549/2022-43931(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции 

Ф06-22309/2022

Дело № А55-27579/2018

г. Казань

22 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2022 

Полный текст постановления изготовлен 22 сентября 2022  председательствующего судьи Кашапова А.Р.,  

судей Коноплевой М.В., Самсонова В.А. , 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Панчу А.Р.  (протоколирование ведется с использованием системы веб-конференции,  материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)  

при участии в режиме веб-конференции: 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Бриз» ФИО1,  

при участии в режиме веб-конференции представителя: ФИО2 – ФИО3, по доверенности, в отсутствие: 

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего ФИО4  

на определение Арбитражного суда Самарской области от 17.03.2022 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 14.06.2022, ходатайства о проведении судебного заседания в режиме веб- конференции (онлайн-заседание), либо путем использования систем  видеоконференц-связи  

по делу № А55-27579/2018 

по заявлению (вх. № 95844 от 22.05.2020) конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «БРИЗ» (ИНН: 

<

***>),  

с участием в деле третьих лиц АО «ФИА-БАНК», ООО «Экспресс»,  ООО «Премиум»,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 28.05.2018  общество с ограниченной ответственностью «БРИЗ» (далее – должник)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто  конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий).  

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с  заявлением, с учетом уточнения, в котором просит:  

1. Привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Бриз»: ФИО5 (СНИЛС  

<

***>, гражданин РФ); ФИО12 (СНИЛС  

<

***>, гражданин РФ); ФИО6 (СНИЛС  

<

***>, гражданин РФ); ФИО7  (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО2 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО8 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО9 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО10 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ).  

2. Взыскать солидарно в конкурсную массу ООО «Бриз» с  ФИО2, ФИО5,  ФИО12, ФИО6,  ФИО7, ФИО9,  ФИО8, ФИО10 денежную  сумму в размере 48 715 589 руб. 04 коп.;  

3. Привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Бриз»: ФИО5 (СНИЛС  

<

***>, гражданин РФ); ФИО12 (СНИЛС  

<

***>, гражданин РФ); ФИО6 (СНИЛС  

<

***>, гражданин РФ); ФИО7  (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО2 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО8 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ); ФИО9 (СНИЛС 

<

***>, гражданин РФ);  

4. Взыскать солидарно в конкурсную массу ООО «Бриз» с  ФИО2, ФИО5,  ФИО12, ФИО6,  ФИО7, ФИО9,  ФИО8 денежную сумму в размере 1 563 777  рублей.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.03.2022  заявление конкурного управляющего ФИО4 о привлечении  контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Бриз» оставлено без  удовлетворения.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 14.06.2022 определение Арбитражного суда Самарской области  от 17.03.2022 оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами,  конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд  Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит  определение Арбитражного суда Самарской области от 17.03.2022 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 14.06.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявленных требований о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности.  

В обоснование жалобы приведены доводы о неправильном  применении судами норм материального и процессуального права, о  несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и  имеющимся в деле доказательствам.  

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО4  поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.  

ФИО2 полагая принятые по спору судебные акты  законными и обоснованными, просил оставить их без изменения,  кассационную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе  публично путем размещения информации о времени и месте судебного  заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа  и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в  судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3  статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в  порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.  

В соответствии со статьей 153.1 АПК РФ судебное заседание  проведено с использованием систем видеоконференц-связи при  содействии Арбитражного суда Самарской области.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность  применения норм материального и процессуального права в пределах,  установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной  жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит  оснований для их отмены в силу следующих обстоятельств.  

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий  должника ФИО4 указал на следующие обстоятельства:  

- на заключение ФИО2 в качестве директора  должника с АО «ФИА БАНК» договора уступки требования (цессии)   № 18719/5 от 17.11.2011 при нулевых активах должника (на основании  данного договора должником получено право требования задолженности  ООО «Аккорд» по кредитному договору в сумме 52 109 589 руб. 04 коп);  

