СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-16447/2021(1)-АК

Дело №А60-38912/2020

26 января 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2022 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено 26 января 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Мухаметдиновой Г.Н.,

судей Герасименко Т.С., Чепурченко О.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» 

при участии:

от лица, в отношении которого совершена оспариваемая сделка, Тамакуловой П.С.: ФИО2, доверенность от 30.09.2021, удостоверение адвоката; Галина Е.О., доверенность от 30.09.2021, удостоверение адвоката; 

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от заявителя жалобы - исполняющей обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралтехнохим» ФИО3: Холод Г.В., доверенность от 10.01.2022, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционные жалобы исполняющей обязанностей конкурсного управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 01 ноября 2021 года 

об отказе в удовлетворении заявления исполняющей обязанностей конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительным соглашения об оказании юридической помощи от 19.09.2017, заключенного между ООО «УралТехноХим» и адвокатом адвокатской конторы №22 «Магнат» Свердловской областной коллегии адвокатов Тамакуловой Полиной Сергеевной, а также недействительной сделку в виде перечисления адвокату адвокатской конторы №22 «Магнат» Свердловской областной коллегии адвокатов Тамакуловой Полине Сергеевне денежных средств в размере 1 400 000 руб.,

вынесенное в рамках дела №А60-38912/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «Уралтехнохим» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), 

заинтересованные лица: адвокаты Тамакулова П.С. и Щур М.М., 

третье лицо: Свердловская областная коллегия адвокатов, 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2020  принято к производству заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «НПО Инновационные газовые технологии» (далее -  ООО «НПО Инновационные газовые технологии») ФИО4 о признании общества с ограниченной ответственностью «Уралтехнохим» (далее – ООО «Уралтехнохим», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2020  заявление конкурсного управляющего ООО «НПО Инновационные газовые технологии» ФИО4 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3, член Союза «МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 26.09.2020 №176(6897).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2021  ООО «Уралтехнохим» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО5

