﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-78582/2016

24 июля 2020 года

г. Санкт-Петербург

/тр.78

Резолютивная часть постановления объявлена   22 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 июля 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.

судей  Рычаговой О.А., Савиной Е.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем с/з Апхудовым А.А.

при участии:  

от ПАО «Банк Санкт-Петербург»: Пашкевич К.Б., представитель по доверенности от 05.11.2019, паспорт,

от ПАО «Сбербанк России»: Плошенко К.С., представитель по доверенности от 13.02.2020, паспорт,

от иных лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-12841/2020) ООО «Каисса» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.03.2020 по делу № А56-78582/2016/тр.78 (судья Антипинская М.В.), принятое

по заявлению ООО «Каисса»

о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) НАО «Юлмарт»

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, резолютивная часть которого объявлена 28.06.2018, в отношении НАО «Юлмарт» (ИНН 7804402344, ОГРН 1089848006423) (далее – должник, Общества) введена процедура банкротства наблюдение. Временным управляющим утвержден Тихмянов Денис Геннадьевич, член НП АУ «ОРИОН». 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.07.2018.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, резолютивная часть которого объявлена 13.02.2020, НАО «Юлмарт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего назначен Тихмянов Денис Геннадьевич.

 В рамках процедуры наблюдения, Общество с ограниченной ответственностью «Каисса» в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 338440279, 92 руб.

Задолженность заявлена кредитором по следующим основаниям:

- исполнение  ООО «Каисса» в пользу АО «Глобэксбанк» обязательств должника по выплате в порядке регресса денежных средств по банковской гарантии №2-26-Г1/16-1235, исполненной банком по требованию ООО «Самсунг Электроникс Рус Компани», заявленному в рамках дистрибьюторского договора от 30.05.2013 №309-01/30-05-13. АО «Глобэксбанк» произведены выплаты по банковской гарантии на суммы 230161406,50 руб. и 237530848,30 руб., общая сумма задолженности составила 151655222,87 руб. На основании писем должника, ООО «Каисса в период с 29.12.2016 по 15.09.2017 произведена выплата на общую сумму 134655222,87 руб. На указанную сумму кредитором начислены проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ за период с 29.12.2016 по 01.08.2018 на общую сумму 15178239,68 руб.(с учетом уточнения сумма процентов составила 14229107,38 руб.);

- уступка права требования к должнику в пользу ООО «Каисса» от Общества с ограниченной ответственностью «БигБокс», возникшего из договора поставки от 28.08.2015 №148, на основании договора уступки прав требования от 12.12.2017. Уступленное право представляет собой право требования возврата уплаченного в пользу Общества по договору аванса в размере 80000000,00 руб. по причине неисполнения Обществом принятых на себя в рамках договора обязательств по поставке товара. 

- уступка права требования по договору уступки от 28.04.2017 к должнику Костыгиным Д.В., который, действуя в рамках договора поручительства от 19.02.2016 №3/2/16, исполнил обязательства должника перед ПАО Банк ВТБ по кредитному договору от 19.02.2016 №3/16. В период с 28.12.2016 по 03.04.2017 Костыгиным Д.В. было произведено погашение задолженности по кредитному договору в пользу ПАО  Банк ВТБ на общую сумму 36223684,04 руб. (по результатам уточнения заявленных требований указанная сумма из суммы заявленных требований исключена);

- выплата ООО «Каисса» в пользу АО «ЮниКредит Банк» на общую сумму 20051614,93 руб. в погашение предоставленного АО «ЮниКредит Банк» кредитования в рамках заключенного с должником Соглашения от 24.01.2017 на сумму 74390673,82 руб. на цели погашения задолженности перед контрагентом должника – ЗАО «ХЬЮЛЕТТ-ПАККАРД А.О.» в рамках партнерского соглашения от 16.05.2014 №YY409, заключенного между НАО «Юлмарт» и ЗАО «Хьюлетт-Паккард А.О.».  На указанную сумму кредитором начислены проценты в размере, предусмотренном статьей 395 ГК РФ за период с 16.02.2017 по 01.08.2018 в общем размере 2207614,80 руб.;(с учетом уточнения сумма процентов составила 2066278,76 руб.);

- исполнение ООО «Каисса» как поручителем в рамках договора поручительства от 16.10.2017 №06-12/17 обязательств ООО «Юлмарт девелопмент» перед ООО «И.Л.С.» по договору о финансовой аренде 

(лизинге) от 14.10.2015 №627-2/15, в рамках которого НАО «Юлмарт» также выступало поручителем по договору поручительства от 14.10.2015 №630-3/15. Исполнение произведено на суммы 10063825,20 руб. по платежному поручению от 08.11.2017 №34888 и в размере 11400138,60 руб. по платежному поручению от 11.12.2017 №56929, на общую сумму 21463963,80 руб.;

- исполнение ООО «Каисса» на основании письма должника обязательств ПАО «Юлмарт» перед ПАО Банк ВТБ по кредитному договору от 01.03.2016 №3/16 на сумму 15000000,00 руб. по платежному поручению от 29.03.2017 №10 и проценты, предусмотренные статей 395 ГК РФ, начисленные на указанную сумму за период с 29.03.2017 по 01.08.2018 в размере 1655312,50 руб. (в результате уточнения сумма требования по процентам уменьшена до 1549583,33 руб.) ;

