﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-14530/2018

г. Краснодар

10 июля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июля 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего судьи Епифанова В.Е., судей Сидоровой И.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «Кубанские масла» (ИНН 2364014275, ОГРН 1162364051024) – Платко Е.С. (доверенность от 20.05.2019), в отсутствие органов (должностных лиц), осуществляющих публичные полномочия: судебного пристава-исполнителя Тбилисского районного отдела судебных приставов управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю Боевой Татьяны Григорьевны, управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю (ИНН 2309090532, ОГРН 1042304982499) и третьего лица – открытого акционерного общества «Производственный холдинг «Здрава», извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кубанские масла» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2019 (судья Гонзус И.П.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2019 (судьи Гуденица Т.Г., Ефимова О.Ю., Филимонова С.С.) по делу № А32-14530/2018, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Кубанские масла» (далее – общество, заявитель) обратилось в арбитражный суд к судебному приставу-исполнителю Тбилисского районного отдела судебных приставов управления Федеральной службой судебных приставов по Краснодарскому краю Боевой Татьяне Григорьевне (далее – судебный пристав), управлению Федеральной службой судебных приставов по Краснодарскому краю (далее – управление) с заявлением о признании недействительным постановления судебного пристава от 11.04.2018 о запрете производить какие-либо действия по отчуждению, либо изменению стоимости дебиторской задолженности общества.

Требования основаны на положениях Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон № 229-ФЗ) и мотивированы незаконностью постановления судебного пристава о наложении ареста на дебиторскую задолженность общества, принятого во исполнение определения Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2018 по делу № А32-17810/2016 2/19-Б-4-С о принятии обеспечительных мер.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено открытое акционерное общество «Производственный холдинг «Здрава» (далее – холдинг).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2019, требования удовлетворены частично. Признано недействительным постановление судебного пристава от 11.04.2018 о запрете производить какие-либо действия по отчуждению, либо изменению стоимости дебиторской задолженности, вынесенное в рамках исполнительного производства № 9531/18/23063-ИП в части наложения ареста на дебиторскую задолженность, превышающую сумму предъявленных к обществу требований – 446 441 690 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Суды установили, что определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2018 по делу № А32-17810/2016/2/19-Б-4-С удовлетворено заявление холдинга о принятии обеспечительных мер в отношении общества. Наложен арест на денежные средства, находящиеся на расчетных счетах в банках, в том числе в виде будущих поступлений, и на иное движимое и недвижимое имущество общества в пределах суммы требований, предъявленных к обществу – 446 441 690 рублей. На основании указанного определения выдан исполнительный лист ФС № 013212536 от 13.03.2018. По заявлению холдинга судебным приставом 21.03.2018 в отношении общества возбуждено исполнительное производство № 9531/18/23063-ИП. Судебный пристав вынес постановление от 11.04.2018 о запрете обществу производить какие-либо действия по отчуждению, либо изменению стоимости дебиторской задолженности. Заявитель, ссылаясь на незаконность постановления судебного пристава от 11.04.2018, нарушающего его права (интересы) в сфере предпринимательской деятельности, оспорило его в судебном порядке. При разрешении требований общества судебные инстанции руководствовались положениями статей 68, 69, 76, 80 Закона № 229-ФЗ. Так же судами учтены разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее – постановление от 17.11.2015 № 50). Материалы дела подтверждают, что судебный пристав арестовал дебиторскую задолженность в сумме, превышающей сумму обеспечения, указанную в исполнительном документе. Следовательно, постановление судебного пристава в части наложения ареста на дебиторскую задолженность в размере, превышающем сумму предъявленных к обществу и обеспечиваемых судом требований – 446 441 690 рублей, не соответствует требованиям Закона № 229-ФЗ. Поэтому судебные инстанции признали оспариваемое обществом постановление от 11.04.2018 в указанной части недействительным. Оснований для признания постановления судебного пристава от 11.04.2018 в части наложения ареста на дебиторскую задолженность общества в размере 446 441 690 рублей суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели. Доводы заявителя об отсутствии правовых оснований для наложения судебным приставом ареста на дебиторскую задолженность общества во исполнение требований исполнительного документа, не предусматривающего такой вид обеспечительных мер, что влечет незаконность постановления от 11.04.2018 в целом, отклонены судами. Арестовав дебиторскую задолженность, судебный пристав действовал в соответствии с требованиями статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – Кодекс) и интересами сторон исполнительного производства. Суд первой инстанции признал, что действия судебного пристава по аресту дебиторской задолженности общества соответствуют содержанию выданного исполнительного листа. Суд апелляционной инстанции исходил из того, что отсутствие в определении арбитражного суда о принятии обеспечительных мер указания на имущественные права является технической ошибкой. Из содержания судебного акта с очевидностью следует, что им приняты меры об обеспечении требований холдинга всем ликвидным имуществом общества. При этом судебным приставом не обнаружено иного ликвидного имущества общества, в том числе денежных средств. Доказательств наличия иного недвижимого и движимого имущества, которым могут быть обеспечены требования в соответствующей сумме, обществом также не представлено. Следовательно, имелись основания для наложения судебным приставом ареста не выявленную им у заявителя дебиторскую задолженность.     

