ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-21849/23

01 апреля 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 апреля 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО1, паспорт;

рассмотрев 25 марта 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы 

от 30 октября 2023 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 15 января 2024 года

о признании недействительной сделки договора займа от 25.12.2022, заключенного между ФИО1 и ФИО2, об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о включении задолженности в размере 5.785.712,32 руб. в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2023 в отношении ФИО2 (далее - должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 25.03.2023 № 51.

В Арбитражный суд города Москвы 03.04.2023 поступило заявление ФИО1 (далее - кредитор) о включении задолженности в размере 5.785.712,32 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Также в Арбитражный суд города Москвы 10.04.2023 поступило заявление финансового управляющего должника ФИО3 о признании недействительной сделки договора займа от 25.12.2022, заключенного между ФИО1 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки (заявление направлено посредством почтовой связи 06.04.2023).

Протокольным определением Арбитражного суда города Москвы от 16.05.2023 указанные обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30 октября 2023 года признан недействительной сделкой договор займа от 25.12.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2, в удовлетворении заявления ФИО1 о включении задолженности в размере 5.785.712,32 руб. в реестр требований кредиторов должника отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 января 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав ФИО1, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между ФИО1 (заимодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа от 25.12.2022, по условиям которого заимодавец передает в собственность заемщику наличные денежные средства в размере 5.850.000 руб. под 15% годовых, а заемщик обязуется вернуть сумму займа вместе с причитающимися процентами не позднее 25.12.2023 (пункты 1.1 - 2.3 договора).

В качестве доказательств выдачи займа кредитором в материалы дела представлена расписка от 25.12.2022.

Согласно заявлению ФИО1, должник частично сумму займа в размере 250.000 руб. возвратил, в связи с чем сумма задолженности составляет 5.785.712,32 руб., из которых 5.600.000 руб. - основной долг, 185.712,32 руб. - проценты, в связи с чем просил включить сумму задолженности в реестр требований кредиторов должника.

В свою очередь финансовый управляющий, ссылаясь на аффилированность сторон сделки, наличие у должника неисполненных обязательств на дату заключения договора, отсутствие у кредитора и должника финансовой возможности исполнения договора, указывал, что договор займа является недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации

Разрешая по существу заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанции руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве, требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

Как указано в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства в суд представляются лицами, участвующими в деле (статьи 65 и 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению в их совокупности, исходя при этом из их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества, выполнения работ, оказания услуг, иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

В соответствии со статьей 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег.

Пунктом 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В силу пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. Исходя из положений указанных норм права, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором. 

В соответствии с пунктом 26 Постановления № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Указанные разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или на квитанции к приходному кассовому ордеру.

Таким образом, суды указали, что четко определен предмет доказывания: как полученные средства были истрачены заемщиком; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности заемщика; позволяло ли финансовое положение кредитора - заимодавца предоставить должнику соответствующие денежные средства.

Кроме того, согласно сложившейся судебной практике (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.06.2014 № ВАС-6992/14 по делу № А55-18630/12, от 13.09.2014 № ВАС-12556/13 по делу № А40-21438/09) суд отказывает в удовлетворении заявлении о включении в реестр требований кредиторов при отсутствии в деле необходимых допустимых доказательств передачи денежных средств по договору займа с физическим лицом. Допустимыми доказательствами передачи денежных средств от физического лица по договору займа являются (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.09.2014 № 304-ЭС14-1501): справка о доходах физического лица; реестр движения денежных средств.

Таким образом, суд при оценке обоснованности требований заимодавца учитывает его финансовое положение и источник происхождения денежных средств, их реальное предоставление взаймы в определенной форме, отражение соответствующих операций в бухгалтерском и налоговом учете, задекларированные доходы, историю операций по банковским счетам, место нахождения в момент совершения и исполнения заемной сделки, оценивается добросовестность поведения сторон и другие заслуживающие внимания обстоятельства.