- исполнение ООО «Каисса» как поручителем в рамках договора поручительства от 16.10.2017 №630-1-1/17 обязательств ООО «Юлмарт девелопмент» перед ООО «Северная Венеция» по договору о финансовой аренде 

(лизинге) от 04.02.2015 №627-2/14, в рамках которого НАО «Юлмарт» также выступало поручителем по договору поручительства от 04.02.2015 №630-1/14. Исполнение произведено на суммы 4467801,00 руб. по платежному поручению от 23.10.2017 №88483 и в размере 4401395,40 руб. по платежному поручению от 21.11.2017 №86631, на общую сумму 8869196,40 руб.;

- исполнение ООО «Каисса» как поручителем в рамках договора поручительства от 16.10.2017 №627-1/17 обязательств ООО «Юлмарт девелопмент» перед ООО «И.Л.С.» по договору купли-продажи земельного участка от 14.10.2015 №КПЗ 627-2/15, в рамках которого НАО «Юлмарт» также выступало поручителем по договору поручительства от 14.10.2015 №630-3/15. Исполнение произведено на сумму 2291883,00 руб. по платежному поручению от 08.11.2017 №34997 и в размере 2538860,40 руб. по платежному поручению от 11.12.2017 №56971, на общую сумму 4830743,40 руб.

К участию в обособленном споре привлечены: ООО «Самсунг Электронике Рус Компани»; АО «Глобэксбанк»; ООО «БигБокс»; ПАО «Банк ВТБ»; Костыгин Дмитрий Валентинович; ЗАО «ХьюлеттПаккард А.О.»; АО «ЮниКредит Банк»; ООО «И.Л.С.»; ООО «Северная Венеция»; ООО «Юлмарт Девелопмент».

АО  «Глобэксбанк» заменено в связи с реорганизацией на АКБ «Связь-Банк» (ПАО). 

По итогам уточнения размера заявленного требования при его рассмотрении в порядке статьи 49 АПК РФ, кредитор просил признать обоснованным и включить в реестр требований кредиторов требование на сумму 302715710,87 руб. 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.03.2020 в удовлетворении заявленного требования обоснованным отказано. Суд первой инстанции указал на то, что по сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «Каисса» является мажоритарным участником ООО «Юлмаркет» (ОГРН 1177847147466). Доля участия ООО «Каисса» в ООО «Юлмаркет» составляет 99,998%, при этом другим участником ООО «Юлмаркет» с долей участия в размере 0,002% является ООО «Юлмарт Девелопмент». В свою очередь, руководителем ООО «Юлмаркет» является Кобзик Юрий Эдуардович, который ранее был независимым членом Совета директоров Компании «Юлмарт Холдингс Лимитед» - единственного участника ООО «Юлмарт Девелопмент». Исходя из изложенного, суд пришел к выводу о том, что ООО «Каисса» является лицом, фактически аффилированным со всей группой компании «Юлмарт» (НАО «Юлмарт», ООО «Юлмарт Девелопмент», ООО «Юлмарт ПЗК», ООО «Юлмарт РСК»). ООО «Каисса» многократно осуществляло погашение требований за должника, не имея с ним прямых обязательств, требования кредиторов к должнику исполнялись ООО «Каисса» не только по просьбе самого должника, но и по просьбе его контрагентов, что также свидетельствует в пользу вывода о том, что для участников гражданского оборота – контрагентов должника фактическая аффилированность должника и ООО «Каисса» была очевидна. Дополнительным подтверждением факта аффилированности ООО «Каисса» с группой компаний «Юлмарт» является представление интересов ООО «Каисса» в настоящем обособленном споре Сорокиным В.А. Указанный представитель являлся бывшим заместителем руководителя юридического департамента ООО «Юлмарт Региональная сбытовая компания», что подтверждается, в частности, протоколом № 2 заседания Консультативного совета по защите прав потребителей города Санкт-Петербурга от 24.11.2015 и отчетом конкурсного управляющего ООО «Юлмарт Региональная сбытовая компания» от 20.11.2018. При этом ООО «Юлмарт Региональная сбытовая компания» (наряду с ООО «Юлмарт ПЗК») также входит с НАО «Юлмарт» в одну группу компаний. Сорокин В.А. является также и представителем ООО «ТриС» (ООО «Системы сопровождения и сервисов»), что подтверждается определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.02.2019 по делу № А56-145537/2018, в рамках которого указанная компания просит признать незаконным отказ налогового органа в принятии налоговой декларации от НАО «Юлмарт». ООО «ТриС», согласно отчету конкурсного управляющего ООО «Юлмарт Региональная сбытовая компания» от 20.11.2018, является компанией, уполномоченной ООО «Юлмарт Региональная сбытовая компания» представлять его интересы перед работниками (бывшими работниками) по трудовым спорам с обеспечением кадрового делопроизводства. Кроме того, ООО «ТриС» в рамках агентского договора с НАО «Юлмарт», ООО  «Юлмарт РСК» и ООО «Юлмарт ПЗК» управомочено формировать налоговую, бухгалтерскую и статистическую отчетность данных организаций, а также подавать соответствующие декларации в государственные органы. При этом данным лицом был инициирован ряд дел против налогового органа о признании незаконными его отказов в принятии деклараций компаний группы «Юлмарт» по различным видам налогов (НДС, прибыль, имущество). Более того, в деле № А56-146053/2018 интересы ООО «ТриС» представлял Козлов П.В., который ранее являлся представителем Костыгина Д.В. (одного из конечных бенефициаров группы компаний «Юлмарт») в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юлмарт Региональная сбытовая компания» № А56-79183/2016/тр15. В делах № А56-145544/2018, № А56-138773/2018, № А56-146053/2018  третьим лицом было именно ООО «Юлмарт РСК», а представителями истца (ООО «ТриС») были Сорокин В.А., Филиппов М.М. и Данилов СВ. соответственно, что подтверждается соответствующими судебными определениями (последние два представителя являются также представителями Костыгина Д.В.). Кроме того, Сорокин В.А. является представителем ООО «Юлмарт Девелопмент», что подтверждается определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.08.2018 по делу № А56-79187/2016. Указанные факты, сведения о которых содержатся в открытом доступе, являются дополнительным подтверждением вывода о том, что ООО «Каисса» является фактически аффилированным лицом по отношению к группе компаний «Юлмарт» и непосредственно к НАО «Юлмарт».  Суд первой инстанции усмотрел злоупотребление правом со стороны кредитора, так как посчитал, что ООО «Каисса» не обоснована экономическая целесообразность приобретения требований к должнику, исполнения обязательств за должника в условиях уже существующего кризисного финансового состояния и длящегося корпоративного конфликта, что свидетельствует об отсутствии у заявителя чистого интереса в получении финансовой выгоды, но позволяет говорить о реализации иной цели путем участия в деле о банкротстве НАО «Юлмарт», как лица, представляющего не собственные предпринимательские интересы, а общие интересы группы компаний «Юлмарт». Суд первой инстанции сослался на правовую позицию, изложенную в определении ВС РФ 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) и в определение ВС РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2)). Оснований для включения требования в реестр с понижением очередности суд не усмотрел в связи с изложенными выше выводами о злоупотреблении правом. 

