Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-2146/2023

06 июля 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июня 2023 года.Полный текст  постановления изготовлен 06 июля 2023 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего Вертопраховой Е.В.

судей Швец Е.А., Сапрыкиной Е.И.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «27 Региострой»: Гончара И.В. представителя  по доверенности от 01.09.2021, сроком на 14 лет;

 от акционерного общества «Хабаровская горэлектросеть»:  ФИО2 представителя  по доверенности от 09.08.2022, сроком на 1 год;

от публичного акционерного общества «Дальневосточная энергетическая компания»: представитель не явился;

от  публичного акционерного общества «Ростелеком»: представитель не явился;

от Городского округа «Город Хабаровск» в лице Администрации города Хабаровска: представитель не явился;

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «27Региострой» 

на решение  от  21.03.2023

по делу № А73-14257/2021

Арбитражного суда Хабаровского края

по иску общества с ограниченной ответственностью «27Региострой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу «Хабаровская горэлектросеть» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

третьи лица: публичное акционерное общество «Дальневосточная энергетическая компания», публичное акционерное общество «Ростелеком», Городской округ «Город Хабаровск» в лице Администрации города Хабаровска

о взыскании 473342,40 руб.     

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «27Региострой»  (далее - ООО «27Региострой», истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к акционерному обществу «Хабаровская горэлектросеть» (далее - АО «ХГЭС», ответчик) о взыскании неосновательного обогащения за период 01.04.2019 по 30.06.2021 в сумме 473342,40 руб., возникшего в связи с использованием ответчиком принадлежащего истцу на праве собственности объекта недвижимого имущества - «Трансформаторная подстанция», с кадастровым номером 27:23:0040645:125, расположенного по адресу:  

<

...>.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: публичное акционерное общество «Дальневосточная энергетическая компания» (далее - ПАО «ДЭК»), публичное акционерное общество «Ростелеком» (далее - ПАО «Ростелеком»),  Городской округ «Город Хабаровск» в лице Администрации города Хабаровска (далее - Администрация).

Решением суда от 14.03.2022, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 06.09.2022 названные судебные акты отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

 Решением суда от 21.03.2023  в удовлетворении иска отказано. 

           Не согласившись с данным  судебным актом,  общество обратилось в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, иск удовлетворить.

Заявитель жалобы, в том числе утверждает следующее: Федеральный закон от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее – Федеральный закон № 190-ФЗ), Федеральный закон от 26.03.2003 №35-Ф3 «Об электроэнергетике» (далее – Федеральный закон № 35-ФЗ), говоря о запрете препятствия перетока электрической энергии или тепловой энергии потребителям, которые опосредовано подключены своими приборами через объекты электросетевого хозяйства или тепловые сети, к сетям сетевой организации или тепловым сетям теплоснабжающей организации,  и о запрете требовать за это любой платы, как в виде расходов на содержание, так в виде уже неосновательного обогащения, устанавливают  этот запрет  применительно к собственникам или владельцам  объектов электросетевого  хозяйства или тепловых  сетей; чтобы применить данные нормы к настоящему спору, необходимо, чтобы истец был владельцем объекта электросетевого хозяйства, в данном случае владельцем ТП-1441 и фидеров 3 и 4, как электрооборудования, как электроустановки, предназначенной для приема, преобразования и трансформации электрической энергии; распространение правового режима связанного, с применением Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг , утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации  от 27.12.2004  № 861 (далее – Правила № 861) в сфере электроснабжения на правоотношения, возникшие в связи с использованием здания, то есть недвижимого комплекса, не являющегося электрооборудованием, несостоятельно; ответчик, как сетевая организация, подключив энергопринимающие устройства истца к своим сетям, оказывает возмездные услуги по передаче электрической энергии,  ответчик, как сетевая организация подключает к своей ТП 1441 и Фидерам, помимо истца, энергопринимающие устройства и других потребителей, осуществляя услуги по передаче электрической энергии с этой ТП 1441 и Фидеров, другим потребителям; вывод суда о том, что в деле нет доказательств того, что истец в действительности мог сдавать в аренду спорную трансформаторную подстанцию по той цене, которая указана в отчете независимого оценщика №11-290-2IX,  ошибочен -  сделан с нарушением норм материального права.