В рассматриваемом споре в качестве доказательств наличия по состоянию на 25.12.2022 финансовой возможности выдачи займа на сумму 5.850.000 руб. кредитором представлены судам справки 2-НДФЛ за 2010-2022 годы, сведения из личного кабинета налогоплательщика за 2019-2022 годы, справка АО «ЦФР» о сумме дохода за 2010-2022 годы, банковские выписки, отражающие движение денежных средств, платежные документы о снятии наличных денежных средств со счетов.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, согласно представленным в материалы дела сведениям, доход ФИО1 до налогообложения составил:

в 2022 году - 4.687.003,62 руб.,

в 2021 году - 3.799.804,49 руб.,

в 2020 году - 3.670.921,64 руб.;

после налогообложения:

в 2022 году - 4.078.278,62 руб.,

в 2021 году - 3.306.367,49 руб.,

в 2020 году - 3.193.808,64 руб.

Итого, реально полученные доходы составили 10.578.454,75 руб.

Вместе с тем, часть дохода поступила кредитору после выдачи займа (25.12.2022), в связи с чем не может учитываться при вышеуказанной сумме дохода, а именно поступления: 28.12.2022 - 468.780,00 руб., 30.12.2022 - 134.075,96 руб. (всего 602.855,96 руб.).

Таким образом, суды пришли к выводу о том, что реально полученные доходы на дату выдачи займа (25.12.2022), согласно представленным кредитором документам, составили 9.975.598,79 руб.

Судами также установлено, что последнее снятие денежных средств через банкомат кредитором осуществлено 09.12.2022 на сумму 125.000 руб.; в период с 20.12.2022 по 25.12.2022 поступили денежные средства в виде заработной платы 20.12.2022 - 69.018,82 руб., 23.12.2022 - 170.133 руб.

Вместе с тем, в указанный период денежные средства не снимались через банкомат, соответственно, суды указали, что поступившие в данный период денежные средства не могли быть выданы в качестве займа.

Учитывая изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что реально полученные доходы ФИО1 на дату выдачи займа (25.12.2022), без учета доходов за период с 20.12.2022 по 25.12.2022, составили 9.736.446,97 руб.

Судами установлено, что из представленных кредитором банковских выписок следует, что:

- в преддверии 25.12.2022 и непосредственно 25.12.2022 денежные средства в размере 5.850.000 руб. кредитором не снимались, соответственно, выдача займа наличными могла осуществляться только за счет ранее снятых наличных денежных средств («наличных накоплений»);

- сумма наличных денежных средств, снятых кредитором в период с 06.01.2020 по 25.12.2022, составила сумму: 2020 год - 738.700 руб., 2021 год - 761.300 руб., 2022 год - 2.036.900 руб.

Таким образом, за три года (2020-2022 годы) размер снятых кредитором наличных денежных средств составил 3.536.900 руб., из которых 1.472.100 руб. внесено на расчетный счет (фактически наличных денежных средств было 2.064.800 руб.). Остальные движения денежных средств у кредитора осуществлялись в виде безналичных переводов в адрес третьих лиц.

Переводов в адрес должника ФИО2 судами не установлено.

При анализе вышеуказанных банковских выписок судами не выявлено сопутствующих жизнедеятельности кредитора расходов, в частности, расходов на приобретение продуктов питания, расходов на приобретение одежды, коммунальных расходов, транспортных расходов и иных обычных расходов.

Данное обстоятельство, как отметили суды, свидетельствует о том, что данные расходы, в основе своей, также осуществлялись за счет наличных денежных средств.

Между тем, как указали суды, если исходить из минимальных значений, что прожиточный минимум в г. Москве (Московской области) в 1 квартале 2020 года составлял 19.544 руб., во 2 квартале 2020 года - 20.361 руб., в 3 квартале 2020 года - 20.589 руб., в 4 квартале 2020 года - 20.260 руб., на 2021 года - 20.589 руб., 1 полугодие 2022 года - 21.371 руб., 2 полугодие 2022 года - 23.508 руб., то за три года минимум 758.604 руб. ФИО1 понесено на сопутствующие нормальной жизнедеятельности расходы.

При таких обстоятельствах суды обоснованно заключили, что потенциально располагаемые доходы кредитора с 2020-2022 годов могли составить сумму в размере не более 1.306.196 руб. (2.064.800 - 758.604).

Вместе с тем, суды отметили, что кредитор указывал, что для определения у него финансовой возможности выдачи займа надлежит учитывать совокупный доход за 14 лет, поскольку половину своего дохода ФИО1 снимал в качестве наличных.

