ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-531/2019

г. Чита

20 апреля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14  апреля 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 20 апреля 2021 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. П. Антоновой, О. В. Монаковой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на  определение Арбитражного суда Иркутской области от 06 октября 2020 года по делу № А19-531/2019 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» ФИО3 к ФИО2 о  привлечении к субсидиарной ответственности,

по делу по заявлению Федеральной налоговой службы о признании общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юр. адрес: 665760, Иркутская обл., Братский р-он, 

<

...>) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 14.04.2021 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле. 

Судом установлены следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 30.05.2019 (резолютивная часть определения от 29.05.2019) в отношении ООО «ГСТ» введено наблюдение, временным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО3 (далее – ФИО3). 

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 10.10.2019 (резолютивная часть определения от 09.10.2019) ООО «ГСТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО3. 

Конкурсный управляющий ООО «ГСТ» ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором просила привлечь к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника ООО «ГСТ» руководителя юридического лица ФИО2 и взыскать с ФИО2 в пользу ООО «ГСТ» сумму в размере 23 599 586 руб. 29 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 06 октября 2020 года по делу № А19-531/2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. К субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» привлечен бывший руководитель должника ФИО2. С ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в размере 23 599 586 руб. 29 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В апелляционной жалобе ФИО2, ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что из определения суда и представленных доказательств невозможно сделать вывод о том, что именно в результате непередачи документации не сформирована конкурсная масса должника.

Заявитель указывает, что не был уведомлен о подаче и рассмотрении дела о привлечении его к субсидиарной ответственности, в связи с чем не смог представить в материалы дела суда первой инстанции доказательства исполнения запросов ФИО3

Так, бухгалтер должника по электронной почте отправлял  запрошенные документы: бухгалтерскую, налоговую отчетность, а ФИО2 направлял в адрес ФИО3 почтой запрошенные документы.

Заявитель считает, что ФИО3 не предпринимает меры по взысканию дебиторской задолженности по причинам, не зависящим от ФИО2 в связи с чем возложение на него субсидиарной ответственности необоснованно. Так, 01.01.2020 вступил в силу закон, отменяющий административную ответственность за вменяемое ООО «ГСТ» административное правонарушение, в частности, Федерального закона от 02.08.2019 N 265-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О валютном регулировании и валютном контроле" в части либерализации ограничений на совершение валютных операций резидентами с использованием счетов (вкладов), открытых в банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации, и репатриации денежных средств". 

В связи с чем, Иркутская таможня постановлениями от 11.02.2020 прекратила исполнение постановлений по делам об административных правонарушениях ООО «ГСТ».

ФИО3 как конкурсный управляющий должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением об исключении требования ФНС России в размере 22 831601 руб. 85 коп., однако вопреки принципам осмотрительности и разумности, бездействует.

Оснований для взыскания с ФИО2 в пользу ООО «ГСТ» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств у суда не имелось.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО2 просит определение суда первой инстанции отменить.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от конкурсного управляющего ООО «ГСТ», в котором он, возражая по доводам апелляционной жалобы, просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Заявление конкурсного управляющего ООО «ГСТ» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в Арбитражный суд Иркутской области   24.04.2020 с использованием электронного сервиса  «Мой арбитр». 

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции правильно определена редакция  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закона  банкротстве), подлежащая применению в настоящем деле. 

Согласно статье 4 Федерального закона "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" от 14 июня 1994 года № 5-ФЗ официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" или первое размещение (опубликование) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего закона).

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Учитывая вышеизложенное, правомерными являются выводы суда первой инстанции о том, что в настоящем деле подлежат применению положения Закона о банкротстве с учетом  изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ, в части материально-правовых оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности,  поскольку рассматриваются  действия (бездействие) ответчика, относящиеся к периодам после 01.07.2017.  

