ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-21694/2021к23

г. Красноярск

11 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «04» февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен  «11» февраля 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Хабибулиной Ю.В.,

судей: Белан Н.Н., Парфентьевой О.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания  Лизан Т.Е.,

при участии:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русагро» ФИО1, паспорт;

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности,  паспорт;

от общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Енисейзайм»: ФИО4, представителя по доверенности, паспорт,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «14» октября 2024 года по делу № А33-21694/2021к23,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Русагро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,далее – должник), 19.07.2023 в материалы дела поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 (ИНН 

<

***>) к субсидиарной ответственности по долгам должника; о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество ФИО2 в пределах суммы 15 183 260 руб.

Определением от 25.07.2023 судом первой инстанции было удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего о принятии обеспечительных мер. Наложен арест на денежные средства и иное имущество ФИО2 в пределах 15 183 260 руб., за исключением денежных средств в размере прожиточного минимума самого гражданина и лиц, находящихся на его иждивении, установленного в соответствующем регионе РФ для соответствующих категорий населения за соответствующий квартал, ежемесячно на весь срок действия обеспечительных мер (и иных доходов, на которые не может быть обращено взыскание в соответствии со статьёй 101 Федерального закона от 02.10.2007 № 229- ФЗ «Об исполнительном производстве») до вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 14.10.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 отказано, определено после вступления в законную силу настоящего определения отменить обеспечительные меры, принятые определением от 25.07.2023.

Не согласившись с данным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что ФИО2 принимала фактическое участие в деятельности должника и совершении сделок, повлекших негативные последствия для должника и его кредиторов.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 04.02.2025.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы дела поступили:

- 31.01.2025 от ФИО2 отзыв на апелляционную жалобу с приложенными к нему доказательствами направления указанного отзыва конкурсному управляющему.

- 03.02.2025 от общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Енисейзайм» отзыв на апелляционную жалобу с приложенными к нему  дополнительными доказательствами в копиях: справки от 14.09.2018; заявления об отмене заочного решения по делу № 2-2346/2020; доверенности от 18.11.2020; определения Кировского районного суда от 15.11.2021.

Отзывы на апелляционную жалобу приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Енисейзайм» заявил ходатайство о приобщении к материалам дела приложенных к отзыву дополнительных документов, а также акта изъятия от 02.09.2024.

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Русагро» в судебном заседании подержал ходатайство общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Енисейзайм» о приобщении к материалам дела дополнительных документов.

ФИО6 Раисовны пояснил, что считает возможным оставить решение вопроса о возможности удовлетворения ходатайства, полностью на усмотрение суда.

В соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, совещаясь на месте, исходя из отсутствия уважительных причин непредставления дополнительных доказательств при рассмотрении дела судом первой инстанции определил в удовлетворении ходатайства общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Енисейзайм» о приобщении к материалам дела дополнительных документов отказать.

В судебном заседании конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Русагро» поддержал доводы апелляционной жалобы, выразил несогласие с определением суда первой инстанции, просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, дал пояснения по вопросам представителя ФИО2.

Представитель общества с ограниченной ответственностью МК «Енисейзайм» в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу и в апелляционной жалобе конкурсного управляющего, выразил несогласие с определением суда первой инстанции, просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, дал пояснения по вопросам представителя ФИО2.

ФИО6 Раисовны в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, отклонил доводы апелляционной жалобы, выразил согласие с определением суда первой инстанции, просил судебный акт суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

В соответствии со сведениями, содержащимися в выписке из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью «Русагро», ФИО2 является учредителем с долей участия 50%; общество с ограниченной ответственностью «Дионис» является учредителем с долей участия 50%; ФИО7 являлся руководителем общества.

Общество с ограниченной ответственностью «Дионис» было исключено из ЕГРЮЛ 10.07.2020 на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

ФИО7 скончался 09.09.2021.

Общество с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Енисейзайм» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Русагро» несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 16.09.2021 заявление принято к производству суда.