В представленном в суд отзыве на апелляционную жалобу, АО «ХГЭС» отклоняет доводы такой жалобы, просит оставить ее без удовлетворения, решение суда - без изменения.

Представители третьих лиц,  извещенных надлежащим образом о времени месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились.

Суд рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие указанных выше лиц, участвующих в деле   в силу положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представитель заявителя жалобы   в судебном заседании поддерживает ее доводы в полном объеме, просит решение суда отменить, принять новый судебный акт об  удовлетворении исковых требований.

 Представитель АО «ХГЭС»  в судебном заседании поддерживает доводы, изложенные в отзыве на жалобу,  просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Заслушав представителей  лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, Шестой арбитражный апелляционный суд установил следующее.

  Как видно из материалов дела, между ПАО «Ростелеком» и ООО «27Региострой» заключен договор купли-продажи от 18.03.2019 № ДКПНИд-3104539/03-2019,  согласно которого в собственность истца передан ряд объектов недвижимого имущества различного технологического назначения, в том числе нежилое здание «Трансформаторная подстанция» 1975 года постройки, площадью 47,6 кв. м, кадастровый номер 27:23:0040645:125, расположенное по адресу: 

<

...>.

Указанный объект передан истцу по акту от 21.03.2019. 

Вещный титул общества зарегистрирован в  государственном реестре 29.03.2019.

На основании договора энергоснабжения от 22.05.2019 № 8817, заключенного  между ООО «27Региострой» и ПАО «ДЭК», гарантирующий поставщик принял обязательство по поставке и передаче электрической энергии потребителю, на объекты недвижимого имущества по адресу:                               

<

...>, до границы балансовой принадлежности электрических сетей потребителя, посредством объектов электроэнергетики сетевой организации (АО «ХГЭС»). 

Также в соответствии с актом технологического присоединения от 21.05.2019, составленному между истцом и ответчиком,  АО «ХГЭС» оказало истцу услугу по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя (ВРУ – 04 кВ по ул. Антенная, 31) к электрооборудованию сетей организации, то есть к фидерам, принадлежащим ей на праве собственности и находящимся в спорной ТП. 

Акт от 21.05.2019 об осуществлении технологического присоединения содержит описание точки присоединения (в РУ-0,4 кВ, ТП-1441, ФЗ) и границ балансовой принадлежности (в РУ-0,4 кВ, ТП-1441, ФЗ).

Пунктом 3 акта определено, что у сторон на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) находятся технологически соединенные элементы электрической сети: сетевой организации - ТП-1441, ф3; потребителя - ВРУ-0,4 кВ, КЛ-0,4 кВ (АБЛ 3x50+1x25, L = 40 м).

В акте также отражена  однолинейная схема присоединения энергопринимающих устройств и эксплуатационной ответственности сторон (пункт 8).

Полагая, что  обладание правом на электросетевое оборудование сопряжено с эксплуатацией ответчиком имущества истца (то есть ответчик без правовых оснований использует имущество истца - здание трансформаторной подстанции, для размещения электрооборудования, принадлежащего сетевой организации), должно реализовываться на возмездной основе, ООО «27Региострой» с привлечением ООО «Профи Оценка», установило рыночную стоимость такого использования на праве аренды (отчет от 31.05.2021                        № Н-290-21Х), после чего направило в адрес АО «ХГЭС» претензию о компенсации неосновательного обогащения.     

Указанные требования оставлены ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения ООО «27Региострой» в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности; в соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие неосновательного обогащения.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Правила о взыскании неосновательного обогащения применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Удовлетворение иска о взыскании неосновательного обогащения возможно при доказанности совокупности фактов приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца, а также отсутствия правовых оснований для получения имущества ответчиком.

Соответственно в предмет доказывания по спорам данной категории входит: факт обогащения одного лица за счет другого; отсутствие законных оснований для обогащения; размер неосновательно полученных имущественных благ.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования; исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика.