Общество обжаловало решение и апелляционное постановление в кассационном порядке. Заявитель в жалобе просит указанные акты отменить в части отказа в удовлетворении требований, которые просит удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на неправильное применение (нарушение) судами норм права, а также несоответствие выводов судебных инстанций фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Жалоба мотивирована следующим. При разрешении спора суд апелляционной инстанции признал, что дебиторская задолженность не является имуществом или вещью, а представляет собой имущественное право должника. Однако, несмотря на это, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об обоснованности действий судебного пристава в части наложения ареста на дебиторскую задолженность общества на сумму, не превышающую 446 441 690 рублей. В судебных актах отсутствуют ссылки на нормативные правовые акты, на основании которых судами сделан вывод о возможности наложения ареста на дебиторскую задолженность судебным приставом, вышедшим за пределы исполнения судебного акта арбитражного суда о принятии обеспечительных мер. Судебные акты не соответствуют разъяснениям, изложенным в пункте 40 постановления от 17.11.2015 № 50. Вывод суда апелляционной инстанции о наличии в определении от 06.03.2018 технической ошибки (в части отсутствия в резолютивной части судебного акта ссылок на принятие обеспечительных мер в отношении имущественных прав общества) является незаконным и не соответствует положениям главы 8 Кодекса. Арбитражный суд не применяет обеспечительные меры по собственной инициативе, а только по заявлению лица, участвующего в деле или иного заинтересованного лица. Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2018 по делу № А32-17810/2016 наложен арест на денежные средства общества, в том числе, будущие поступления, иное движимое, а также недвижимое имущество, принадлежащее заявителю. Указанный судебный акт не содержит ссылок на возможность наложения ареста на имущественные права общества.

От иных участвующих в деле лиц отзывы на жалобу не поступили.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы, которую просил удовлетворить.

Иные участники спора, извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в окружной суд не обеспечили. 

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителя общества, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как видно из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2018 по делу № А32-17810/2016 удовлетворено заявление холдинга о принятии обеспечительных мер в отношении общества. Судом наложен арест на денежные средства, находящиеся на расчетных счетах в банках, в том числе в виде будущих поступлений, и на иное движимое и недвижимое имущество общества в пределах суммы требований, предъявленных к обществу – 446 441 690 рублей. 

На основании данного определения Арбитражным судом Краснодарского края выдан исполнительный лист ФС № 013212536 от 13.03.2018, который предъявлен к исполнению.

Судебный пристав 21.03.2018 возбудил в отношении общества исполнительное производство № 9531/18/23063-ИП. 

В рамках исполнения требований судебного акта и исполнительного документа судебный пристав вынес постановление от 11.04.2018 о запрете обществу производить какие-либо действия по отчуждению, либо изменению стоимости выявленной дебиторской задолженности. 

Общество, ссылаясь на незаконность данного постановления, нарушающего его права (интересы) в сфере предпринимательской деятельности, оспорило его в судебном порядке.

В соответствии со статьей 329 Кодекса постановления судебного пристава, его действия (бездействие) могут быть оспорены в арбитражном суде в случаях, предусмотренных Кодексом и другими федеральными законами, по правилам, установленным главой 24 Кодекса. 

Организации вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 1 статьи 198 Кодекса). 

Пункт 8 постановления от 17.11.2015 № 50 содержит следующее разъяснение. Постановления судебного пристава-исполнителя могут быть оспорены в суде как сторонами исполнительного производства (взыскателем и должником), так и иными лицами, которые считают, что нарушены их права и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению ими прав и законных интересов либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность (часть 1 статьи 121 Закона № 229-ФЗ).

