АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, 

<

...>

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

27 апреля 2026 года Дело № А56-8600/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Воробьевой Ю.В., Троховой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Эйсмонт Ш.Х.,

при участии от финансового управляющего ФИО1

ФИО2 посредством системы веб-конференции представителя

ФИО3 (доверенность от 05.11.2025), от общества с ограниченной ответственностью «Талион Трейдинг» посредством системы веб- конференции представителя ФИО4 (доверенность от 29.01.2026), от акционерного общества «Талион» представителя ФИО5 (доверенность от 20.01.2025), от общества с ограниченной ответственностью «Современные технологии обработки древесины» представителя ФИО6 (доверенность от 07.02.2026), от государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» представителя ФИО7 (доверенность от 10.10.2024), от публичного акционерного общества «Банк «Санкт-Петербург» представителя ФИО8 (доверенность от 10.12.2025),

рассмотрев 13.04.2026 в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Современные технологии обработки древесины» ФИО9, государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ», финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2025 по делу № А56-8600/2021/уб.1,суб.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.02.2021 по делу № А56-8600/2021, принятым по заявлению государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» (далее – Корпорация), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Современные технологии обработки древесины», адрес: 195112, Санкт- Петербург, Малоохтинский пр., д. 64, лит. А, ОГРН 

<

***>,

ИНН 

<

***> (далее – Общество).

Определением от 20.05.2021 требования Корпорации признаны обоснованными, в отношении Общества введена процедура наблюдения. Определением от 08.06.2021 временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением от 27.01.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом); в отношении его открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9.

Определением от 26.09.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2022, процедура конкурсного производства прекращена; в отношении Общества введено внешнее управление сроком, внешним управляющим должника утвержден ФИО9

В рамках рассмотрения дела в суд поступило заявление внешнего управляющего ФИО9 о привлечении ФИО1, акционерного общества (далее – АО) «Талион», ООО «Талион Трейдинг» к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, а также о приостановлении производства по заявлению до реализации имущества Общества и окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 22.11.2023 заявление внешнего управляющего принято к производству, заявлению присвоен номер дела № А56-8600/2021/суб.1.

В суд также поступило заявление внешнего управляющего о взыскании солидарно с АО «Талион», ООО «Талион Трейдинг» и ФИО1

4 565 126 000 руб. в возмещение убытков. Определением от 25.01.2023 заявление принято к производству, делу присвоен № А56-8600/2021/уб.1.

Определением от 22.01.2024 обособленные споры № А56-8600/2021/уб.1 и № А56-8600/2021/суб.1 объединены в одно производство, с присвоением обособленному спору номера № А56-8600/2021/уб.1,суб.1.

В рамках обособленного спора от внешнего управляющего поступило ходатайство об уточнении заявления в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором заявитель просил установить наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» и приостановить производство по заявлению до реализации имущества Общества и окончания расчетов с кредиторами.

Решением от 06.02.2025 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО9

Определением от 28.05.2025 ФИО1, ООО «Талион Трейдинг», АО «Талион» привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении требования в части взыскания убытков отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2025 определение от 28.05.2025 было отменено в части привлечения

АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» к субсидиарной ответственности. В указанной части принять новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления. В остальной части определение от 28.05.2025 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий, Корпорация и финансовый управляющий ФИО1 – ФИО2 обратились в Арбитражный суд Северо-Западного округа с кассационной жалобой.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий Общества ФИО9 просит суд постановление от 09.12.2025 отменить, оставить в силе определение от 28.05.2025.

Податель жалобы указывает на то, что выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии у ООО «Талион Трейдинг» статуса лица, контролирующего Общество, а также об отсутствии доказательств реализации сторонами схемы разделения бизнеса на центр прибыли и центр убытков, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Податель жалобы настаивает на отсутствии экономической целесообразности в сбыте продукции Общества через ООО «Талион Трейдинг» и АО «Талион» ввиду отсутствия у последних необходимых ресурсов для самостоятельной реализации продукции Общества при наличии у Общества необходимых условий для приобретения, доставки и хранения лесоматериалов собственными силами и средствами.

В кассационной жалобе Корпорация просит суд постановление от 09.12.2025 отменить, оставить в силе определение от 28.05.2025.

