ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-1611/2019

23 августа 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     16 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 августа 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Бурденкова Д.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем с/з ФИО1

при участии:   согласно протоколу судебного заседания от 16.08.2022

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-14131/2022)  ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 18.04.2022 по делу № А26-1611/2019 (судья Соколова Н.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2 и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 90 822 719,69 руб.,

установил:

определением суда от 26.02.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Матадор» (далее – ООО «Матадор», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 185035, 

<

...>, каб. 3) о признании общества с ограниченной ответственностью «ПетроЧерМет» (далее – ООО «ПетроЧерМет», должник, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 185035, г. Петрозаводск, ул. Анохина, 33- 5) несостоятельным (банкротом). 

03.04.2019 объявлена резолютивная часть решения Арбитражного суда Республики Карелия, заявление ООО «Матадор» удовлетворено, ООО «ПетроЧерМет» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член  Некоммерческого партнерства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса», адрес для направления почтовой корреспонденции: 185035, 

<

...>. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №66 от 13.04.2019. 

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 27.04.2020 ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ПетроЧерМет». 

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 19.05.2020 конкурсным управляющим обществом с ограниченной ответственностью «ПетроЧерМет» утвержден ФИО3, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада», регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 3328, ИНН 

<

***>, адрес для направления почтовой корреспонденции: 185035, 

<

...>. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №95 от 30.05.2020. 

15 марта 2021 года в суд от конкурсного управляющего ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий, заявитель) поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2 (далее – ФИО4, ФИО2, ответчики) и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 90 822 719,69 руб.

Определением от 18.04.2022 суд заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ПетроЧерМет» удовлетворил. Привлек ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПетроЧерМет». Взыскал с ФИО4 в конкурсную массу ООО «ПетроЧерМет» денежные средства в размере 90 858 220.51 руб. Взыскал с ФИО2 солидарно с ФИО4 в конкурсную массу ООО «ПетроЧерМет» денежные средства в размере 33 253 674.82 руб.

ФИО2 не согласилась с вынесенным определением  и обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции не приняты во внимание доводы ответчицы, не учтено, что ответчица не является контролируемым должника лицом.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчицы доводы жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 является участником ООО «ПетроЧерМет» с размером доли 100% (л.д. 5-11). 

Кроме того, из материалов дела № А26-11722/2018, а именно из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «ПетроЧерМет» по состоянию на 08.11.2018 следует, что ФИО4 являлся единственным участником общества и лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени указанного юридического лица (л.д. 87-97 том 2).

ФИО2 состояла в брачных отношениях с Карасем П.В.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на включение в реестр требований кредиторов ООО «ПетроЧерМет» требований в общем размере 90 259 229.69 руб. и невозможность их удовлетворения за счет имущества должника, обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – Карася П.В. и ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление обоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

В пункте 16 постановления Пленум от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу статьи 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления N 53, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзацах восьмом и девятом пункта 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), субъективная добросовестность руководителя должника по вопросу наличия долга либо признаков неплатежеспособности, в частности, неочевидность для добросовестного и разумного директора кризисной ситуации ведения бизнеса, освобождает последнего от привлечения к субсидиарной ответственности.

В данном случае то обстоятельство, что арбитражные суды в рамках дела N А26-2293/2020 отказали в признании решения налогового органа № 4.4-199 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 29.08.2019 недействительным, позволяет сделать вывод об очевидности для добросовестного и разумного руководителя наличия задолженности по налогам, что соответственно свидетельствует о наличии его вины в доведении до банкротства и не опровергает доказанную конкурсным управляющим презумпцию.

Так, в рамках указанного дела судом сделаны выводы о доказанности налоговым органом совершения сделок между ООО «ПетроЧерМет» и ИП ФИО2 по нерыночным ценам, участия ИП ФИО2 непосредственно под контролем руководителя и учредителя ООО «ПетроЧерМет» Карася П.В. в деятельности по «обналичиванию» денежных средств в личных, а также иных целях, не связанных с предпринимательской деятельностью общества и предпринимателя.

В постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020 по делу №А26-2293/2020 (размещено в открытом доступе в информационной системе «Картотека арбитражных дел») отражены обстоятельства, с которыми согласился суд, о том, что налоговой проверкой было установлено, что денежные средства, поступившие на расчетный счет ИП ФИО2., в том числе от ООО «Петрочермет», в дальнейшем «транзитом» (в течение 1- 2 банковских дней) перечислялись на корпоративные счета предпринимателя с последующим списанием на корпоративные карты, в том числе открытые на имя Карася П.В. и ФИО2 Установлено, что в течение проверяемого периода на корпоративные банковские карты Карася П.В. и ФИО2. было перечислено 308 395 000 руб., в том числе на имя Карася П.В. – 130 660 000 руб., а на имя ФИО2. - 177 735 000 руб. (страница 8 постановления).

В соответствии с ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 7 Постановления N 53, в соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В силу п. 21 Постановления N 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную ст. 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абз. 1 ст. 1080 ГК РФ).

Таким образом, ФИО2, как выгодоприобретатель по незаконной деятельности должника по «обналичиванию» денежных средств, подпадает под понятие контролирующего лица, чьи действия также привели к банкротству должника. 

При этом, ФИО4 и ФИО2 являются заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Сами по себе факты наличия семейных отношений между контролировавшим должника лицом и его супругой не свидетельствуют о наличии оснований для возложения на супругу ответственности за соучастие в доведении до банкротства, однако имевшаяся в рассматриваемом деле совокупность указанных доказательств, указывает на то, что действия ответчиков являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения супругов, а именно, к выводу денежных средств и, как следствие,  привлечение должника к ответственности за налоговое правонарушение. 

Согласно абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде", абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

При таких обстоятельствах, ФИО2 на основании абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованно привлечена судом в соответствующей части к субсидиарной ответственности солидарно как сопричинитель вреда.

 Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  Республики Карелия  от 18.04.2022 по делу №  А26-1611/2019  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

Д.В. Бурденков

 И.В. Юрков