АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Новосибирск                                                              Дело № А45-24793/2019    

Резолютивная часть решения объявлена 13.10.2020 года

Полный текст решения изготовлен 20.10.2020 года

 

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Зюзина С.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Краевой А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Восток-С» к обществу с ограниченной ответственностью «РСУ №17» при участии в качестве третьих лиц без самостоятельных требований 1) общества с ограниченной ответственностью «54 Бетон» и 2) общества с ограниченной ответственностью «Перлит-К» о взыскании 7226126 рублей основного долга и 143077,29 рублей неустойки 

и встречному иску о взыскании 501000 рублей убытков

при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО1 по доверенности от 29.07.2019,

ответчика: ФИО2 по доверенности от 12.08.2020, 

третьих лиц:  

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Восток-С» (ОГРН 

<

***>, далее – истец) обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РСУ №17» (ОГРН 

<

***>, далее – ответчик) о взыскании 7226126 рублей основного долга и 143077,29 рублей неустойки.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец уточнил требования, просил взыскать 5968242 рубля основного долга и 143077,29 рублей неустойки. Уточненные требования приняты судом к рассмотрению.

К производству суда принят встречный иск о взыскании 501000 рублей убытков.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец по встречному иску уточнил требования, просил взыскать 132557,66 рублей задолженности и 4086464,91 рублей убытков. Уточненные требования по встречному иску приняты судом к рассмотрению.

В судебном заседании истец требования поддержал, встречный иск не признал по основаниям, изложенным в иске и отзыве на встречный иск.

Ответчик иск не признал, встречный иск поддержал по основаниям, изложенным во встречном иске и отзыве на иск.

Рассмотрев материалы дела, проверив обстоятельства дела в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующие обстоятельства. 

Истцом (подрядчик) и ответчиком (генеральный подрядчик) заключен договор подряда №СК-28/04/18 от 28.04.2018, по условиям которого истец -обязуется выполнить работы по устройству монолитного каркаса здания на объекте «Многоквартирный жилой дом с помещениями общественного назначения, подземной автостоянкой и трансформаторной подстанцией по ул.Сержаната ФИО3, 5. Секция 1», а ответчик обязуется принять работы и оплатить их стоимость (далее – договор).

В соответствии с пунктами 4.1 и 4.2 договора срок выполнения работ определен с 03.05.2018 по 10.02.2019.

Стоимость работ определена пунктом 5.1 договора в редакции дополнительных соглашений №1 и №3 размере 36400420,48 рублей.

Истец приступил к выполнению работ.

До окончания выполнения работ истцом, ответчик письмом от 01.02.2019 направил истцу уведомление об отказе от исполнения договора в одностороннем порядке по правилам статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец прекратил выполнение работ и после прекращения договора работы не выполнил.

В период действия договора ответчик принял у ответчика работы общей стоимостью 13332819,39 рублей, что подтверждается актами приемки выполненных работ, подписанных истцом и ответчиком без замечаний и разногласий.

Письмом от 22.03.2019 истец направил ответчику акты приемки выполненных работ и исполнительную документацию на работы, которые были им завершены до момента прекращения договора, на общую сумму 5209064,43 рублей.

Ответчик отказался от приемки работ, указав на наличие недостатков.

По результатам осмотра выполненных истцом работ с участием представителей истца и ответчика был составлен акт комиссионного обследования №25.03/1 от 25.03.2018 и дефектные акты от 25.03.2019 и от 26.03.2019, в которых были отражены недостатки выполненных работ.

Истец в обоснование требований указал, что устранить выявленные недостатки не имел возможности, поскольку с февраля 2018 года покинул строительную площадку, доступ к объекту для устранения недостатков отсутствовал. По расчету истца стоимость устранения недостатков составила 146650,70 рублей, на которую он уменьшил стоимость работ, подлежащих оплате.

Ответчик, возражая по иску, указал, что стоимость устранения недостатков значительно выше, в связи с чем заявил ходатайство о проведении судебной экспертизы. 

Поскольку определение наличия недостатков и стоимости их устранения требует специальных познаний, судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено ФИО4 – эксперту Испытательной лаборатории «Сибтест» общества с ограниченной ответственностью «Новосибирский центр сертификации и маркетинга».

По результатам проведенного исследования экспертом было представлено заключение. Эксперт ответил на все поставленные вопросы и пришел к следующим выводам.  

