арбитражный суд уральского округа

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1279/23

Екатеринбург

08 февраля 2024 г.Дело № А50-1074/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 31 января 2024 г. Постановление изготовлено в полном объеме 08 февраля 2024 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Морозова Д.Н., Кудиновой Ю.В. рассмотрел  в   судебном  заседании  кассационную   жалобу  ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 25.09.2023 по делу № А50-1074/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 (лично, предъявлен паспорт);

ФИО2 (лично, предъявлен паспорт);

представитель финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 06.10.2023.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 16.11.2022 ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3 (определение

от 09.02.2023).

В арбитражный суд обратилась кредитор ФИО2 с заявлением о признании недействительным соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015, заключенного между ФИО6 и ФИО1

Определением Арбитражного суда Пермского края от 25.09.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023, соглашение о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015, заключенное между должником и ответчиком, признано недействительной (ничтожной) сделкой, применены последствия

недействительности соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 в виде восстановления режима общей совместной собственности в отношении имущества, приобретенного в период брака ФИО1 и ФИО5, как до, так и после заключения данной сделки, признанной судом недействительной (ничтожной), в том числе зарегистрированного на любого из супругов.

ФИО1 обратился в суд округа с кассационной жалобой, просит обжалуемые судебные акты отменить и вынести судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами судов о невозможности установления давности изготовления соглашения из-за воздействия на него температурой выше 80°С; отмечает, что в письменном заключении эксперт признал рукописные подписи сторон пригодными для дальнейшего исследования, после проведения ГЖХ-анализа эксперт пришел к выводу о невозможности установить давность выполнения подписей по причине наличия в составе штрихов подписей и бумаги летучих компонентов с одинаковым временем удерживания и с сопоставимыми параметрами (высота и форма пика); кассатор не согласен с выводами судов о наличии заинтересованности между должником и ее супругом, поскольку семейные отношения между ними прекращены с апреля 2015 года, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами наличия семейных отношений с другой женщиной, совместного с ней проживания и рождения совместного ребенка, кроме того, сама ФИО6 заявляла о прекращении между супругами семейных отношений в своем заявлении от 09.02.2016 о взыскании с ответчика денежных средств. По мнению заявителя жалобы, при назначении и проведении экспертизы давности соглашения о разделе имущества судами нарушены нормы процессуального права; так, во исполнение определения суда ответчик предоставил оригинал оспариваемого соглашения, вместе с тем, при проведении экспертизы исследуемый документ был частично уничтожен, что предусмотрено используемой экспертом методикой определения, однако в определении суда от 23.03.2023 отсутствует пункт о разрешении на частичное уничтожение направленного на экспертизу документа. Кассатор считает необоснованным отказ судов в удовлетворении ходатайства ответчика об истребовании материалов гражданских дел из Свердловского районного суда г. Перми; полагает, что принятые судебные акты основаны на недопустимом доказательстве - незаверенной копии нотариального согласия должника, приложенной кредитором ФИО2 к письменным пояснениям в судебных прениях; указанный документ судами не исследовался.

Финансовый управляющий ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Поступившие посредством системы электронной подачи документов «Мой   Арбитр»   от   кредитора   ФИО2   пояснения   по   доводам кассационной жалобы в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что в соответствии с соглашением о разделе общего имущества супругов, датированным 27.04.2015 ФИО5 и ФИО1 произвели раздел совместно нажитого в период брака, имущества, согласно пунктам 2.1 - 2.4 которого квартира по адресу: 

<

...>, общей площадью 88,7 кв. м, рыночная стоимость 5 200 000 руб. - передается в единоличную собственность должника, а доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «ООЦ «Звездный» (далее - общество «ООЦ «Звездный») номинальной стоимостью 4000 руб., рыночная стоимость 1 190 080 руб. и общества с ограниченной ответственностью «Универсал-Тур» (далее -общество «Универсал-Тур») номинальной стоимостью 8000 руб., рыночная стоимость 196 000 руб., а также автомобиль Infiniti FX37, 2012 год выпуска, г/н B699M0159RUS, рыночная стоимость 1 800 000 руб. - передаются в единоличную собственность ответчику (бывшему супругу должника).

