494/2023-161532(1) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15954/2023

г. Челябинск

19 декабря 2023 года

Дело № А47-6479/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 19 декабря 2023 года  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Курносовой Т.В., судей Калиной И.В., Ковалевой М.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Алекса С.О.,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной  ответственностью «Рыжая Молния» (ОГРН 

<

***>, далее – общество  «Рыжая молния») – ФИО1 на определение  Арбитражного суда Оренбургской области от 21.10.2023 по делу № А476479/2020 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.  

 В судебном заседании посредством использования систем  видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской  области приняли участие:  

 конкурсный управляющий ФИО1 (паспорт);  

представитель ФИО2 – ФИО3  (паспорт, доверенность от 30.04.2022 сроком на три года);  

представитель общества с ограниченной ответственностью «Инженерные  технологии» (ОГРН 

<

***>, далее – общество «Инженерные  технологии») – ФИО4 (паспорт, доверенность от 15.11.2023),  

Установил:

общество «Инженерные технологии» 25.05.2020 обратилось в суд с  заявлением о признании общества «Рыжая молния» несостоятельным  (банкротом).  

Определением суда от 15.06.2020 заявление принято, возбуждено дело о  банкротстве должника.  

Определением суда от 10.11.2020 (резолютивная часть объявлена  03.11.2020) в отношении общества «Рыжая молния» введено наблюдение,  временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО1,  

являющийся членом Саморегулируемой организации Ассоциации арбитражных  управляющих «Синергия».  

Решением суда от 12.03.2021 (резолютивная часть объявлена 04.03.2021)  общество «Рыжая молния» признано несостоятельным (банкротом), в  отношении должника введена процедура конкурсного производства,  конкурсным управляющим имуществом должника утвержден арбитражный  управляющий ФИО1  

Конкурсный управляющий 16.03.2023 обратился в арбитражный суд с  заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по  денежным обязательствам общества «Рыжая Молния» и взыскании с ответчика  в пользу должника денежных средств в размере 5 305 425 руб. 21 коп.  

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 21.10.2023  по данному делу в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции,  конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой  просит определение отменить и принять по обособленному спору новый  судебный акт об удовлетворении требований о привлечении ответчика к  субсидиарной ответственности.  

По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции безосновательно  признал доказанным факт надлежащего исполнения обществом «Рыжая  молния» обязательств перед мажоритарным кредитором – обществом  «Инженерные технологии» вопреки вступившему в законную силу решению  суда от 23.12.2019 по делу № А47-8801/2019, не отмененному по результатам  пересмотра в установленном законом порядке.  

Как считает конкурсный управляющий, поскольку в конкурсную массу не  поступали мебель и комплектующие, предназначенные для общества  «Инженерные технологии», и денежные средства, поступившие от кредитора,  направлены обществом «Рыжая молния» на исполнение иных заказов, а также  частично на нужды, не связанные с деятельностью должника, факт чего не  оспорен, основания для привлечения ФИО2 как контролирующего  общество лица, являются доказанными.  

При этом апеллянт отмечает, что установленный в ином споре по  настоящему делу факт затрат ответчиком личных денежных средств на  текущую деятельность общества «Рыжая молния» на сумму, свыше вменяемой  как израсходованной на нужды, не связанные с такой деятельностью, от  названной ответственности не может освобождать.  

Заявитель жалобы указывает на то, что расходование денежных средств  на личные цели руководителя имело место в 2017-2018 гг., тогда как переплата  в пользу должника возникла в 2019 году.  

Управляющий при этом также ссылается на то, что документов по зачету  соответствующих сумм ему не передавалось, суд в обжалуемом определении  неправомерно произвел их сальдирование, а также на то, что требования  ФИО2 к должнику о возврате потраченных на нужды последнего  личных денежных средств с учетом статуса ответчика, не являющейся рядовым  

работником общества, подлежали бы удовлетворению в очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 16.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное  заседание по ее рассмотрению назначено на 18.12.2023.  

К назначенной дате от ФИО2 поступил отзыв на апелляционную  жалобу конкурсного управляющего, в котором ответчик просит в  удовлетворении данной жалобы отказать.  

