ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-7205/2019

г. Вологда

16 июня 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 16 июня 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Алимовой Е.А., судей Докшиной А.Ю. и Мурахиной Н.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УЛК» ФИО2 по доверенности от 25.06.2019,                                 от Архангельской таможни ФИО3 по доверенности от 14.08.2017                 № Д-243,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу Архангельской таможни на решение Арбитражного суда Архангельской области от 28 января 2020 года по делу             № А05-7205/2019,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «УЛК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 165210,                            Архангельская область, Устьянский район, рабочий 

<

...>; далее – ООО «Группа компаний «УЛК», общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области к Архангельской таможне (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>; адрес: 163045, 

<

...>; далее - таможня) о признании недействительным решения по результатам таможенной проверки от 30.04.2019                                                              № 10203000/210/300419/А000039/001.

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 28 января            2020 года по делу № А05-7205/2019 заявленные требований удовлетворены. Признано недействительным, проверенное на соответствие нормам таможенного законодательства, оспариваемое решение таможни, на таможню возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Кроме того, с таможни в пользу общества взыскано               3 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Таможня с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд апелляционной инстанции его отменить. В обоснование жалобы ссылается, что суд первой инстанции необоснованно учел результаты проведенной судебной экспертизы, отклонил ходатайство об отложении судебного разбирательства для представления рецензии на заключение судебной экспертизы, отказал в удовлетворении ходатайства о вызове специалиста. Считает, что правильность выводов таможни подтверждена материалами дела, товар является единым, а основную функцию товара суд установил неверно. Полагает ошибочным вывод суда о том, что действия общества не являются недекларированием товара.

В судебном заседании представитель таможни изложенные в жалобе доводы поддержал.

Общество в отзыве на апелляционную жалобу и его представитель в судебном заседании с доводами жалобы не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Определением председателя четвертого судебного состава Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05 июня 2020 года в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) произведена замена судьи Болдыревой Е.Н. на судью Мурахину Н.В.

Согласно части 5 статьи 18 АПК РФ в связи с заменой судьи судебное разбирательство произведено с самого начала.

Заслушав пояснения представителей общества и таможни, исследовав доказательства по делу, доводы жалобы, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, 25.03.2015 общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Торговый дом «Вельский лес» (правопредшественник ООО «Группа компаний «УЛК») заключило с компанией Polytechnik, Luft - U. Feuerungstechnik Gmbh (Австрия) контракт                     № 140148 (далее - контракт № 140148) на поставку оборудования для сжигания древесных отходов в соответствии с технической спецификацией согласно                приложениям 1, 3 к контракту № 140148.

По условиям контракта № 140148 поставка оборудования компанией Polytechnik, Luft - U. Feuerungstechnik Gmbh  осуществляется на условиях DAP (поставка товара в указанный пункт за счет продавца) - ООО «Торговый дом «Вельский лес», Россия, Архангельская обл., г. Вельск, в толковании Инкотермс-2010, общая сумма контракта (стоимость оборудования и технической документации в соответствии с приложениями 1, 2 к контракту                        № 140148, а также стоимость доставки автотранспортом) составляет                             2 649 942,00 евро, стоимость оборудования и технической документации -                      2 394 982,00 евро, стоимость транспортировки оборудования - 254 960,00 евро.

Кроме того, 25.03.2015 ООО «Торговый дом «Вельский лес» заключило с компанией Polytechnik,, Luft - U. Feuerungstechnik Gmbh (Австрия) контракт                    № 140337 (далее - контракт № 140337) на поставку котла водогрейного жаротрубного в комплекте в соответствии с технической спецификацией согласно приложениям 1, 3, 4 к контракту № 140337.

В соответствии со статьей 107 Федерального закона от 27.11.2010                        № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (далее - Закон № 311-ФЗ), действующего в спорный период, ООО «ЛПК Север» (переименование организации с 27.03.2015) 24.08.2015 обратилось в ФТС России с заявлением о выдаче решения по классификации товаров в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершенном виде, ввоз или вывоз которого предполагается различными товарными партиями в течение установленного периода времени. 

К заявлению приложен пакет копий документов (контракт № 140148 с дополнительными соглашениями и приложениями к нему, перечень компонентов товара, сборочный чертеж, техническое описание оборудования), согласно которым общество приобрело и намеревается ввезти в Россию две комплектные (завершенные) установки для сжигания древесных отходов, образовывающихся в большом объеме в процессе производственной деятельности предприятия.

ФТС России на основании представленных ООО «ЛПК Север» документов и сведений приняты решения по классификации товаров в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершённом виде, ввоз или вывоз которого предполагается различными товарными партиями в течение установленного периода времени - от 23.09.2015 № KP/RU/1000/15/0007, KP/RU/1000/15/0008 (далее - решения по классификации товаров). Согласно данным решениям товары классифицируются в подсубпозиции 8417 80 700 0 Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Таможенного союза (далее - ТН ВЭД ТС). Ставка ввозной таможенной пошлины – 0 %.

Компоненты товара ввезены ООО «ЛПК Север» в период с 26 октября по 22 декабря 2015 года и условно выпущены Гатчинским таможенным постом Санкт-Петербургской таможни.

На Гатчинском таможенном посту Санкт-Петербургской таможни 03.03.2016 по итоговой декларации на товары (далее – ДТ)                                                № 10210020/030316/0001455 (контракт № 140148) ООО «ЛПК Север» осуществило помещение под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления товаров (установки № 1, 2 для сжигания древесных отходов) в несобранном или разобранном виде, в том числе в некомплектном или незавершённом виде, перемещаемых в течение установленного периода времени через таможенную границу Таможенного союза, в соответствии с положениями статьи 215 Закона № 311-ФЗ, с указанием в декларации наименования товара «Установки для сжигания древесных отходов» и классификационного кода - 8417 80 700 0 ТН ВЭД ТС, которому соответствует ставка ввозной таможенной пошлины - 0 %. Выпуск товара осуществлен таможенным органом 15.03.2016.