ФИО2, ссылаясь на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратилась в суд с заявлением о признании соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 недействительным, указывала на то, что стоимость активов, переданная ФИО1, занижена, оценка рыночной стоимости данных активов не производилась; стоимость квартиры, переданной должнику, завышена на 20-30%, кроме того поскольку квартира являлась для должника единственным жильем и не подлежала изъятию за долги, нарушен баланс распределяемого имущества; по мнению кредитора, такой раздел имущества совершен в преддверии фактического банкротства или уже в период после подачи заявления о банкротстве, лишает должника права собственности на вторую половину автомобиля и ликвидных долей в организациях, а также искусственно создает ситуацию отсутствия имущества с целью избежать обращения взыскания на все имущество.

Заявитель также полагал, что заключение должником оспариваемого соглашения повлекло уменьшение стоимости и размера имущества должника, сведя ее ликвидные активы, за счет которых она могла рассчитываться по долгам, к нулю, и, как следствие, причинило вред имущественным правам кредитора.

В обоснование заявленных требований ФИО2 также ссылалась на то, что на момент совершения сделок по отчуждению ответчиком (бывшим супругом должника) доли в обществе «ООЦ «Звездный» и автомобиля Infiniti в 2019 году должник отвечал признакам неплатежеспособности, сделка совершена с заинтересованным лицом, совершена супругом должника с его матерью; данные лица знали о цели совершения сделки; судебные акты о взыскании задолженности с должника в августе 2019 года уже вступили в силу и были известны, В-вы и ФИО7 (мать супруга должника) действовали в сговоре.

Кредитор отметил, что доля в обществе «ООЦ «Звездный» и иных обществах реализовывалась ответчиком с нотариального согласия его супруги, что подтверждает фиктивность соглашения; кроме того, обратил внимание на то, что ранее в рамках дела № 2-200/2022 уже представлялся сфальсифицированный договор купли-продажи автомобиля; в период с 2018 по 2019 годы в иных судебных разбирательства и в правоохранительных органах супругами В-выми в письменной форме было зафиксировано, что раздела имущества супругов нажитого в браке не происходило.

По результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств суды установили, что оспариваемым соглашением его стороны определили режим собственности в отношении приобретенного ими в браке имущества, в частности, квартира по адресу: 

<

...>, квартира *, общей площадью 88,7 кв. м, рыночная стоимость 5 200 000 руб. передана в единоличную собственность должника, доли в уставном капитале общества «ООЦ «Звездный», номинальной стоимостью 4000 руб., рыночная стоимость 1 190 080 руб., общества «Универсал-Тур», номинальной стоимостью 8000 руб., рыночная стоимость 196 000 руб., автомобиль Infiniti FX37, 2012 год выпуска, г/н B699M0159RUS, рыночная стоимость 1 800 000 руб. переданы в единоличную собственность ответчика; оспариваемое соглашение составлено в простой письменной форме, датировано

27.04.2015.

Согласно выводам, изложенным в экспертном заключении от 28.04.2023 № 991/07-3/23-05, соглашение о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 подвергалось значительному термическому и/или световому воздействию; признаков механического и химического воздействия на указанном документе не обнаружено; определить, соответствуют ли дата выполнения подписей от имени ФИО1 и от имени ФИО5 в разделе: «Подписи Сторон» на соглашении о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 дате указанной в документе, дата выполнения соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 дате, указанной в документе, в какой период времени было выполнение соглашение о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015, какова давность изготовления печатного текста и линии графления на соглашении о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015, не представилось возможным по причинам, указанной в исследовательской части.

Суды проанализировали представленное в материалы дела экспертное заключение, а также пояснения эксперта, данные в судебном заседании 16.08.2023 (аудио-протокол, с 8 мин), и констатировали, что представленный на экспертизу документ, его печатный текст изменены, имеются признаки оплавления текста, что свидетельствует о том, что документ подвергался термическому воздействию свыше 80°С, что невозможно при обычных условиях хранения документа. Выявленные дефекты не являются дефектами принтера; установили, что эксперт пришел к выводу о том, что документ подвергался значительному термическому или световому воздействию, при этом на лицевую сторону документа было оказано более значительное (по времени и (или) силе источника воздействие) в связи с чем, давность его изготовления установить невозможно.

Помимо прочего, суды также приняли во внимание копию письменного согласия должника от 05.09.2019 на продажу доли в уставном капитале общества «ООЦ Звездный» по договору купли-продажи, которое она дала своему супругу - ФИО1, не сообщив при этом нотариусу о наличии брачного договора и раздела имущества, нажитого в период брака.