- на заключение ФИО2 в качестве директора  должника и ФИО11 в качестве директора ООО «Аккорд»  соглашения об отступном № 1-2011 от 22.11.2011г., по которому  ООО «Аккорд» передало должнику недвижимое имущество (5/20 доли в  праве общей долевой собственности на нежилое здание: автомобильная  мойка на 7 постов с кафе, площадью 2 663,8 кв.м., этажность 3, подземный  этаж 1, литера А, кадастровый номер 63:09:0000000:0:689, расположенного  на земельном участке (право аренды) площадью 2 261 кв.м. с кадастровым  номером 63:09:0101183:29, расположенного по адресу: Самарская область,  Тольятти, Автозаводский район, ул. 40 лет Победы, 35);  

- всеми бывшими руководителями должника не принимались  меры, направленные на погашение кредиторской задолженности,  образовавшейся в результате заключения договора уступки требования  (цессии) № 18719/5 от 17.11.2011;  

- не исполнение ФИО6 и ФИО12  обязанности по передаче документации должника в порядке пункта 2  статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)  (далее – Закон о банкротстве).  

Как следует из материалов дела, ООО «БРИЗ» зарегистрировано  ИФНС России по Красноглинскому району г. Самары 19.10.2011, за  предшествующее возбуждению дела о банкротстве время руководителями  должника являлись: ФИО2 на момент заключения с АО «ФИА  БАНК» договора уступки требования (цессии) № 18719/5 от 17.11.2011 и до  28.12.2011; ФИО8 на момент заключения дополнительного  соглашения № 1 от 16.11.2012 к договору уступки права требования  (цессии) № 18719/5 от 17.11.2011 и до 23.01.2013; ФИО9 на момент  заключения дополнительного соглашения № 2 от 15.11.2013 и  дополнительного соглашения № 3 от 14.11.2014 к договору уступки права  требования (цессии) № 18719/5 от 17.11.2011 и до 26.12.2014; ФИО12  на момент заключения дополнительного соглашения № 4 от 20.11.2015 к  договору уступки права требования (цессии) № 18719/5 от 17.11.2011 и до  22.10.2018; ФИО6 в период с 22.10.2018 и по дату введения  процедуры банкротства (15.02.2019).  

Единственным участником ООО «БРИЗ» с долей участия 100 % в  различные периоды времени являлись: ФИО2 на момент  заключения с АО «ФИА БАНК» договора уступки требования (цессии)   № 18719/5 от 17.11.2011 и до 28.12.2011; ФИО8 на момент  заключения дополнительного соглашения № 1 от 16.11.2012 к договору  уступки права требования (цессии) № 18719/5 от 17.11.2011 и до  23.01.2013; ФИО9 на момент заключения дополнительного  соглашения № 2 от 15.11.2013 и дополнительного соглашения № 3  от 14.11.2014 к договору уступки права требования (цессии) № 18719/5  от 17.11.2011 и до 26.11.2015; ФИО5 с 26.11.2015 по 15.02.2016;  ФИО2 с 15.02.2016 по 28.10.2016; ФИО7 в период  с 28.10.2018 и по настоящее время.  

Кроме указанных лиц, по мнению конкурсного управляющего, также  контролирующим должника лицом является ФИО10, к которому  также заявлено требование о субсидиарной ответственности.  

В вину указанных лиц конкурсным управляющим должника  вменяется совершение ряда убыточных сделок, в отсутствие ликвидных  активов у должника, и неисполнение обязанности передачи документации  должника, установленной Законом о банкротстве.  

Сославшись на наличие оснований для привлечения указанных лиц к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный  управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Изучив материалы дела, суд первой инстанции и согласившийся с  ним апелляционный суд к спорным правоотношениям в части  материально-правовых норм применили положения статьи 10 Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ  «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ). Законом № 73-ФЗ, вступившим в  силу с 05.06.2009, введено понятие «контролирующее должника лицо».  

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона   № 73-ФЗ установлено, что контролирующие должника лица солидарно  несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам  должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с  момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о  возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в  результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или  исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества,  составляющего конкурсную массу.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции,  применимой к рассматриваемой ситуации) руководитель должника обязан  обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в частности, если  должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено  в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей  статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты  

возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о  банкротстве).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве  нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего  Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц,  на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по  принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и  подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после  истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего  Федерального закона.  