В постановлении Арбитражного суда Дальневосточного  округа от 06.09.2022 содержится указание на необходимость: установления того, какое оборудование размещено в здании ТП, кто является его владельцем; проверки утверждений истца, согласно которым электрооборудование, размещенное в здании трансформаторной подстанции и посредством которого осуществляется преобразование/распределение электроэнергии, ему не принадлежит, и у него  отсутствует доступ к этому оборудованию; определения возможности отнесения истца (при отсутствии у него прав на электрооборудование) к владельцу объекта электросетевого хозяйства (с наличием которого связано применение Правил № 861); выяснения того, является ли истец единственным потребителем электрической энергии, поступающей через оборудование, установленное в спорной трансформаторной подстанции.

Как указано выше, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено, что трансформаторная подстанция, площадью 47,6 кв. м, с кадастровым номером 27:23:0040645:125, была приобретена ООО «27Региострой» по договору купли-продажи № ДКПНИд-3104539/03-2019 от 18.03.2019, заключенному с ПАО «Ростелеком»; названный объект передан истцу по акту от 21.03.2019;  вещный титул ООО «27Региострой» зарегистрирован в государственном реестре 29.03.2019 и сохранен до настоящего момента.

Кем-либо из заинтересованных лиц соглашение № ДКПНИд-3104539/03-2019 от 18.03.2019, а также зарегистрированное на его основании право собственности в установленном порядке не оспорено. 

Материалами дела (договор энергоснабжения № 8817 от 22.05.2019, акт технологического присоединения от 21.05.2019) подтверждено, что в границах ТП размещено оборудование, принадлежащее ответчику, которое задействовано в процессе электроснабжения ряда объектов различного технологического назначения. 

В соответствии с договором энергоснабжения № 8817 от 22.05.2019, заключенным между ООО «27Региострой» и ПАО «ДЭК», гарантирующий поставщик принял обязательство по поставке и передаче электрической энергии потребителю, на объекты недвижимого имущества по адресу:                         

<

...>, до границы балансовой принадлежности электрических сетей потребителя, посредством объектов электроэнергетики сетевой организации (АО «ХГЭС»). 

Согласно акту технологического присоединения от 21.05.2019, составленному между истцом и ответчиком, АО «ХГЭС» оказало истцу услугу по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя (ВРУ – 04 кВ по ул. Антенная, 31) к электрооборудованию сетей организации, то есть к фидерам, принадлежащим ей на праве собственности и находящимся в спорной ТП;  акт от 21.05.2019 об осуществлении технологического присоединения содержит описание точки присоединения (в РУ-0,4 кВ, ТП-1441, ФЗ) и границ балансовой принадлежности (в РУ-0,4 кВ, ТП-1441, ФЗ).

Пунктом 3 акта определено, что у сторон на границе балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) находятся технологически соединенные элементы электрической сети: сетевой организации - ТП-1441, ф3; потребителя - ВРУ-0,4 кВ, КЛ-0,4 кВ (АБЛ 3x50+1x25, L = 40 м).

Аналогичные данные отражены в акте о выполнении технических условий от 07.05.2019.

В акте от 21.05.2019 также приведена однолинейная схема присоединения энергопринимающих устройств и эксплуатационной ответственности сторон (пункт 8).

В здании трансформаторной подстанции размещены элементы электрооборудования (фидеры), не принадлежащие истцу.

Согласно представленному истцом расчету, составленному  на основании  заключения  ООО «Профи Оценка» от 31.05.2021 № Н-290-21Х, рыночная стоимость такого использования на праве аренды составляет на 29.03.2019 –             15346 руб., на 01.01.2020 – 13952 руб., на 01.01.2021 – 14819 руб. в месяц, всего за период 01.04.2019-30.06.2021 – 473342,40 руб. 

АО «ХГЭС» не производит плату за соответствующее использование.

Между тем, как верно установлено судом, совокупность приведенных фактических обстоятельств,  в данном конкретном случае,  не может быть расценена в качестве  факта неосновательного обогащения ответчика, в связи со следующим. 

По смыслу главы 60 ГК РФ не всякое использование чужого имущества безусловно порождает экономический эффект и обусловливает приращение, а равно - не основанное на законе сохранение в неизменном виде, имущественной массы пользователя.  

Существенное и в отдельных случаях – определяющее значение для вывода о наличии или отсутствии установленных статьей 1102 ГК РФ признаков неосновательного обогащения имеют факты, предопределившие момент начала использования объектов, а также условия и конкретный механизм такого использования. 

