АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-782/21 

Екатеринбург

13 сентября 2023 г.

 

  Дело № А60-12257/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Савицкой К.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской областиот 17.05.2023 по делу № А60-12257/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2019 общество с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Цивилист» (далее – общество «ЮК Цивилист», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Определением суда от 13.08.2019 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3.

В арбитражный суд 12.02.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ЮК Цивилист».

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО4 – ФИО7.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.11.2021 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.05.2022, определение суда первой инстанции от 15.11.2021 отменено, заявление конкурсного управляющего удовлетворено: признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО1 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по заявлению приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2023 производство по настоящему обособленному спору возобновлено на основании соответствующего ходатайства конкурсного управляющего от 02.03.2023.

Конкурсный управляющий уточнил требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит установить размер ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО6 в сумме 38 495 853 руб. 48 коп. и взыскать с названных лиц по обязательствам должника 38 495 853 руб. 48 коп.; провести процессуальную замену должника на кредиторов в соответствии с отчетом о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, а именно: заменить должника в праве требования о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО1 и ФИО6 солидарно к субсидиарной ответственности на общество «ЭнергопромАвтоматизация» в части требования в сумме 27 045 573 руб. 28 коп.; заменить должника на общество «Стандарт Логистика» в части требования в сумме 11 450 261 руб. 95 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.05.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2023, установлен размер субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО5, в сумме 38 495 835 руб. 23 коп., с них солидарно взыскано в пользу должника 38 495 835 руб. 23 коп.; в сумме требования 27 045 573 руб. 28 коп. должник заменен на общество «ЭнергопромАвтоматизация»; в сумме требования 11 450 261 руб. 95 коп. - на общество «Стандарт Логистика»; выданы исполнительные листы на взыскание с ответчиков в пользу общество «ЭнергопромАвтоматизация» и «Стандарт Логистика» указанных сумм.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 17.05.2023 и постановление от 13.07.2023 отменить, снизить размер субсидиарной ответственности ФИО1 по усмотрению суда, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, отклоняя его довод о пропуске срока исковой давности со ссылкой на то, что этот довод рассмотрен ранее в постановлении апелляционного суда от 05.03.2022, суды не учли, что только при принятии обжалуемого определения от 17.05.2023 ФИО1 в обоснование довода о пропуске срока исковой давности ссылался на подготовленный временным управляющим анализ финансового состояния должника, в котором содержатся сведения о подозрительных сделках должника, а ранее этот довод в суде не заявлялся и не оценен судами, при этом ФИО1 признает, что по договору займа с ФИО4 от 03.03.2016 сроки исковой давности не истекли. Заявитель считает, что вывод судов о недоказанности номинальности ФИО1 не соответствует материалам дела, в котором сделки должника, приходящиеся на период деятельности ФИО1, оспорены управляющим по признаку номинальности ФИО1, со ссылкой на отсутствие у него доступа к счету должника, ФИО1 также отмечает, что ранее не мог сообщить о конечном бенефициаре, установленном в судебных актах 2019, 2020 годов, так как привлечен к участию в деле в 2021 году и смог предоставить такую информацию лишь в отзыве от 11.03.2021, а при изложенных обстоятельствах есть основания для снижения размера его субсидиарной ответственности.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы только в части определенного судами размера субсидиарной ответственности ФИО1

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.05.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основанию совершения контролирующими должника лицами действий (бездействия) приведших к невозможности погашения требований кредиторов; производство по заявлению приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В связи с тем, что производство по заявлению управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами, и по результатам мероприятий конкурсного производства требования конкурсных кредиторов частично погашены, в том числе в связи с передачей им по соглашению об отступном части дебиторской задолженности, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о возобновлении производства по обособленному спору и требованием об установлении размера субсидиарной ответственности.

На дату судебного заседания размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр, составлял 38 495 835 руб. 23 коп.

Управляющим также представлен отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности и указано на необходимость замены должника на кредиторов в отношении соответствующих сумм взыскания.