На определение суда подана апелляционная жалоба ООО «Каисса», которое просило отменить обжалуемый судебный акт и принять новый об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель сослался на то, что судом не указано правовых оснований, а именно конкретных положений закона, на основании которых мог быть сделан вывод об аффилированности кредитора и должника, или о возможности  или о возможности взаимного влияния кредитора и должника. Судом не указано, каким образом заключение трудовых соглашений или соглашений с представителями может свидетельствовать об аффилированности должника и кредитора. Экономическое обоснование осуществления выкупа задолженности представлялось в суд первой инстанции с дополнительными пояснениями по делу, которым суд первой инстанции не дал оценки. Доля участия в ООО «Юлмаркет» приобретена ООО «Каисса» 26.04.2018, что подтверждается сведениями, отраженным в ЕГРЮЛ. Единственным участником ООО «Каисса» является Маслов Е.А., у должника отсутствуют полномочия давать ему какие-либо указания.  Признаки аффилированности, предусмотренные Федеральным законом «О защите конкуренции», между должником и кредитором отсутствуют. НАО «Юлмарт» является членом группы компаний Юлмарт, деятельность которых прекратилась в 2016 году в связи с несостоятельностью. ООО «Каисса» представляет собой факторинговую компанию, деятельность которой связана с извлечением прибыли в результате взыскания задолженности. Привлечение представителей должника для представления интересов в суде было обусловлено наличием у них высокой квалификации. Привлечение к работе с задолженностью группы компаний «Юлмарт» сотрудников указанной компании было обусловлено экономией на обучении сотрудников. ООО «ТриС» было поручено обеспечение трудовых, а не управленческих функций. Лицо, получающее корреспонденцию от имени юридического лица, не может оказывать влияния на управление таким юридическим лицом. ООО «Каисса» получило экономическую выгоду в виде дисконта по приобретенным правам требования. Экономические цели ООО «Каисса» подтверждены при включении его требований к иным компаниям группы «Юлмарт». При оценке экономической выгоды приобретения прав требований, ООО «Каисса» оценивало, также, наличие у компаний группы, предоставивших кросс-поручительство, активов на значительную сумму. Положения о злоупотреблении правом применены судом первой инстанции с нарушением норм процессуального права, сделки, положенные в основание требования, притворными не признаны, наличие признаков злоупотребления правом не исследовано. Требования ООО «Каисса» составляют 6% от суммы реестра требований кредиторов. Судом не применена правовая позиция пункта 6.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от 29.01.2020. 

К судебному заседанию 08.07.2020 от ООО «Каисса» поступили дополнительные пояснения относительно обоснованности привлечения к участию в деле представителя Сорокина В.А., в которых оно просил отложить рассмотрение судебное разбирательство в связи с занятостью представителя кредитора в судебном процессе в Василеостровском районном суде в деле №2-1621/2020 и рассмотрением апелляционной жалобы ООО «Каисса» в апелляционном суде 14.07.2020, в рамках которого ООО «Каисса» подготавливается проект судебного акта. 

Ходатайство об отложении судебного разбирательства удовлетворено, рассмотрение дела отложено на 22.07.2020.