По первому вопросу эксперт указал, что качество фактически выполненных работ по устройству монолитного каркаса здания на объекте «Многоквартирный жилой дом с помещениями общественного назначения, подземной автостоянкой и трансформаторной подстанцией по ул.Сержаната ФИО3, 5. Секция 1» не соответствует условиям договора подряда №СК-28/04/18 от 28.04.2018, проектной документации шифр 189ОБСЛ.2016-1-КЖ, а также обязательным строительным нормам и правилам для данного вида работ.

Выявленные недостатки работ являются устранимыми, за исключением одного – смещение проектного положения перфорации плиты перекрытия (п.п. 7.6 таблицы 3 заключения эксперта – т.6 л.д.75).

Стоимость работ по устранению несущественных недостатков определена экспертом в размере 1012660 рублей.

По второму вопросу эксперт указал, что качество монолитных бетонных конструкций (плита перекрытия) на отметке +27.370 не соответствует условиям договора №СК-28/04/18 от 28.04.2018, проектной документации шифр 189ОБСЛ.2016-1-КЖ, а также обязательным строительным нормам и правилам для данного вида работ.

Выявленные недостатки являются устранимыми, стоимость работ по их устранению составит 391874 рубля.

По ходатайству ответчика эксперт был опрошен в судебном заседании и дополнительно пояснил следующее.

При проведении исследования был выявлен один существенный недостатков - смещение проектного положения перфорации плиты перекрытия (7 этаж). Данный недостаток заключается в том, что проекция монолитной плиты перекрытия выступает за проектные границы наружной части монолитной конструкции (фото 13 заключения эксперта, т.6 л.д.82). Эксперт указал, что смещение перфорации плиты перекрытия определено им как недостаток, поскольку не соответствует проектной документации. Однако, эксперт также указал, что на прочность конструкции и на ее несущие способности данный недостаток никак не влияет. Поскольку смещение перфорации плиты произошло в месте примыкания к стене дома балконной плиты, то данный недостаток также не влияет на эстетический вид здания, поскольку после завершения работ по отделке балконной плиты и лестницы недостаток будет визуально не виден.

При этом эксперт указал, что единственным негативным фактором, являющимся следствием данного недостатка, может быть смещение так называемой «точки росы», что в свою очередь может повлечь промерзание стены по линии примыкания смещенной плиты перекрытия к стене (около 3 метров). Однако для установления данного обстоятельство необходимо провести тепловизионное обследование. Эксперт указал, что для проведения тепловизионного обследования необходимо наличие разницы температур наружного воздуха (порядка -15 градусов) и воздуха внутри помещения (порядка +20 градусов), для чего необходимо, чтобы тепловой контур здания был закрыт и была запущена система отопления. На момент проведения осмотра, а также на момент дачи пояснений экспертом, получить необходимую разницу температур невозможно, поскольку дом находится в стадии строительства, тепловой контур отсутствует, системы отопления нет.

Также эксперт пояснил, что по результатам тепловизионного обследования может быть установлено, что какие-либо негативные факторы в результате смещения перфорации плиты перекрытия вообще могут отсутствовать, а если такие факторы и возникнут в виде промерзания, то их устранение может быть сведено к несложным и недорогостоящим работам по устройству теплоизоляционного жгута. 

Дополнительно эксперт указал, что данный недостаток является очевидным и явным, мог быть выявлен еще на стадии подготовительных работ при устройстве опалубки и армирования. На объекте выполнялся строительный контроль, по результатам которого подписывались акты освидетельствования скрытых работ. Строительный контроль имел возможность установить отклонение перфорации плиты перекрытия на стадии освидетельствования работ по устройству опалубки и армирования при надлежащем исполнении своих обязанностей, что не было сделано.

В этой связи эксперт указал, что хотя смещение перфорации плиты и является несоответствием выполненных работ проектной документации, считать его недостатком работ, влекущим ухудшение качества, в настоящий момент до проведения тепловизионного обследования, оснований не имеется.  

В этой связи возражения ответчика по заключению эксперта в части того, что выводы не содержат определения стоимости работ, выполненных с существенными недостатками, либо стоимости устранения существенных недостатков, судом отклоняются.

Ответчик указал, что экспертом в заключении не указано на наличие аналогичного недостатка (смещение преформации плиты перекрытия) на двух других высотных отметках.