Конкурсный управляющий  ООО «ГСТ» ФИО3 обратилась  в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением  о привлечении  ФИО2  к субсидиарной ответственности на основании  подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ (далее – Закона о банкротстве), указав, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, так как документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего в части привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение бывшим руководителем должника   установленной Законом о банкротстве обязанности по передаче арбитражному управляющему документации должника, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости его удовлетворения, исходя из того, что доказательства исполнения обязанности по передаче документации  общества в полном объеме  конкурсному управляющему в материалы дела ответчиком не представлены. 

Суд исходил из того, что    неисполнение ФИО2 обязанности по передаче указанных сведений существенно затрудняет конкурсному управляющему принять меры по проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализации конкурсной массы, оспорить сделки должника с целью возврата имущества в конкурсную массу и вследствие этого удовлетворить требования кредиторов. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

Согласно представленной  в материалы дела выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ГСТ»  генеральным директором ООО «ГСТ» являлся ФИО2. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда   Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»,   если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта о введении процедуры, применяемой в деле о банкротстве, то датой соответственно введения процедуры, возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего, продления процедуры или включения требования в реестр (возникновения права голоса на собрании кредиторов) будет дата объявления такой резолютивной части, при этом срок на обжалование этого судебного акта начнет течь с даты изготовления его в полном объеме.

Согласно пункту 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26 октября 2002 года (далее – Закона о банкротстве) с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 

-документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

-документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

Заявитель указывает именно на то, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют (в полном объеме не переданы), в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об организации бухгалтерского учета (пункты 1-3 статьи 7, статья 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Поскольку в добровольном порядке указанная обязанность ответчиком не была исполнена, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением об обязании бывшего руководителя передать конкурсному управляющему печати, штампы, а также документы, согласно перечню, имущество должника. 

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 04.04.2019 суд обязал ФИО2 передать документы и иные материальные ценности временному управляющему ООО «ГСТ» ФИО3 

Определение суда на дату рассмотрения настоящего обособленного спора не исполнено, доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Суд первой инстанции правильно указал, что неисполнение ФИО2 обязанности по передаче указанных сведений существенно затрудняет конкурсному управляющему принять меры по проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализации конкурсной массы, оспорить сделки должника с целью возврата имущества в конкурсную массу и вследствие этого удовлетворить требования кредиторов. 

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, указал, что до настоящего времени документация должника бывшим руководителем должника ему не передана, что влечет существенное затруднение проведения процедуры банкротства в отношении должника. 

В этой связи суд первой инстанции правильно указал, что именно на ответчика возложена обязанность опровергнуть названную выше  презумпцию о том, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, выразившихся в непередаче документов должника конкурсному управляющему. 

С учетом указанного, суд первой инстанции правильно распределил  бремя доказывания по спору, исходил из того, что  непередача конкурсному управляющему документации привела к существенному затруднению при  проведении процедур, применяемых в деле о  банкротстве должника. 

Одним из аргументов ответчика  в суде апелляционной инстанции указан факт его неизвещения о судебном разбирательстве в суде первой инстанции, вследствие чего он был лишен возможности представить соответствующие пояснения и документы в обоснование своей позиции по делу. 

 Между тем из материалов спора следует, что определением от 25.08.2019 арбитражный суд первой инстанции истребовал  у Отделения адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Иркутской области (адрес: 664003, 

<

...>)   сведения о месте регистрации ФИО2 

Согласно адресной справке № 1/19701 ФИО2 зарегистрирован по месту пребывания: Иркутская обл., п. Турма. 

Копии судебных актов о времени и месте судебных  заседаний неоднократно направлялись судом первой инстанции  по указанному адресу, но корреспонденция возвращена в арбитражный суд с отметкой почтового органа об истечении срока хранения. 

В силу пункта 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 считается надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства.

В силу  пункта 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации    юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).

При этом гражданин несёт риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу. 

Адрес регистрации проверен судом первой инстанции в органе регистрационного учета, именно по нему направлена судебная корреспонденция, поэтому доводы ответчика в указанной части отклоняются апелляционным судом.