По контракту № 140337 ООО «ЛПК Север» 05.10.2015 через порт              Санкт-Петербурга ввезло «котлы центрального отопления водогрейные жаротрубные, работающие на твердом топливе», которые задекларировало на таможенном посту Лесной порт Балтийской таможни по                                            ДТ № 10216110/071015/0050149 (заявлен классификационный код                            8403 10 900 0 ТН ВЭД ТС, ставка ввозной таможенной пошлины - 10 %). Выпуск товара (помещение под таможенную процедуру выпуска для свободного обращения) осуществлен таможенным органом 08.10.2015.

В ходе осуществления таможенного контроля правильности заявленного классификационного кода ТН ВЭД товара таможенный орган установил, что в помещении здания котельной установлено оборудование двух водогрейных котельных установок мощностью по 9 МВт каждая, используемое топливо – кородревесные отходы. Оборудование представляет собой единую технологическую линию по производству тепловой энергии для технологических нужд производства и отопления зданий общества.

По результатам проведенной внеплановой выездной таможенной проверки по вопросу контроля правильности заявленного классификационного кода ТН ВЭД товара, задекларированного по ДТ № 10210020/030316/0001455, таможенным органом 30.04.2019 принято решение                                                         № 10203000/210/300419/А000039/001, согласно которому товар – две водогрейные котельные установки мощностью 9 МВт каждая (за исключением аварийного дизель-генератора), производство компании Polytechnik, Luft – U. Feuerungstechnik Gmbh (Австрия), установленные в здании водогрейной котельной, расположенной по адресу: 

<

...>, признан незаконно перемещенным через таможенную границу Таможенного союза (Евразийского экономического союза) с недекларированием. 

С ООО  «Группа компаний «УЛК» исходя из кода ТН ВЭД 8403 10 900 0 (ставка  ввозной таможенной пошлины - 10 %) взысканы таможенные пошлины и налоги, подлежащие уплате в связи с недекларированием ввезенного товара, как с правопреемника лица, которое незаконно переместило товар через Таможенную границу Таможенного союза (Евразийского экономического союза) и в распоряжении которого в настоящее время находится незаконно перемещенный товар.    

Общество, не согласившись с названным решением, обратилось в  суд с рассматриваемым заявлением.

Суд первой инстанции заявленные требования удовлетворил.

Апелляционная инстанция не находит оснований для отмены решения суда в силу следующего.

Из части 1 статьи 198 АПК РФ следует, что для признания ненормативного правового акта государственного органа недействительным необходимо наличие двух факторов: несоответствия оспариваемого акта действующему законодательству и нарушения в результате его принятия прав и законных интересов заявителя.

При этом в силу положений части 1 статьи 65 и части 5                                     статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания законности принятого решения возлагается на соответствующий орган, который его принял.

В соответствии с пунктом 1 статьи 52 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС), действовавшего в период декларирования товара, товары при их таможенном декларировании подлежат классификации                         по ТН ВЭД.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 52 названного Кодекса проверку правильности классификации товаров осуществляют таможенные органы. В случае выявления неверной классификации товаров таможенный орган самостоятельно осуществляет классификацию товаров и принимает решение по классификации товаров по форме, определенной законодательством государств - членов Таможенного союза.

На основании пункта 4 статьи 52 указанного Кодекса коды товаров         по ТН ВЭД, указанные в коммерческих, транспортных (перевозочных) и (или) иных документах, кроме случаев, определенных пунктом 4 статьи 180 ТК ТС, а также в заключениях, справках, актах экспертиз, выдаваемых экспертными учреждениями, не являются обязательными для классификации товаров.

Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012     № 54 утверждены единая ТН ВЭД ЕАЭС и Единый таможенный тариф Таможенного союза, которым установлены Основные правила интерпретации ТН ВЭД (далее - ОПИ ТН ВЭД).

Выбор конкретного кода ТН ВЭД всегда основан на оценке признаков декларируемого товара, подлежащих описанию, а процесс описания связан с полнотой и достоверностью сведений о товаре (определенного набора сведений, соответствующих либо не соответствующих действительности).

Правовое значение при классификации товаров имеет их разграничение (критерии разграничения) по товарным позициям ТН ВЭД ЕАЭС в соответствии с ОПИ ТН ВЭД.

Классификация товаров в ТН ВЭД ТС осуществляется по правилам 1-6.

Первые пять правил ОПИ ТН ВЭД применяются последовательно и служат для определения соответствующей товарной позиции, к которой относится классифицируемый товар. ОПИ ТН ВЭД 6 применяется для дальнейшей детализации товара и определения соответствующей субпозиции и подсубпозиции ТН ВЭД ТС.

Согласно правилу 1 ОПИ ТН ВЭД для юридических целей классификация товаров в ТН ВЭД ЕАЭС осуществляется исходя из текстов товарных позиций и соответствующих примечаний к разделам или группам и, если такими текстами не предусмотрено иное, в соответствии с Правилами        2 (а), 2 (б), 3 (а), 3 (б), 3 (в), 4, 5 и 6 ОПИ ТН ВЭД.

