ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

№ А40-201482/18-113-1595

г.Москва

7 декабря 2018 г.

Резолютивная часть решения объявлена 6 декабря 2018 г.

Полный текст решения изготовлен 7 декабря 2018 г.

Арбитражный суд города Москвы

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «Гильдия современных проектов» к ГКУ «УКРиС»,

о взыскании 5 100 000 рублей,

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности от 10 января 2018 г. № 1;

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 30 августа 2018 г. № у-09-192/8;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца упущенной выгоды, причинённой тказом от исполнения государственного контракта от 12 мая 2017 г. № 14Р5/0373200004217000060 (далее – Контракт), заключённому между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик).

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска в заявленном размере.

Ответчик по иску возражал, представил отзыв на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, Контракт заключён сторонами в соответствии с требованиями Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

По условиям пункта 2.1 Контракта исполнитель принял на себя обязательство по разработке проектно-сметной документации по комплексному благоустройству улиц и общественных пространств по адресу: «г. Москва, ЦАО, Бутырский Вал» в соответствии с техническим заданием, строительными нормами и правилами, государственными стандартами.

Согласно материалам дела, 11 июля 2017 г. заказчиком письмом от 11 июля 2017 г. № У-06-2236/7 было направлено исполнителю решение об одностороннем отказе заказчика от исполнения Контракта. Причиной такового решения заказчиком заявлено нарушение исполнителем сроков выполнения работ по первому этапу работ на 16 дней.

Исполнитель не согласилось с решением заказчика по расторжению Контракта, о чём заблаговременно, спустя 3 дня после получения уведомления, было сообщено в письме от 14 июля 2017 г. № 44/12-2017.

Заказчик 27 июля 2017 г. уведомил исполнителя о проверке УФАС по г. Москве проверки по факту одностороннего расторжения Контракта, заключенного между заказчиком и исполнителем.

Решением УФАС по г.Москве от 4 августа 2017 г. во включении исполнителя в реестр недобросовестных поставщиков отказано.

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 28 февраля 2018 г. по делуА40-187311/17 с заказчика в пользу исполнителя по Контракту взыскана задолженность за выполненные работы по первому этапу.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16 января 2018 г. по делуА40-182461/17 заказчику по Контракту отказано во взыскании с исполнителя неустойки за просрочку исполнения обязательств по Контракту.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 5 февраля 2018 г. по делуА40-202509/17 о признании незаконным решения УФАС по г. Москве отказано в удовлетворении требований заказчика.

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 16 января 2018 г. по делуА40-186237/17 заказчику по Контракту отказано во взыскании с исполнителя штрафа за несвоевременное завершение работ.

Вышеуказанными судебным актами установлены факты добросовестного исполнения обязательств исполнителем, отсутствие вины исполнителя в просрочке обязательств исполнения первого этапа работ (явившейся причиной отказа заказчика от исполнения Контракта), выполнение исполнителем первого этапа работ по Контракту, соответствие выполненных работ требованиям задания и нормативным документам.

Судебные акты по делам А40-187311/17, А40-182461/17, А40-202509/17, А40-186237/17 в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) является преюдициальным для настоящего дела.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации своем постановлении от 20 ноября 2012 г. № 2013/12 указал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом  по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 57 разъяснено, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 6 ноября 2014 г. № 2528-О указал, что в системе правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса означает, что фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 г. № 407-О, от 16 июля 2013 г. № 1201-О, от 24 октября 2013 № 1642-О и др.).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. № 30-П разъяснено, что в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Таким образом, ответчик не может считаться просрочившим свои обязательства, поскольку истец не совершил действий, предусмотренных Контрактом, до совершения которых ответчик не мог исполнить свои обязательства.

Просрочка по первому этапу работ, заявленная заказчиком как причина одностороннего расторжения, возникла по причинам, зависящим исключительно от заказчика, соответственно, оснований для принятия решения об одностороннем отказе у заказчика не было.

По мнению истца, ввиду неправомерного отказа ответчика от исполнения контракта своей со стороны права истца были нарушены, в части упущенной выгоды по второму и третьему этапам работ, то есть истец не получил доходов, которые должно было получить, если бы его право не было нарушено.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из названных положений следует вывод о существенном различии правовой природы данных обязательств по основанию их возникновения: из договора и из деликта. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Указанная правовая позиция сформирована судом надзорной инстанции в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18 июня 2013 № 1399/13 по делу № А40-112862/2011 и подтверждена в постановлении ФАС Московского округа от 25 апреля 20174 г. № Ф05-3051/14 по делу № А40-77053/13 при рассмотрении дела со схожими обстоятельствами.

Как следует из положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса устанавливает также, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

В силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 декабря 2014 г. по делу № 310-ЭС14-142, А14-4486/2013 (Судебная коллегия по экономическим спорам), для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Требуя возмещения реального ущерба, лицо, право которого нарушено, обязано доказать размер ущерба, причиненную связь между ущербом и действиями лица, нарушившего право, а в случаях когда законом или договором предусмотрена презумпция невиновности должника – также вину.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 № 7 упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. В силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для её получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Таким образом, размер упущенной выгоды определяется с учетом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых истцом для ее получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом.

Заявленные исковые требования в части упущенной выгоды по второму и третьему этапам работ подтверждаются расчетом упущенной выгоды. представленным в материалы дела.

Указанный расчет основан на планируемых затратах и прибыли по 2-му и 3-му этапам работ.

В приведенном расчете упущенной выгоды предполагаемая прибыль по 2-му и3-му этапам работ обоснована расчетом (цена этапов контракта минус затраты по этим этапам), общей рентабельностью прибыли по Контракту.

Как следует из материалов дела, истец располагал необходимыми ресурсами, организационными условиями, финансовыми резервами, кадровыми ресурсами и опытом, достаточными для исполнения обязательства по Контакту.

Статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25, по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с её возмещением, следует принимать во внимание, что её расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Как указал Двадцатый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 27 января 2016 г. № 20АП-8244/2015 по делу № А23-4052/2015, исходя из пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса, смысл возмещения убытков заключается в том, что в результате имущество потерпевшего (кредитора) должно оказаться в том положении, в каком оно находилось в случае, если бы вред ему не был причинен. Любая неопределенность разрешается в пользу пострадавшего лица.

Таким образом, если бы действия заказчика соответствовали положениям Закона № 44, истец мог бы рассчитывать на надлежащее исполнением им Контракта и получить доход. На основании изложенного, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца в части взыскания упущенной выгоды.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 329 Гражданского кодекса, статьями 65, 101, 102, 106, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.Взыскать с государственного казённого учреждения города москвы по капитальному ремонту многоквартирных домов города москвы «УКРиС» (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гильдия современных проектов» (ОГРН 

<

***>):

упущенную выгоду в размере 5 100 000 (пять миллионов сто тысяч) рублей;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 48 500 (сорок восемь тысяч пятьсот) рублей.

2.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                                   А.Г.Алексеев