Определением от 20.01.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1

Решением от 06.07.2022 общество с ограниченной ответственностью «Русагро» признано банкротом, в отношении должника введено конкурсное производство. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО1

19.07.2023 в материалы дела поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам должника и о принятии обеспечительных мер.

В качестве правового основания для привлечения учредителя должника к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим были указаны статьи  61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, пришёл к выводу о том, что в рассматриваемом случае заявителем не была доказана вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания, а именно совершение контролирующим должника лицом действий, направленных на доведение предприятия до несостоятельности (банкротства), применительно к основаниям субсидиарной ответственности, установленным статьей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве. В силу указанного в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

На основании пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ                   «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями:

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009, № 73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013);

- статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013, № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017);

- глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Установив, что в качестве фактических обстоятельств, послуживших основанием для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, указывается на совершение ответчиком неправомерных действий в период после 30.07.2017, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о необходимости рассмотрения данного заявления по правилам Главы III.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В рамках настоящего обособленного спора рассматривается требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности учредителя должника с долей участия 50%.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Как установлено абз. 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание, следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Указанная позиция находит отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-13210 (2) от 07.10.2021.

При этом применительно к такому критерию, как значимость действий контролирующих лиц для результатов финансово-хозяйственной деятельности должника, Закон о банкротстве предусматривает презумпции существования причинно-следственной связи между поведением контролирующего лица и невозможностью погашения требований кредиторов. Одной из таких презумпций является совершение контролирующим лицом существенно убыточной сделки, повлекшей нарушение имущественных прав кредиторов (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21- 4666(1,2,4).

Между тем, конкурсным управляющим в материалы дела не было представлено доказательств в обоснование довода о совершении ФИО2 сделок, повлекших неплатежеспособность должника, наступление негативных для должника и его кредиторов последствий. Заявляя об одобрении ФИО2 крупной сделки по залогу транспортных средств в обеспечение обязательств ФИО7, заявитель апелляционной жалобы не представляет доказательства того, что залогом  обеспечивался заведомо невозвратный займ, соответственно, сделки по залогу являлись заведомо убыточными, которые привели к банкротству должника. Отсутствие таких доказательств не позволяет суду апелляционной инстанции прийти к выводу о том, что действия контролирующего должника лица привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

С учётом пояснений ответчика судом апелляционной инстанции установлено, что фактическое руководство деятельностью общества с ограниченной ответственностью «Русагро» осуществлялось генеральным директором ФИО7, скончавшимся  09.09.2021. Так, из материалов обособленных споров по оспариванию сделок должника следует, что все договоры и первичные документы подписывались генеральным директором общества. В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства, опровергающие пояснения ответчика, в соответствии с которыми бенефициаром должника и лицом, определяющим его финансово-хозяйственную деятельность, являлся сын ФИО2, тогда как последняя не принимала действительного участия в управлении ООО «Русагро», не осуществляла никаких должностных обязанностей в составе общества, официально не была там трудоустроена и не информировалась о принимаемых генеральным директором управленческих решениях. Получение ФИО2 информации из налогового органа, действия представителя ФИО7 доказательствами принятия ФИО2 управленческих решений, повлекших банкротство должника, не являются.

Апеллянтом не представлено доказательств в опровержение подтверждённого полученными от кредитных организаций сведениями вывода суда первой инстанции о том, что ФИО2 не являлась клиентом и держателем корпоративных карт к расчетным счетам ООО «Русагро» и  не осуществляла вывода средств должника. Денежные средства со счета должника в АО «Альфа-Банк» (том 1, л.д. 23-25)  перечислялись в 2019 году ИП ФИО2, в том числе  в счет оплаты по договору займа № 11/05 от 11.05.2018. данные платежи недействительными сделками не признаны.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Между тем, из отчета конкурсного управляющего о своей деятельности по состоянию на 10 июня 2024 года следует, что конкурсным управляющим 24.08.2022 проведена инвентаризация имущества должника, оценка имущества должника проведена 24.08.2022. В конкурсную массу включены:

- автомобиль марки SCANIA Р8Х400 Р440СВ8Х4ЕНZ, 2014 года выпуска, двигатель DC13 102 L01 № 6832401, шасси № 

<

***>, цвет Белый, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, государственный регистрационный знак 

<

***>

- автомобиль марки SCANIA Р8Х400 Р440СВ8Х4ЕНZ, 2014 года выпуска, цвет желтый, двигатель DС13 102 L01 № 6819775, шасси № Х8UР8Х40005353710, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Как установлено судом, в результате реализации указанного имущества на основной счет должника поступили денежные средства в размере 6259,680 тыс. рублей.