Устанавливая размер субсидиарной ответственности, суды исходили из следующего.

В силу пункта 7 статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами (до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами).

После завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности пункт 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, примененной судами при установлении оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, закреплено, что, если должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, а еЕсли должник признан банкротом вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица. Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что вступившим в законную силу постановлением апелляционного суда от 05.03.2022, оставленным в силе постановлением суда округа от 26.05.2022, установлены основания для привлечения контролирующих должника лиц, включая ФИО1, к субсидиарной ответственности, предусмотренные абзацем 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, за совершение ими действий, повлекших банкротство должника (создание условий, при которых невозможно погасить требования кредиторов, совершение совокупности действий, в результате которых окончательно утрачена возможность осуществления реабилитационных мероприятий должника по восстановлению его платежеспособности, и реального погашения всех долговых обязательств в будущем), ввиду чего размер субсидиарной ответственности подлежит определению в совокупном размере непогашенных требований кредиторов, приняв во внимание, что в названных выше судебных актах суды установили и описали роль (участие) каждого из ответчиков в событиях, приведших как к банкротству должника и невозможности расчетов с кредиторами (заключение и исполнение незаконных сделок цессии, соглашения об оказании юридической помощи, договора на оказание консультационных услуг, договоров займа, соглашения о выкупе векселей, переводы денежных средств), при этом суды пришли к выводу, что установить виновность каждого ответчика не представляется возможным, поскольку действия каждого привели к невозможности погашения долга перед кредиторами, а также, проверив представленный управляющим расчет размера субсидиарной ответственности, по которому размер ответственности по неисполненным обязательствам должника составляет 38 495 835 руб. 23 коп., и признав данный расчет верным, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения контролирующих должника лиц, в том числе ФИО1, к субсидиарной ответственности солидарно на сумму 38 495 835 руб. 23 коп., а доказательства иного, подтверждающие наличие в данном случае каких-либо оснований для снижения размера субсидиарной ответственности лиц, чья вина установлена вступившим в законную силу судебным актом, отсутствуют.

Таким образом, определяя размер субсидиарной ответственности, суды исходили из совокупности установленных обстоятельств и доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия оснований для взыскания с ответчиков, включая ФИО1, солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 38 495 853 руб. 48 коп., и из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод ФИО1 о снижении размера его ответственности, так как он был номинальным руководителем, не имел доступа к счету должника, и со ссылкой на его номинальность оспорены сделки должника, по результатам исследования и оценки доказательств не принят судами во внимание, как противоречащий материалам дела и фактически направленный на пересмотр вступивших в законную силу судебных актов, исходя из следующего.

Совокупность действий, являющихся основанием для привлечения контролирующих должника лиц, включая ФИО1, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, установлена вступившими в законную силу постановлениями апелляционного суда от 05.03.2022 и суда округа от 26.05.2022, имеющими преюдициальное значение для настоящего спора, которыми, в том числе, установлено, что ФИО1 является лицом контролирующим деятельность должника, был не только руководителем должника (с 13.07.2015 по 23.03.2016), но и его участником (с 15.12.2015 единственным участником), а также установлены обстоятельства совершения им наравне с иными контролирующими должника лицами действий, направленных на невозможность погашения требований кредиторов должника, заключения сделок и безосновательного перевода денежных средств со счетов должника на свои счета и счета третьих лиц с единственной целью - вывода денежных средств должника, а не совершения реальных хозяйственных операций, и, в частности, установлено, что непосредственно при руководителе ФИО1 заключено соглашение об оказании юридической помощи от 15.07.2015 на сумму 5 000 000 руб. с ФИО4 (соглашение от имени должника подписано ФИО5), которое впоследствии признано недействительным; также ФИО1 заключил договор займа с ФИО4 от 03.03.2016 на сумму 1 600 000 руб.; заключил договор с ФИО8 от 11.01.2016 на сумму 600 000 руб., который впоследствии признан недействительным (определение суда от 07.11.2020); заключил договор со Шварцем А.А. от 11.01.2016 на сумму 675 000 руб., который признан недействительным (определение суда от 07.11.2020); выдал денежные средства ФИО5 по договору займа от 12.11.2015 в сумме 6 500 000 руб.; перечислил 30.11.2015 денежные средства в сумме 290 000 руб. ФИО9 с назначением платежа «пополнение счета» без встречного исполнения; и при рассмотрении вопроса об установлении оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности вышепоименованные выводы ничем не опровергнуты, доказательства номинальности ФИО1 и наличия каких-либо оснований для снижения размера его ответственности не представлены, как и сведения о том, кто руководил его действиями по приобретению доли в должнике, назначении на должность последующих руководителей (ФИО5, ФИО6), совершении сделок, управлении должником, а при определении размера субсидиарной ответственности ответчиков оснований для иных выводов у судов не имелось.