Судами правомерно отклонен данный довод кредитора, поскольку материалы дела не содержат доказательств в его обоснование, судам представлены усеченные выписки за период с 22.07.2019 по 31.12.2019, отражающие факт снятия наличных, при этом отсутствует информация о ста операциях, что не позволяет в должной мере дать оценку указанному доказательству (принимая во внимание, что за период с 2020-2022 годов кредитором снимались и обратно вносились денежные средства).

Также суды установили, что в указанный период всего снято 1.306.196 руб.

Анализ представленной банковской выписки из АО «Газпромбанк» с 27.12.1999 по 14.07.2023 показывает, что зачислено 328.629 руб., снято в кассе банка: в 2010 году - 18.800 руб., в 2011 году - 9.558 руб., в 2012 году - 48.444 руб., в 2013 году - 22.472,74 руб., в 2014 году - 13.810 руб., в 2015 году - 13.200 руб., в 2016 году - 14.462 руб., в 2017 году - 14.474 руб., в 2018 году - 14.480 руб., в 2019 году - 29.731 руб. Всего снято наличных 199.431,74 руб.

Данная сумма снималась кредитором на протяжении девяти лет, мелкими суммами, что не может свидетельствовать о реальном накоплении денежных средств, а свидетельствует о снятии денежных средств для использования на личные нужды, в противном случае ничего не мешало бы кредитору реально накапливать данные денежные средства на указанном счете, при этом получая дополнительный пассивный доход в виде процентов по вкладу.

Судами также обоснованно отклонены как документально неподтвержденные доводы кредитора ФИО1 о наличии дохода за счет акций ПАО «Газпром» в связи с тем, что полученные на запрос суда сведения из АО «Газпромбанк» указывают, что остаток денежных средств по состоянию на 25.12.2022 и 26.12.2022 составил идентичную сумму, таким образом, денежные средства, находящиеся на счете в АО «Газпромбанк», не могут быть учтены в качестве потенциальных доходов кредитора для выдачи займа.

Также суды обоснованно указали, что представленные кредитором чеки по выдаче наличных ПАО Сбербанк от 07.09.2016 на сумму 2.200.000 руб., от 01.12.2010 на сумму 243.300 руб., от 01.12.2010 на сумму 3.010 руб., от 25.12.2014 на сумму 50.000 руб., от 08.08.2015 на сумму 3.000 руб. не могли быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих факт наличия у кредитора непосредственно перед выдачей наличных денежных средств, поскольку данные операции осуществлены задолго (в 2010-2016 годах) до выдачи займа ФИО2 (25.12.2022) и поскольку доказательств аккумулирования кредитором указанных денежных средств не представлено.

Довод ФИО1 о том, что часть накоплений прошлых лет в целях диверсификации отдельно хранилась на депозитах Московского кредитного банка (ОАО), из которых усматривается факт снятия в 2016 году денежных средств в сумме 189.000 руб., обоснованно отклонен судами, поскольку не может служить доказательством того, что именно эти денежные средства выступили источником выдачи займа, поскольку данные операции аналогично совершались кредитором задолго до выдачи займа ФИО2

Таким образом, кредитор не представил судам достаточных документов, которые подтверждали бы реальность заемных обязательств между ним и должником, доказательств, подтверждающих источник происхождения спорной суммы непосредственно перед выдачей займа, доказательств фактического аккумулирования наличных денежных средств в сумме займа, а также доказательств, подтверждающих экономическую целесообразность выдачи займа.

Так, суды из открытых источников установили, что по состоянию на 27.07.2022 у должника имелась задолженность перед ПАО «МКБ», ФИО4, ФИО5 в общем размере 4.716.779,23 руб., по состоянию на 18.10.2022 сумма задолженности увеличилась до 5.289.423,85 руб. (решения Нагатинского районного суда города Москвы от 14.12.2021 по делу № 2-7619/2021, от 27.07.2022 по делу № 2-4810/2022, от 18.10.2022 по делу № 2-1474/2022).

Между должником и его супругой ФИО6 31.03.2022 заключен брачный договор, по условиям которого все имущество остается в собственности того, на чье имя оно зарегистрировано, доля 50% уставного капитале в ООО «Матильда» переходит супруге должника.

Право должника на долю прекращено 02.07.2022, что следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц.

Таким образом, суды обоснованно указали, что по состоянию на 02.07.2022 у должника отсутствовало какое-либо имущество.