Определением от 29.01.2021 апелляционный суд предлагал:

-ФИО2 представить письменные пояснения, в которых сообщить о причинах неполучения им почтовой корреспонденции по адресу регистрации;

-конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» представить отзыв на апелляционную жалобу с учетом доводов апелляционной жалобы со ссылкой на законы, иные нормативные правовые акты, обстоятельства дела и имеющиеся в деле доказательства. Сообщить, какие документы были переданы ему ФИО2, свои доводы подтвердить документально. 

11.03.2021 в материалы дела от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложением поименованных документов, ответчик определение суда не исполнил. 

Определением от 19.03.2021 суд апелляционной инстанции в соответствии с требованиями статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предлагал   ФИО2 представить письменные пояснения, в которых сообщить о причинах неполучения им почтовой корреспонденции по адресу регистрации, представить протокол выемки, на который приведена ссылка в жалобе и который не представлен (акт отдела экспедиции канцелярии Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2020).

Так, в тексте апелляционной жалобы ответчика приведена ссылка на наличие пункта 6 приложения к жалобе - протокола выемки, однако сам протокол не представлен, о чем был составлен акт отдела экспедиции канцелярии Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2020. 

Ответчик не исполнил определения апелляционного суда от 29.01.2021 и от 19.03.2021.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий несовершения ими необходимых процессуальных действий. 

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 21 ноября 2019 года было удовлетворенно заявление временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» ФИО3 об истребовании у бывшего генерального директора ООО «ГСТ» ФИО2 бухгалтерской и иной документации должника, было определено истребовать большой перечень документов общества, среди которых:

учетная политика общества  и документы, утвердившие ее; 

документы первичного бухгалтерского учета за период с 15.01.2016   понастоящее время;

копии свидетельств о регистрации права собственности общества сограниченной ответственностью «ГСТ» на объекты недвижимости;

отчеты во внебюджетные фонды и органы статистики за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом;

налоговую отчетность;

расшифровка расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»;

расшифровка авансов,выданныхпоставщикамиподрядчикам,обоснованность авансов;

расшифровка финансовых вложений;

оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учета, в томчисле по 01, 02, 04, 08, 10, 19, 20, 26, 41, 44, 50, 51, 58, 60, 62, 63, 66, 67, 68, 69, 70, 71,76,90, 91;

книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты;

и так далее. 

В суд апелляционной инстанции от конкурсного управляющего поступили пояснения о том, что на электронный адрес арбитражного управляющего ФИО3 (nakotali@mail.ru) от ответчика ФИО2   (zivo2007@mail.ru) поступили скан-копии следующих документов:

19.08.2019:

свидетельства о государственной регистрации в налоговой службе от 2007 г., акт приема-передачи, договор аренды земельного участка, решение об учреждении ООО «ГСТ», карта предприятия ООО «ГСТ», справка из ИФНС, выписка из ЕГРЮЛ, бухгалтерский отчет на 2016, 2017, 2018 гг., скан устава 4 файла, пояснительные письма об отсутствии работников 4 файла;

23.08.2019:

Расчет по страховым взносам 2016 года, сведения о среднесписочной численности работников, налоговая декларация по УСН за 2016, 2017 годы;

24.12.2019: выкопировка из техплана на объекты недвижимости (3 файла);

24.12.2019: фотографии объекта (3 файла);

24.12.2019:

копия технического плана на объект (8 файлов);

копии свидетельства   на права собственности (3 файла), сканы свидетельства на постановку на учет в налоговом органе (2 файла), фотографии объекта недвижимости (15 файлов);

13.02.2020:  бухгалтерская отчетность на 2019 год (процедура банкротства была уже введена), -  4 файла;

24.03.2020:  скан паспорта ФИО2,  2 файла.

17 февраля 2020 получено письмо  с вложением оттиска печати ООО «ГСТ».

Указанная информация подтверждена распечатками электронных файлов, представленных как заявителем апелляционной жалобы, так и конкурсным управляющим. 