Эксперт в этой части пояснил, что в настоящий момент на объекте выполнены работы по устройству наружной кирпичной кладки, полностью закрывающей с наружной стороны доступ, в том числе визуальный, к монолитным конструкциям здания. Смещение преформации плиты перекрытия на 7 этаже было установлено, потому что в этом месте работы по устройству кирпичной кладки в области балконной плиты не выполнены и смещение плиты перекрытия определяется визуально. На иных высотных отметках для установления аналогичного дефекта потребовалось бы выполнить работы по демонтажу кирпичной кладки по всей ширине плиты перекрытия для получения визуального доступа. С внутренней части здания установить наличие или отсутствие такого дефекта не представляется возможным. При этом эксперт указал, что данный недостаток является очевидным и при выполнении работ по устройству кирпичной кладки должен был быть выявлен в любом случае службой строительного контроля, однако каких-либо сведений, что такие недостатки имеются на иных высотных отметках, кроме как на 7 этаже, эксперту не представлены. В этой связи эксперт указал, что оснований для выполнения работ по демонтажу наружной облицовочной кирпичной стены в целях проверки наличия или отсутствия такого недостатка, как смещение перфорации плиты перекрытия при отсутствии каких-либо сведений, указывающих на его наличии, является нецелесообразным и повлекло значительное увеличение сроков и стоимости проведения экспертизы, а также повлекло бы проведение с высокой степенью вероятности необоснованных работ и вмешательства в конструкцию наружной облицовочной стены. При этом возможно было бы нарушение эстетического вида наружной стены без возможности восстановления до первоначального состояния.

С учетом изложенного суд отклоняет возражения ответчика в части неполноты экспертного исследования по такому недостатку, как смещение перфорации плиты перекрытия на иных отметках, кроме как 7 этаж.

Также эксперт указал, что при определении стоимости устранения недостатков им были применены федеральные единичные расценки (ФЕРы) применительно к Новосибирской области. При этом расценки на проведение работ, согласованные истцом и ответчиком в договоре им не использовались, поскольку не совпадают по видам и содержанию работ. Эксперт указал, что стоимость работ по устранению недостатков в соответствии с ФЕРами может отличаться от рыночной стоимости этих же работ, однако в материалы дела ему не были представлены какие-либо сведения, позволяющие определить иную стоимость таких работ, в связи с чем им были применены расценки в соответствии с ФЕРами.

С учетом данных пояснений эксперта суд отклоняет возражения ответчика по заключению в той части, где им указывается на недостоверность выводов эксперта по определению стоимости устранения недостатков.

Также эксперт пояснил, что для устранения отдельных недостатков требуется локальное усиление плиты перекрытия путем устройства армированной стяжки, выполняемой по полу верхнего этажа. Так как устраняемые недостатки носят локальный характер, то устройство стяжке по всей площади плиты перекрытия не требуется, в связи с чем демонтаж уже смонтированных перегородок не потребуется. 

В этой связи возражения ответчика о неполноте экспертного исследования в части отсутствия в составе работ по устранению отдельных недостатков работ по демонтажу и последующему монтажу уже смонтированных перегородок судом отклоняются.

Ответчик, оспаривая заключение эксперта, заявил ходатайство о проведении дополнительной экспертизы с целью выявления наличия или отсутствия таких недостатков, как смещение перфорации плиты перекрытия на иных высотных отметках, кроме как 7 этаж, а также определения стоимости их устранения.

Указанное ходатайство рассматривалось судом в течение трех судебных заседаний, в ходе которых был повторно опрошен эксперт с целью выяснения дополнительных обстоятельств проведения исследования. Ответчик в течение трех судебных заседаний так и не представил кандидатуры экспертов для проведения дополнительной экспертизы и согласия экспертов либо экспертной организации на проведение дополнительной экспертизы с указанием сроков и стоимости исследования, а также не внес денежные средства на депозитный счет суда в размере предполагаемой стоимости экспертизы. Суд неоднократно указывал ответчику на данные обстоятельство, однако ответчик так и не устранил данные процессуальные недочеты своего ходатайства. Такое поведение ответчика суд расценивает как злоупотребление процессуальными правами, направленным на необоснованное затягивание сроков рассмотрения дела.