От общества «Инженерный центр» также поступил отзыв на  апелляционную жалобу.  

В судебном заседании поступивший от ФИО2 отзыв приобщен  судом к материалам дела на основании норм статьи 262 АПК РФ.  

В приобщении отзыва, представленного кредитором, отказано судом  ввиду не исполнения обязанности по заблаговременному направлению копий  данного процессуального документа иным лицам, участвующим в  обособленном споре.  

Конкурсный управляющий изложил доводы апелляционной жалобы,  просил ее требования удовлетворить.  

Представитель общества «Инженерный центр» позицию апеллянта  поддержал.  

Представитель ФИО2, возражая по доводам конкурсного  управляющего, просил оставить обжалуемое определение суда первой  инстанции без изменения.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке  статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  общество «Рыжая молния» создано 30.10.2014, согласно сведениям ЕГРЮЛ  основной вид деятельности общества - производство мебели для офисов и  предприятий торговли.  

ФИО2 являлась единственным участником общества «Рыжая  молния» и его директором.  

Из материалов дела следует, что дело о несостоятельности (банкротстве)  должника возбуждено 15.06.2020 по заявлению общества «Инженерные  технологии», требования которого основывались на решении Арбитражного  суда Оренбургской области от 23.12.2019 по делу № А47-8801/2019,  вступившем в законную силу.  

Из данного судебного акта следует, что обществом «Инженерные  технологии» (покупатель) заключены договоры купли - продажи мебели с  обществами с ограниченной ответственностью «Диалидер», «Империя»,  «Ирбис-Т», «Орентехсервис» (продавцы), во исполнение условий которых  общество «Инженерные технологии» платежными поручениями произвел в  пользу указанных обществ перечисления денежных средств.  

Затем подписаны трехсторонние соглашения от 08.10.2018, в результате  которых обязательства названных обществ перед обществом «Инженерные  

технологии» по договорам купли-продажи мебели переданы обществу «Рыжая  молния».  

Указанным решением суда в связи с установленным фактом  неисполнения обязанности по поставке товара обществом «Рыжая молния» с  него в пользу общества «Инженерные Технологии» взысканы 5 173 236 руб. 59  коп. основного долга, а также 48 866 руб. в возмещение судебных расходов по  уплате государственной пошлины.  

 Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  11.08.2020 (резолютивная часть объявлена 07.08.2020) решение Арбитражного  суда Оренбургской области от 23.12.2019 по делу № А47- 8801/2019 оставлено  без изменения.  

Ссылаясь на то, что обязательства перед кредитором общества «Рыжая  молния» не исполнены по вине ФИО2, которая также с расчетного  счета общества «Рыжая Молния» производила расходование денежных средств  в период с 01.01.2017 по 30.12.2019 на личные нужды, не связанные с  деятельностью общества, общая сумма которых составила 382 118,18 руб.,  конкурсный управляющий обратился в суд с требованиями о привлечении  ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, в их  удовлетворении отказал, исходя из недоказанности конкурсным управляющим  того, что какие-либо виновные действия бывшего руководителя общества  «Рыжая Молния» привели к образованию убытков для должника и нарушению  прав его кредиторов.  

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав и оценив  представленные в материалы дела доказательства и рассмотрев доводы  апелляционной жалобы должника, не установил наличия оснований для отмены  или изменения определения суда первой инстанции ввиду следующего.  

В силу общих норм гражданского законодательства юридические лица,  кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им  имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная  ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица  или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического  лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам  юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического  лица вызвана действиями этих лиц (пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса  Российской Федерации, далее - ГК РФ).  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о  банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы несостоятельности (банкротства).  

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности  руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения  

ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены  нормами статьи 10 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если  должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)  бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае  недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по  его обязательствам.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» введена в действие  глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и  иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве  утратили свое действие.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и  (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет  субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Исходя из общих принципов действия норм гражданского и  процессуального законодательства во времени, закрепленных в статье 4 ГК РФ  и в части 4 статьи 3 АПК РФ, применение той или иной редакции Закона о  банкротстве, статьи 10 или статьи 61.11 данного Закона зависит от того, когда  имели место вменяемые обстоятельства, являющиеся основанием для  привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной  ответственности, независимо от того, когда было подано заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности. При этом нормы  процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на  дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.  