Из представленных в материалы дела доказательств – свидетельства о государственной регистрации права № 27-АГ 090013 от 06.02.2015, Плана, договора присоединения от 21.05.2010, передаточного акта усматривается, что нежилое здание подстанции 1975 года постройки, площадью 47,6 кв. м, с кадастровым номером 27:23:0040645:125, было приобретено правопредшественником ПАО «Ростелеком» - ОАО «Электрическая связь» в порядке приватизации – на основании Плана от 16.04.1994. 

Согласно справке Департамента от 11.02.2022 данный объект недвижимости сам по себе не входил в состав муниципальной собственности, в реестре муниципального имущества не значился и не значится, в казну городского округа «Город Хабаровск» не передавался. 

Вместе с тем, размещенное в его границах электросетевое оборудование (линии электропередач, иное оборудование), было передано в собственность АО «ХГЭС» Администрацией в 2012 году в качестве оплаты за приобретенные обыкновенные именные бездокументарные акции эмитента (выпуск                         1-01-31385-F002D от 07.03.2012) в рамках исполнения договора купли-продажи ценных бумаг № 2 от 15.05.2012 (пункты 1223, 1224, 1225 Приложения к договору от 15.05.2012).

Судом установлено отсутствие отдельной технической документации на соответствующее (спорное) электросетевое оборудование. 

Одновременно с этим в приложении к договору купли-продажи ценных бумаг № 2 от 15.05.2012 (пункты 1223, 1224, 1225) содержится указание о том, что размещенный в  границах ТП комплекс электросетевого оборудования включает в себя линии электропередач, иное оборудование (фидеры).  

Судом также установлено, что  нежилое здание подстанции с кадастровым номером 27:23:0040645:125 изначально возводилось в целях размещения соответствующего электросетевого оборудования. 

При этом, доказательств изменения в установленном законом порядке его целевого назначения, а равно переоборудования в целях корректировки изначально заданного технологического назначения,  не имеется.  

Материалами дела (договор энергоснабжения № 8817 от 22.05.2019, акт технологического присоединения от 21.05.2019, схемы снабжения) подтверждено, что в границах ТП размещено оборудование, принадлежащее ответчику, которое задействовано в процессе электроснабжения ряда объектов различного технологического назначения;  среди данных объектов – имущество самого истца (ООО «27Региострой»), а также ряда иных лиц - ООО «КдИнвест», ООО «БруслитСервис», УССИ ФСО РФ в ДВЛ, ООО «Промлит», ИП ФИО3

Таким образом, в данном случае,  ТП как объект недвижимости и размещенное в его границах электросетевое оборудование выступали предметами различных по типу, составу условий и субъектам гражданско-правовых сделок, отдельно друг от друга. 

Соответствующие сделки не были оспорены кем-либо из заинтересованных лиц и предопределили возникновение самостоятельных правовых титулов на здание и находящееся в нем оборудование у различных субъектов. 

При этом в границах ТП размещено оборудование, принадлежащее ответчику, которое задействовано в процессе электроснабжения ряда объектов различного технологического назначения.

Вместе с тем, как верно установил суд, для решения вопроса о допустимых границах использования названных объектов первостепенное значение имеет не формальная принадлежность правовых титулов конкретным лицам, а действительное целевое назначение соответствующих объектов и определенный законом статус пользователя.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2017 № 304-ЭС16-16267, при разрешении споров между электросетевой компанией и собственником трансформаторной подстанции, которая используется для доставки электроэнергии до потребителей, необходимо учитывать особенности правового регулирования, установленные законодательством об электроэнергетике.

Статьей 3 Федерального закона  № 35-ФЗ  установлено, что объекты электроэнергетики - это имущественные объекты, непосредственно используемые в процессе производства, передачи электрической энергии, оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике и сбыта электрической энергии, в том числе объекты электросетевого хозяйства; объекты электросетевого хозяйства - линии электропередачи, трансформаторные и иные подстанции, распределительные пункты и иное предназначенное для обеспечения электрических связей и осуществления передачи электрической энергии оборудование.