В этой связи, а также с учетом пояснений эксперта в части отсутствия целесообразности поиска недостатков в отсутствие каких-либо сведений о их наличие, суд признал ходатайство ответчика о назначении дополнительной экспертизы необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Оценив представленное заключение эксперта ФИО4, с учетом представленных в материалы дела иных доказательств, суд считает, что оно соответствует требованиям закона. 

Требования к заключению эксперта и его содержанию установлены Федеральным законом №73-ФЗ от 31.05.2001 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон №73-ФЗ). Так, согласно статье 25 Закона №73-ФЗ, в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены в частности содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. 

Судом установлено, что экспертом не нарушены положения статьи 25 Закона №73-ФЗ, в заключении отражено предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, рассматриваемое заключение содержит мотивы, методы, использованные при исследовании, результатом которых стали представленные экспертами выводы.

У суда не имеется оснований ставить экспертное заключение под сомнение и полагать, что заключение по результатам экспертизы содержат неправильные по существу выводы.

С учетом изложенного суд признает заключение эксперта ФИО4 надлежащим доказательством по делу.

Истец с учетом выводов эксперта уточнил требования, уменьшив стоимость работ на стоимость устранения несущественных недостатков, определенную экспертом.

Ответчик, возражая по иску, указал, что работы по отдельным актам приемки выполненных работ не выполнялись, а по отдельным выполнялись иными лицами.

Суд отклоняет указанные возражения, поскольку они были заявлены ответчиком спустя более двух дет с момента получения актов приемки выполненных работ. 

При этом доказательств выполнения работ иными лицами ответчик не представил. 

Также ответчиком не представлено каких-либо пояснений по доводам о задвоение работ в актах приемки выполненных работ (какие работы по видам и объему, в каких актах приемки выполненных работ).

Ответчик, возражая по иску, также указал, что истцом не учтена в составе оплат сумма, эквивалентная стоимости квартиры, переданной ответчиком истцу по договору купли-продажи от 25.09.2018.

Судом установлено, что пунктом 5.5.1 договора истец и ответчик согласовали условие о порядке оплаты стоимости выполненных работ, согласно которому 50% стоимости работ оплачивается путем передачи ответчиком истцу в собственность квартир.

В соответствии с  указанным условием договора истцом (покупатель) и ответчиком (продавец) были заключены три договора купли-продажи жилых помещений:

-  от 16.08.2018 на сумму 2075000 рублей (

<

...>); 

-  от 25.09.2018 на сумму 2075000 рублей (

<

...>); 

-  от 25.09.2018 на сумму 3640000 рублей (

<

...>).

В процессе исполнения договора стороны установили порядок оплаты путем передачи ответчиком в собственность истца нежилых помещений, согласно которому после приемки определенного объема работ ответчик и истец пописывали акты о зачете взаимных требований, ответчик выдавал истцу справку об оплате стоимости нежилых помещений путем зачета части стоимости работ, выполненных истцом. Также ответчик направлял в Росреестр заявление о снятии обременения с нежилого помещения в виде ,ипотеки в силу закона.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что в соответствии с таким способом оплаты ответчик выдал истцу справки оп оплате по договорам купли продажи от 16.08.2018 на сумму 2075000 рублей (

<

...>) и от 25.09.2018 на сумму 2075000 рублей (

<

...>). 

Истцом стоимость указанных жилых помещений учтена при определении задолженности по оплате работ.

Письмом от 24.04.2019 истец направил ответчику уведомление о подписании акта зачета по договору купли-продажи от 25.09.2018 на сумму 3640000 рублей (

<

...>) в счет оплаты стоимости работ.

Ответчик акт зачета не подписал, справку оплате стоимости договора купли-продажи не выдал, заявление о снятии ипотеки в Росреестр не направил.

В этой связи с истец полагал, что стоимость квартиры №40 по договору от 25.09.2018 не может быть принята в счет оплаты стоимости работ по договору, так как истец в настоящий момент не может ей реально распорядиться по своему усмотрению.

Ответчик указал, что протокол зачета не был подписан, а обременение в отношении квартиры №40 не было снято по причине того, что истцом работы были выполнены с недостатками, стоимость устранения которых стороны не смогли согласовать.

Судом установлено, что договор купли-продажи от 25.09.2018 в отношении квартиры  по адресу 

<

...> на сумму 3640000 рублей подписан истцом и ответчиком, а также прошел государственную регистрацию, переход права собственности от ответчика к истцу состоялся.