В рамках названной процедуры банкротства исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника ФИО5 (далее – и.о. конкурсный управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом принятого в дальнейшем в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения требований, просил признать недействительным соглашение об оказании юридической помощи от 19.09.2017, заключенное между должником и адвокатом адвокатской конторы №22 «Магнат» Свердловской областной коллегии адвокатов Тамакуловой Полиной Сергеевной (далее – Тамакулова П.С., ответчик), а также сделок по перечислению должником в период с 08.02.2018 по 18.03.2019 в пользу указанного лица денежных средств в общей сумме 1 400 000 руб. и о применении последствий признания данных сделок недействительными. В качестве правовых оснований заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в рассмотрении заявления и.о. конкурсного управляющего в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Свердловская областная коллегия адвокатов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.11.2021 в удовлетворении заявленных требований полностью отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением, и.о. конкурсного управляющего ФИО5 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В обосновании апелляционной жалобы ее заявитель приводит доводы об отсутствии в материалах дела относимых, допустимых и достоверных доказательств, что представленные в материалы дела договоры проверялись ответчиком; ответчик готовил письменные консультации по заданию должника; должник направлял ответчику поручения на оказание юридической помощи, а ответчик направлял должнику результаты оказанной юридической помощи. Полагает, что представленные Тамакуловой П.С. в материалы дела копии актов оказанных услуг, копии отчетов об оказанных услугах, копии договоров должника с его контрагентами, копии письменных консультаций не могут быть признаны надлежащими и достаточными доказательствами, подтверждающими вышеперечисленные обстоятельства. Отмечает, что ответчиком в доказательство проверки договоров представлены только копии самих договоров, однако договор как доказательство может подтверждать факт обязательства, но не факт проверки самого договора, при этом, каких-либо относимых и достоверных доказательств того, что ответчик описывал юридическую оценку представленных должником документов, сообщал результаты аналитической работы должнику, получал задания от должника в материалы дела представлено не было (электронные письма, переписка в месседжерах и др.), Тамакуловой П.С. представлены только копии уже подписанных договоров, ввиду чего данные договоры не проверялись до их заключения. Представленные договоры с обществом с ограниченной ответственностью «Эвакем» от 10.11.2017, с обществом с ограниченной ответственностью «Интерком» от 10.11.2017, с обществом с ограниченной ответственностью «Сибайский Завод Буровых Реагентов» от 16.11.2017, с обществом с ограниченной ответственностью «Самострой» от 11.01.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «УК «Казань инвест» от 15.02.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «Дельта» от 19.02.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «Специи» от 06.04.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «ТНСК-Сервис», с обществом с ограниченной ответственностью «Глобал Сервис» от 18.04.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «ИРЕНЬ» от 13.04.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «ЛидерСнаб» от 23.05.2018, с обществом с ограниченной ответственностью ТД «Аурум» от 29.05.2018, с ООО «ПК «Химион» от 20.06.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «Камская фабрика моющих средств» от 05.07.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «Химические товары и технологии» от 18.07.2018, с обществом с ограниченной ответственностью «ЭкоХимРеагент-96» являются типовыми, а спецификации к ним не содержат положений для проверки; из содержания указанных документов следует, что их формы были разработаны самим должником и применялись в случае реализации продукции; условия указанных документов были определены единожды и не изменялись, контрагенты должника не предлагали к ним изменений. Указывает на то, что представленные в материалы дела договоры на перевозку груза с обществом с ограниченной ответственностью «АСГ-Бизнес» также являются типовыми, должник никогда не предлагал к ним изменений; у должника отсутствовала необходимость в проверке тех договоров, которые были составлены им самим, а также тех, которые на протяжении длительного периода заключались на одних и тех же условиях (договоры с обществом с ограниченной ответственностью «АСГ-Бизнес» заключались на одних и тех же условиях с февраля по апрель 2018 года), ввиду чего перечисленные выше договоры и спецификации к ним ответчиком не проверялись; договор с Shijiazhuang jackchem со., ltd ответчик не мог проверить без обращения к услугам переводчика, однако перевод текста договора ответчиком не представлен, ввиду чего полагает, что указанный договор ответчиком не проверялся.В отношении документов, представленных в подтверждение проверки договора открытия расчетного счета в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк России») от 13.10.2017 отмечает, что в данном случае вместо договора представлено заявление о присоединении к условиям открытия и ведения расчетного счета, в котором отсутствуют какие-либо положения, нуждающиеся в юридической оценке; заявление представляет собой бланк, в который необходимо вписать реквизиты организации выбрать необходимые опции обслуживания и открытия счета, таким образом, у ответчика отсутствовал сам документ, необходимый для проверки, ввиду чего проверить договор с ПАО «Сбербанк России» ответчик не мог. Представленный в материалы дела трудовой договор от 02.10.2017, относительно которого, как указывает ответчик, им проведена аналитическая работа, предложены изменения, а также даны рекомендации по изменению локально-правовых актов, хранению трудовых книжек также не может быть принят во внимание в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего факт оказания ответчиком услуг по его проверке, поскольку из указанного договора не следует, что он имеет отношение к должнику (так, у договора отсутствует номер, замазаны реквизиты работника). Помимо этого, заявитель жалобы подвергает сомнению факт оказания должнику юридической помощи в виде письменного консультирования, подготовки справочных материалов, отмечая, что, фактически представленные копии консультаций представляют собой односторонние поверхностные заключения относительно общеизвестных, общедоступных фактов, не подтверждающие оказание юридической помощи должнику по его поручению. Полагает, что данные документы фактически направлены на искусственное создание видимости оказания юридической помощи и на основании поручений должника не готовились. Отмечает, что отсутствие реального характера правоотношений между должником и ответчиком также подтверждается разницей в актах и отчетах, в частности, согласно актам ответчик представлял интересы должника в государственных органах, а согласно отчетам – нет; должник не производил оплату по соглашению от 19.09.2017 за период с 01.10.2017 по 31.12.2017, а ответчик не требовал оплаты, однако между сторонами за указанный период подписаны отчет и акт оказанных услуг, что свидетельствует о том, что ответчик и должник не были заинтересованы в оказании юридической помощи по соглашению. С учетом изложенного, полагает, что при наличии в представленных Тамакуловой П.С. в материалы дела вышеперечисленных противоречий, в отсутствие доказательств направления/получения ответчиком поручений и результатов услуг должником, оказания юридической помощи в рамках соглашения от 19.09.2017 фактически не было, а исходя из указанных обстоятельств дела сделать вывод о том, что действия ответчика и должника были направлены на передачу и приемку результатов услуг, оказанных по заданию Должника, невозможно. Кроме того, считает доказанной совокупность условий для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям статей 10, 168 ГК РФ, отмечая, что недобросовестность и неразумность действий ФИО6 и ФИО7, выступавших в качестве единоличного исполнительного органа должника выражается в том, что указанные лица отчуждали имущество ООО «Уралтехнохим» (денежные средства) в пользу ответчика, осознавая отсутствие необходимости в совершении ответчиком оплачиваемых действий, что повлекло уменьшение имущественной массы должника без получения взамен встречного представления; недобросовестность действий ответчика заключается в получении денежных средств от должника без оказания юридической помощи, совершении взамен нее действий по созданию видимости оказания юридической помощи исключительно с целью получить вознаграждения по договору, вопреки законным интересам должника.