Податель жалобы настаивает на том, что ООО «Талион Трейдинг» и АО «Талион» являлись выгодоприобретателями по избранной ФИО1 модели ведения предпринимательской деятельности Общества.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2 просит суд определение от 28.05.2025 и постановление от 09.12.2025 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Податель жалобы настаивает на том, что совершенные от имени Общества сделки в преддверии банкротства не были направлены на вывод активов.

Кроме того, податель жалобы полагает, что конкурсным управляющим не было представлено доказательств, подтверждающих причастность ФИО1 к формированию дебиторской задолженности в пользу аффилированных лиц.

В отзывах на кассационные жалобы ООО «Талион Трейдинг», АО «Талион» и публичное акционерное общество «Банк «Санкт-Петербург» (далее – Банк) просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители подателей кассационных жалоб поддержали доводы жалоб, представители Банка и АО «Талион» возражали против удовлетворения кассационных жалоб конкурсного управляющего и

Корпорации, вопрос об обоснованности кассационной жалобы финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 оставили на усмотрение суда кассационной инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не явилось препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационных жалоб.

Как следует из материалов дела, участниками Общества являются ФИО1 с размером доли в уставном капитале 45,7 % и АО «Талион», которому принадлежит доля в размере 31,4 % в уставном капитале Общества. Руководителем АО «Талион» являлся ФИО1 Доля участия Общества в уставном капитале ООО «Талион Трейдинг» – 100 %.

В своем заявлении внешний управляющий ФИО9 указывал на то, что контролирующими Общество лицами – ФИО1, АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» была реализована стратегия ведения бизнеса, включающая перераспределение средств внутри группы компаний в ущерб Обществу и его кредиторам. Так, руководителем Общества ФИО1 60 % произведенной продукции Общества направлялось на реализацию через АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг», которые, являясь конечными выгодоприобретателями предпринимательской деятельности Общества, извлекли существенную, нетипичную выгоду.

Кроме того, в своем заявлении управляющий указывал на то, что АО «Талион», являясь контролирующим Общество лицом и выгодоприобретателем, заключил между Обществом и АО «Талион» договор займа от 16.12.2026 № 12-14/17. Указанная схема деятельности была создана намеренно, в целях вывода денежных средств из имущественной массы Общества и оставления ее в распоряжении аффилированных лиц, с учетом чего привлечению к субсидиарной ответственности подлежали

ФИО1, АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности факта создания ФИО1 такой схемы деятельности, в результате которой в распоряжение аффилированных с Обществом АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» выводились денежные средства из имущественной массы Общества с целью не допустить получение Обществом денежных сумм исходя из рыночной стоимости продукции. С учетом указанного суд первой инстанции удовлетворил заявление и привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО1, АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг».

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества не

согласился, указав на отсутствие в материалах дела доказательств наличия у АО «Талион» полномочий на самостоятельное совершение сделок от имени Общества либо их одобрение или инициирование, непризнание в рамках дела о несостоятельности договора займа от 16.12.2016 № 12-14/17 недействительной сделкой, а также на то, что ООО «Талион Трейдинг» занимался продвижением продукции Общества на рынке и ее продажей, а не был формальным «центром прибыли». В частности, суд указал на отсутствие в материалах дела доказательств того, что денежные средства, вырученные АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» от продажи продукции Общества, не были возвращены посредниками в пользу Общества.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее – Постановление № 53).

Так, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в частности, следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность их влияния на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между

названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Как разъяснено в пункте 17 Постановления № 53, контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника, при этом по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий по восстановлению платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Судами было установлено, что АО «Талион» являлось участником Общества, совместно с ФИО1 имело право распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала Общества или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица и имело право назначать (избирать) руководителя Общества (подпункт 2 пункта 4

статьи 61.10 Закона о банкротстве). Кроме того, с 18.03.2010 руководителем АО «Талион» являлся ФИО1 С учетом указанного суды пришли к верному выводу о том, что АО «Талион» является контролирующим Общество лицом.

Также суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований считать ООО «Талион Трейдинг» контролирующим Общество лицом, поскольку оно было создано Обществом и обеспечивало его деятельность, являясь его дочерней компанией. Таким образом, именно Общество является по отношению к ООО «Талион Трейдинг» контролирующим лицом.