В данном случае с учетом периода совершения вменяемых ответчику  действий, включая расходование денежных средств должника в период,  начиная с 01.01.2017, к рассмотрению заявленных требований применению  подлежат, как нормы статьи 10 Закона о банкротстве в прежней редакции, так и  положения статьи 61.11 данного Закона в действующей редакции.  

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим  спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19- 10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для  привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника  несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу  мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время  статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности  полного погашения требований кредитора вследствие действий  контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к  толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего  законодательства является общим.  

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности является исключительным механизмом восстановления  нарушенных прав кредиторов, и при его применении необходимо учитывать  как сущность конструкции юридического лица, предполагающей  имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его  самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников  корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в  состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при  принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», далее – постановление Пленума ВС РФ   № 53).  

 Согласно пункту 22 совместного Постановления Пленумов Верховного  Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с  применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при  разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников)  юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника  его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для  этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность  определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен  учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной  ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство)  юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума   № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия  (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то  есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд  оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего  лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи  между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим  объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных  операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности  которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой  организации, создание и поддержание такой системы управления должником,  которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во  вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического  лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу,  

не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя  инициированная контролирующим лицом сделка, которая привела к  критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового  положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит  исследовать совокупность сделок (иных операций), совершенных под влиянием  контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной  ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.  

 По смыслу названных положений закона и разъяснений высшей  инстанции необходимым условием возложения субсидиарной ответственности  на руководителя и (или) участника хозяйственного общества является наличие  причинно-следственной связи между использованием ими своих прав и (или)  возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и  совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной  организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).  

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума ВС РФ № 53, по  общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах  которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя  доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее  должника лицо (статья 65 АПК РФ).  

В пункте 20 постановления Пленума ВС РФ № 53 также разъяснено, что  при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие  положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо  специальные правила о субсидиарной ответственности, суд в каждом  конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное  воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как  сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение  должника, какие тенденции приобрели экономические показатели,  характеризующие должника, после этого воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими  контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной  банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности  (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по  общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего  пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами,  указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен  был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны  компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по  правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Возможность взыскания убытков при банкротстве предусмотрена  статьей 61.20 Закона о банкротстве.  

В состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. В  частности, под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор  произвел (должен будет произвести) для восстановления нарушенного права, а  также утрата или повреждение его имущества.  

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств,  обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также  иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела,  исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК  РФ).  

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд  оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности.  

В рассматриваемом случае судом установлено следующее. 

Конкретных неправомерных действий или бездействия со стороны  ФИО2, находящихся в прямой причинно-следственной связи с  невозможностью погашения задолженности перед обществом «Инженерные  технологии», наличие которой послужило основанием для возбуждения  производства по настоящему делу, конкурсным управляющим не приведено.  

Напротив, управляющий поясняет, что по итогам анализа деятельности  общества «Рыжая молния» им установлено, что денежные средства,  поступившие от кредитора, расходовались в текущей деятельности должника,  но на исполнение обязательств перед иными контрагентами, что при этом  действующим законодательством применительно к отношениям должника с  указанным кредитором не запрещено аналогично, например, с предоставлением  целевого займа.  

В рамках настоящего дела о банкротстве в ином споре рассматривались  требования конкурсного управляющего должника о признании  недействительными сделками перечислений обществом «Рыжая молния»  ФИО2 в период с 01.01.2017 по 22.06.2020 денежных средств в общей  сумме 2 475 451 руб. 40 коп.  

По итогам рассмотрения соответствующего обособленного спора  вступившим в законную силу определением суда от 05.08.2022 в  удовлетворении заявления управляющего отказано ввиду признания  доказанным факта последующего расходования ФИО2 перечисленных  ей денежных средств на цели, связанные с осуществлением деятельности  общества «Рыжая молния», в частности на приобретение комплектующих для  мебели, материалов, техники.  