21.07.2020 в материалы дела поступило отзыв на апелляционную жалобу от ПАО «Сбербанк России», в которой Банк просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, указывая на то, что кредитор не имел разумных экономических причин для погашения задолженности аффилированного с ним неплатежеспособного должника, в чем Банк усматривает противоправные цели при совершении сделки. 

В связи с очередным отпуском судьи Слоневской А.Ю. и невозможностью ее участия судебном заседании, в порядке предусмотренном пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, произведена замена судьи Слоневской А.Ю. на судью Савину Е.В.

В судебном заседании 22.07.2020 представитель ПАО «Сбербанк России» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы. Представитель ПАО «Банк Санкт-Петербург» поддержал позицию ПАО «Сбербанк России», просил оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, апелляционный суд считает, что оснований для его отмены или изменения не имеется. 

Как следует из материалов дела, между АО «Глобэксбанк» (гарант) и НАО «Юлмарт» (принципал) 30.06.2016 заключен договор № 2-26-ЛГ/16-1235 об общих условиях проведения гарантийных операций (далее – договор об общих условиях проведения гарантийных операций), предметом которого являются общие правила проведения гарантийных операций, осуществляемых на основании поручения принципала в целях обеспечения исполнения обязательств перед ООО «Самсунг Электроникс Рус Компани» (бенефициар) по оплате по дистрибьюторскому договору от 30.05.2013 № 309-01/30-05-13, заключенному между бенефициаром и принципалом. 

Во исполнение условий Соглашения, гарант 30.06.2016 выдал банковскую гарантию № 2-26-Г1/16-1235 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Самсунг Электроникс Рус Компани» в обеспечение исполнения НАО «Юлмарт» обязательств по дистрибьюторскому договору. 

ООО «Самсунг Электроникс Рус Компании» 13.11.2016 и 10.01.2017 направило Гаранту требования об оплате в соответствии с банковской гарантией поставок на суммы соответственно 230 161 406,50 руб. и 237 530 848,03 руб.

Гарант исполнил требования дистрибьютора, перечислив в пользу ООО «Самсунг Электроникс Рус Компании» платежными поручениями от 22.12.2016 № 111123 и 18.01.2017 № 092031 соответственно 230161406,50 руб. и 237530848,03 руб.

НАО «Юлмарт» начиная с 27.12.2016 неоднократно направляло в адрес ООО «Каисса» письма с просьбой уплатить в порядке статьи 313 ГК РФ в пользу Гаранта денежные средства, в том числе проценты, комиссию, платеж по банковской гарантии по договору об общих условиях проведения гарантийных операций. Данные письма содержали согласие НАО «Юлмарт» на начисление процентов в соответствии со статьей 317.1 ГК РФ.

Кроме того, Банк (гарант) и ООО «Каисса» 31.08.2017 заключили договор поручительства № 2-26-ДП4/16-1235, согласно которому ООО «Каисса» обязалось перед Банком отвечать за исполнение НАО «Юлмарт» всех его обязательств перед гарантом по договору об общих условиях проведения гарантийных операций с учетом дополнительного соглашения от 05.04.2017 № 3, заключенного между гарантом и НАО «Юлмарт» в части уплаты процентов в размере 18% годовых, начисленных на остаток задолженности НАО «Юлмарт» за период с 06.04.2017 по 15.09.2017. 

На основании писем должника и обращений гаранта, ООО «Каисса в период с 29.12.2016 по 15.09.2017 произведена выплата на общую сумму 134655222,87 руб. На указанную сумму кредитором начислены проценты со ссылкой на положения статьи 317.1 ГК РФ за период с 29.12.2016 по 01.08.2018 на общую сумму 15178239,68 руб. (с учетом уточнения сумма процентов составила 14229107,38 руб.).

Исходя из закрепленного в статье 370 ГК РФ принципа независимости банковской гарантии, предъявление бенефициаром требования для осуществления выплаты по форме, установленной банковской гарантией является достаточным основанием для осуществления гарантом выплаты, таким образом, по общему правилу для вывода относительно обоснованности осуществления выплаты по банковской гарантии исследования правоотношений между принципалом и гарантом не требуется. 

 В то же время, с учетом разъяснений пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 №63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», сведения о датах поставок, в связи с осуществлением которых возникло обязательство, погашенное за счет выплат по банковской гарантии, с учетом того, что одна из произведенных выплат имела место после принятия к производству заявления о несостоятельности должника, которое принято 16.11.2016, имело существенное значение для квалификации заявленного требования в качестве реестрового, и заявителем должны были быть представлены доказательства, подтверждающие, что возникновение обязательства должника, погашенного за счет выплаты по банковской гарантии, возникло до принятия заявления о признании его несостоятельным (банкротом). 

По общему правилу положений пункта 1 статьи 313 ГК РФ, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

В пункте 5 указанной нормы оговорено, что к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 ГК РФ. Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме.

При этом, в силу положений статьи 10 ГК РФ, не допускаются действия участников хозяйственного оборота, направленные исключительно на причинение вреда иным лицам, в частности, действия одного кредитора, направленные на причинение вреда иным кредиторам должника.

Исходя из изложенного, в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что на основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования.

Оценив доводы подателя апелляционной жалобы, суд считает, что кредитор не раскрыл в данном случае экономический характер своих действий по погашению задолженности за должника.