Принимая во внимание данные содержащиеся в бухгалтерской  (финансовой) отчетности должника на последнюю отчетную дату, суды  пришли к выводу о наличии признаков неудовлетворительной структуры  баланса должника.  

Между тем, как верно отметили суды, указанное обстоятельство не  отнесено законодателем к условиям, которые обязывают руководителя  обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.  

Наличие у должника кредиторской задолженности в определенный  период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации  в целом, равно как и не свидетельствует о совершении контролирующими  лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного  состояния организации, поскольку не является тем безусловным  основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен  исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов  баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением  хозяйственной деятельности.  

С учетом изложенного, суды двух инстанций пришли к выводу об  отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований  конкурсного управляющего о привлечении бывших руководителей  

должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления  должника о несостоятельности (банкротстве).  

Делая вывод об отсутствии оснований для удовлетворения  требований заявления по иным основаниям, предусмотренным для  привлечения к субсидиарной ответственности, суды первой и  апелляционной инстанций исходили из следующего.  

Судами установлено, что заключение ряда сделок должником имели  место в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона   № 73-ФЗ.  

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие  действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица  в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам (абзац 1 пункта 4 статьи 10 Закона  о банкротстве).  

В силу разъяснений данных в пункте 16 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие),  которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те,  без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает  существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица  на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи  между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим  объективным банкротством.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 совместного  постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации № 6 и  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996  «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой  

Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, при разрешении  споров, связанных с ответственностью учредителей (участников)  юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом),  собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать  обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом  имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что  указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности  лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического  лица вызвана их указаниями или иными действиями.  

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом  или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких  сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  настоящего федерального закона.  

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения  сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу,  если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.  К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые  для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно  являющиеся существенно убыточными.  

При этом следует учитывать, что значительно влияют на  деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям  крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46  Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка  существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может  быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно  

отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также  сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой  должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или  несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему  ранее весомый доход (пункт 2 Постановления № 53).  

Между тем, как установлено судами двух инстанций, доказательств  того, что названные выше спорные сделки причинили существенный вред  имущественным правам кредиторов, были совершены со  злоупотреблением правом со стороны контрагентов и привели к  возникновению у должника признаков объективного банкротства, не  представлено. Проведенная в рамках настоящего обособленного спора  судебная экспертиза ООО «ЦЕНТР НЕЗАВИСИМОЙ ОЦЕНКИ»,  указанных обстоятельств также не опровергла.  

Более того, как установлено судами, уступленное право требование  по кредитному обязательству было обеспечено залогом недвижимого  имущества и поручительством. Частично задолженность по кредитному  обязательству, право требования которой было передано должнику, было  исполнено, кроме того должнику по соглашению об отступном перешла  недвижимость, которая в последствии была реализована в ходе  конкурсного производства. В ходе хозяйственной деятельности данное  имущество активно должником использовалось, сдавалось в аренду,  извлекалась прибыль, которая частично пошла на погашение  задолженности перед АО «ФИО БАНК» в сумме 3 583 082,19 руб.  

В этой связи, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для  однозначного вывода об убыточности либо порочности спорного договора  и дополнительных соглашений к нему, а также соглашений об отступном и  разделе имущества.  

Довод о том, что последующими руководителями должника не  предпринималось действий по взысканию дебиторской задолженности с  ООО «Аккорд» и по погашению кредиторской задолженности перед  

АО «ФИА БАНК» судами отклонен, поскольку опровергается  материалами дела. Как указывалось выше задолженность перед  АО «ФИО БАНК» в сумме 3 583 082,19 руб. была погашена. Данное  обстоятельство сторонами не оспаривается.  

Приведенный конкурсным управляющим анализ движения по счетам  должника денежных средств, свидетельствует об объективной  невозможности погашения кредиторской задолженности в полном объеме  перед АО «ФИА БАНК».  

Таким образом, выводы судов о недоказанности того, что  непосредственные действия ответчиков повлекли неплатежеспособность  должника являются верными, их действия также не могут обуславливать  субсидиарную ответственность.  

Кроме того, в обоснование заявленных требований к ответчикам  конкурсный управляющий также указывал на неисполнение обязанности  по передаче документов должника.  