Для юридических целей классификация товаров в субпозициях товарной позиции должна осуществляться в соответствии с наименованиями субпозиций и примечаниями, имеющими отношение к субпозициям, а также, mutatis mutandis, положениями вышеупомянутых Правил при условии, что лишь субпозиции на одном уровне являются сравнимыми. Для целей настоящего Правила также могут применяться соответствующие примечания к разделам и группам, если в контексте не оговорено иное (правило 6 ОПИ ТН ВЭД).

Решением Комиссии Таможенного союза от 28.01.2011 № 522 утверждено Положение о порядке применения единой Товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности Таможенного союза при классификации товаров, разделом III которого определен порядок применения ОПИ ТН ВЭД (далее – Положение № 522).

Согласно пунктам 5 и 6 указанного Положения ОПИ ТН ВЭД предназначены для обеспечения однозначного отнесения конкретного товара к определенной классификационной группировке, кодированной на необходимом уровне, и применяются единообразно при классификации любых товаров и последовательно.

Пунктом 7 Положения № 522 определена последовательность действий до достижения необходимого уровня классификации.

Коллегией Евразийской экономической комиссии (далее - ЕЭК) государствам - членам Таможенного союза и Единого экономического пространства были рекомендованы для применения Пояснения к ТН ВЭД (приложение к рекомендации Коллегии ЕЭК от 12.03.2013 № 4), действовавшие на дату принятия таможней оспариваемого решения (далее –                            Пояснения к ТН ВЭД).

Согласно пункту 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» положениями                                       статьи 20 ТК ЕАЭС предусмотрена классификация товаров по ТН ВЭД при их таможенном декларировании и установлены полномочия таможенных органов по вынесению решений о классификации товаров.

Суд проверяет обоснованность классификационного решения, вынесенного таможенным органом, исходя из оценки представленных таможенным органом и декларантом доказательств, подтверждающих сведения о признаках (свойствах, характеристиках) декларируемого товара, имеющих значение для его правильной классификации согласно ТН ВЭД, руководствуясь Основными правилами интерпретации ТН ВЭД, а также принятыми в соответствии с ними на основании пункта 6 статьи 21, пунктов 1 и 2                            статьи 22 Таможенного кодекса решениями Федеральной таможенной службы и Комиссии по классификации отдельных видов товаров, если такие решения относятся к спорному товару. Для целей интерпретации положений ТН ВЭД судами также учитываются Пояснения к ТН ВЭД, рекомендованные Комиссией в качестве вспомогательных рабочих материалов.

Основанием для вывода о неправомерности оспариваемого в суде решения о классификации товара по ТН ВЭД является неправильная классификация товара таможенным органом. В судебном акте, при наличии к тому достаточных доказательств, также может содержаться вывод о верности классификации, произведенной декларантом, и об отсутствии в связи с этим у таможенного органа основания для принятия решения об иной классификации товара, предусмотренного подпунктом 1 пункта 2 статьи 20 Таможенного кодекса.

Как следует из материалов дела, обществом при подаче                                          ДТ № 10210020/030316/0001455 ввезенный по контракту № 140148 товар классифицирован по коду 8417 80 700 0 ТН ВЭД «Горны и печи промышленные или лабораторные, включая мусоросжигательные печи, неэлектрические: - прочие: -- прочие». Ставка ввозной таможенной                     пошлины –  0 %.

Ответчик спорный товар классифицировал в подсубпозиции                            8403 10 900 0 ТН ВЭД «Котлы центрального отопления, кроме котлов товарной позиции 8402: - котлы: -- прочие». Ставка ввозной таможенной пошлины –                     10 %.

В ходе таможенной проверки при таможенном осмотре помещений и территорий (акт № 10203000/210/181218/А000039/001) выявлено, что основным оборудованием котельной являются:

- два котлоагрегата (котла) мощностью 9 МВт каждый;

- гидравлическая стрелка для защиты от гидроудара, в которой происходит смешивание потоков воды из водогрейных котлов с потоком воды из системы теплоснабжения;

- бункеры подачи топлива (кородревесной массы) с подвижным дном;

- станция поддержания давления в водяных контурах;

- система водоподготовки;

- компрессорное оборудование для получения сжатого воздуха;

- аварийная система энергоснабжения (дизель-генератор);

- система визуализации (находится в помещении оператора котельной).

 Загрузка топлива для котельной установки осуществляется в бункер с толкающими штангами. Бункер наполняется кородревесной массой, далее топливо подаётся за счет хода толкающих штанг с гидравлическим приводом. Топливо из поперечного топливного транспортера попадает в загрузочную шахту автоподатчика (питателя). В автоподатчике (питатель) установлен толкатель с гидравлическим приводом, позволяющим подавать топливо через топливный рукав непосредственно в топку. Толкатель (автоподатчик) служит для подачи в топку необходимого количества топлива.

В топочном устройстве происходит непосредственное сжигание топлива. Образующиеся от сгорания дымовые газы попадают в нагревательный элемент котла, представляющий собой горизонтальный дымогарный теплообменник, где происходит непосредственный нагрев теплоносителя (воды), - котловой контур, который соединяется с контуром системы теплоснабжения гидравлической стрелки. Далее теплоноситель поступает в гидравлическую стрелку (водяной сосуд), где происходит нагрев сетевой воды, поступающей в дальнейшем на технологические нужды (сушка пиломатериалов в сушильных камерах) и обогрев помещений общества.

Вода поступает из городского водопровода в систему водоподготовки, в которой вода очищается и происходит ее химическая подготовка. Подпитка водой происходит из системы водоподготовки через гидравлическую стрелку.