Основанием для признания незаконными действий (бездействия) судебного пристава является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200, часть 2 статьи 201 Кодекса).

В статье 4 Закона № 229-ФЗ закреплены принципы исполнительного производства, одним из которых является соотносимость объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения.

Судебные инстанции при разрешении спора установили, что судебный пристав арестовал дебиторскую задолженность в сумме, превышающей сумму обеспечения, указанную в исполнительном документе (446 441 690 рублей). Поскольку постановление судебного пристава в части наложения ареста на дебиторскую задолженность в размере, превышающем сумму предъявленных к обществу и обеспечиваемых судом требований, не соответствует требованиям Закона № 229-ФЗ, суды признали его недействительным в соответствующей части.

Решение и апелляционное постановление в части удовлетворения требований общества участвующими в деле лицами не обжалуется, поэтому судебные акты в указанной части кассационной инстанцией не проверяются (часть 1 статьи 286 Кодекса). 

Статьей 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» (далее – Закон № 118-ФЗ) закреплена обязанность судебного пристава в процессе принудительного исполнения судебных актов принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов. Исполнительными действиями  являются  совершаемые  судебным  приставом  в  соответствии  с  Законом  № 229-ФЗ действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, равно на понуждение должника к полному, правильному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе.

Перечень исполнительных действий, которые судебный пристав вправе совершать в целях своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов содержится в статье 12 Закона № 118-ФЗ и статье 64 Закона № 229-ФЗ.

В целях обеспечения исполнения исполнительного документа судебный пристав-исполнитель вправе накладывать арест на имущество, в том числе денежные средства и ценные бумаги, изымать указанное имущество, передавать арестованное и изъятое имущество на хранение (пункт 7 части 1 статьи 64 Закона № 229-ФЗ).

Судебный пристав-исполнитель в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, вправе, в том числе и в течение срока, установленного для добровольного исполнения должником содержащихся в исполнительном документе требований, наложить арест на имущество должника (часть 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ).

Арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях (пункт 7 части 1 статьи 64, часть 1 статьи 80 Закона № 229-ФЗ).

В силу части 3 статьи 80 Закона № 229-ФЗ арест на имущество должника применяется: для обеспечения сохранности имущества, которое подлежит передаче взыскателю или реализации (пункт 1); при исполнении судебного акта о конфискации имущества (пункт 2); при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у него или у третьих лиц (пункт 3).

В соответствии с частью 1 статьи 68 Закона № 229-ФЗ мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу. Одной из мер принудительного исполнения является наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества (пункт 5 части 3 статьи 68 Закона № 229-ФЗ).

В пункте 40 постановления от 17.11.2015 № 50 разъяснено следующее. Арест в качестве исполнительного действия может быть наложен судебным приставом-исполнителем в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях. В качестве меры принудительного исполнения арест налагается при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество должника, находящееся у него или у третьих лиц. Во исполнение судебного акта о наложении ареста на имущество ответчика судебный пристав-исполнитель производит арест и устанавливает только те ограничения и только в отношении того имущества, которые указаны судом. Если суд принял обеспечительную меру в виде ареста имущества ответчика, установив только его общую стоимость, то конкретный состав имущества, подлежащего аресту, и виды ограничений в отношении его определяются судебным приставом-исполнителем по правилам статьи 80 Закона № 229-ФЗ.

Исходя из норм статьи 80 Закона № 229-ФЗ, арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости – ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования и других факторов. 

При этом арест дебиторской задолженности состоит в объявлении запрета на совершение должником и дебитором любых действий, приводящих к изменению либо прекращению правоотношений, на основании которых возникла дебиторская задолженность, а также на уступку права требования третьим лицам (часть 1 статьи 83 Закона № 229-ФЗ).

