АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-11471/2023

Дело № А57-23404/2022

г. Казань

29 января 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю., 

судей Гильмановой Э.Г., Савкиной М.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом  судебном заседании кассационную жалобу  ФИО1 

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 06.06.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 

по делу № А57-23404/2022 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «МДЦ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО2, ФИО1, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности, 

третье лицо: страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «МДЦ» (далее – ООО «МДЦ», истец)                    с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о привлечении лиц, контролировавших деятельность юридического лица общества с ограниченной ответственностью «Гарант Страхование» (далее – ООО «Гарант Страхование»)- ФИО2, ФИО1, ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскать солидарно с ФИО2, ФИО1, ФИО3 в пользу ООО «МДЦ» денежные средства согласно остатку задолженности вступившего 07.06.2019 в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-76962/19-141-675, которым были удовлетворены исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ООО «Гарант Страхование» о взыскании с ООО «Гарант Страхование» денежных средств в размере 1 557 824,98 руб., в том числе основной долг - 1 219 916,95 руб., неустойка (штрафы, пени) – 334 074,40 руб., компенсация уплаченной госпошлины - 3833,63 руб.; о взыскании солидарно с ФИО2, ФИО1, ФИО3 государственной пошлины в размере 28 578 руб.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 06.06.2023 суд решил:

«привлечь лиц, контролировавших деятельность юридического лица ООО «Гарант Страхование» - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО1,  ДД.ММ.ГГГГ г.р.  к субсидиарной ответственности.

Взыскать солидарно с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в пользу ООО «МДЦ» денежные средства в размере 1 557 824 руб. 98 коп.

Взыскать солидарно с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. в пользу ООО «МДЦ» расходы по оплате государственной пошлины в размере в 28 578 руб.

В удовлетворении требований к ФИО3 – отказать».

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 решение Арбитражного суда Саратовской области от 06.06.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить в части привлечения лиц контролировавших деятельность    юридического   лица    ООО   «ГАРАНТ   СТРАХОВАНИЕ» ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности, взыскания солидарно с ФИО2, ФИО1 в пользу ООО «МДЦ» денежные средства в размере 1 557 824,98 руб. и уплаченную государственную пошлину в размере в 28 578 руб. и принять по делу новое решение, которым отказать ООО «МДЦ»  в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО1 и ФИО3 в полном объеме по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной  жалобы  не согласен с выводами  арбитражных судов первой  и апелляционной  инстанций, оценкой  доказательств.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы,  проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и  апелляционной инстанций   норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Арбитражные суды первой и апелляционной инстанций  установили, что 06.05.2019 решением Арбитражного суда г. Москвы по делу                 № А40-76962/19-141-675 (решение вступило в законную силу 07.06.2019)  удовлетворены исковые требования СПАО «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>) к ООО «Гарант Страхование» (ИНН 

<

***>).

Суд обязал ООО «Гарант Страхование» вернуть СПАО «Ингосстрах» в филиал Саратовской области неиспользованные бланки строгой отчетности: 9 бланков полисов КАСКО и 55 бланков квитанций А7 (перечень отражен в решении суда).

Вышеуказанным решением суда с ООО «Гарант Страхование» (ИНН 

<

***>) в пользу СПАО «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>) взыскано 1 219 916 руб. 95 коп. задолженности, 334 074 руб. 40 коп. неустойки и 34 450руб. расходов по уплате госпошлины.

Взыскана с ООО «Гарант Страхование» (ИНН 

<

***>) в пользу СПАО «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>) неустойка, начисленная на сумму долга в размере 1 219 916 руб. 95 коп. в размере 0,1% начиная с 14.03.2019 по дату фактический оплаты долга.

Возвращена СПАО «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>) из федерального бюджета Российской Федерации  излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 90 руб., перечисленная по платежному поручению от 15.03.2019 № 243848.

31.05.2022 между СПАО «Ингосстрах» (цедент) и ООО «МДЦ» (цессионарий) заключен договор уступки прав требований (цессии) № 9138430/22. В соответствии с вышеуказанным договором СПАО «Ингосстрах» уступает, а ООО «МДЦ» принимает право (требования) с должника ООО «Гарант Страхование».

01.09.2022 определением Арбитражного суда г. Москвы проведена процессуальная замена СПАО «Ингосстрах» на ООО «МДЦ».

На основании решения Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-76962/19-141-675, СПАО «Ингосстрах»,  получен исполнительный лист серии ФС №032972200, который предъявлялся к исполнению в Балаковский РОСП Саратовской области, на основании  которого  возбуждалось исполнительное  производство от 22.08.2019 №154498/19/64004-ИП.

17.11.2020 в рамках исполнительного производства произведено частичное взыскание задолженности в размере 30 616,37 руб.

После 17.11.2020 исполнительный лист серии ФС №032972200 к исполнению не предъявлялся, передан от СПАО «Ингосстрах» ООО «МДЦ», срок предъявления к исполнению исполнительного документа не истек.