Из пояснений ответчика следует, что после смерти ФИО7 его мать ФИО2 не вступала в наследство, в связи с чем о нахождении документации ООО «Русагро» в составе наследственной массы ей неизвестно. При этом судом апелляционной инстанции учитывается, что, как подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ и решением налогового органа № 2333 от 27.05.2021 о привлечении к ответственности, ООО «Русагро» по месту юридического адреса (

<

...>) не располагалось.

Апеллянтом не уточняется, какие именно документы должника не были переданы, не представлено доказательств удержания учредителем должника какой-либо документации или имущества должника.

При этом с ходатайством об истребовании документов у учредителя конкурсный управляющий в арбитражный суд не обращался.

Учитывая вышеизложенное, исходя из отсутствия у ответчика реальной возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника и неосведомлённости ФИО2 как о фактах финансово-хозяйственной деятельности должника, так и о местоположении его документации, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Учитывая правовую позицию, сформулированную в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2016 года № 301-ЭС16-820, от 31 марта 2016 года № 309-ЭС15-16713, в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, содержание статьи 61.12 Закона о банкротстве, направлено на предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, указано, что в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и в иных предусмотренных названным Законом случаях.

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Аналогичные разъяснения даны в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ 21.12.2017 № 53.

В соответствии с налоговой декларацией по налогу на прибыль за 2019 г. предприятием учтены доходы от реализации в сумме 43 710 048 руб., исчислена прибыль в сумме 571 148 руб. Уточненный квартальный отчет за 9 месяцев 2020 года содержит нулевые показатели.

Анализ финансового состояния должника содержит выводы о достижении нулевых показателей коэффициентов к 20.06.2022. Согласно заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ООО «Русагро» в течение 2019-2020 гг. совершен ряд сделок купли-продажи транспортных средств, сделаны выводы арбитражного управляющего о совершении сделок по заниженной цене, без зачисления выручки на счет организации, что уменьшило материальные активы организации.

По данным упрощенной бухгалтерской (финансовой) отчетности предприятия за 2019 г., учитывались активы предприятия в сумме 3 210 000 руб., финансовые и другие оборотные активы 9 347 000 руб.

Обращаясь в суд первой инстанции с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности учредителя должника по основанию статьи 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий не указал дату наступления объективного банкротства должника, отметив при этом, что в 2020 году деятельность предприятия была прекращена, активы предприятия уменьшились ввиду совершения сделок по реализации транспортных средств предприятия и выводу активов с его счетов, в силу чего, по результатам подведения итогов хозяйственной деятельности за 2020 г., после 20.03.2021, учредитель должен был вынести на рассмотрение собрания учредителей вопрос о банкротстве предприятия.

Как было указано ранее, дело о банкротстве ООО «Русагро» было возбуждено на основании заявления кредитора 16.09.2021.

Вместе с тем, исходя из вышеизложенного, и учитывая, что в соответствии с Законом о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, коллегия судей соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что бездействие ФИО2, не принявшей мер к эффективному менеджменту и фактически устранившейся от контроля за деятельностью учрежденного ею хозяйственного общества, в данном случае не повлекло существенного увеличения задолженности перед кредиторами с учётом возникновения основного объема задолженности по обязательствам в 2018-2019 гг.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

В апелляционной жалобе заявителем не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Учитывая, что определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 заявителю апелляционной жалобы предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, с общества с ограниченной ответственностью «Русагро» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «14» октября 2024 года по делу № А33-21694/2021к23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РУСАГРО» в доход федерального бюджета 30 000 рублей государственной пошлины.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Н.Н. Белан

О.Ю. Парфентьева