В ходе рассмотрения названного спора ответчиком в подтверждение  указанного факта правомерного использования денежных средств должника  представлены копии чеков, товарных чеков, расходных накладных, квитанций -  договоров, квитанций к ПКО, накладных на продажу, актов выполненных  работ, счетов на оплату, договоров купли - продажи, договора на изготовление,  договора поставки и оказания услуг, договоров розничной купли - продажи  товаров.  

Если в одном из обособленных споров, рассмотренных в рамках одного  дела о банкротстве, судебным актом установлены определенные  обстоятельства, то это хотя и не образует преюдиции для других обособленных  споров по смыслу статьи 69 АПК РФ, но выводы суда в отношении  

установленных обстоятельств должны учитываться при рассмотрении других  обособленных споров в том же деле о банкротстве (определения Верховного  Суда Российской Федерации от 16.06.2017 № 305-ЭС15-16930(6), от 22.05.2017   № 305-ЭС16-20779(1,3), от 05.09.2019 № 305-ЭС18-17113(4)).  

Конкурсным управляющим ФИО2 в рамках настоящего спора  вменяется факт произведенных со счета должника в пользу третьих лиц оплат  на общую сумму 382 118 руб. 18 коп. как трат, не связанных с деятельностью  общества «Рыжая молния».  

При этом, судом установлена правомерность приобретения за счет  средств общества путевки в санаторий на сумму 28 000 руб.; по ряду иных  расходных операций (на приобретение аккумулятора, электро-самоката,  запчастей) со стороны ответчика представлены конкретизированные пояснения  о целях приобретения соответствующих товаров для нужд текущей  деятельности должника, что конкурсным управляющим, со своей стороны не  опровергнуто; а остальная часть суммы, вменяемой в качестве неправомерно  израсходованной, полностью перекрывается размером расходов, понесенных  ответчиком за счет личных денежных средств на нужды должника  (331 039,62 руб.), факт чего установлен ранее при рассмотрении названного  обособленного спора о признании сделок недействительными.  

Таким образом, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том,  что заявителем требований не доказано наличие оснований для привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  «Рыжая молния», равно как и оснований для взыскания с ответчиков убытков в  той или иной сумме.  

Оценивая доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд  апелляционной инстанции считает, что в них отсутствуют ссылки на  обстоятельства, которые не были предметом рассмотрения суда первой  инстанции и могли бы опровергнуть законность и обоснованность принятого  судебного акта.  

Иное толкование заявителем положений действующего законодательства,  а также иная оценка имеющейся доказательственной базы и установленных на  ее основании фактических обстоятельств не свидетельствуют о неправильном  применении судом первой инстанции норм материального права и допущенной  судебной ошибке.  

Вопреки доводам конкурсного управляющего, суд не производил  неправомерного сальдирования требований должника и ответчика друг к другу,  а лишь исходил из того, что фактически с учетом соотнесения размера затрат,  понесенных на нужды должника за счет личных средств его руководителя, и  произведенных последней со счета должника в своих целях расходных  операций, убытков у организации по вине ответчика не возникло.  

Ссылка на то, что требования ФИО2 о возврате денежных  средств, предоставленных должнику, подлежали бы понижению в очередности  удовлетворения, не может быть принята во внимание, поскольку, во-первых,  займы, предоставленные обществу его аффилированным лицом, понижаются не  в любом случае в силу соответствующего факта, а лишь в определенных  

случаях, примеры которых обобщены и сформулированы в Обзоре судебной  практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах  банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним  лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020; а, во-вторых, указанное обстоятельство, в любом случае не  подтверждает обоснованность заявленного требования о возмещении убытков,  которые могут возникнуть у организации только при выбытии ее активов без  эквивалентного встречного возмещения как такового.  

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого судебного  акта по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся  основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК  РФ, не допущено.  

Поскольку статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на  обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении между  сторонами судебных расходов не рассматривается.  

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный  суд  

постановил:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21.10.2023 по  делу № А47-6479/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу  конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной  ответственностью «Рыжая Молния» - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца  со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья Т.В. Курносова  

Судьи: И.В. Калина 

 М.В. Ковалева