На момент заключения договора от 12.12.2016 № 5281865-553/19, директором являлся ФИО2, в период подачи СПАО «Ингосстрах» соответствующего искового заявления по которому было вынесено решение директором ООО «Гарант Страхование» являлся ФИО1, единственным учредителем ООО «Гарант Страхование» является ФИО3.

МИФНС №22 от 27.12.2021 в связи с непредставлением юридическим лицом в течение последних 12 месяцев документов отчетности в ЕГРЮЛ 29.04.2022 была внесена запись об исключении недействующего юридического лица (ООО «Гарант Страхование») из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального Закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

В связи с изложенными выше событиями, решение Арбитражного суда г. Москвы по делу № A40-76962/19-14I-675 от 06.05.2019 исполнено - не было. Денежные средства ООО «МДЦ» получены не были.

По мнению заявителя ФИО2, ФИО1, ФИО3 в 2018 году перестали исполнять обязательства по договору от 12.12.2016 № 5281865-553/19, занимались реализацией страховых полисов, однако денежные средства в пользу СПАО «Ингосстрах», не направляли, а использовали на свои нужды, не связанные с деятельностью ООО «Гарант Страхование». Соглашение о предоставлении рассрочки суммы задолженности от 08.11.2018 было направлено на затягивание сроков судебного взыскания, и продолжения реализации бланков строгой отчетности, так как по указанной выше рассрочке не поступило ни одного платежа. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с заявленными требованиями.

При рассмотрении настоящего спора  арбитражные суды  первой и апелляционной инстанций исходили  из следующих установленных по делу  обстоятельств и оценки доказательств.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3-4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53            «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1-3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

Вывод о неразумности поведения участников (учредителей) юридического лица может следовать, в частности, из возникновения ситуации, при которой лицо продолжает принимать на себя обязательства, несмотря на утрату возможности осуществлять их исполнение (недостаточность имущества), о чем контролирующему лицу было или должно быть стать известным при проявлении должной осмотрительности.

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Арбитражными судами установлено, что  12.12.2016 между ООО «Гарант Страхование» и СПАО «Ингосстрах» был заключен договор № 5281865-553/16 об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования.

В рамках вышеуказанного договора ООО «Гарант Страхование» по поручению, от имени и за счет СПАО «Ингосстрах» заключало с третьими лицами договора страхования.

В рамках договора от 12.12.2016 № 5281865-553/16, в соответствии с пунктом 2.1.9 полученная страховая премия по договору страхования не позднее 5 (пяти) календарных дней после окончания отчетного периода, в котором была получена страховая премия должна была перечисляться ООО «Гарант Страхование» (далее - Агент) в пользу СПАО «Ингосстрах», однако полученные денежные средства не перечислялись.

В соответствии с пунктом 2.1.3 договора Агент должен надлежащим образом оформлять договоры страхования и квитанции на получение страховой премии (взносов). Квитанции формы А-7 подлежат оформлению Агентом только в случае оплаты страхователем физическим лицом, страховой премии (взноса) наличными.

В соответствии с пунктом 2.1.10 договора прием наличных денежных средств от представителей страхователей юридических лиц и выдача квитанции формы А-7 не допускается.

При этом ООО «Гарант Страхование» от имени СПАО «Ингосстрах» выставляло третьим лицам счета на оплату страховых премий и денежные средства третьих лиц (получателей страхового продукта) от реализации полисов страхования минуя расчетный счет Агента поступали на расчетный счет СПАО «Ингосстрах».

Контроля за поступлением данных денежных средств на расчетный счет СПАО «Ингосстрах» Агент не имел.

Истец указывает, что в период руководства с 22.11.2016 по 05.06.2018, ФИО2, согласно расчету задолженности по страховым полисам СПАО Ингосстрах, было реализовано полисов на сумму в размере 728 639,68 руб., однако данные денежные средства на расчетный счет организации ФИО2 не вносились. 

В период руководства ФИО1 с 21.06.2018 по 20.05.2019, согласно расчету задолженности по страховым полисам СПАО Ингосстрах, было реализовано полисов на сумму в размере 488 277,27 руб., однако данные денежные средства на расчетный счет организации ФИО1 не вносились. 

Кроме того, меры к взысканию денежных средств с ФИО2 в размере 728 639,68 руб., ФИО1 не предпринимались.

08.11.2018 между ООО «Гарант Страхование» и СПАО «Ингосстрах» было заключено соглашение о предоставлении рассрочки суммы задолженности, однако платеж ООО «Гарант Страхование» не исполнил, реализация страховых полисов в свою очередь продолжилась, денежные средства от реализации страховых полисов не направлялась в адрес СПАО «Ингосстрах».

По состоянию на 08.11.2018 размер задолженности составлял 1 072 790,52 руб.