Суды установили, что из пояснений финансового управляющего следует, что доход у должника также отсутствовал, должник не мог осуществить возврат заемных денежных средств. Как пояснил ФИО2 в сопроводительном письме от 24.04.2023, адресованном финансовому управляющему, полученные от ФИО1 денежные средства направлены на погашение: старых долгов перед физическими лицами; траты в виде подарков на Новый год своим детям (сыну, дочери), зятю, внуку, сестре и ее мужу, двум племянникам, отцу и матери; на несение расходов на несколько месяцев на свое проживание.

Вместе с тем, должник 25.12.2022, якобы приняв заем в сумме 5.850.000 руб., не направил даже части денежных средств в погашение задолженности, размер которой достоверно установлен на сегодняшний день, образно указав на якобы погашение задолженности по займам перед иными физическими лицами, которые каких-либо мер по взысканию займа к должнику не применяли, и сведения о которых должником не раскрыты, а также на подарки на Новый год и на собственное жизнеобеспечение на несколько месяцев.

Так, передавая должнику денежные средства в значительном размере не только для должника, но и для самого кредитора, последний фактически не озаботился установлением и принятием обеспечения для погашения займа (залог, поручительство и иные меры обеспечения).

Учитывая данные обстоятельства, а также принимая во внимание фактически отсутствие доказательств расходования должником заемных денежных средств, полученных от кредитора, отсутствие разумных пояснений в отношении целесообразности действий по предоставлению займа, суды пришли к обоснованному выводу о том, что материалы дела не содержат доказательств, позволяющих признать требование кредитора обоснованным и доказанным.

В силу абзаца третьего пункта 3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу. Независимо от указанного истцом правового обоснования иска суд самостоятельно определяет нормы права, подлежащие применению к установленным обстоятельствам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что мнимая сделка характеризуется отсутствием намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершением сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения), созданием у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства, участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168 и 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, недостаточно.

Суд, рассматривая дело об оспаривании сделки по удовлетворению требований к должнику при наличии признаков ее мнимости и направлении на погашение искусственной задолженности кредитора, осуществляет проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений, соответствующих виду сделки. Целью такой проверки является установление обоснованности погашенного долга и недопущение удовлетворения необоснованных требований, поскольку это приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Поскольку в делах о банкротстве к доказыванию обоснованности соответствующих требований к должнику предъявляются повышенные стандарты, то в рамках настоящего обособленного спора кредитор не представил должной совокупности доказательств в подтверждение обоснованности своего требования к должнику и не опроверг доводов и возражений иных лиц, указывающих на признаки мнимости и безденежности займа в отношениях между кредитором и должником.

Между тем, суды указали, что признаки мнимого характера заемных обязательств между ФИО1 и должником подтверждаются фактическими обстоятельствами и имеющимися в деле доказательствами.

Так, при неподтвержденности факта возможности предоставить должнику соответствующие денежные средства, в отсутствие доказательств расходования заемных денежных средств должником, а также учитывая условия займа, что не обусловлено экономически и не согласуется с обычными условиями займов, признание должником обязательств без представления в суд документов, подтверждающих реальность заемных правоотношений, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о признании договора займа от 25.12.2022 мнимой сделкой и, соответственно, об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 о включении задолженности по договору займа от 25.12.2022 в реестр требований должника (последствия недействительности сделки в виде признания задолженности отсутствующей).

Апелляционный суд отметил, что ФИО1 в суде первой инстанции неоднократно подтверждал, что какую-либо проверку ФИО2 не проводил и не выяснял обстоятельства возможности возврата займа.

Вместе с тем, апелляционный суд обоснованно указал, что такое поведение не отвечает стандартному поведению разумного кредитора, который в первую очередь должен убедится в возможности возврата денежных средств должником в столь значительном размере и только после этого примет решение о выдаче займа.

Также апелляционный суд указал, что ФИО1 ссылался на то, что им в ПАО Сбербанк получена выписка по зарплатному счету № 40817810338050354014 за период с 13.07.2019 по 13.07.2023, из которой следует, что за период с 13.07.2019 по декабрь 2022 года, снято наличными 5.002.000 руб., то есть 1.429.142 руб. в год. Далее, на основе этого ФИО1 предлагает использовать расчетный метод и указывает, что предположительно им сняты за 13 лет денежные средства в сумме 18.578.846 руб.

