ставке.

Вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие осуществление Дергуновой О.Н. функций бухгалтера, а также документы, которые бы позволяли установить фактически отработанное рабочее время.

Что касается освобождения работника от бремени доказывания количества отработанного времени, необходимо отметить, что в рамках дела о банкротстве каждая из сторон обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, при этом факт недоказанности количества отработанного времени оценивается судом в совокупности с другими обстоятельствами.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, содержание базы 1С Бухгалтерия не позволяет установить, что Дергунова О.Н. являлась пользователем базы; при открытии окна доступа к базе и запросе пароля появляется список пользователей, в которых фамилия Дергуновой О.Н. не значится (л.д. 18, 77); фамилия «Дергунова О.Н.» содержится только в карточке начислений заработной платы и в расчетных листках (л.д. 19-25). База 1С Бухгалтерия не содержит информации о хозяйственных и иных операциях должника за 2017 год, как и не содержится информации о лице, вносившем сведения о хозяйственных и бухгалтерских операциях в базу.

Также заслуживают внимания пояснения конкурсного управляющего, приведенные в отзыве на апелляционную жалобу о том, что на момент рассмотрения спора вся документация по учету рабочего времени находилась или должна была находиться в распоряжении бывшего руководителя должника – Горбунова И.В., который не исполнил обязанность передать ее конкурсному управляющему. При этом между Дергуновой О.Н. и Горбуновым И.В. имелись неформальные отношения, при которых Горбунов И.В. передавал Дергуновой О.Н. для целей положительного разрешения данного спора такие документы как электронную базу 1C (на магнитном носителе), справки о доходах физического лица, справку о задолженности по заработной плате (подписанные в период, когда его полномочия руководителя уже прекратились), а Дергунова О.В., в свою очередь, представила их в материалы дела. Однако что касается документации по учету рабочего времени, то Горбунов И.В., имея с Дергуновой О.Н. совместную цель относительно результата данного спора, не смог предоставить ее ни Дергуновой О.Н., ни самостоятельно, что свидетельствует об отсутствии документов по учету рабочего времени.

В отзыве на заявление Дергуновой О.Н. приведен перечень работ, выполняемых ею, однако, результаты работ, а также документальное подтверждение их выполнения Дергуновой О.Н. не представлены.

Дергуновой О.Н. указывалось на проведение сверки представленных Зимаревым В.А. документов, осуществление запросов и проверки банковских выписок за период с 2015 по 2017 год в банках ПАО «Сбербанк», в ПАО «Азиатско-тихоокеанский банк». Между тем пояснений, с какой целью проводилась сверка документов, каковы были ее результаты, для совершения каких хозяйственных операций осуществлялись действия по запросу и проверке банковских выписок, Дергуновой О.Н. приведено не было. При этом, как отмечено судом, в рамках обособленного спора об истребовании у бывшего руководителя Горбунова И.В. документов должника, бывший руководитель неоднократно заявлял, что никакие документы от предыдущего руководителя не получал.

Согласно данным, запрошенным судом в Государственном учреждении – Управлении пенсионного фонда Российской Федерации в г. Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области, на индивидуальном лицевом счете Дергуновой О.Н. имеется информация о том, что ООО ЭЦ «Энергобаланс» производились за период с 01.08.2017 по 31.12.2017 отчисления страховых взносов на страховую пенсию в сумме 55 000 руб. Сведения за 2018 год у пенсионного фонда отсутствуют (ответ пенсионного фонда на запрос от 16.08.2019 № 34/1965206).

Вместе с тем, Дергунова О.Н. утверждает, что заработную плату не получала. Выплата должником заработной платы в соответствии с условиями трудового договора из материалов дела не усматривается, как и предъявление последней требований о ее выплате. Штатное расписание в деле отсутствует.

При этом документального подтверждения наличия у общества ежемесячного объема работ, подлежащего выполнению бухгалтером и соразмерного размеру ежемесячной платы – 50 000 руб., ни должником, ни самой Дергуновой О.Н. не представлено.