Исследовав представленные в дело доказательства, оценив их по правилам статьи 71 Кодекса, судебные инстанции установили следующее. В рамках исполнения судебного акта арбитражного суда о принятии обеспечительных мер судебным приставом предприняты меры по поиску денежных средств и иного имущества общества. Судебный пристав установил, что у заявителя отсутствуют денежные средства (иное ликвидное имущество) на сумму 446 441 690 рублей, которые он мог бы арестовать в рамках возбужденного им исполнительного производства № 9531/18/23063-ИП. При этом общество представило судебному приставу бухгалтерский баланс, в котором отражены сведения о наличии дебиторской задолженности в размере 2 629 641 тыс. рублей. Наложение ареста на дебиторскую задолженность общества в сумме, не превышающей 446 441 690 рублей, является необходимым действием судебного пристава, принятым им с целью исполнения определения арбитражного суда о принятии обеспечительных мер. Арестовав дебиторскую задолженность общества, судебный пристав действовал в соответствии с требованиями Закона № 229-ФЗ и интересами сторон исполнительного производства. Поэтому судебные инстанции не усмотрели оснований для признания незаконным постановления от 11.04.2018 в части наложение судебным приставом ареста на дебиторскую задолженность общества в сумме, не превышающей 446 441 690 рублей.

Кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее (часть 1 статьи 286 Кодекса).

В кассационной жалобе общество приводит доводы о том, что судебный пристав вышел за пределы исполнения судебного акта арбитражного суда о принятии обеспечительных мер. Состав имущества, подлежащий аресту, определен арбитражным судом как денежные средства, находящиеся на расчетных счетах в банках, в том числе в виде будущих поступлений, иное движимое и недвижимое имущество общества. Следовательно, судебный пристав не вправе был налагать арест на имущество, не указанное в судебном акте (дебиторскую задолженность). Данные доводы не принимаются с учетом специального регулирования, закрепленного в Законе № 229-ФЗ.

По смыслу норм Закона № 229-ФЗ в качестве меры принудительного исполнения судебным приставом-исполнителем налагается арест на имущество ответчика при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество должника и находящееся у него или у третьих лиц (пункт 5 части 3 статьи 68, пункт 3 части 3 статьи 80). Из разъяснений, содержащихся в пункте 40 постановления от 17.11.2015 № 50, также следует, что судебный пристав-исполнитель производит арест и устанавливает ограничения в отношении имущества, которые указаны в судебном акте о наложении ареста на имущество ответчика. Если же суд принял обеспечительную меру в виде ареста имущества, установив только его общую стоимость, то конкретный состав имущества, подлежащего аресту, и виды ограничений в отношении его определяются судебным приставом-исполнителем. Приведенные выше нормы (как и разъяснения) регулируют действия судебного пристава-исполнителя при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество должника. Такой судебный акт имелся у судебного пристава (определение от 06.03.2018 по делу № А32-17810/2016). При этом следует отметить, что общая норма об обращении взыскания на имущество должника (статья 69 Закона № 229-ФЗ) корреспондирует со специальными нормами об обращении взыскания на принадлежащие ему имущественные права (статьи 75, 76 Закона № 229-ФЗ). Норма о наложении ареста на имущество должника (статья 80 Закона № 229-ФЗ) корреспондирует с нормой о наложении ареста на дебиторскую задолженность (статья 83 Закона № 229-ФЗ). Таким образом, под собирательным понятием «имущество» в указанных целях (арест и обращение взыскания на имущество должника) законодательство об исполнительном производстве понимает и принадлежащие должнику имущественные права, в том числе дебиторскую задолженность. Нормы гражданского законодательства также относят имущественные права к имуществу. Например, в соответствии со статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследователю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.     

С учетом содержания определения от 06.03.2018 о принятии обеспечительных мер, обстоятельств, установленных судами при разрешении спора, а также исходя из смысла норм статей 68, 69, 75, 76, 80 и 83 Закона № 229-ФЗ, судебный пристав вправе был наложить арест и установить ограничения в отношении выявленных у общества имущественных прав, составляющих дебиторскую задолженность.

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, не влияют на правомерность вывода судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для признания незаконным постановления от 11.04.2018 в части наложение судебным приставом ареста на дебиторскую задолженность общества в сумме, не превышающей 446 441 690 рублей. Несогласие подателя жалобы с судебными выводами само по себе не может служить основанием, достаточным для отмены решения и (или) апелляционного постановления. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов в любом случае (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Заявления (жалобы) по делам об оспаривании постановлений, решений и действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя государственной пошлиной не облагаются (статья 329 Кодекса, абзац второй пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», пункт 16 постановления от 17.11.2015 № 50). 

Руководствуясь статьями 274, 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.02.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2019 по делу № А32-14530/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий 							        В.Е. Епифанов

Судьи                                                                                                                    И.В. Сидорова

                                                                                                                               Е.Г. Соловьев