 При проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Пунктом 1 статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрен перечень документов, которые обязано хранить общество по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества, в частности:

договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения;

протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества;

документ, подтверждающий государственную регистрацию общества;

документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества;

положения о филиалах и представительствах общества;

документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы    общих    собраний    участников    общества,    заседаний    совета   директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества; списки аффилированных лиц общества;

заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля;

иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

К указанным документам также относятся документы бухгалтерского учета, налоговая отчетность, документы о трудовой деятельности работников, отчетность по застрахованным лицам в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В соответствии со статьей 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете»  от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ (далее – Закон о бухгалтерском учете) первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Эффективность действий арбитражного управляющего по ведению конкурсного производства напрямую зависит от момента получения им от должника бухгалтерской и иной документации. 

С учетом указанных положений законодательства, очевидно, что конкурсному управляющему передана не вся документация, которая должна быть у общества. 

Как пояснил конкурсный управляющий, в  своих пояснениях о непредставлении документов ответчик сначала указывал, что произошла выемка документов, но протокол выемки представить нет возможности. После этого далее ответчиком сообщено, как видно в переписке, что на требования о предоставлении документов «ответить не может ввиду того что документы находятся на базе и они залиты дождем» (электронное   письмо от 13.02.2020, адресованное конкурсному управляющему).

Апелляционный суд исходит из того, что материалами дела подтверждается, что непредставление документов, характеризующих состав и местонахождение активов должника, данных бухгалтерской отчетности, привело к невозможности арбитражному управляющему выявить и оценить активы должника в целях предполагаемого их включения в конкурсную массу. Кроме того, у арбитражного управляющего отсутствует возможность оценить законность сделок и действий руководителя общества, в результате которых балансовая стоимость активов общества уменьшилась, нет возможности определить круг контрагентов должника, равно как и обоснованность требований, имеющихся у должника и предъявленных к должнику. Отсутствие документов, подтверждающих дебиторскую задолженность перед должником, делает невозможным проведение мероприятий по ее взысканию и привлечению денежных средств в конкурсную массу. 

Как правильно указал суд первой инстанции, в Законе о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть указанную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

ФИО2 не представил доказательства утраты необходимой конкурсному управляющему документации должника, принятия им всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязанности по организации ведения и хранения документов бухгалтерского учета и отчетности, обеспечению их своевременной передачи арбитражному управляющему. 

В отношении ссылки ответчика на протокол выемки апелляционный суд полагает необходимым отметить следующее. 

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22 июля 2019 г. N 306-ЭС19-2986 отражена правовая позиция о  том, что при изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Неполнота сведений, содержащихся в протоколе выемки, не подлежала истолкованию судами как свидетельство неисполнения бывшим руководителем упомянутой обязанности. Вопрос о том, в какой части обязанность по передаче документации не была исполнена ответчиком, не может быть разрешен без установления конкретного перечня изъятых документов.

Конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления (пункт 1 статьи 129 Закона о банкротстве), для решения задач, возложенных на него Законом о банкротстве, не лишен возможности обратиться в правоохранительные органы с ходатайством о выдаче копий изъятых документов, а при невозможности их самостоятельного получения - за содействием в получении документации к суду, рассматривающему дело о банкротстве, применительно к правилам части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса. Совершение управляющим такого рода действий позволяет исключить из перечня истребуемых им документов те, доступ к которым невозможен по обстоятельствам, не зависящим от бывшего руководителя.

Вместе с тем апелляционный суд предлагал представить протокол выемки ответчику, на что указано выше, однако предложения суда не исполнены. Не передан данный протокол и конкурсному управляющему. 

В этой связи отсутствуют основания полагать, что документы общества не могут быть переданы ввиду изъятия их правоохранительными органами. 

Пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что размер ответственности в соответствии с указанным пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

На дату принятия оспариваемого определения суда первой инстанции в соответствии с реестром требований кредиторов ООО «ГСТ» в ходе процедуры банкротства должника предъявлены и включены в реестр требований кредиторов на основании соответствующих определений Арбитражного суда Иркутской области требования кредиторов в общем размере 23 599 586 руб. 29 коп. , поэтому именно исходя из указанной величины  конкурсный управляющий ООО «ГСТ» определил размер субсидиарной ответственности в сумме 23 599 586 руб. 29 коп. 

