АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А29-5203/2018

20 июня 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14.06.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 20.06.2022.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П.,

судей Елисеевой Е.В., Ногтевой В.А.

 

в отсутствие представителей участвующих в деле лиц 

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

индивидуального предпринимателя ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 07.10.2021  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022

по делу № А29-5203/2018 

 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1

(ИНН: 

<

***>; ОРГНИП: 313774602101925)

о признании сделки недействительной и 

применении последствий ее недействительности 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Вик» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

 

и   у с т а н о в и л : 

 

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Вик» (далее – Общество; должник) ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением  о признании недействительными актов взаимозачета, заключенных должником с индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее – Предприниматель),  от 10.02.2017 № 6 на сумму 127 000 рублей, от 10.03.2017 № 7 на сумму 327 000 рублей, от 31.03.2017 № 17 на сумму 440 000 рублей, от 31.03.2017 № 21 на сумму 327 000 рублей; от 10.04.2017 № 23 на сумму 5 582 000 рублей, от 31.12.2016 № 41 на сумму 77 000 рублей, и применении последствий их недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 6 880 000 рублей.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 07.10.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022, удовлетворил заявление конкурсного управляющего, признал указанные соглашения о взаимозачете недействительными, применил последствия их недействительности в виде восстановления задолженности Общества перед Предпринимателем в размере 6 880 000 рублей и восстановления задолженности ответчика перед должником в той же сумме.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Предприниматель обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что суды первой и апелляционной инстанций пришли к неверному выводу о том, что предметом взаимозачетов выступили неравноценные встречные требования Предпринимателя и Общества. 

По мнению Предпринимателя, суды необоснованно руководствовались разъяснениями, изложенными в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) и Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), которые не подлежат применению к настоящему обособленному спору, поскольку в них изложены правовые позиции о понижении очередности удовлетворения требований контролирующего должника лица, предоставившего подконтрольному обществу компенсационное финансирование.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Конкурсный управляющий в отзыве отклонил доводы, изложенные в ней, просил оставить в силе оспариваемые судебные акты, как законные и обоснованные. 

Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов  проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Предприниматель (арендодатель) и Общество (арендатор) заключили договоры аренды нежилого помещения от 01.01.2016 № 16/2016, от 01.01.2016 № 17/2016, по условиям которых арендодатель сдал, а арендатор – принял во временное владение и пользование за плату нежилые помещения площадью 879,6 квадратного метра в здании производственного цеха и лесопильный цех, площадью 552 квадратных метра, расположенные по адресу: Республика Коми, 

<

...>, на срок с 01.01.2016 по 20.11.1016. 

В пункте 3.1 договоров стороны согласовали, что размер арендной платы за нежилые помещения составляет  219 900 рублей, за лесопильный цех – 110 400 рублей ежемесячно.

Предприниматель (арендодатель) и Общество (арендатор) заключили договор аренды транспортных средств с экипажем от 30.09.2016 № 120, по условиям которого арендодатель обязался предоставить арендатору экскаватор гусеничный марки KUBOTA KX 91-3, 2005 года выпуска, на срок с 30.09.2016 по 30.09.2019. 

В силу пункта 3.1 договора размер арендной платы составляет 1 000 рублей в час.

Кроме того, Предприниматель (займодавец) и Общество (заемщик) заключили договоры займа от 20.07.2015, 04.08.2015, 17.12.2015, 21.12.2015, 03.02.2016, 04.03.2016, 24.03.2016 на общую сумму 7 472 000 рублей сроком на один год каждый. Процентная ставка по договорам составляла от 8,25 до 14 процентов годовых. 

В соответствии с пунктом 1.5 договоров заемщик дал согласие на досрочный возврат суммы займа и процентов без дополнительного получения заемщиком письменного одобрения по этому поводу. 

Общество (арендодатель) и Предприниматель (арендатор) заключили договор аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136, по условиям которого арендодатель обязался передать арендатору в срочное платное пользование и владение автомобиль Mercedes-Bens S500 4 Matic, 2014 года выпуска, VIN 

<

***>, а арендатор – принять его во временное владение и пользование на согласованный сторонами срок.

 После внесения арендатором всех арендных платежей и с момента осуществления им последнего платежа арендной платы Обществу автомобиль переходит в собственность Предпринимателя.

В соответствии с пунктом 2.2 договора арендная плата за пользование автомобилем, подлежащая выплате арендатором арендодателю составляет 6 880 000 рублей. 

Выкупная стоимость автомобиля составляет 6 880 000 рублей. 

Из приложения 2 к договору следует, что арендный платеж составляет 327 000 рублей, которые должны быть уплачены в период с 10.12.2016 по 10.08.2018; платеж выкупа в размере 10 000 рублей подлежат уплате в срок до 10.09.2018.

В силу пункта 4.7 договора арендатор имеет право досрочно выкупить автомобиль при условии, что им выполнены все финансовые обязательства перед арендодателем по договору.