После теплообменника дымовые газы поступают в батарейный циклон (происходит отделение золы от дымовых газов). Далее дымовые газы поступают в воздухоподогреватель и используются для подогрева первичного воздуха, подаваемого в топку. В дальнейшем они проходят через дымосос и выбрасываются в атмосферу через дымовую трубу. Зола удаляется из точек сбора посредством системы шнеков и зольных транспортеров. Зола в дальнейшем поступает в зольный бункер.

Таможней 19.12.2018 в ходе проведенных оперативно-розыскных мероприятий у ООО «ЛПК Север» изъяты документы, в том числе вариант внешнеэкономического контракта № 140148 (с оригинальными подписями), в котором имеются отличия от контракта, представленного ООО «ЛПК Север» в ФТС России в пакете документов, приложенных к заявлению о принятии решения о классификации товара.

Основные отличия содержатся в приложении 4 к контракту № 140148 «Описание технической спецификации оборудования» и приложении 11 «Описание отдельных компонентов товара», где произведена замена как наименований позиций, так и самого текста позиции.

Вариант контракта № 140148, представленного ООО «ЛПК Север» в  ФТС России и Санкт-Петербургскую таможню, не соответствует варианту контракта № 140148, представленного в публичное акционерное общество (далее – ПАО) «Московский кредитный банк» для открытия паспорта сделки, и в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 8 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу для получения налогового вычета по налогу на добавленную стоимость в отношении ввезенного оборудования. 

В ходе оперативно-розыскных мероприятий изъята переписка по электронной почте должностных лиц ООО «Торговый дом «Вельский лес» с представителями компании продавца Polytechnik, Luft - U. Feuerungstechnik Gmbh, таможенными представителями: закрытым акционерным обществом «Беломортранс» (далее – ЗАО «Беломортранс»),  ООО «Импекстранссервис», относящаяся к заключению контрактов № 140148, 140337 и поставке оборудования котельной. Данные электронные сообщения находились в компьютерах в офисе ООО «ЛПК Север».

В электронных сообщениях обсуждались варианты поставки оборудования с целью снижения расходов декларанта на таможенную очистку. Должностными лицами таможенных представителей ЗАО «Беломортранс», ООО «Импэкстранссервис», предлагалось декларанту и представителю компании «Polytechnik,, Luft - U. Feuerungstechnik Gmbh» разделение поставки оборудования котельной на несколько самостоятельных контрактов, ввоз оборудования отдельными партиями с декларированием в разных таможенных органах.

Таможня выявила, что сборку (шеф-монтаж) котельных установок на территории Российской Федерации осуществляла компания Polytechnik,                              Luft - U. Feuerungstechnik Gmbh в рамках контракта от 25.03.2015 № 140340 на  оказание услуг по монтажу и вводу в эксплуатацию оборудования, поставленного в рамках контрактов № 140148140337.

В ходе выездной таможенной проверки установлено также, что по заказу ООО «ЛПК Север» компания ООО «Архгипродрев» (г. Архангельск) осуществила разработку проектной документации развития лесопильного производства (Архангельская обл., г. Вельск, ул. Климовского), включающую в себя разработку проекта водогрейной котельной мощностью 18 МВт для осуществления сушки пиломатериалов в сушильных камерах.

По результатам совокупного анализа документов и сведений таможня сделала вывод о том, что ООО «ЛПК Север» совместно с компанией продавцом Polytechnik, Luft – U. Feuerungstechnik Gmbh при непосредственном участии должностных лиц таможенного представителя ООО «Импэкстранссервис» реализован умысел по ввозу оборудования для котельных установок общей мощностью 18 МВт с уменьшением размера подлежащих уплате таможенных платежей, который осуществлен путем искусственной разбивки комплектного товара (оборудования водогрейной котельной, включающей в себя две водогрейные котельные установки мощностью по 9 МВт каждая) на два самостоятельных контракта № 140148 - на поставку оборудования для сжигания древесных отходов и № 140337 - на поставку котлов водогрейных жаротрубных.

Поскольку ввоз оборудования котельной мощностью 18 МВт сопряжен с его недекларированием (за исключением аварийного дизель-генератора), таможня сделала вывод о незаконном перемещении товара через границу, рассчитала таможенную стоимость и размер подлежащих уплате таможенных платежей, исходя из кода ТН ВЭД 8403 10 900 0, тогда как общество его отнесло к коду 8417 80 700 0.

Группа 84 «Реакторы ядерные, котлы, оборудование и механические устройства; их части» включена в раздел XVI Пояснений к ТН ВЭД  «Машины, оборудование и механизмы; электротехническое оборудование; их части; звукозаписывающая и звуковоспроизводящая аппаратура, аппаратура для записи и воспроизведения телевизионного изображения и звука, их части и принадлежности».

Из пояснений к ТН ВЭД по товарной позиции 8417 «Горны   и   печи    промышленные    или    лабораторные,    включая        мусоросжигательные печи, неэлектрические: 8417 80   - прочие, в данную товарную позицию входят неэлектрические промышленные или лабораторные горны и печи, предназначенные для создания высоких или относительно высоких температур в камерах за счет сгорания топлива (или непосредственно в камере, или в отдельных камерах сгорания). Они используются для термической обработки (например, обжига, плавки, прокаливания или термического разложения) различных продуктов, которые могут размещаться в горящем слое топлива, в тиглях, ретортах или на полках. Сюда же включены паровые духовки.

В некоторых типах (туннельные печи) продукты, подлежащие термообработке, постоянно перемещаются через печь (например, с помощью конвейера).

В данную товарную позицию включаются (13) печи для сжигания мусора и аналогичные печи, предназначенные для сжигания отходов, и т.д.