Обязательство должника перед гарантом за счет платежей третьего лица погашено лишь в незначительной части. Сведений о наличии встречного предоставления со стороны должника относительно произведенных платежей не имеется.

Погашение имело место после возбуждения в отношении должника процедуры несостоятельности, то есть в условиях, позволяющих со значительной степенью вероятности предположить невозможность представления должником возмещения уплаченных за него кредитором сумм. 

При этом, учитывая тесную связь между должником и кредитором, на наличие которой указал суд первой инстанции, и которая фактически не отрицается кредитором, последний при совершении платежей должен был быть осведомлен о невозможности получения компенсации затраченных средств от должника, и о том, что единственным благоприятным для него правовым последствием осуществления спорных платежей будет приобретение статуса конкурсного кредитора должника.

Указанные обстоятельства должны быть учтены при оценке правоотношений сторон и при отсутствии предусмотренных статьей 19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» признаков заинтересованности должника по отношению к кредитору, так как наличие любой структуры внутригрупповых юридических связей, выходящих за пределы обычных экономических взаимоотношений, на что может указывать предоставление необеспеченного финансирования, обращение к услугам одних и тех же представителей, позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве. Подобные факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Соответствующая правовая позиция приведена в пункте 13 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2017)», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017.

Тесное взаимодействие между должником и кредитором, в том числе систематический характер исполнения кредитором обязательств должника и иных лиц, входящих в одну группу с должником, обращение к одним и тем же представителям для участия в судебных спорах, не позволяет квалифицировать кредитора как независимого кредитора. Следовательно, при оценке заявленных требований, следует принимать во внимание правовую позицию пункта 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г. (далее – Обзор 2020 года), подлежащую применению к лицам, имеющим возможность осуществлять согласованные действия в силу имеющихся между ними внутригрупповых связей, а не пункта 6 указанного Обзора, сформулированную применительно к контролирующим должника лицам, поскольку кредитор признаками контролирующего должника лица действительно не обладает.

Смысл предоставления дополнительной защиты независимым кредиторам в случае наличия аффилированных по отношению к должнику кредиторов состоит в нейтрализации возможных последствий сговора аффилированных кредиторов для целей создания видимости неисполненных должником обязательств, и, исходя из общего принципа равенства участников гражданских правоотношений, такая защита должна быть предоставлена при наличии признаков свершения группой лиц с участием кредитора и должника согласованных действий, выходящих за пределы предусмотренных законом признаков аффилированности.

Исходя из правовой позиции пункта 5 Обзора 2020 года, заявление заинтересованного к должнику кредитора при отсутствии у него реального экономического интереса на погашение задолженности в рамках дела о несостоятельности, в принципе исключает включение такого требования в реестр требований кредиторов  в отличие от требований контролирующего лица, которое может быть учтено в реестре с понижением очередности.

Вопреки утверждению подателя апелляционной жалобы, им не раскрыт реальный экономических характер осуществления им операций по перечислению денежных средств за должника. 

Доказательств осуществления факторинговой деятельности или иной деятельности, связанной с выкупом проблемных активов по должникам, не имеющим отношения к группе компаний, участником которой является должник, кредитором не представлено. Следует отметить, что 14.04.2020 в рамках дела А56-29184/2020 ООО «Каисса» обратилось с заявлением о признании его несостоятельным как ликвидируемого должника, что также ставит под сомнение утверждение кредитора об осуществлении им деятельности по работе с проблемными активами, учитывая, что для извлечения прибыли от осуществления такого рода деятельности необходимо осуществление значительных сумм финансовых вложений при неопределенности момента получения их возврата. 

Таким образом, вывод о приобретении кредитором проблемной задолженности НАО «Юлмарт» для целей возможного получения удовлетворения своих требований как независимого кредитора не может быть сделан, следовательно, при обращении в суд кредитор мог преследовать лишь цель непосредственно приобрести статус конкурсного кредитора НАО «Юлмарт». 

При этом, то обстоятельство, что в результате включения в реестр требований кредиторов заявленного требования, кредитором не приобретет большинства голосов на собрании кредиторов, само по себе не исключает намерения приобретения статуса кредитора с целью причинения вреда иным независимым кредиторам, поскольку статус конкурсного кредитора предоставляет лицу права лица, участвующего в деле о несостоятельности, которые не исчерпываются участием в голосовании на собрании кредиторов, а позволяют влиять на ход дела о несостоятельности и иными способами.

Учитывая изложенное, раскрытие реальных экономических причин заявления требования к должнику в данном случае являлось обязательным условием для его удовлетворения, и неисполнение кредитором указанной обязанности верно расценено судом первой инстанции как исключающее включение требования в реестр  требований кредиторов.

Исходя из изложенного, ссылка на положения статьи 365 ГК РФ, также не являлась достаточной для признания обоснованными заявленных требований. 

Исходя из положений статьи 384 ГК РФ, цессионарий, предъявляя требование должнику со ссылкой на приобретенное право требования, обязан доказать реальность переданного ему обязательства должника, равно как это должно было быть сделано первоначальным кредитором. 

Ссылаясь на наличие требования по возврату аванса, уплаченного Обществом с ограниченной ответственностью «БигБокс» со ссылкой на договор поставки от 28.08.2015 №148, кредитор не указал реальности указанного договора. 