Совершение работы в соответствии с трудовым договором помимо сдачи в налоговый орган налоговых деклараций, подписанных Горбуновым И.В. (собственноручно, электронно), не доказано. 

Как указывалось ранее, на момент заключения трудового договора с заинтересованным лицом должник обладал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Согласно анализу финансового состояния имущества и имущественных прав должника, проведенному временным управляющим, за период c 01.01.2015 по 01.01.2018 должник в течение всего анализируемого периода не имел оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. Баланс предприятия имел неудовлетворительную структуру во всем проверяемом периоде, а предприятие являлось неплатежеспособным, стоимости имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед кредиторами.

Дергуновой О.Н. представлена в материалы дела копия трудовой книжки, в которой сделаны записи о трудоустройстве Дергуновой в ООО ЭЦ «Энергобаланс»: 01.08.2017 принята на должность бухгалтера, 01.11.2018 трудовой договор расторгнут по инициативе работника. Запись сделана директором Горбуновым И.В. Вместе с тем, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника (п. 2 ст. 126 Закона о несостоятельности). Должник признан банкротом 11.10.2018 (решение суда по настоящему делу), следовательно, у Горбунова И.В. отсутствовали полномочия на расторжение трудового договора с Дергуновой О.Н.

Ссылаясь на завышенный размер заработной платы – 50 000 руб. в месяц, конкурсным управляющим указано, что ввиду отсутствия реальной хозяйственной деятельности общества, потребность в привлечении экономиста по бухгалтерском учету отсутствовала, работником не осуществлялся тот объем работы, которой он обязан был выполнять и за который имел право на получение заработной платы в таком значительном размере.

Суд первой инстанции предлагал конкурсному управляющему представить сведения о средней заработной плате бухгалтеров в Свердловской области с учетом того объема работ, который, как утверждает Дергунова О.Н. с приложением соответствующих доказательств, она выполняла.

Конкурсным управляющим был представил полученный на его запрос ответ одной из бухгалтерских организаций о стоимости оказываемых услуг, согласно, которому рыночная стоимость приведенных ответчиком работ составляет существенно ниже установленной в договоре.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд правомерно пришел к выводу о том, что размер оплаты в оспариваемом договоре существенно в худшую для должника сторону отличается от оплаты, которая в сравнимых обстоятельствах выплачивается специалистам.

Дергунова О.Н. не могла не знать и не осозновать, что заключение договора на указанных условиях нарушает права кредиторов должника, поскольку за весь период работы денежные средства ей не выплачивались, а действие договора продолжалось в том числе в период процедуры наблюдения.

Утверждение апеллянта о том, что ни конкурсный управляющий, ни суд не вправе оценивать равноценность встречного исполнения по трудовому договору, не основано на законе и устойчивой судебной практике.

Оценка критериев для применения специальных оснований признания сделок недействительным является необходимой при рассмотрении дел о банкротстве, трудовые договоры не являются при этом исключением.

При этом очевидным является неравноценность встречного исполнения, что является достаточным основанием для признания такого трудового договора недействительным.

В период, когда, по утверждению Дергуновой О.В., она осуществляла функции главного бухгалтера, хозяйственная деятельность должником не велась. Подтверждено, что в организации-должнике отсутствовал объем работы, соответствующей трудовой функции бухгалтера-экономиста (либо бухгалтера) с 8-часовым рабочим днем.

За период с августа 2017 года по октябрь 2018 года в бухгалтерской отчетности отражена лишь одна хозяйственная операция. Все функциональные обязанности бухгалтерского работника сводились лишь к операциям по ежемесячному начислению заработной платы самой Дергуновой О.Н., налоговых начислений на фонд оплаты труда и составлению налоговой отчетности, отражающей эти операции.