Проверив довод управляющего о наличии оснований для привлечения АО «Талион» к субсидиарной ответственности в связи с заключением между Обществом и АО «Талион» договора займа от 16.12.2016 № 12-14/17, суд апелляционной инстанции установил как реальность указанного договора, заключенного на рыночных условиях, так и частичное исполнение АО «Талион» обязательств по возврату займа перед Обществом (предоставлено 4 449 190 715,58 руб., остаток задолженности – 1 318 794 725,83 руб. основного долга и 771 285 631,96 руб. процентов за пользование займом).

Таким образом, судом апелляционной инстанции сделан обоснованный вывод об отсутствии оснований для привлечения АО «Талион» к субсидиарной ответственности за неполное исполнение им условий договора займа перед должником.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности внешний управляющий также указывал совершение действий, направленных на реализацию 60 % произведенной Обществом продукции под контролем ФИО1, через АО «Талион» и

ООО «Талион Трейдинг» (договоры поставки от 09.01.2014 № 013-14-LVL/30, № 013-14-LVK/K/29, № 109 от 08.07.2016, от 07.07.2016 № 78, от 01.07.2009 № 00-09-LVL, от 01.10.2011 № 005-09-LVL2017), которые, по мнению заявителя, являясь конечными выгодоприобретателями предпринимательской деятельности Общества, извлекли существенную, нетипичную выгоду. Управляющий полагал, что экономическая целесообразность сбыта продукции Общества через аффилированных лиц отсутствовала, контролирующие должника лица, реализуя стратегию ведения бизнеса, включающую перераспределение средств внутри группы компаний в ущерб должнику и его кредиторам, сформировали «центр прибыли» от финансово-хозяйственной деятельности должника в АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг».

АО «Талион» в преддверии банкротства Общества не исполнило обязательства по уплате задолженности по договору поставки от 08.07.2016 № 109 в размере 2 098 307 565,60 руб., а ООО «Талион-Трейдинг» не исполнило перед Обществом обязательства по уплате задолженности в размере 443 935 319 руб. по договору поставки от 07.07.2016 № 78.

Суд апелляционной инстанции установил, что спорные договоры поставки имели возмездный характер, при этом продажа товара осуществлялась по рыночной стоимости, стороны входили в единый холдинг, у АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» были необходимые ресурсы для реализации 60 % товара. Так, продажей продукции, приобретенной у Общества, занимался специально созданный филиал АО

«Талион» – ООО «Талион Трейдинг», в состав которого входили специалисты, осуществлявшие деятельность по поиску клиентов и по обеспечению доставки проданной продукции; ООО «Талион Трейдинг» имело собственную клиентскую базу и рынки сбыта; для хранения продукции использовались арендованные площади, в том числе товар хранился на складах Общества на возмездной основе; АО «Талион» сотрудничало с транспортными компаниями, обеспечивающими доставку продукции покупателям различными видами транспорта. При этом силы Общества были направлены на прямую продажу оставшихся 40 % объемов продукции иным контрагентам.

Названные обстоятельства конкурсным управляющим Общества и Корпорацией, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, опровергнуты не были, надлежащих доказательств, подтверждающих, что ответчиками была реализована схема разделения бизнеса на центр прибыли и центр убытков, не представлено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при имеющейся у Общества возможности самостоятельно продавать продукцию, схема ее реализации через посредников АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» не представляется порочной и не может быть поставлена в вину последним, в связи с чем не согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения АО «Талион» и ООО «Талион Трейдинг» к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах конкурсного управляющего и Корпорации, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку, оснований для непринятия которой у суда кассационной инстанции не имеется. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судом фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Таким образом, суд округа в части привлечения к субсидиарной ответственности АО «Талион» и ООО «Талион-Трейдинг» не усмотрел нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов в указанной части (статья 288 АПК РФ).

С учетом изложенного кассационные жалобы конкурсного управляющего Общества и Корпорации удовлетворению не подлежат.

Выводы судов о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности основаны на совершении последним сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов, а также непринятии им мер по взысканию дебиторской задолженности, взыскание которой, в том числе в установленный срок, позволило бы погасить требования кредиторов.

Между тем судами не учтено следующее.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, а также наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Делая вывод о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суды исходили из того, что, действуя осмотрительно и добросовестно, он должен был принять меры по взысканию с АО «Талион» дебиторской задолженности на сумму 2 098 307 565,60 руб., с ООО «Талион Трейдинг» на сумму

468 168 847,33 руб., с ООО «ЛСО» на сумму 210 722 064,19 руб., с закрытого акционерного общества (далее – ЗАО) «СМУ № 303» на сумму

249 374 681,71 руб. Указанная дебиторская задолженность сформировалась в преддверии банкротства Общества и в преддверии банкротства дебиторов.