Аванс по договору представлен на значительную сумму при отсутствии каких-либо встречных гарантий со стороны должника, что выходит за рамки разумного поведения участников гражданского оборота. В материалы дела не представлено доказательств совершения должником в рамках договора поставки принятых на себя обязательств, при том, требование ООО «БигБокс» о возврате аванса также не заявлялось. 

Текст договора восстановлен дополнительным соглашением от 30.01.2017 №1, после возбуждения в отношении должника процедуры по делу о несостоятельности, что также порождает сомнения в реальности существования указанного договора.

Договор цессии о приобретении прав должника заключен кредитором 12.12.2017, после возбуждения дела о несостоятельности должника, при этом, в оплату приобретенных прав уплачено 74000000,00 руб. по платежным поручениям от 20.12.2017 №71, от 21.12.2017 №72, от 27.12.2017 №73, то есть права приобретены с незначительным дисконтом, что выходит за пределы разумного поведения кредитора. 

 С учетом изложенного выше, а именно, признаков согласованности действий должника и кредитора, апелляционный суд считает, что реальность наличия задолженности на стороне должника в размере 80000000,00 руб. не подтверждена. 

В материалы дела представлено соглашение, заключенное между НАО «Юлмарт»  и АО «ЮниКредитБанк» от 29.07.2015 о предоставлении револьверной линии, в рамках которого НАО «Юлмарт» предоставлено право совершения документарных операций без денежного покрытия на сумму в размере 126000000,00 руб. 

АО «ЮниКредит Банк» произведена выплата от 24.01.2017 по контргарантии SP/ORG/5150293 пользу ЗАО «ХЬЮЛЕТТ-ПАККАРД А.О.» на сумму 74390673,82 руб. на основании требования – уведомления от 24.01.2017 №950-1-1110, в подтверждение которого представлено письмо АО «ЮниКредит Банк» в НАО «Юлмарт» от 24.01.2017. 

При этом, ООО «Каисса» осуществило ряд выплат в пользу АО «ЮниКредит Банк» на общую сумму 20051614,93 руб. в период с 16.02.2017 по 06.06.2017. 

Экономический смысл выплаты ООО «Каисса» денежных средств в данном случае также не раскрыт, выплаты осуществлялись после принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), при отсутствии доказательств приобретения ООО «Каисса» какой-либо имущественной выгоды от их осуществления.

 Выплата по контргарантии произведена после возбуждения в отношении должника процедуры по делу о несостоятельности, при этом, доказательств, что указанные выплаты имели место по обязательствам, относящимся к категории реестровых обязательств, не имеется.

Равным образом, представленные доказательства совершения платежей кредитором за должника не позволяют идентифицировать произведенные платежи с конкретными обязательствами, в погашение которых они осуществлены. 

Указанные обстоятельства с учетом изложенных выше признаков недобросовестности кредитора не позволяли признать обоснованным и включить в реестр требований кредиторов заявленное требование и в части указанного эпизода.

 В материалы дела представлен договор о финансовой аренде 

(лизинге) от 14.10.2015 №627-2/15, заключенный между ООО «И.Л.С.» (лизингодатель) и  ООО «Юлмарт девелопмент» (лизингополучатель), в рамках которого должник являлся поручителем по договору поручительства от 14.10.2015 №630-3/15. 

Кроме того, договор поручительства №06-12/17 по договору лизинга заключен 16.10.2017 с ООО «Каисса». Со ссылкой на указанный договор ООО «Каисса» произведено перечисление платежей в пользу ООО «И.Л.С.» на суммы 10063825,20 руб. по платежному поручению от 08.11.2017 №34888 и в размере 11400138,60 руб. по платежному поручению от 11.12.2017 №56929, на общую сумму 21463963,80 руб.;

При этом, требование ООО «И.Л.С.» к поручителю было заявлено 06.12.2017, после осуществления части указанных выплат. 

Действительно, пунктом 3 статьи 387 ГК РФ предусмотрено, что вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем, имеет место переход прав кредитора в обязательстве в силу закона.

Также, согласно пункту 1 статьи 365 ГК РФ, к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Между тем, указанные положения регулируют переход права к должнику в основном обязательстве, но не переход прав требования к сопоручителям в обязательстве, к одному из которых относится в спорном обязательстве должник НАО «Юлмарт». 

Разъяснения пунктов 54, 55 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.07.2012№42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» также касаются перехода прав требований к основному должнику, но не к сопоручителям. 

Как разъяснено в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.07.2012 №42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», при рассмотрении споров с участием лиц, совместно давших поручительство (пункт 3 статьи 363 ГК РФ), суды должны учитывать следующее. Лица, совместно давшие поручительство, отвечают солидарно, если иное (ответственность в  долях) не предусмотрено договором поручительства. Суд квалифицирует поручительство нескольких лиц как совместное, если будет установлено наличие соответствующего волеизъявления указанных лиц, направленного именно на совместное обеспечение обязательства.