Предприниматель и Общество подписали следующие акты взаимозачета:

– от 31.12.2016 № 41, по условиям которого погашены взаимные обязательства Общества по договору аренды от 01.01.2016 № 16/2016 на и Предпринимателя по договору аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136 на сумму 77 000 рублей;

– от 10.02.2017 № 6, по условиям которого погашены взаимные обязательства Общества по договору аренды от 01.01.2016 № 17/2016  и Предпринимателя по договору аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136 на сумму 127 000 рублей;

– от 10.03.2017 № 7, по условиям которого погашены взаимные обязательства Общества по договору аренды от 01.01.2016 № 16/2016 и Предпринимателя по договору аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136 на сумму 327 000 рублей;

– от 31.03.2017 № 17, по условиям которого погашены взаимные обязательства Общества по договору аренды от 01.01.2016 № 17/2016 и Предпринимателя по договору аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136 на сумму 440 000 рублей;

– от 31.03.2017 № 21, по условиям которого погашены взаимные обязательства Общества по договору от 30.09.2016 № 120  и Предпринимателя по договору аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136 на сумму 327 000 рублей;

– от 10.04.2017 № 23, по условиям которого погашены взаимные обязательства Общества по договорам займа от 20.07.2015, 04.08.2015,17.12.2015, 21.12.2015, 03.02.2016, 04.03.2016, 24.03.2016 и Предпринимателя по договору аренды с последующим выкупом от 01.12.2016 № 136 на сумму 5 582 000 рублей. 

Арбитражный суд Республики Коми определением от 14.05.2018 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества; определением от 26.03.2020 ввел в отношении него процедуру наблюдения; решением от 05.08.2020 признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО2 

Конкурсный управляющий посчитав, что указанные акты взаимозачета заключены при злоупотреблении правом в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворив заявление, исходили из того, что сделка совершена должником с заинтересованным лицом (учредителем) в условиях наличия у Общества значительной задолженности перед независимыми кредиторами. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе, отзыв на нее, суд кассационной инстанции не установил оснований для отмены принятых судебных актов.

В пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Оспоренные платежи совершены в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что согласно статье 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 Постановления № 63).

Заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника (абзац 3 пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. 

При этом согласно указанному Закону аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа (абзац 4 статьи 4), лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 6 статьи 4).

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций установили, что Предприниматель до 10.08.2017 являлся единственным участником должника, то есть заинтересованным лицом по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве. 

В период совершения зачетов у Общества имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами в существенном размере, в том числе перед Инспекцией Федеральной налоговой службы по городу Сыктывкару, публичными акционерными обществами «Совкомбанк» и «Т Плюс», обществами с ограниченной ответственностью «Двина-Стройматериалы», «Бетон-инвест», частным охранным предприятием «Монолит-Коми» в общей сумме более 10 000 000 рублей. 

Впоследствии указанная задолженность включена в реестр требований кредиторов Общества.

При этом из бухгалтерского баланса Общества по состоянию на 31.12.2016 следует, что размер заемных средств должника составлял 50 324 000 рубля, кредиторской задолженности – 65 379 000 рублей.

Вред имущественным интересам кредиторов состоит в удовлетворение требований единственного участника должника при неисполнении требований иных независимых кредиторов. 

На основании изложенного судебные инстанции пришли к обоснованному выводу о наличии совокупности оснований для признания оспоренных зачетов недействительными сделками по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем правомерно удовлетворили заявление конкурсного управляющего. 

Довод заявителя о том, что суды пришли к необоснованному выводу о неравноценности встречных требований Предпринимателя и Общества, не принят судом округа.

Отклонив указанную позицию ответчика, суды двух инстанций исходили из того, что требование Общества к Предпринимателю являлось более ликвидным, нежели требование последнего к должнику в силу следующего.

Судебные инстанции оценили природу договоров, заключенных Обществом и Предпринимателем и констатировали, что требование ответчика к должнику носит характер компенсационного финансирования, в связи с чем в случае их включения в реестр требований кредиторов должника, очередность их удовлетворения подлежала бы понижению, что позволило судам сделать вывод о неравноценности встречных требований, погашенных зачетами. 

Предприниматель являлся контролирующим должника лицом, при этом договоры займа и аренды заключены в условиях финансового кризиса последнего, что подтверждается сведениями о кредиторской задолженности (которая впоследствии была включена в реестр требований кредиторов должника), а также анализом финансового состояния должника, из которого следует, что коэффициенты, характеризующие платежеспособность должника, не соответствуют их нормативному значению. 

Кроме того, суды приняли во внимание, что Предприниматель после наступления признаков неплатежеспособности и по истечении длительного срока со дня выдачи займов, а также согласованных в договорах аренды сроков оплаты не принимал мер к истребованию задолженности.

Разъяснения по вопросу квалификации такого поведения заинтересованного к должнику лица даны в Обзоре от 29.01.2020. 

В том числе, в силу пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020 заключение договоров аренды и займа в период нахождения должника в состоянии имущественного кризиса может быть расценено как намерение контролирующего лица вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности с использованием конструкции договора займа. 

В пунктах 3.2, 3.3 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Аналогичным образом компенсационным финансированием признается длительное непринятие мер по взысканию арендной платы, которая при аренде коммерческой недвижимости обычно вносится ежемесячно.

В пункте 3.4 Обзора от 29.01.2020 указано, что неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Предприниматель в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опроверг достоверными и допустимыми доказательствами позицию конкурсного управляющего о том, что заключение договоров займа и аренды в совокупности с длительным бездействием в отношении взыскания просроченной задолженности связано с финансовым кризисом Общества. 

При этом ссылка судов на правовые позиции, изложенные в пункте 2 Постановления № 63 и Обзоре от 29.01.2020 являются правомерными, поскольку применительно к конкретным обстоятельствам настоящего спора суды исследовали обстоятельства, связанные с очередностью удовлетворения требований Предпринимателя и равноценности встречного предоставления по сделкам, в связи с необходимостью определения наличия или отсутствия факта причинения вреда имущественным интересам кредиторов Общества.  

Приведенные в кассационной жалобе доводы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами первой и апелляционной инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина составляет по 3000 рублей и расходы по ее уплате относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 07.10.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022 по делу № А29-5203/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

В.П. Прыткова

 

 

 Судьи

 

Е.В. Елисеева

В.А. Ногтева