При этом суды также приняли во внимание, что вышеназванным преюдициальным постановлением апелляционного суда от 05.03.2022 установлено, что ответчики, включая ФИО1, совершали действия, направленные на невозможность погашения требований кредиторов должника, заключали сделки и переводили денежные средства со счетов должника на свои счета и счета третьих лиц безосновательно, с единственной целью незаконного вывода денежных средств должника, а не с целью реальных хозяйственных операций, и ответственность за такие действия должна быть возложена именно на них, поскольку такие действия ответчиков нарушают положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, направлены исключительно на причинение вреда должнику, кредиторам, лишенным возможности получить удовлетворение за счет средств должника, являются противоправными, влекут банкротство должника, невозможность рассчетов с его кредиторами, и ответчики не могли не знать о недействительности сделок, так как получили денежные средства от общества «ЭнергопромАвтоматизация» и совершали действия по их выводу со счета должника с целью невозможности их возврата данному обществу, и, таким образом, ответчики создали условия, при которых невозможно погасить требования кредиторов, совершением ответчиками названных действий окончательно утрачена возможность реабилитационных мероприятий должника с целью восстановления его платежеспособности и возможности реального погашения всех долговых обязательств в будущем, все сделки совершены ответчиками безвозмездно, денежные средства по сделкам должнику не возвращены, при заключении в преддверие банкротства сделок по выводу активов должника, признанных недействительными, ответчиками допущены неправомерные действия, выраженные в принятии решения с нарушением принципов добросовестности и разумности, в заключении или одобрении сделки на заведомо невыгодных условиях, в даче указаний по совершению явно убыточных операций, противоречащих интересам должника, исходя из чего, учитывая масштаб деятельности и финансовое положение должника на момент указанных сделок, размер сформированных кредиторских долгов, сделками должника, признанными недействительными, причинен существенный вред кредиторам, и эти сделки в совокупности привели к критическому изменению возникшего неблагополучного финансового положения и появлению признаков объективного банкротства должника, в связи с чем имеются основания для привлечения солидарно к субсидиарной ответственности всех ответчиков, включая ФИО1, поскольку виновность каждого ответчика установить невозможно и действия каждого из них, включая ФИО1, привели к невозможности гашения долга перед кредиторами, а при рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности доказательства иного не представлены.

Ссылки заявителя на пропуск управляющим срока исковой давности отклонены судами, так как при рассмотрении по существу вопроса о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, рассмотрены заявление о пропуске иска исковой давности, соответствующим доводам дана надлежащая правовая оценка, ввиду чего, при наличии преюдициальных судебных актов, установивших основания для привлечения к субсидиарной ответственности, соответствующие выводы судов не могут быть пересмотрены при определении размера ответственности, независимо от того, что при первоначальном рассмотрении указанного довода ФИО1 не ссылался на подготовленный временным управляющим анализ финансового состояния должника, при том, что ФИО1 никак не обосновал, почему не ссылался на этот анализ ранее, тогда как он имелся в деле на момент проверки судами обоснованности довода о пропуске срока исковой давности.

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке обстоятельств, установленных при рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с оценкой доказательств, произведенной судами при установлении наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 17.05.2023по делу № А60-12257/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                                  К.А. Савицкая