Вместе с тем, апелляционный суд установил, что в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО1 в материалы дела представлены усеченные выписки (отражены только операции по снятию денежных средств) к письменным объяснениям от 01.08.2023 за период с 06.01.2020 по 31.12.2022.

Дополнительно ФИО1 представлена усеченная выписка (отражены только операции по снятию денежных средств) к письменным объяснениям от 01.08.2023 за период с 22.07.2019 по 31.12.2019, что свидетельствует о снятии наличных в сумме 1.309.300 руб.

При этом апелляционный суд обоснованно указал, что усеченная выписка представлена только с операциями по снятию денежных средств, в связи с чем объективные выводы по указанной выписке сделать невозможно, поскольку в расширенных выписках по этому же счету № 40817810338050354014 за аналогичный период с 06.01.2020 по 31.12.2022 установлены операции по обратному внесению наличных денежных средств на расчетный счет, что уменьшало реальный размер наличных денежных средств.

В свою очередь, как отметил апелляционный суд, анализ данной усеченной выписки, за период с 22.07.2019 по 31.12.2019, показал следующее: снятие наличных в интервале от 100 руб. до 5.000 руб. составило 19 операций на общую сумму 37.496 руб.; от 5.000,01 руб. до 30.000 руб. - 6 операций на общую сумму 147.900 руб.; от 30.000,01 руб. до 80.000 руб. - 10 операций на общую сумму 147.900 руб., 461.600 руб.; от 80.000,01 руб. до 150.000 руб., 6 операций на общую сумму 659.200 руб.

Таким образом, апелляционный суд обоснованно полагает, что совершение значительной части операций в диапазоне сумм от 100 руб. до 80.000 руб., а всего на общую сумму 646.996 руб., следует отнести к снятию наличных денежных средств для удовлетворения собственных потребностей и только 659.200 руб. можно отнести к операциям по накоплению наличных денежных средств.

Апелляционный суд указал, что по аналогии с расширенными выписками за период с 06.01.2020 по 31.12.2022, в которых была видна информация об обратном внесении на расчетный счет наличных денежных средств, в усеченной выписке за период с 22.07.2019 по 31.12.2019 данная информация не видна, однако следует, согласно порядковым номерам операций, что отсутствуют сведения о ста операциях, среди которых могли быть и операции по обратному внесению наличных денежных средств. Вместе с тем, информация по вышеуказанным операциям кредитором не раскрыта.

Ввиду изложенных обстоятельств, вопреки позиции кредитора, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленные им усеченные выписки не могут быть признаны надлежащим доказательством но делу, поскольку не раскрывают полный объем финансовых операций ФИО1, в частности, обратные операции по внесению наличных денежных средств на свой счет, как это явно усматривается из расширенных выписок за период с 06.01.2020 по 31.12.2022.

Суд апелляционной инстанции обоснованно отметил, что кредитор, передавая должнику денежные средства в значительном размере, фактически не озаботился не только установлением фактической возможности ФИО2 возвратить спорную сумму займа, но и установлением и принятием обеспечения для погашения займа (залог, поручительство и иные меры обеспечения).

При этом суд апелляционной инстанции указал, что кредиторы, существовавшие на 27.07.2022, имеют совокупный размер требований на сумму 5.404.494,31 руб., в дальнейшем должник становится обязанным перед ФИО1 за 1,5 месяца до банкротства должника на сумму 5.785.712,32 руб., что незначительно превышает размер требований независимых конкурсных кредиторов.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) по делу № А40-203935/17, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 Постановления № 35).

Таким образом, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что принятие суммы займа должником не имеет разумных экономических объяснений и объективных доказательств и такая заемная сделка совершена без очевидных обстоятельств, свидетельствующих о возможности возврата денежных средств кредитору, при непроявлении со стороны кредитора каких-либо обычных мероприятий по проверке должника на предмет необходимости получения займа должником и его финансовой возможности по возврату займа и процентов по нему в установленный договором срок, с учетом заключения договора займа за 1,5 месяца до банкротства должника.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30 октября 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 января 2024 года по делу № А40-21849/23 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            В.Л. Перунова

 

Н.Н. Тарасов