 С учетом изложенного, арбитражный суд первой инстанции присудил ко  взысканию с ФИО2 в пользу ООО «ГСТ» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 23 599 586 руб. 29 коп.

После принятия оспариваемого определения от 06 октября 2020 года определением Арбитражного суда Иркутской области от  01  марта 2021 года из реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ГСТ» исключены требования Федеральной налоговой службы в размере 12 807 321 руб. 95 коп. – штраф, вследствие чего общая сумма реестровой задолженности составляет 10 792 264,23 рублей (в пределах требований конкурсного управляющего).

В качестве одного из оснований для пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам в пункте 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указана отмена судебного акта арбитражного суда или суда общей юрисдикции либо постановления другого органа, послуживших основанием для принятия судебного акта по данному делу.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 16.01.2020 (резолютивная часть определения от 15.01.2020) требование ФНС России признано обоснованным, включено в реестр в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ГСТ» в размере 22 831 601 руб. 85 коп. – штраф.

Вместе с тем определение Арбитражного суда Иркутской области от 16.01.2020 не отменено, но в данном случае определение суда об исключении требований ФНС России  из реестра требований кредиторов должника  фактически отменяют юридические последствия, установленные определением Арбитражного суда Иркутской области от 16.01.2020, на основании которых требования этих кредиторов были включены в реестр.

 Однако, судебный акт может быть пересмотрен по новым обстоятельствам в связи с отменой судебного акта арбитражного суда или суда общей юрисдикции либо постановления другого органа (пункт 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) только в том случае, если отмененные акты действительно послужили основанием для принятия судебного акта арбитражного суда по данному делу.

Исключение значительной части требований кредитора из реестра требований кредиторов должника уменьшило размер реестровой задолженности, учитываемый при расчете размера субсидиарной ответственности.

Вместе с тем данное обстоятельство не было известно суду первой инстанции при  принятии оспариваемого определения Арбитражного суда Иркутской области от 06 октября 2020 года.

С учетом изменения суммы неисполненных должником обязательств, следует принять во внимание, что пересмотр судебного акта в порядке, предусмотренном в главе 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к пункту 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обусловлен фактом последующего исключения требований кредитора в значительной части  из реестра требований кредиторов общества. 

Фактические и правовые последствия отмены судебных актов и постановлений иных органов, положенных в основу пересматриваемых судебных решений, и, как в рассматриваемом случае, исключение требований из реестра требований кредиторов должника судом, являются идентичными - уменьшение размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, который подлежит новому исследованию. По такому пути идет формирование судебной практики (аналогичные выводы приведены в постановлениях Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 20 февраля 2020 г. по делу N А79-3898/2014, Арбитражного суда Северо – Кавказского округа от 11 декабря 2020 г. по делу N А32-54256/2009 и т.д.). 

В рассматриваемом  случае единственным способом эффективного восстановления нарушенных прав контролирующих должника лиц является применение института пересмотра вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов применительно к пункту 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по новым обстоятельствам, то есть обстоятельствам, возникшим после принятия судебного акта, но имеющим существенное значение для правильного разрешения дела (глава 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Законодательство не содержит иного регулирования защиты прав привлеченных к субсидиарной ответственности лиц в подобных ситуациях, в том числе на стадии исполнения судебного акта о привлечении к такой ответственности.

Иной подход нарушает баланс прав должника и лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности по его обязательствам, влечет неправомерный отказ в защите нарушенных прав этих лиц и не соответствует принципу эффективности осуществления правосудия.

С учетом исключительных фактических обстоятельств настоящего дела,  апелляционный суд полагает возможным определение Арбитражного суда Иркутской области от 06 октября 2020 года по делу № А19-531/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, имея в виду наличие у лиц, участвующих в деле (в том числе и у ответчика, и у конкурсного управляющего) права на пересмотр судебного акта (определения Арбитражного суда Иркутской области от 06 октября 2020 года по делу № А19-531/2019)  в порядке, предусмотренном в главе 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к пункту 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями  судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 06 октября 2020 года по делу № А19-531/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяН.А. Корзова

СудьиО.П. Антонова

О.В. Монакова