Решением Арбитражного суда Самарской области от 28.05.2018  ООО «БРИЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него  открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден  ФИО4  

Обстоятельство, являющееся основанием для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности, как непредставление  конкурсному управляющему бухгалтерских документов должника,  возникло после указанной даты (28.05.2018), в связи с чем, суды к  спорным правоотношениям применили положения главы III.2 Закона  о банкротстве, введенной Законом № 266-ФЗ.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, если документы  бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  

(составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении  наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации,  формирование которой является обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации, либо указанная информация  искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и  реализация конкурсной массы.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель  должника, а также временный управляющий, административный  управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты  утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу  бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов,  материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие  необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному  управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и  совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные  частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры,  направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника,  находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим  задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке,  установленном Законом о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 14.02.2020  у бывших руководителей ФИО6 и ФИО12 истребованы  бухгалтерская и иная документация должника, печати, штампы,  материальные и иные ценности в пользу конкурсного управляющего.  

Доказательств исполнения в полном объеме указанного акта в материалы  дела не представлено.  

По итогам исследования данных бухгалтерской отчетности  должника, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что его основным  ликвидным активом являлся объект недвижимости, который был  реализован в ходе конкурсного производства, вырученные денежные  средства поступили в конкурсную массу.  

В этой связи, суды пришли к выводу о том, что действия ФИО6 и ФИО12 в части не предоставления бухгалтерской  документации должника не повлекли негативных последствий.  Доказательств, свидетельствующих о сокрытии, указанными лицами,  иного имущества должника в материалы дела не представлено.  

Относительно требования конкурсного управляющего о наличии  оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, суды первой и  апелляционной инстанций указали на следующее.  

Законом № 73-ФЗ, вступившим в силу с 05.06.2009 введено понятие  «контролирующее должника лицо».  

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или  юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года,  предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их  возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Возможность управления действиями должника со стороны  контролирующего лица может достигаться в том числе посредством:  нахождения с должником (руководителем или членами органов  управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения; наличия полномочий совершать сделки от имени должника,  

основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином  специальном полномочии; должностного положения (в частности,  замещения должности главного бухгалтера, финансового директора  должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а  также иной должности, предоставляющей возможность определять  действия должника); а также иным образом, в том числе путем  принуждения руководителя или членов органов управления должника  либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов  органов управления должника иным образом.  

Судами установлено, что ответчик ФИО10 не извлекал какую-либо выгоду, не совершал виновных противоправных действий, и в его  действиях отсутствует наличие последствия в виде доведения ООО «Бриз»  до несостоятельности (банкротства) и прямой причинно-следственной  связи между его действиями и наступившими последствиями, что  исключает привлечение данного ответчика к субсидиарной  ответственности.  

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ  имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, не  установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что ответчики не  передали документы, которые привели к существенному затруднению  проведения процедур банкротства и препятствовали поиску имущества  должника и пополнению конкурсной массы, заявитель не доказал наличие  причинно-следственной связи между бездействиями контролирующих  должника лиц и невозможностью формирования конкурсной массы, и, как  следствие, невозможности удовлетворения требований кредиторов, суды  правомерно пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Изложенные в кассационной жалобе доводы, подлежат отклонению,  так как выводов судов не опровергают, не свидетельствует о допущении  судами нарушений норм материального права и (или) процессуального  

права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных  актов, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласие с  произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой  обстоятельств дела; доводы заявителя тождественны доводам, являвшихся  предметом исследования суда апелляционной инстанции и получивших  надлежащую правовую оценку.  

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках  предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по  внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи  71 АПК РФ.  

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная  инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые  обстоятельства дела, а также не праве переоценивать доказательства,  которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной  инстанций.  

Иных доводов, опровергающих установленные судами  обстоятельства и выводы, в кассационной жалобе не приведено.  

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции  отсутствуют правовые основания для отмены обжалуемых судебных актов.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1  статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 17.03.2022 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 14.06.2022 по делу № А55-27579/2018 оставить без изменений,  кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и  может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  

принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья А.Р. Кашапов 

Судьи М.В. Коноплева  

 В.А. Самсонов