Согласно пунктам 25 и 37 ГОСТ 19431-84 «Энергетика и электрификация. Термины и определения», утвержденного постановлением Госстандарта СССР от 27.03.1984 № 1029 и вводной части Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.01.2003 № 6, действующих в рассматриваемый период,  под трансформаторной подстанцией понимается электрическая подстанция, предназначенная для преобразования электрической энергии одного напряжения в электрическую энергию другого напряжения с помощью трансформаторов; под электрической подстанцией - электроустановка, предназначенная для преобразования и распределения электрической энергии; под электроустановкой - энергоустановка как комплекс (совокупность) машин, аппаратов, линий и вспомогательного оборудования (вместе с сооружениями и помещениями, в которых они установлены), предназначенных для производства, преобразования, трансформации, передачи, распределения электрической энергии и преобразования ее в другие виды энергии.

Из подпунктов 1.1.3 и 1.1.4 Правил устройства электроустановок, утвержденных Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 08.07.2002 № 204, следует, что электроустановка - это совокупность машин, аппаратов, линий и вспомогательного оборудования (вместе с сооружениями и помещениями, в которых они установлены), предназначенных для производства, преобразования, трансформации, передачи, распределения электрической энергии и преобразования ее в другие виды энергии; закрытые или внутренние электроустановки - это электроустановки, размещенные внутри здания, защищающего их от атмосферных воздействий.

При этом, Федеральным законом  № 35-ФЗ не предусмотрена  обязанность сетевой организации заключить договор аренды с собственником объектов электросетевого хозяйства, не оказывающим услуги по передаче энергии.

Функциональные характеристики ТП, отраженные в техническом паспорте, позволяют отнести спорный объект к такого рода сооружениям.

Трансформаторная подстанция имеет специальное (функциональное) назначение – обеспечение энергоснабжением присоединенных к ней потребителей и согласно статье 134 ГК РФ представляет собой единый имущественный комплекс, в связи с чем, как правильно отметил суд,   невозможно ее деление на здание и оборудование, и использование последних самостоятельно, отдельно друг от друга, так как вынужденное деление единого имущественного электросетевого комплекса как сложной вещи приводит к фактической невозможности использования имущества по целевому назначению. 

Следовательно, здание трансформаторной подстанции не может использоваться по иному назначению, поскольку  через находящееся в ней оборудование осуществляется переток электроэнергии.

ТП представляет собой сооружение, предназначенное для размещения электрооборудования, и  собственной эксплуатационной ценности для ответчика,  оно представлять не может, ее использование неразрывно связано с пользованием электрооборудованием, сетями, их обслуживанием.

Согласно части 4 статьи 26 Федерального закона № 35-ФЗ сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов.

В силу пункта 6 Правил  № 861, собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату. 

Аналогичный правовой режим распространяется и на недвижимый комплекс (здание), который возведен специально для размещения названного типа оборудования. 

В рассматриваемом случае, инициатор судебного разбирательства, будучи обладателем вещного титула на здание ТП, не имеет статуса специализированной организации в сфере электроснабжения, не является собственником объектов электросетевого хозяйства.

Вместе с тем,  отсутствие у истца специального статуса, само по себе не означает, что на него не распространяются базовые ограничения и запреты, регламентированные Федеральным законом № 35-ФЗ и Правилами № 861.  

На необходимость соблюдения такого рода ограничений всеми субъектами гражданского оборота, в том числе в случае утраты (отсутствия) ими специального статуса, указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2017 № АПЛ16-632, Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 25.04.2019 № 19-П. 

Как установлено судом и подтверждается материалами дела,  через спорную подстанцию и находящееся в ней оборудование осуществляется переток электроэнергии; через трансформаторную подстанцию присоединены к электрическим сетям сетевой организации (ответчика) энергопринимающие устройства ряда конечных потребителей.

 В этой связи ответчик, как сетевая организация, имеющая технологическое присоединение к этому оборудованию и оказывающая с его использованием услуги по передаче электрической энергии, в действительности не становится пользователем такой подстанции (в том значении категории «пользование», которое по смыслу действующего ГК РФ приводит к возникновению денежного обязательства).

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что АО «ХГЭС» фактически получает доход либо сберегает денежные средства за счет пользования имуществом истца, поскольку использование помещения непосредственно связано с исполнением профильных функций и обязанностей по передаче электрической энергии потребителям.