В данную товарную позицию не входят печи, состоящие в основном из огнеупорных или керамических материалов, а также блоки, кирпичи и аналогичные огнеупорные или керамические материалы для строительства или облицовки печей (группа 69), в то время как металлические элементы структуры в основном относятся к разделу XV. Однако в данную товарную позицию включаются готовые облицовочные материалы или другие неразъемные или специальные керамические или огнеупорные части, представленные как составные элементы (собранные или нет) совместно с печами, выполненные в основном из металла.

Многие промышленные печи включают оборудование для их загрузки или разгрузки, для управления дверцами, заслонками, подами или другими подвижными частями или для наклона топки и т.д. Такое подъемное или погрузочно-разгрузочное оборудование должно классифицироваться вместе с печью при условии, что оно составляет ее неотъемлемую часть, в противном случае оно должно включаться в товарную позицию 8428.

Согласно Пояснениям к ТН ВЭД по товарной позиции 8403 «Котлы центрального отопления, кроме котлов товарной позиции 8402»: 8403 10  - котлы, 8403 90  - части, в данную товарную позицию включаются котлы центрального отопления любого размера (кроме печей со вспомогательными котлами товарной позиции 7321), работающие на любом виде топлива (например, дрова, уголь, кокс, газ, мазут), для обогрева жилых зданий, квартир, предприятий, цехов, теплиц и т.д. за счет циркуляции воды; в нее также входят котлы центрального отопления с электронагревом.

Они могут быть оснащены регуляторами давления и манометрами, водомерами, пробками, водопроводными кранами, горелками и аналогичными частями или принадлежностями.

Котлы для нагрева воды, даже способные производить пар низкого давления, также включаются в данную товарную позицию.

Делая вывод о том, что правопредшественником общества ввезены водогрейные котельные установки, таможенный орган исходил из того, что предназначение ввезенного оборудования - это получение тепловой энергии путем сжигания кородревесных отходов лесопильного производства. Указанный вывод, по мнению таможни, подтвержден заключениями специалиста экспертно-криминалистической службы Центрального экспертно-криминалистического управления (далее – ЦКТУ) от 28.02.2019 и 29.04.2019. 

Поскольку в составе поставленного по контракту № 140148 оборудования отсутствовали только поверхности нагрева котла - горизонтальные теплообменники (которые ввезены ООО «ЛПК «Север» по отдельному контракту № 140337), таможня посчитала, что ввезенное оборудование не является оборудованием для сжигания древесных отходов, а является котельными установками, в качестве топлива которых используются отходы деревообрабатывающего производства.

В целях разрешения технических вопросов по делу судом первой инстанции назначена судебно-техническая идентификационная экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 31.10.2019 № 001-06083-19 (далее – заключение эксперта, экспертное заключение) основной функцией оборудования, установленного в здании котельной, является утилизация древесных отходов (кородревесной массы) путем сжигания.

В заключении эксперт сделал вывод о том, что основной функцией оборудования, ввезенного по контракту № 140148, является утилизация горючих древесных отходов, а основной функцией оборудования, ввезенного по контракту № 140337 – теплообмен (изменение температуры). При этом оборудование, ввезенное по обоим контрактам, не может выполнять функции по своему основному назначению независимо друг от друга; все оборудование предназначено для выполнения четко определенной функции – утилизации (сжигания) древесных отходов. По мнению эксперта, оборудование, ввезенное по контракту № 140148, не является частью водогрейного котла. 

Оценив заключение эксперта, материалы дела и возражения представителей сторон в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции посчитал возможным при рассмотрении спора по существу руководствоваться выводами экспертизы.

Суд признал, что заключение эксперта является в достаточной степени мотивированным, ясным, полным, основано на имеющихся в деле доказательствах, сомнений в его обоснованности не вызывает, соответствует требованиям действующего законодательства, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения.

Доводы таможни о некомпетентности эксперта суд первой инстанции отклонил, поскольку не подтверждаются доказательствами и опровергаются информацией о квалификации эксперта, принятой судом во внимание при назначении экспертизы. Суд учел, что наличие специальных знаний подтверждается документами о высшем образовании, иными документами подтверждающими квалификацию и стаж работы эксперта. В соответствии с требованиями статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации эксперт предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение. Ходатайство об отводе эксперта таможня не заявляла.

Выводы эксперта не содержат противоречий и неясностей, сделаны по результатам проведенного исследования и анализа представленных документов. Доказательства, свидетельствующие о пристрастности эксперта, отсутствуют. В ходе подготовки экспертного заключения эксперт использовал визуальный, описательный, сравнительный и аналитический методы. 

Эксперт, допрошенный судом первой инстанции в судебном заседании 25.12.2019, дал исчерпывающие ответы на поставленные ему вопросы и пояснил, что основным назначением смонтированного в здании котельной оборудования является сжигание (уничтожение) древесных отходов, а производство тепловой энергии – дополнительная функция. 

В судебном заседании 25.12.2019 представители таможни задавали эксперту вопросы, на которые он дал полные и мотивированные ответы. Ни один из заданных вопросов не вызвал у эксперта затруднений, не изменил его позицию по проведенному исследованию. Более того, эксперт подготовил письменное мнение на возражения таможни (исх. № 246 от 23.12.2019), где последовательно отклонил доводы таможенного органа.  

Эксперт указал, что модульность приобретенного обществом оборудования позволяет использовать оборудование по сжиганию древесных отходов не только с котлом-утилизатором, но и с другими разновидностями теплообменных устройств, а котел-утилизатор – с другими источниками дымовых газов. 

Как обоснованно отразил суд первой инстанции, само по себе несогласие таможни с результатом экспертизы не свидетельствует о недостоверности такой экспертизы. Приведенные таможенным органом возражения на заключение эксперта носят технический характер, являются мнением специалистов таможни, отличным от мнения эксперта, что также не опровергает выводов экспертизы.