При этом стоимость услуг по подготовке ежеквартального отчета в г. Екатеринбурге организации, не осуществляющей хозяйственную деятельность, составляла от 850 до 5 000 руб. при их среднерыночной цене 2 080 руб., что за один год составляло 8 320 руб.

Заработная плата Дергуновой О.Н. за тот же годовой период продекларирована в сумме 600 тыс. руб., что при том же объеме работы выше рыночных расценок в 72 раза.

В ходе судебного разбирательства была в полной мере подтверждена фиктивность трудовых отношений.

Дергуновой О.Н. не доказан сам факт того, что она вообще выполняла какую-либо трудовую функцию в интересах должника, при этом она неоднократно вводила суд в заблуждение относительно имеющих значение фактических обстоятельств.

В частности, согласно пояснениям конкурсного управляющего приведенным в отзыве, на судебном заседании 06.08.2019 Дергунова О.Н. утверждала, что осуществляла трудовую деятельность в должности «экономист по бухгалтерскому учету» в качестве основной работы, соблюдая односменный режим работы при повременно-премиальной системе оплаты труда, находясь на рабочем месте в офисе по адресу: г. Екатеринбург, с. Горный Щит, ул. Буденного, д. 87, офис 15, ежедневно с августа 2017 года по октябрь 2018 года, приезжая на работу из г. Нижний Тагил и возвращаясь обратно на личном автомобиле генерального директора Горбунова И.В. (отдаленность составляет 150 км). При этом за весь период работы ни разу не получила заработной платы и ни разу не обратилась за защитой нарушенных прав, поскольку верила обещаниям Горбунова И.В. выплатить ей заработную плату в будущем. Однако уже на следующем судебном заседании выяснилось, что Дергунова О.Н. не имеет представления о том, как выглядит офисное здание, в котором она, якобы, проработала более года. Так, на вопрос конкурсного кредитора о том, как выглядит это здание, Дергунова О.Н. ответила, что здание является четырехэтажным, а цвет фасада она не помнит. Между тем, согласно сведениям Яндекс-карты в сети Интернет, имеющим адресную привязку, наглядно видно, что офисное здание имеет два этажа и окрашено в зеленый цвет.

Также на судебном заседании 06.08.2019 Дергунова О.Н. утверждала, что к августу 2017 года трудоустроилась по объявлению, размещенному в сети Интернет. Однако уже на судебном заседании 23.08.2019 выяснилось, что это утверждение также является ложным, поскольку с 01.01.2017 до конца декабря 2018 года Дергунова О.Н. одновременно работала в ООО «Ремавтотранс», директором которого являлся и является все тот же Горбунов И.В., причем она и Горбунов И.В. являлись единственными работниками этой организации. Поэтому никакой необходимости поиска работы с использованием сети Интернет у Дергуновой О.Н. не было.

На судебном заседании 06.08.2019 Дергунова О.Н. утверждала, что вела бухгалтерский учет, используя базу 1C, содержание которой содержит доказательства реальности выполняемой работы, в подтверждение чего представила электронный носитель. Однако уже на судебном заседании 23.08.2019 выяснилось, что бухгалтерская база не содержит признаков авторизации пользователя Дергуновой О.Н., не позволяет определить реального пользователя базы и оператора, вносившего в нее сведения.

При этом сама Дергунова О.Н. пояснила, что осуществляла вход в базу под логином и паролем Пономаревой А., которые сообщил ей Горбунов И.В., при этом не знает, кто такая Пономарева А.

На вопрос о том, что мешает самому Горбунову И.В. или любому иному лицу, которому Горбунов И.В. сообщил логин и пароль для входа в базу, осуществлять операции с базой, Дергунова О.Н. ответила, что единственным препятствием может являться отсутствие профессиональных навыков, из чего следует, что любое лицо, имеющее такие навыки, смогло бы осуществлять операции с базой.