Как верно установил суд, ответчик не мог извлечь доход в связи с использованием имущества истца и не получил экономической выгоды - доказательств того, что какие-либо расходы по использованию спорного имущества учитывались при утверждении ответчику тарифа на услуги по передаче электроэнергии, не представлено.

Факт использования трансформаторной подстанции в целях передачи электроэнергии конечным потребителям не влечет для ответчика неосновательного обогащения.

На момент приобретения спорной трансформаторной подстанции соответствующее оборудование уже находилось в ней, следовательно, истец сознавал, что приобретает именно элемент инфраструктуры электросетевого хозяйства с находящимся в нем оборудованием. 

То есть,  указанное помещение изначально было предназначено именно для устройства трансформаторной подстанции, а не для иных целей, вошло в состав сложной вещи задолго до оформления истцом прав на данное помещение -  к моменту приобретения помещения истцом оно уже длительное время находилось в составе трансформаторной подстанции, о чем последнему  было известно.

При установленных обстоятельствах, верен вывод суда о том, что основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют, так как имеет место не пользование отдельным помещением истца для размещения и функционирования оборудования ответчика, а существующий с момента создания здания переток, которому истец не вправе препятствовать и требовать за это плату, в том числе и в случае,  когда такая плата исчислена вне связи с установленными в сфере энергетики тарифами, а представлена в виде рыночной стоимости аренды.

Исходя из содержания и смысла договора купли-продажи                                   № ДКПНИд-3104539/03-2019 от 18.03.2019, трансформаторная подстанция с кадастровым номером 27:23:0040645:125 была приобретена ООО «27Региострой» не в качестве самостоятельного объекта, предполагающего его дифференцированное коммерческое использование, а фактически – как составной элемент единого имущественного комплекса производственно-складской базы. 

При этом истец не представил относимых и допустимых доказательств возможности использования спорного объекта вне его изначального целевого назначения (остававшегося неизменным с момента возведения объекта), а также за рамками поименованного имущественного комплекса, и в деле не имеется надлежащих доказательств   того, что истец в действительности мог сдавать в аренду спорную трансформаторную подстанцию по той цене, которая указана в отчете № Н-290-21Х. 

В связи с вышеизложенным, верен вывод суда о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Возложение на ответчика испрашиваемой обязанности (по утверждению истца, сумма неосновательного обогащения направлена на взыскание платы за использование ответчиком  помещения), не согласуется с особым характером и функционалом спорного сооружения, не будет отвечать не только ранее приведенным предписаниям законодательства в сфере электроэнергетики и электросетевого хозяйства, но и в действительности породит положение, при котором ответчик, будучи специализированным субъектом отношений по электроснабжению, приобретет не основанные на законе денежные обязательства, существование которых, помимо прочего, осложняется отсутствием надлежащего компенсационного механизма.

Кроме того,  фактически АО «ХГЭС» не совершало действий по размещению спорного оборудования в ТП, то есть не создавало условий для использования имущества истца, который не доказал несение расходов на содержание ТП, обусловленных исключительно нахождением в ней элементов электросетевой инфраструктуры, а также не представил данных о том, что существование в границах принадлежащего ему здания элементов электросетевой инфраструктуры,  влечет необходимость несения затрат, превышающих  обычные расходы на содержание данного здания.  

Правовая позиция о недопустимости взыскания неосновательного обогащения при аналогичных фактических обстоятельствах отражена, в том числе,  в Определениях Верховного Суда Российской Федерации  от 14.07.2022                           № 310-ЭС22-10568 по делу № А35-5422/2019, 23.01.2020 № 310-ЭС19-27060 по делу № А68-10869/2018, 04.10.2017 № 307-ЭС17-14196 по делу № А56-33295/2016, 15.04.2019 № 308-ЭС19-3384 по делу № А53-39454/2017.

         Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм права действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы, не принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции в качестве  обоснованных, так как  они  не  опровергают выводы, изложенные в решении суда, а лишь выражают несогласие с ними.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Хабаровского края  от  21 марта  2023  года по делу № А73-14257/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Вертопрахова

 

Судьи

       Е.А. Швец

 

Е.И. Сапрыкина