Отклоняя ходатайство таможенного органа об отложении судебного разбирательства с целью получения рецензии НП «СРО судебных экспертов» на экспертное заключение, суд первой инстанции поддержал позицию общества о необоснованном затягивании срока рассмотрения дела, поскольку заключение эксперта поступило в суд 05.11.2019, времени для оценки имелось достаточно. Кроме того, суд учел, что рецензия, составленная после получения результатов судебной экспертизы, не будет обладать необходимой доказательственной силой в подтверждение заявленных таможней требований, поскольку будет содержать заказанное стороной субъективное мнение специалиста о выводах эксперта, изложенных в заключении.

Возражения апеллянта о допущенных нарушениях при разрешении указанных ходатайств, а также ходатайства о вызове специалиста коллегией судей не принимаются, поскольку вопрос об их удовлетворении является правом, а не обязанностью суда.

Судом первой инстанции учтено, что в заключении специалиста экспертно-криминалистической службы ЦКТУ от 28.02.2019 также сделан вывод, что оборудование, поставленное по контракту № 140148, предназначено для сжигания кородревесных отходов (кора, щепа, стружка и др.) деревообрабатывающего производства.       

При этом и в экспертном заключении, и в заключениях специалиста сделан вывод о том, что оборудование, поставленное по контрактам № 140148, 140337, не может исполнять функции по своему назначению независимо друг от друга. 

Таким образом, суд установил, что спор по существу сводится к основному функциональному назначению ввезенного оборудования, и, как следствие, тому, следует ли считать оборудование, ввезенное по контракту               № 140148, частью оборудования, ввезенного по контракту № 140337.

Инспекция в жалобе полагает, что ввезенное обрудование является единым (комплексным, нераздельным). Вместе с тем из заключения эксперта следует, что имеется возможность использовать оборудование по сжиганию древесных отходов не только с котлом-утилизатором, но и с другими разновидностями теплообменных устройств, что опровергает вышеназванный довод таможни.

Вопреки доводам апеллянта, противоречий в выводах эксперта в экспертном заключении не имеется, оснований для проведения повторной экспертизы коллегия судей не усмотрела.

Поскольку из заключения эксперта следует, что основным назначением смонтированного в здании котельной оборудования является сжигание (уничтожение) древесных отходов, а производство тепловой энергии – дополнительная функция, а в Пояснениях к ТН ВЭД по товарной позиции 8417 указано, что в данную товарную позицию включаются (13) печи для сжигания мусора и аналогичные печи, предназначенные для сжигания отходов, и т.д., коллегия судей полагает верной классификацию товара, ввезенного по контракту № 140148, произведенную обществом в                                         подсубпозиции 8417 80 700 0. То обстоятельство, что произведенная при использовании ввезенного оборудования тепловая энергия использовалась для сушильных камер и отопления помещений, не свидетельствует, что основной его функцией является выработка тепловой энергии. 

При этом общество с учетом того, что ввезенное по                                          контрактам № 140148, 140337 оборудование не является единым, а его часть (то есть оборудование, ввезенное по контакту № 140337) относится к котлам, классифицировало данное оборудование по товарной позиции 8403, что соответствует Пояснениям к ТН ВЭД по данной товарной позиции.

Ссылки апеллянта на заключения специалиста экспертно-криминалистической службы ЦКТУ от 28.02.2019 и 29.04.2019 как на доказательство верности классификации товара таможней коллегией судей не принимаются. 

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со                        статьей 89 АПК РФ. Заключение эксперта является одним из доказательств, которое согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 названного постановления, не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами (части 4 и 5 статьи 71 АПК РФ).

При оценке данных доказательств суд первой инстанции верно учел, что из заключения от 28.02.2019 следует, что  оборудование, поставленное по контракту № 140148, предназначено для сжигания кородревесных отходов (кора, щепа, стружка и др.) деревообрабатывающего производства, что подтверждает позицию общества и выводы экспертного заключения. 

Суд первой инстанции при оценке доводов сторон учел свидетельские показания, которые также подтверждают вышеназванные выводы.

В судебном заседании 09.01.2020 суд первой инстанции в качестве свидетеля по делу допросил ФИО4 (ссылка на электронную переписку с которым приведена на странице 22 акта таможенной проверки), который пояснил, что в связи с принятием решения о строительстве лесопильного завода возник вопрос о необходимости уничтожения отходов деревообработки, поскольку исходя из планируемых мощностей их ежедневный объем мог достигать 1,5 тыс. куб. м. Цель приобретения оборудования – сжигание (уничтожение) неликвидной коры и щепы. Получение тепла – функция, производная от сжигания отходов. У организации имелись сушильные камеры на другом производственном участке, производительность которых могла компенсировать отсутствие сушильных камер на производственном участке, где расположено спорное оборудование. При этом ФИО4 указал, что он не имеет соответствующего образования в сфере энергетики, и помещение, где оборудование смонтировано, называет котельной, поскольку там имеются топка и котлы.

Суд первой инстанции учел, что показания свидетеля не опровергает и представленное 24.01.2020 таможней в материалы дела письмо                        ФИО4 от 10.06.2014, именуемое «По утилизации отходов», где ФИО4 пишет, что идет реализация проекта строительства лесопильного производства, ввод в эксплуатацию запланирован в 2014 году. Помимо пиломатериалов будет образовываться большое количество отходов: кора, щепа и опилки, которые являются токсичными и подлежат обязательной утилизации. Строительство водогрейной котельной на коре позволит полностью утилизировать кору и обеспечить внутренние потребности в тепловой энергии. Строительство завода по производству топливных гранул (пеллет) позволит полностью утилизировать опилки и значительную часть технологической щепы. 