Действительно, в настоящий момент в отношении указанной квартиры установлено обременений – ипотека в силу закона в пользу ответчика, что препятствует истцу распорядится жилым помещение по своему усмотрению.

Суд полагает, что с учетом обстоятельств, установленных по делу, стоимость работ, выполненных истцом, подлежит уменьшению на стоимость квартиры по договору от 25.09.2018 в размере 3640000 рублей. При этом установление факта выполнения истцом работ на сумму, превышающую стоимость квартиры, является достаточным основанием для принятия ответчиком их к зачету в счет оплаты по договору купли-продажи от 25.09.2018, подписания протокола зачета, выдачи справки об оплате стоимости квартиры и направления в Росреестр заявления о снятии обременения в виде ипотеки.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании основного долга подлежат удовлетворению частично путем уменьшения на стоимость работ по устранению недостатков ((1404534 рубля) и на стоимость квартиры по договору купли-продажи от 25.09.2018 3640000 рублей) в размере 2328242 рубля. 

Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты работ по договору.

В соответствии с пунктом 10.4 договора стороны согласовали неустойку за просрочку оплаты стоимости работ в размере 0,03% от суммы задолженности за каждый день просрочки, но не более 3% суммы задолженности.

Истцом начислена неустойка с 25.03.2019 по 16.08.2020 года в сумме 914931,50 рублей, а с учетом ограничения размера неустойки – 179047,26 рублей. 

Судом требование о взыскании основного долга удовлетворено частично в сумме 2328242 рубля с учетом уменьшения на стоимость квартиры, переданной по договору от 25.09.2018.

Однако ответчик в нарушение условий договора и сформированного сторонами порядка оплаты по договору уклонился от оплаты путем проведения зачета и снятия обременения. Поскольку истец не имел возможности распорядиться квартирой по своему усмотрению, суд полагает, что в части стоимости квартиры в размере 3640000 рублей ответчиком также допущена просрочка оплаты. В этой связи неустойка подлежит начислению на сумму долга без учета уменьшения на стоимость квартиры.

Ответчик расчет неустойки не оспорил. Оснований для снижения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлено. Расчет неустойки судом проверен и признан верным.

В этой связи требование истца о взыскании 179047,26 рублей неустойки является обоснованным и подлежит удовлетворению.

По встречному иску с учетом уточнения ответчиком заявлено требование о взыскании 132557,66 рублей задолженности и 4086464,91 рублей убытков.

В обоснование требований о взыскании 132557,66 рублей ответчик указал, что в соответствии с пунктом 1.1 договора работы подлежали выполнению с использованием материалов заказчика.

Судом установлено, что ответчик передал истцу для производства работ материалы, что подтверждается подписанными истцом и ответчиком накладными и сторонами не оспаривается.

Истец в процессе выполнения работ направлял ответчику отчеты о расходовании давальческих  материалов. Ответчик указанные отчеты принял и подписал.

После прекращения договора в связи с отказом ответчика от его исполнения истец в составе исполнительной документации направил ответчику отчеты о расходовании давальческих материалов. Ответчик указанные отчеты получил, однако от подписания уклонился, подписанный экземпляр истцу не вернул.

В судебном заседании ответчик признал факт получения отчетов о расходовании давальческих материалов, с учетом чего представил уточненный расчет стоимости невозвращенных материалов, согласно истец не отчитался о расходовании материалов на сумму 112337 рублей.

Истец представил свой контррасчет требований в этой части, согласно которому стоимость материалов, в отношении которых истцом не представлены отчеты о расходовании, составила 112337,40 рублей.

Тем самым судом установлено, что между истцом и ответчиком отсутствует спор о стоимости давальческих материалов, в отношении которых истцом не представлены отчеты о расходовании.

В соответствии со статье 714 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик несет ответственность за несохранность предоставленных заказчиком материала, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, оказавшегося во владении подрядчика в связи с исполнением договора подряда.

Истец, возражая по встречному иску в этой части, указал, что все материалы принимались им на строительной площадке, охрану строительной площадки обеспечивал ответчик, в связи с чем самовольный вывоз материалов истцом был невозможен. В этой связи разница между принятыми давальческими материалами и отчетами по их расходованию является следствием погрешности в расчетах.