Директор ООО «Гарант Страхование» ФИО1, заключая указанное соглашение о предоставлении рассрочки суммы задолженности, тем самым подтвердил факт реализация страховых полисов и не перечисление денежных средств в пользу СПАО «Ингосстрах» и гарантировал погашение образовавшейся задолженности в конкретные сроки.

Вместе с тем, обязательства по рассрочке не исполнялись, ни одного платежа произведено не было. Более того, поскольку у ответчиков имеются ранее выданные бланки строгой отчетности (БСО), размер задолженности продолжает увеличиваться.

Указанные действия, по мнению истца, свидетельствуют о недобросовестном исполнении обязанности руководителя как ФИО2, так и ФИО1.

По состоянию на 13.03.2019 просроченная основная задолженность по вышеуказанному договору составила 1 219 916,95 руб.

Поскольку обязанности по договору № 5281865-553/16 об оказании агентских услуг по заключению договоров страхования ООО «Гарант Страхование» не исполняло, СПАО «Ингосстрах» обратилось с иском в Арбитражный суд г. Москвы, решением которого требования истца были удовлетворены в полном объеме.

Факты реализации и не перечисления денежных средств в пользу СПАО «Ингосстрах», а также признания ООО «Гарант Страхование» задолженности, подтверждены в рамках дела № А40-76962/19-141-675, и отражены в решении суда по указанному делу.

С ведома руководителей ООО «Гарант Страхование» осуществлялась продажа страховых продуктов от имени СПАО «Ингосстрах» и оказывались иные услуги, за которые ООО «Гарант Страхование» напрямую от клиентов получало денежные средства за страховые продукты/полисы, но в нарушение условий договора денежные средства не перечислялись на реквизиты СПАО «Ингосстрах».

ФИО2 и ФИО1 в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не дали полных пояснений относительно того, на какие цели направлялись денежные средства, полученные от реализации страховых продуктов/полисов.

Также не представили достоверных и относимых доказательств не получения указанных денежных средств  от  клиентов,  перечисление  их  СПАО «Ингосстрах».

Таким  образом, оценив  поведение ФИО2 и ФИО1  при исполнении им  договорных обязательств, установив обстоятельства по делу, принимая во внимание правовую позицию  Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 07.02.2023 № 6-П, суды первой и  апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии в действиях ФИО2 и ФИО1 признаков недобросовестности.

Судами при рассмотрении данного спора установлены обстоятельства, которые свидетельствуют об использовании ФИО2 и ФИО1 денежных средств, полученных в результате деятельности организации, банковских счетов основного должника для удовлетворения личных/иных нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами.

Доказательств обратного ФИО2 и ФИО1 в материалы дела не представлено.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Так, суды установили, что  из выписки по единственному расчетному счету ООО «Гарант Страхование» следует, что денежные средства на расчетный счет в рамках спорного договора не поступали, при том, что страховые полисы были реализованы.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что руководством ООО «Гарант Страхования» денежные средства были получены в наличной форме, но в кассу организации и на расчетный счет указанные денежные средства не вносились.

Приведенная заявителем жалобы ссылка на движение денежных средств по счету не опровергает выводы судов и не подтверждает факт внесения денежных средств от реализации полисов на счет общества.

Согласно пункту 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации  от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО4», при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведения о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его не вовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона  «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений                  (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Судом первой инстанции неоднократно предлагалось ответчикам предоставить пояснения в подтверждение правомерности действий контролировавших общество лиц, а так же пояснения относительно причин исключения общества, однако указанные сведения ответчиками не были предоставлены.

При этом бремя доказывания отсутствия вины по общим нормам о применении деликтной ответственности лежит на ответчиках.

Довод заявителя о том, что суд первой инстанции необоснованно привлек ФИО1 и ФИО2 к солидарной субсидиарной ответственности, поскольку в период руководства ФИО2 имелась задолженность в сумме 1 072 790,52 руб., а в период руководства ФИО1 сумма задолженности увеличилась на 147 126,43 руб., судом  апелляционной  инстанции оценен  и не принят.

 Из материалов дела следует, что после перехода руководства от ФИО2 к ФИО1 организация юридический адрес не изменяла и была зарегистрирована по адресу регистрации ФИО2

Сфера деятельности организации также не изменилась, реализация страховых полисов с присваиванием денежных средств также продолжалась.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что смена руководства организации была сделана формально, а конечным бенефициаром организации остался ФИО2, что так же подтверждается отсутствием каких-либо действий со стороны ФИО1 к взысканию присвоенных ФИО2 денежных средств.

При  этом суды  первой и апелляционной инстанций не установили  оснований  для  привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3

При рассмотрении настоящего спора  арбитражные суды первой и  апелляционной  инстанций  установили  все  существенные обстоятельства для данной   категории споров, оценили представленные в  материалы дела  доказательства  и доводы  участников  спора  в  их совокупности.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 06.06.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по делу № А57-23404/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                   Н.Ю. Мельникова

 

Судьи                                                                          Э.Г. Гильманова

 

                                                                                     М.А. Савкина