Таможенный орган представил в материалы дела протоколы допросов свидетелей по уголовному делу № 11904009703000017, которые составлены после завершения проверки и вынесения оспариваемого решения, в период ноября – декабря 2019 года.

Оценивая указанные протоколы наряду с иными доказательствами по делу, суд первой инстанции установил, что таможня обращает внимание (выделение красным по тексту протоколов) только на те обстоятельства, которые тем или иным образом подтверждают ее позицию, игнорируя пояснения в целом.

Так, как следует из протокола допроса свидетеля ФИО5, работавшей до 07.07.2014 в должности таможенного декларанта -                                  ООО «Вельская лесная компания», она предлагала для таможенного оформления ввозимого оборудования получить классификационное решение, так как спецификация включала в себя большое количество наименований товаров, при этом доводила до сведения руководства о необходимости уплаты таможенных платежей. «Я считала, что несмотря на то, что это оборудование предназначалось для утилизации отходов, в спецификации был указан котел, что влекло уплату таможенных платежей. Уточняю, что ФИО4 сообщил мне, что ввозится оборудование для утилизации отходов». Дальнейшее развитие событий ей неизвестно, поскольку она уволилась.

Согласно протоколу допроса свидетеля ФИО6 – директора                          ООО «Архгипродрев» его организация выполняла работы по проектированию комплекса зданий и линейных сооружений по объекту: котельная мощностью 18 МВт по договору от 04.06.2014. Согласно представленным на этапе проектирования документам в здании котельной планировалось к установке котельное оборудование, основным видом топлива которого являются древесные отходы собственного производства. Котельная предназначена для выработки тепловой энергии для сушильных камер и отопления помещений. Вместе с тем свидетель пояснил, что применительно к проектной документации по водогрейной котельной ООО «Архгипродрев» занималось только проектированием фундаментов и подготовкой задания заводу-изготовителю на поставку здания котельной, инженерных сетей, освещения и вентиляции, а к котельному оборудованию никакого отношения не имело. Документы, содержащие информацию о планируемом к установке в здании котельного оборудования, предоставлялись организации исключительно для целей проектирования здания и фундамента.  

В протоколе допроса свидетель ФИО7 (в 2014-2019 годах начальник отдела декларирования ООО «Беломортранс») показала, что она не помнит обстоятельств переговоров с компанией «Вельская лесная компания» в 2014 году; насколько она поняла из представленных ей документов, товар, который предполагался к ввозу, – котельная. Предложения о возможности искажения данных в отношении ввозимого товара с целью уменьшения таможенных платежей в ходе таможенного декларирования ей не поступали. Основная цель переписки – выявление условий ввоза. В дальнейшем договор таможенного представителя не заключен, возможно, потому что                                     ООО «Вельская лесная компания» не устроили условия доставки:                              ООО «Беломортранс» предлагало доставку морским транспортом, что им оказалось невыгодно.

ФИО8 (протокол дополнительного допроса свидетеля от 10.12.2019) показал, что работал в ООО «ЛПК Север» в должности финансового директора, закупками оборудования не занимался, занимался только финансовыми вопросами, технической стороны оборудования не касался. Котельная предназначалась для отопления сушильного комплекса и утилизации отходов. Про проектную документацию ничего пояснить не смог. По обстоятельствам приобретения водогрейных котельных установок показал, что в процессе строительства лесопильного комплекса возникла необходимость в приобретении оборудования для утилизации кородревесных отходов; технической стороной занимался ФИО4; по поводу заключения контракта состоялось заседание тендерного комитета. Таможенным оформлением не занимался; его обязанностями являлось оптимальное расходование выделенных денежных средств.  

Таким образом, как обоснованно посчитал суд первой инстанции, представленные протоколы не опровергают позицию заявителя о том, что на момент заключения контрактов обществу требовалось оборудование для уничтожения древесных отходов.   

Показания свидетелей подтверждают то обстоятельство, что целью приобретения оборудования являлось сжигание отходов лесопильного производства. Из указанных показаний не следует, что общество приобрело оборудования в целях отопления и для его использования закупало либо дополнительно производило топливо – древесные отходы.

Тот факт, что в представленных в материалы дела документах Росприроднадзора смонтированное оборудование называется котельной, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора по существу, поскольку такие документы не имеют отношения к таможенному декларированию в целях определения кода ТН ВЭД и ставки таможенных платежей.    

Равным образом документы, касающиеся разрешения на ввод в эксплуатацию котельного оборудования органами Ростехнадзора, не свидетельствуют о функциональном назначении ввезенного обществом оборудования, поскольку в целях технической эксплуатации и учета спорного оборудования оно является тепловой энергоустановкой. Об этом, в частности, показала и ФИО9 (протокол допроса от 12.11.2019) – начальник отдела по государственному энергетическому надзору Северо-Западного управления Ростехнадзора. Как отражено в протоколе допроса свидетеля, поскольку в котлах, установленных в здании котельной, в качестве теплоносителя используется вода с температурой 110 градусов по Цельсию, это в соответствии с правилами технической эксплуатации тепловых энергоустановок позволяет отнести оборудование к водогрейным котельным установкам. Оборудование для утилизации древесных отходов на учет в органах Ростехнадзора не ставится.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, идентификация оборудования как котельной в целях получения разрешения на ввод в эксплуатацию в органах Ростехнадзора, а также декларирования и уплаты платежей за загрязнение атмосферного воздуха в органах Росприроднадзора не может подтверждать факт недостоверного декларирования оборудования в таможенных целях.