Также, вопреки первоначальным утверждениям, на последнем судебном заседании Дергунова О.Н. стала утверждать, что выполняла работу дистанционно, не являясь по месту нахождения должника. Однако никаких объективных доказательств того, что база 1C использовалась с установлением удаленного рабочего места, не представлено, хотя при таких обстоятельствах это было бы зафиксировано в самой электронной базе с авторизацией пользователя Дергуновой О.Н. Однако ничего подобного электронная база не содержит. При таких обстоятельствах вход в электронную базу с использованием чужого логина и пароля был бы невозможен.

В реальности же, ни одно из доказательств того, что Дергунова О.Н. осуществляла какую-либо трудовую деятельность в интересах должника, не обладает признаком достоверности. Эти доказательства либо не содержат сведений, подтверждающих то, что именно Дергунова О.Н. осуществляла трудовую функцию, либо имеют недопустимые правовые дефекты, либо не имеют доказательственного значения.

Таким образом, обжалуемый трудовой договор соответствует признакам подозрительной сделки на основании п.п. 1, 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Имущественный вред правам кредиторов в данном случае выражается в необоснованном увеличении требований одного кредитора по отношению к иным кредиторам аналогичной и иных очередей.

Необоснованное заключение трудового договора, предусматривающего выплату работнику заработной платы, не соответствующей условиям работы и ее количеству, в свою очередь, способно причинить вред кредиторам должника.

Последствием совершения такой сделки может стать частичная утрата возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, поскольку в случае осуществления на основании трудового договора указанных в нем выплат в соответствующей части уменьшится объем конкурсной массы.

Добросовестность действий по заключению трудового договора, совершение их в интересах должника и его кредиторов не доказаны, оснований полагать их добросовестными с учетом фактических обстоятельств настоящего дела у суда не имеется. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд обоснованно усмотрел наличие совокупности обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также суд первой инстанции пришел к выводу о том, что приведенные выше обстоятельства свидетельствуют и о наличии в действиях сторон оспариваемой сделки признаков злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ).

Заключение трудового договора влечет увеличение размера имущественных требований к должнику. При этом требования работников, в отличие от требований лиц, привлекаемых на основании гражданско-правового договора в целях периодического оказания должнику услуг, в случае банкротства должника подлежат преимущественному удовлетворению как требования второй очереди.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства, отсутствие экономической целесообразности заключения оспариваемой сделки при условии того, что фактически трудовая функция работником не выполнялась, производственная деятельность должника с 2017 года не велась, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заключение оспариваемой сделки преследовало своей целью установление требования кредитора в составе второй очереди реестра требований кредиторов должника в ущерб кредиторам аналогичной и иных очередей реестра требований кредиторов должника.

Данные действия сторон по сделке при наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами, следует признать совершенными со злоупотреблением правом, с целью преимущественно, во вред другим кредиторам, удовлетворить требования Дергуновой О.Н.

Суд правомерно отклонил доводы ответчика о том, что к трудовому договору не подлежат применению нормы гражданского права, и он не может быть оспорен по правилам Закона о банкротстве, как противоречащие нормам действующего законодательства.

Исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств, в  конкретном случае трудовой договор имеет признаки гражданско-правовой сделки, к которой подлежат применению положения главы 39 ГК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая, что фактически денежные средства Дергуновой О.Н. не выплачивались, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки отсутствуют.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, установленные по делу обстоятельства не опровергают.

Выводы суда первой инстанции положенные в обоснование обжалуемого судебного акта основаны на представленных в дело доказательствах, которым дана надлежащая правовая оценка, оснований для переоценки которых суд апелляционной инстанции не усматривает.

По существу доводы жалобы ответчика свидетельствуют лишь о несогласии апеллянта с принятым судом решением, что само по себе основанием для отмены судебного акта являться не может. Обстоятельств, которые бы могли повлиять на принятый судебный акт, в апелляционной жалобе ответчиком не приведено.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 сентября 2019 года по делу № А60-8459/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

В.А. Романов