При этом конкурсное производство в отношении ООО «ЛСО» завершено (определение от 22.11.2024 по делу № А66-1660/2021). Наряду с этим ФИО1 допущено истечение сроков давности по взысканию дебиторской задолженности с ЗАО «СМУ № 303» (определение суда от 11.11.2022 по делу № А56-71907/2017).

В то же время причинно-следственная связь между предполагаемым бездействием руководителя по взысканию дебиторской задолженности и наступлением объективного банкротства Общества судами не установлена. Суды не проверили, привело ли неосуществление мер по своевременному взысканию указанной дебиторской задолженности к значительному увеличению диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, к значительному ухудшению финансового положения должника.

Кроме того, в обоснование вывода о наличии оснований для удовлетворения требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности суды сослались на презумпцию доведения до банкротства – совершения существенно невыгодной для должника сделки (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в действующей редакции Закона о банкротстве,

абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки). Однако в случае привлечения к субсидиарной ответственности на заявителе лежит

обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сам по себе факт совершения подозрительной сделки указанную совокупность обстоятельств не подтверждает (пункт 23 Постановления № 53).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Указывая на наличие прямой причинно-следственной связи между совершением от имени Общества упомянутых сделок и банкротством должника, суды двух инстанций не установили, что признанные недействительными сделки отвечали критериям значительности (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно существенной убыточности.

Ограничившись общим указанием на признание судом сделок должника недействительными на сумму 0,33 млрд руб., суды не указали (не отметили) сделки, в отношении которых установлены обстоятельства, свидетельствующие о выводе денежных средств должника; в отношении преференциальных сделок судами не исследован вопрос о наличии либо отсутствии причинно-следственной связи между их совершением и объективным банкротством должника; судами не были исследованы входящие в предмет доказывания обстоятельства, касающиеся того, привели ли эти сделки к появлению признаков объективного банкротства либо значительному усугублению ситуации имущественного кризиса.

При этом большинство упомянутых конкурсным управляющим сделок

( № А56-8600/2021/сд40, А56-8600/2021/сд8, А56-8600/2021/сд17, А56-8600/2021/сд30, А56-8600/2021/сд50, А56-8600/2021/сд72, А56-8600/2021/сд108, А56-8600/2021/сд109, А56-8600/2021/сд119, А56-8600/2021/сд117, А56-8600/2021/сд95, А56-8600/2021/сд97, А56-8600/2021/сд98, А56-8600/2021/сд103) признаны недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, ввиду оказания предпочтения кредиторам, в качестве применения последствий судом применена двусторонняя реституция, обязательства должника перед этими кредиторами восстановлены, следовательно, финансовое положение должника и в случае расчетов с другими кредиторами осталось неизменным.

Поскольку правовая оценка существенности негативных для должника последствий невзыскания дебиторской задолженности судами не дана, размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок не сопоставлен, вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве является преждевременным.

С учетом изложенного кассационная инстанция считает, что принятые по делу судебные акты в указанной части являются необоснованными, согласно пункту 3 части 1 статьи 287 и части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установить все фактические обстоятельства дела, исследовать вопрос о том, является ли неисполнение обязательств перед кредиторами следствием недобросовестных и (или) неправомерных действий ФИО1 либо следствием иных причин, объективно не зависящих от воли указанного лица и не обусловленных его действиями; установить, послужили ли причиной неисполнения обязательств должника либо причиной ухудшения его финансового состояния совершенные сделки, после чего разрешить спор, сделав вывод о наличии либо отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. При этом если суд придет к выводу о том, что действия ответчика причинили вред должнику, однако данный вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, рассмотреть вопрос о компенсации причиненных должнику убытков (пункт 20 Постановления № 53). По результатам рассмотрения настоящего обособленного спора в соответствии с принятым решением распределить судебные расходы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.05.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2025 по делу № А56-8600/2021/уб.1,суб.1 в части установления наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Современные технологии обработки древесины» отменить.

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

В остальной части постановление от 09.12.2025 оставить без изменения, а кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Современные технологии обработки древесины» ФИО9, государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» – без удовлетворения.

Председательствующий А.А. Чернышева Судьи Ю.В. Воробьева

М.В. Трохова