Если обязательство перед кредитором будет исполнено одним из лиц, совместно давших поручительство, к нему переходит требование к должнику. Сопоручитель, исполнивший обязательство по договору поручительства, может предъявить к должнику требование об исполнении обязательства, права по которому перешли к  сопоручителю, в соответствии с абзацем четвертым статьи 387 ГК РФ. До исполнения должником обязательства сопоручитель, исполнивший договор поручительства, вправе предъявить регрессные требования к каждому из других сопоручителей в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства. Названные доли предполагаются равными (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ), иное может быть предусмотрено договором о выдаче поручительства или соглашением сопоручителей.

При этом доля поручителя, признанного банкротом, распределяется на остальных сопоручителей (статья 325 ГК РФ). К сопоручителям, уплатившим свои доли полностью или в части, переходит требование к должнику в соответствующей части.

Таким образом, в случае совместного поручительства, замены кредитора в порядке правопреемства в обеспечительных обязательствах с участием сопоручителей в связи с исполнением обязательства одним из поручителей не происходит, поручитель, исполнивший требования, приобретает новые, регрессные, требования к сопоручителям.

Указанные разъяснения не противоречат ранее действовавшей редакции положений статьи 363 ГК РФ, поскольку не исключают солидарного характера ответственности сопоручителей по основному обязательству

Аналогичный подход нашел отражение в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 19.10.2016), в котором указано на то, что исполнение одним из поручителей обязательства в полном объеме прекращает обязательство должника перед кредитором, но не перед этим поручителем, к которому перешло право требования как к должнику, так и к другому поручителю, если иное не установлено договором поручительства. Если обязательство перед кредитором будет исполнено одним из лиц, совместно давших поручительство, к нему переходит требование к должнику.

Сопоручитель, исполнивший обязательство по договору поручительства, может предъявить к должнику требование об исполнении обязательства, права по которому перешли к сопоручителю в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ. До исполнения должником обязательства поручитель, исполнивший договор поручительства, вправе предъявить регрессные требования к каждому из других сопоручителей в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства.

Соответствующая правовая позиция изложена, также, в пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, в котором отражено, что в случае когда должники по обеспечительным обязательствам входят в группу лиц с основным должником, объединены с ним общими экономическими интересами и контролируются одним конечным бенефициаром, презюмируется, что предоставленные обеспечения являются совместными, а должники по обеспечительным договорам – солидарными должниками. При этом частично удовлетворивший кредитора должник по обеспечительному обязательству не может получить возмещение своих расходов от других должников до полного удовлетворения кредитора.

В ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным  бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение. Иное может быть оговорено в соглашении между лицами, предоставившими обеспечение, или вытекать  из существа отношений между ними. Предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору. При исполнении одним из таких солидарных должников обязательства перед кредитором к нему в порядке суброгации переходит требование к основному должнику (абзац четвертый статьи 387 ГК РФ). Однако его отношения с другими выдавшими обеспечение членами группы по общему правилу регулируются положениями пункта 2 статьи 325 ГК РФ о регрессе: он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших  обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого.

Кроме того, по смыслу пункта 2 статьи 325 ГК РФ, если иное не установлено соглашением между солидарными должниками, предоставившими совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а лишь тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абзац первый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Из существа обеспечительных обязательств, направленных на максимальное удовлетворение требований кредитора за счет имущества поручителей и залогодателей, и принципа добросовестного осуществления гражданских прав (статья 10 ГК РФ) следует, что должник в обеспечительном обязательстве, частично исполнивший  обязательство перед кредитором, не имеет права на удовлетворение своего требования к другому солидарному должнику до полного удовлетворения последним требований кредитора по основному обязательству (в настоящее время - согласно пункту 1 статьи 6, абзацу второму пункта 1 статьи 335, пункта 4 статьи 364 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 8 марта 2015 г. №42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации»)).

Как указывалось выше, поручительство кредитора предоставлялось в силу наличия внутригрупповых связей между ним, и должниками в спорном обязательстве, при наличии признаков заведомой невозможности исполнения обязательства и при условии осведомленности о статусе должника по настоящему делу как поручителя в спорном обязательстве, то есть, поручительство кредитора и должника по данному делу следует квалифицировать как совместное. 

Доказательств, что расчеты по основному обязательству произведены кредитором в полном объеме, в материалы дела не представлено.

Из изложенного выше следует, что стороны кредитора имеют место действия, направленные на создание формальной видимости требований к должнику. 

Один из платежей совершен после возбуждения дела о несостоятельности, и, даже при условии его квалификации как предоставляющего право на обращение кредитора к должнику  в порядке регресса, соответствующее требование не может быть заявлено ко включению в реестр требований кредиторов в силу положений статьи 5 Закона о  банкротстве.

При таких обстоятельствах, в рассматриваемой части за кредитором не может быть признано право требования к должнику в порядке статьи 365 ГК РФ. 

В материалы дела представлены доказательства перечисления ООО «Каисса» на основании письма должника в пользу ПАО Банк ВТБ по кредитному договору от 01.03.2016 №3/16 денежных средств в размере 15000000,00 руб. по платежному поручению от 29.03.2017 №10. 

Предоставление кредитных денежных средств в размере 715000000,00 руб. в пользу должника имело место  по ордеру от 01.03.2016 №80239002 

Принимая во внимание, что предоставление финансирования кредитором должнику имело место при отсутствии встречного предоставления, после возбуждения в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве) и экономические основания такого рода действий кредитора не раскрыты, исходя из положений статьи 10 ГК РФ и изложенной выше аргументации, требование по указанному основанию не может быть признано обоснованным. 