До начала судебного заседания от Тамакуловой П.С., третьего лица Свердловская областная коллегия адвокатов в лице Адвокатской конторы №22 «Магнат» поступили письменные отзывы, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель и.о. конкурсного управляющего ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене обжалуемого определения суда настаивал.

Представитель Тамакуловой П.С. против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили. В соответствии со статьями 156, 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 19.09.2017 между должником (Доверитель) и Адвокатом адвокатской конторы №22 «МАГНАТ» Свердловской области коллегии адвокатов в лице Тамакуловой П.С. (Поверенный) было заключено соглашение, по условиям которого Доверитель поручает, а Поверенный берет на себя обязательства по оказанию комплексного правового обслуживания Поверенного в виде консультаций и справок по правовым вопросам, как в устной, так и в письменной форме, составление заявлений, жалоб, ходатайств, претензий, исковых заявлений, отзывов и других документов правового характера, участия в качестве представителя доверителя в гражданском, арбитражном, административном, уголовном судопроизводстве, представление интересов Доверителя в органах  государственной власти, органах местного самоуправления, общественных объединениях и иных организациях; осуществления иных действий правового характера в интересах Доверителя. 

В пункте 3 указанного соглашения установлено, что размер вознаграждения Поверенного составляет 100 000 руб. ежемесячно. Оплата производится не позднее 20 числа каждого месяца.  

В ходе анализа движения денежных средств по расчетным счетам ООО «Уралтехнохим» и.о. конкурсного управляющего ФИО5 было установлено, что в период с 08.02.2018 по 18.03.2019 на основании платежных поручений от 08.02.2018 №27, от 29.03.2018 №102, от 18.04.2018 №148, от 18.10.2018 №399, от 13.11.2018 №420, от 06.12.2018 №459, от 29.12.2018 №476, от 01.02.2019 №28, от 18.03.2019 №120 должником в пользу Тамакулова П.С. были перечислены денежные средства на общую сумму 1 400 000 руб. в счет исполнения обязательств по соглашению от 19.09.2017.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2020   на основании заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «НПО Инновационные газовые технологии» ФИО4 в отношении ООО «Уралтехнохим» возбуждено настоящее дело о несостоятельности (банкротстве). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.09.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением Арбитражного суда Пермского края от 19.08.2019 ООО «Уралтехнохим» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО5

Полагая, что вышеперечисленные соглашения и платежи совершены в отсутствие встречного предоставления, ссылаясь на наличие в данном случае признаков злоупотребления правами и цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, и.о. конкурсного управляющего ФИО5 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании указанных сделок недействительными (ничтожными) на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 ГК РФ.

Рассмотрев настоящий спор, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований и.о. конкурсного управляющего, в связи с недоказанностью наличия совокупности всех условий для признания оспариваемых сделок недействительными по указанным им основаниям. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании пункта 3 статьи 129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу пункта 1 статьи 61.1 того же Закона сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Из содержания заявления следует, что в качестве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и.о. конкурсного управляющего были приведены, в том числе положения статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления;

- сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 9 постановление Пленума ВАС РФ №63 от 23.12.2010 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 10.08.2020, оспариваемое и.о. конкурсного управляющего соглашение заключено должником 19.09.2017; произведенные в счет исполнения обязательств по указанному соглашению платежи совершены в период с 08.02.2018 по 18.03.2019, то есть в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными соглашения от 19.09.2017 и произведенных должником в период с 08.02.2018 по 18.03.2019 в счет исполнения обязательств по указанному соглашению платежей на общую сумму 1 400 000 руб. на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, и.о. конкурсного управляющего в обоснование своей позиции сослался на то, что должник перечислил в пользу Тамакуловой П.С. денежные средства в отсутствие какого-либо встречного исполнения, что привело к уменьшению размера имущества должника, за счет реализации которого происходит удовлетворение требований кредиторов, указав в подтверждение безвозмездного характера совершенных платежей в пользу ответчика на отсутствие у него сведений и подтверждающих документов, свидетельствующих о наличии между должником и ответчиком каких-либо правоотношений, в счет исполнения которых совершены спорные перечисления. 