Общество и не отрицает тот факт, что тепловая энергия, получаемая при сжигании древесных отходов, используется им на производстве.

Вместе с тем факт получения тепловой энергии, используемой при сушке пиломатериалов, сам по себе не свидетельствует о том, что основной функцией спорного оборудования является именно получение такой энергии, а не уничтожение древесных отходов.

Коллегия судей соглашается с выводом суда о том, что представленная в материалы дела электронная переписка, предшествовавшая заключению контрактов, доказательством недостоверного декларирования не является, а свидетельствует в том числе о согласовании условий контрактов, принимая во внимание представленную таможенным органом информацию производителя - компании Polytechnik об индивидуальности изготовления оборудования в зависимости от конкретных требований и пожеланий заказчика. 

Оценивая представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая заключение экспертизы, суд первой инстанции обоснованно посчитал недоказанным со стороны таможенного органа вывод о ввозе на таможенную территорию котельных установок, подлежащих классификации по коду 8403 10 900 0 ТН ВЭД.   

Ссылки подателя жалобы на то, что приобретение товара по разным контрактам привело к уклонению от уплаты таможенных платежей, апелляционный суд не принимает, поскольку такого уклонения не доказано и не имелось ввиду верной классификации обществом ввезенного оборудования.

То обстоятельство, что общество представляло различные комплекты документов, в которых изменено наименование товаров, чем допустило нарушение установленных требований, не повлияло на то, что код по ТН ВЭД им присвоен верно, как следствие, товар задекларирован достоверно, что нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела.

Использование тепловой энергии при утилизации отходов производства само по себе не свидетельствует о потребности общества в приобретении оборудования именно для выработки тепловой энергии.

При этом таможня не обосновала, что у общества имелась потребность в производстве тепловой энергии.

Отклоняя вывод таможни о недекларировании товара, суд первой инстанции указал следующее.

Действительно, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 4 ТК ТС незаконное перемещение товаров через таможенную границу - перемещение товаров через таможенную границу вне установленных мест или в неустановленное время работы таможенных органов в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации, равно как и покушение на такое перемещение.

В подпункте 25 пункта 1 статьи 2 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), действующем с 01.01.2018, дано аналогичное понятие, незаконное перемещение товаров через таможенную границу Союза - перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 настоящего Кодекса должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации.

В рассматриваемом случае ООО «ЛПК Север» предъявило к таможенному контролю оборудование, везенное им по контрактам № 140148, 140337, задекларировало его и уплатило таможенные платежи в размере                                 45 521 489 руб. 67 коп.

Доказательств того, что какое-либо оборудование из поставленного в адрес ООО «ЛПК Север» и смонтированного в здании котельной по адресу:                    

<

...>, ввезено на таможенную территорию без предъявления таможенным органам и таможенной очистки, в материалы дела не представлено, что подтверждается ответом на вопрос 3 в заключении эксперта. 

Таким образом, с учетом результатов проверки таможенный орган мог сделать вывод только о незаконном перемещении товара в связи с недостоверным декларированием и с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, но не о недекларировании товара.

Пунктом 10 статьи 56 ТК ЕАЭС установлено, что при незаконном перемещении товаров через таможенную границу Союза с недостоверным таможенным декларированием таможенные пошлины, налоги исчисляются в соответствии с настоящим Кодексом. При этом фактически уплаченные при таможенном декларировании товаров таможенные пошлины, налоги повторно не уплачиваются (не взыскиваются), а суммы излишне уплаченных и (или) излишне взысканных таможенных пошлин, налогов подлежат возврату (зачету) в соответствии с настоящим Кодексом.

В настоящем деле таможня не учла уплаченные декларантом таможенные платежи и произвела начисление в полном объеме, что, как обоснованно учел суд первой инстанции, нельзя признать законным.

Суд первой инстанции не принял ссылку таможни на                                      пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.04.2017 № 12 «О судебной практике по делам о контрабанде» (далее –                             Постановление № 12), поскольку указанное постановление регулирует вопросы обеспечения единообразного применения судами норм уголовного закона об ответственности за контрабанду (статьи 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации), а не вопросы уплаты таможенных платежей.

Вместе с тем даже исходя из разъяснений, приведенных в пункте 7 Постановления № 12, к недекларированию относится представление таможенному органу товара, отличного от того, сведения о котором были заявлены в таможенной декларации. При этом если декларантом в таможенной декларации заявлены не соответствующие действительности (недостоверные) сведения о качественных характеристиках товара, необходимые для таможенных целей (например, сведения о наименовании, описании, классификационном коде по единой ТН ВЭД, о стране происхождения, о таможенной стоимости), то указанные действия следует рассматривать как недостоверное декларирование товаров.

В рассматриваемом случае смонтированное в здании котельной оборудование задекларировано обществом при ввозе на таможенную территорию. Доказательства того, что под видом спорного оборудования ввезен и задекларирован иной товар, отличный от смонтированного в здании котельной по составу, материалы дела не содержат.

Доначисление таможенных платежей в полном объеме, как за незадекларированный (контрабандный) товар, без учета ранее уплаченных платежей является незаконным.

Доводы апелляционной жалобе о необходимости применения по вопросу недекларирования товара положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и разъяснений данного Кодекса основаны на ошибочном толковании норм права.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно  удовлетворил заявление.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции установил, что доводы жалобы не содержат фактов, которые влияли бы на законность и обоснованность обжалуемого решения либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 28 января                2020 года по делу № А05-7205/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу Архангельской таможни – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                 Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Е.А. Алимова

Судьи

А.Ю. Докшина

Н.В. Мурахина