В силу изложенных выше обстоятельств, суд первой инстанции верно отклонил требования кредитора, заявленные со ссылкой на исполнение ООО «Каисса» как поручителем в рамках договора поручительства от 16.10.2017 №630-1-1/17 обязательств ООО «Юлмарт девелопмент» перед ООО «Северная Венеция» по договору о финансовой аренде 

(лизинге) от 04.02.2015 №627-1/14, в рамках которого НАО «Юлмарт» также выступало поручителем по договору поручительства от 04.02.2015 №630-1/14. Исполнение произведено на суммы 4467801,00 руб. по платежному поручению от 23.10.2017 №88483 и в размере 4401395,40 руб. по платежному поручению от 21.11.2017 №86631, на общую сумму 8869196,40 руб., после возбуждения в отношении должника процедуры по делу о несостоятельности, и частично, до направления Требования в адрес поручителя, которое было датировано  21.11.2017  №21-11/17. 

Предоставленное поручительство в данном случае также следует квалифицировать как совместное, и осуществление кредитором частичной оплаты по основному обязательству не является основанием для перехода к нему права на заявление соответствующей суммы в качестве требования к должнику в рамках дела о несостоятельности. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции обосновано отклонил требование ООО «Каисса», заявленное как поручителем, исполнившим обязательство, в рамках договора поручительства от 16.10.2017 №627-1/17 за  ООО «Юлмарт девелопмент» в пользу ООО «И.Л.С.» по договору купли-продажи земельного участка от 14.10.2015 №КПЗ 627-2/15, в рамках которого НАО «Юлмарт» также выступало поручителем по договору поручительства от 14.10.2015 №630-3/15. 

Исполнение произведено на сумму 2291883,00 руб. по платежному поручению от 08.11.2017 №34997 и в размере 2538860,40 руб. по платежному поручению от 11.12.2017 №56971, на общую сумму 4830743,40 руб., до получения Требования ООО «И.Л.С.» от 11.12.2017 об оплате объекта недвижимости при том, что по условиям пункта 2.3 договора поручительства момент исполнения обязательства поручителем определяется по моменту предъявления требования. 

Помимо изложенного выше, представленные в материалы дела доказательства ставят под сомнение наличие у основного должника обязательства из указанного выше договора купли-продажи. 

В материалы дела представлено Свидетельство о государственной регистрации права от 18.11.2015 на основании договора купли-продажи от 14.10.2015 №КП 627-2/15 за ООО «И.Л.С.» земельного участка площадь 50188 кв.м. по адресу – Пулковское шоссе, ул. 417 (юго-западнее дома 37, корп. 1, лит. А) и договор купли-продажи от 14.10.2015 №КП 627-2/15, по условиям которого ООО «Юлмар девелопмент» (продавец) передает в собственность покупателя ООО «И.Л.С.» земельный участок и объект недвижимости, расположенный на земельном участке по адресу: Санкт-Петербург, Пулковское шоссе, участок  417. 

В пункте 1.2  договора отражено, что на момент подписания договора земельный участок находится в собственности продавца, что подтверждается записью в ЕГРП от 14.12.2013 №78-78-34/045/2013-447. 

По условиям пункта 1.4 договора купля-продажа объекта осуществляется покупателем для последующей его передачи в возвратный лизинг по договору лизинга от 14.10.2015 №627-2/15  между ООО «И.Л.С.» и ООО «Юлмарт девелопмент». 

В пункте 1.5 договора отражено, что объект недвижимости и земельный участок приобретается за счет кредитных средств ПАО «Банк «Санкт-Петербург». Земельный участок и объект считается находящимся в залоге у ПАО «Банк «Санкт-Петербург» с момента государственной регистрации перехода права собственности от продавца к покупателю на земельный участок и объект в обеспечение исполнение покупателем обязательств перед Банком по кредитному договору. 

В пункте 2.1 договора указано, что цена объекта и земельного участка составляет 1350015000,00 руб., цена земельного участка – 170015000,00 руб. 

Пунктом 2.2.1 договора предусмотрена уплата аванса в размере  450015000 руб.  в течение двух банковских дней с момента подписания договора.

Пункта 2.2.2 договора, оплата в размере 900000000,00 руб. производится покупателем посредством открытия покрытого документарного аккредитива, исполняющим Банком по которому является ПАО «Банк «Санкт-Петербург». Плательщик – ООО «И.Л.С.». 

Денежные средства на покрытие аккредитива покупатель получает на основании кредитного договора от 14.10.2015 №0155-15-005087.  

Представленные доказательства опровергают наличие у ООО «Юлмарт Девелопмент» обязательств из договора купли-продажи земельного участка, равно как и указывают на его мнимый характер и ничтожность договора по основаниям пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Осуществление поручителем исполнения при отсутствии основного обязательства, исключает возможность приобретения поручителем в связи с этим каких-либо требований к основному должнику. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции верно признал заявленное требование необоснованным и отказал в удовлетворении требований кредитора. Определение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь частью 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 20.03.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Г. Медведева

Судьи

О.А. Рычагова

 Е.В. Савина