Суд отклоняет указанные возражения, поскольку отчеты о расходовании давальческих материалов составлялись непосредственно самим истцом по результатам выполненных им же работ. Следовательно, истец несет материальную ответственность за недостачу давальческого материала, образовавшуюся в процессе производства работ.

При этом по смыслу статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации если давальческое сырье не возвращено переработчиком сырья, происходит смена его собственника, и сырье признается реализованным. На этом основании в случае невозврата давальческого сырья оно становится объектом налогообложения, на который подлежит начислению НДС.

Таким образом, поскольку давальческое сырье не было возвращено истцом, то у него возникает обязанность возместить ответчику его стоимость в размере с учетом НДС в сумме 132557,66 рублей.

Поскольку стоимость невозвращенных давальческих материалов истцом и ответчиком не оспаривается, суд полагает, что требование ответчика по встречному иску в этой части подлежит удовлетворению. 

В обоснование требований по встречному иску о взыскании 4086464,91 рублей убытков ответчик указал, что поскольку истец уклонился от устранения недостатков, ответчик привлек иное лицо для выполнения данных работ – общество с ограниченной ответственностью «ТСК-УЮТ».

Ответчиком представлен договор подряда, заключенный ответчиком (заказчик) и ООО «ТСК-УЮТ» (подрядчик) №10/06-19 от 10.06.2019 в редакции дополнительного соглашения от 01.10.2019, по условиям которого ООО «ТСК-УЮТ» обязуется выполнить работы по ремонту монолитных железобетонных конструкций (колонны, плиты перекрытия) и устройство торкретирования, дополнительной штукатурки и стяжек на спорном объекте.

Приложением к договору с ООО «ТСК-УЮТ» являются локальные сметные расчеты №№1-6 с перечнем работ, подлежащих выполнению, в том числе очистка и арматуры и закладных деталей от ржавчины и их грунтовка, срезка вязальной проволоки, устройство штукатурной гидроизоляции, торкретирование, оштукатуривание поверхностей колонн, устройство дополнительных стяжек, усиление плиты перекрытия на отметке +27,37.

В подтверждение факта выполнения ООО ТСК-УЮТ» работ по устранению недостатков ответчик представил акты приемки выполненных работ, согласно которым работы проводились в период с 10.06.2019 по 25.07.2019 и с 01.10.2019 по 31.10.2019.

Согласно заключению эксперта и его пояснениям, натурный осмотр объекта проводился им несколько раз в период с 09.12.2019 по 10.07.2020.

Следовательно, на эксперт в процессе осмотра должен был обозревать результат работ, выполненных ООО ТСК «УЮТ» по устранению недостатков работ, выполненных истцом.

Однако, экспертом установлено значительное количество дефектов, по описанию совпадающих с теми, которые должны были быть устранены ООО «ТСК-УЮТ», например, такие как: наплывы растворной смеси, не ровности колонн, отсутствие защитного слоя колонн, коррозия и отсутствие защиты закладных деталей, отверстия в плитах перекрытия в непроектных положениях, оголенная арматура, наличие вязальной металлической проволоки и другие.

Наличие указанных дефектов установлено практически на всех высотных отметках (этажах) здания в различных сочетаниях. 

Во встречном исковом заявлении (подано в суд 25.09.2019) указано, что работы по устранению недостатков выполнялись  обществом с ограниченной ответственностью «ТКС «Сибирь».

В качестве приложения к встречному иску представлен расчет убытков, где указаны отдельные виды работ и определена стоимость их устранения.

В претензии от 07.09.2019, направленной ответчиком истцу, также указано, что работы по устранению недостатков выполнены ООО «ТКС «Сибирь» (т.4 л.д.11).

03.10.2019 ответчиком был представлен отзыв на иск, где ответчик указал, что стоимость работ подлежит снижению на стоимость работ по устранению выявленных недостатков.

В обоснование указанных доводов ответчиком были представлены локальные сметные расчеты №1-3, подписанные ответчиком как заказчиком и ООО «ТСК-УЮТ» как подрядчиком (т.4 л.д.45-47).

Указанные локальные сметные расчеты имеют отметку о том, что являются приложением к договору №37 от 20.05.2019, а также указано, что данные локальные сметные расчеты составлены в отношении работ по восстановлению защитного слоя железобетонных конструкций на спорном объекте.

В этой связи суд приходит к выводу, что между ответчиком и ООО «ТСК-УЮТ» был заключен и другой договор на выполнение работ, отличный от договора №10/06-19 от 10.06.2019, однако предметом которых является выполнение одинаковых работ.