Возражая относительно заявленных требований Тамакулова П.С. указала на то, что произведенные должником перечисления денежных средств осуществлены, в том числе в счет оплаты за оказанные ею в рамках соглашения от 19.10.2017 юридические услуги, представив в подтверждение факта оказания услуг непосредственно само соглашение от 19.10.2017, а также акты приемки оказанных услуг от 31.12.2017, от 31.03.2018, от 30.06.2018, от 30.09.2018, от 31.12.2018; отчеты об оказанных услугах от 31.12.2017, от 31.03.2018, от 30.06.2018, от 30.09.2018, от 31.12.2018, от 28.02.2019, подписанные представителями обеих сторон (претензий по качеству и сроках со стороны должником не заявлено), 

Из материалов дела следует, что после ознакомления и.о. конкурсного управляющего с указанными документами его позиция стала сводиться к не согласию с качеством и объемом оказанных должнику юридических услуг, то есть, по, сути,  управляющий считает, что объем оказанных должнику услуг не соответствует их реальной стоимости. 

В силу статей 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Суд первой инстанции, проанализировав в порядке статьи 71 АПК РФ представленные ответчиком в материалы дела доказательства, пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае факта оказания Тамакуловой П.С. должнику юридических услуг в рамках соглашения от 19.09.2017 документально подтвержден, соответствующие услуги были оказаны в соответствии с условиями договора, необходимость заключения которого была обусловлена ведением должником активной предпринимательской деятельности (так, общество вынуждено было обращаться к специалистам для оказания ему юридических услуг в виде сопровождения сделок и иных правовых действий, который должник осуществлял в результате предпринимательской деятельности), при этом, оснований полагать, что ответчик не мог (не осуществлял) оказание юридических услуг в спорный период, а перечисление спорных денежных средств производилось ему в отсутствие встречного предоставления не имеется.

Какие-либо доказательства, подтверждающие, что со стороны Тамакуловой П.С. соответствующие услуги оказывались должнику по завышенной относительно рыночных расценкам цене или у должника необходимость в таких услугах отсутствовала, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, оснований полагать, что установленная в оспариваемом соглашении от 19.09.2017 стоимость услуг является завышенной и не отвечает критериям разумности у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Материалы дела не свидетельствуют о том, что Тамакулова П.С. является заинтересованными (аффилированным) по отношению к должнику лицом применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», а также разъяснениям, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ в том числе, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, бремя доказывания оснований для признания сделки недействительной лежит на лице, оспаривающем сделку, т.е. на конкурсном управляющем.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств нахождения Тамакуловой П.С. в отношениях заинтересованности (аффилированности) по отношению к должнику, учитывая документальную подтвержденность получения должником встречного предоставления и отсутствия доказательств, опровергающих данное обстоятельство (в результате перераспределения бремени доказывания), равно как и доказательств того, что со стороны ответчика соответствующие услуги оказывались должнику по завышенной относительно рыночных расценкам цене или у должника необходимость в таких услугах отсутствовала, апелляционный суд приходит к выводу о получении должником равноценного встречного предоставления от ответчика.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о недоказанности совокупности условий, позволяющих признать оспариваемые сделки (соглашение и перечисления денежных средств) недействительными на основании пункта статьи 61.2 Закона о банкротстве как совершенных в отсутствие равноценного встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для признания оспариваемых сделок недействительными (ничтожными) на основании положений статей 10, 168 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель,  причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Соответствующая правовая позиция представляет собой сложившееся направление судебной практики и, в частности, подтверждена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069.

В силу изложенного заявление конкурсного  управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Между тем, с учетом итогов рассмотрения настоящего спора, когда суд первой инстанции, а вслед за ним апелляционный суд пришли к выводу о получении должником встречного предоставления в виде оказания услуг и недоказанности в данном случае обстоятельств, позволяющих полагать, что стороны оспариваемых сделок преследовали цель причинить вред имущественным правам должника и его кредиторов, оснований полагать, что оспариваемые сделки совершены исключительно с намерением причинить вред, то есть при злоупотреблении сторонами сделок своим правом по смыслу статьи 10 ГК РФ, также не имеется. 

В связи с изложенным, следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального и процессуального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию в целом с правильной оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, следует признать, что судебный акт является законным и обоснованным, основания для его отмены или изменения судом апелляционной инстанции не усматриваются.

Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со статьями 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021 и.о. конкурсный управляющий была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, в связи с чем, с ООО «Уралтехнохим» в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь ст. ст. 110, 176, 258, 268 -  272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области  от 01 ноября 2021 года  по делу № А60-38912/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ООО «УралТехноХим» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 рублей. 

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Судьи

 

Т.С. Герасименко 

 

О.Н. Чепурченко