При сопоставлении указанных локальных сметных расчетов №№1-2, являющихся приложением к договору №10/06-19 от 10.06.2019 и к договору №37 от 20.05.2019 судом установлено, что они являются абсолютно идентичными по видам и объему работ, подлежащих выполнению, однако существенно отличаются по стоимости – работы в соответствии с договором №10/06-19 от 10.06.2019 по стоимости выше.

С учетом изложенного суд приходит к следующим выводам:

- фактическое выполнение работ по договорам №10/06-19 от 10.06.2019 и №37 от 20.05.2019 противоречит выводам эксперта, поскольку выявленные в ходе экспертного исследования недостатки на момент его проведения уже должны были быть устранены в соответствии с договорами №10/06-19 от 10.06.2019 и №37 от 20.05.2019, однако экспертом установлено обратное;

- ответчиком представлены два различных договора на выполнение объема работ, совпадающего в значительной части, однако отличающихся по стоимости.

Указанные противоречия не позволяют признать представленные ответчиком договоры №10/06-19 от 10.06.2019 и №37 от 20.05.2019 с приложениями (локальные сметные расчеты), а также акты приемки выполненных работ к договору №10/06-19 от 10.06.2019 как бесспорные доказательства, подтверждающие обоснованность требований ответчика  по встречному иску в части взыскания убытков.

При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что отзыв на иск, где ответчик впервые заявил о снижении стоимости работ на стоимость устранения недостатков, был представлен в суд 03.10.2019, встречный иск был представлен в суд 25.09.2019. 

Однако договор №10/06-19 от 10.06.2019 с приложениями и актами приемки выполненных работ были представлены только 16.09.2020 года, то есть год спустя после того, как ответчик заявил указанные доводы в обоснование совей правовой позиции.

Такое процессуальное поведение ответчика, с учетом установленные противоречив представленных им доказательствах, вызывает обоснованные сомнения в достоверности тех фактов, которые ответчик полагает возможным подтвердить посредством представляемых документов.

Также суд полагает, что избирательное частичное устранение недостатков по всему объекту без привязки каким-либо критериям (этаж, подъезд) не отвечает стандарту обычного поведения в подобных ситуациях, поскольку выборочное единичное устранение недостатков по всему объекту не соответствует обычной практики хозяйственных отношений и является неразумным, поскольку повлечет необходимость повторного выполнения работ по всему объекту с выполнение аналогичных работ по устранению одних и тех же недостатков.

В этой связи суд полагает, что ответчиком не представлено допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих фактическое выполнение работ по устранению недостатков на спорном объекте, что в свою очередь указывает на отсутствие правовых оснований для удовлетворения требований о взыскании убытков с учетом конкретных обстоятельств дела и тех доказательств, что были представлены ответчиком.

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным требованиям.

Поскольку обстоятельства, установленные при проведении экспертизы, имели значение для разрешения как первоначального, так и встречного иска, то расходы подлежат распределению в этой части следующим образом. Стоимость экспертизы подлежит отнесению в равных долях как на первоначальный, так и на встречный иск (по 133000 рублей) с последующим пропорциональным распределением между сторонами. 

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

по первоначальному иску взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСУ №17» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток-С» 2328242 рубля основного долга; 179047 рублей неустойки, а также 21917 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины и 80837,2 рублей судебных расходов по оплате стоимости экспертизы.

В удовлетворении первоначального иска в остальной части отказать.

По встречному иску взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Восток-С» в пользу общества с ограниченной ответственностью «РСУ №17» 132557,66 рублей основного долга, а также 48585,6 рублей судебных расходов по оплате стоимости экспертизы.

В удовлетворении встречного иска  в остальной части отказать.

В результате зачета взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСУ №17» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток-С» 2328242 рубля основного долга и 100657,94 рублей неустойки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РСУ №17» в доход федерального бюджета 32914 рублей государственной пошлины.

С учетом зачета государственной пошлины подлежащей возврату в сумме 6110 рублей и взысканию в доход федерального бюджета в сумме 1268 рублей, возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Восток-С» из федерального бюджета 4842 рублей государственной пошлины. Выдать справку.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в  арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через арбитражный суд Новосибирской области.

 

Судья                                                                                                             С.Г. Зюзин