Таким образом, ссылаясь на положения статей 213.9, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -постановление Пленума № 25), пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», заключив, что о наличии оспариваемого соглашения кредиторы были осведомлены не ранее сентября 2022 года, при этом ранее супруги В-вы на данное соглашение не ссылались, о разделе имущества не сообщали, приняв во внимание выводы эксперта и данные им в судебном заседании пояснения, а также имеющиеся в материалах дела документы, в том числе согласие должника от 05.09.2019 на продажу доли в уставном капитале общества «ООЦ Звездный» по договору купли-продажи, указывая на отсутствие в материалах дела разумных пояснений относительно причин раздела имущества именно в 2015 году, при том, что брачные отношения не были расторгнуты вплоть до 2022 года, а значит, фактическое прекращение брачных отношений между ответчиком и должником в 2015 году не может с достаточной степенью достоверности указывать на период составления соглашения о разделе имущества, нажитого в период брака, суды, с учетом изложенного выше, оценили действия по разделу имущества как недобросовестные, направленные на причинение имущественного вреда кредиторам, позволяющие предотвратить обращение взыскание (вывести из конкурсной массы должника) наиболее ликвидный актив, а также в виду несоответствия указанной в нем даты фактической дате его составления, пришли к выводу о мнимости соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015, признав его недействительной (ничтожной) сделкой.

Между тем, судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов.

Таким образом, супруги вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части, в том числе и общих долгов супругов), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам семейного и гражданского законодательства.

Соглашение о разделе общего имущества прекращает право совместной собственности супругов на указанное в соглашении имущество и влечет возникновение права собственности у каждого из супругов в соответствии с его условиями.

Как разъяснено в подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума № 63, брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», кредиторы вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц;

76667187_1545325

установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума № 25, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом Гражданский кодекс исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимость сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание заключение судебной экспертизы, пояснения кредитора о том, что ранее о данном соглашении супругами не заявлялось, а также наличие факта дачи согласия должником на заключение сделки купли-продажи ФИО1 доли в обществе в 2019 году, и нерасторжение брака до 2022 года, незаверение у нотариуса рассматриваемого соглашения, суды первой и апелляционной инстанций посчитали, что указанные обстоятельства ставят под сомнение осуществление ФИО6 и ФИО1 действий, направленных на фактический раздел общего имущества оспариваемым соглашением, в результате чего пришли к выводу, что оспариваемое соглашение является мнимым.

В то же время суды не приняли во внимание доводы ФИО1 о том, что после подписания соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 у супругов отсутствовали взаимные претензии относительно переданного каждому из них по оспариваемому соглашению имущества, супруга проживала в указанной в соглашении квартире, он пользовался поименованным в соглашении автомобилем и участвовал в деятельности обществ, доли в которых согласно соглашению перешли к нему; в указанный период времени (2019 год) брак между супругами В-выми официально расторгнут не был (расторгнут в 2022 году) в связи с острым конфликтом между ними, ввиду чего согласие должника на продажу доли являлось обязательным, без такого согласия супруг должника не смог бы произвести отчуждение, однако, само по себе предоставление согласия на реализацию имущества в период отсутствия расторжение брака, не может свидетельствовать о том, что между В-выми сохранены брачные отношения и не состоялся раздел общего имущества супругов.

Удовлетворяя заявленные требования, суды не дали правовой оценки доводам ответчика о характере отношений, сложившихся между супругами В-выми в 2015 году, в том числе на 27.04.2015 года (дата, указанная в соглашении); так, возражая против заявленных требований, ФИО1 указывал, что конфликт у них с супругой начался в конце 2014 года, с апреля 2015 года супруги окончательно стали проживать раздельно, совместного хозяйства не вели, кроме того, на протяжении трех лет - с октября 2015 года по июнь 2018 года - супруги друг с другом не общались, даже по телефону, указанные обстоятельства были установлены Индустриальным районным судом г. Перми при рассмотрении гражданского дела № 2-14/2019 по иску ФИО1 к ФИО2 об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения. Помимо прочего, ответчик также указывал на то, что с апреля 2015 года проживает с другой женщиной - ФИО8, с которой в 2017 году родился совместный ребенок, для целей совместного проживания с ФИО8 ответчиком с 01.04.205 арендована квартира по адресу: г. Пермь, ул. Горького, д. 21, кв. *, а с 01.09.2016 - жилой дом, из договоров найма следует, что совместно с нанимателем проживает ФИО8; ответчик указывал на то, что в период с апреля 2015 года по 2019 год он совместно с ФИО8 совершал многочисленные перелеты по миру, во всех авиабилетах они оформлены в одном бронировании, указанное подтверждается штампами о пересечении границ в паспортах ФИО1 и ФИО8

Данные обстоятельства, как отмечал ответчик, подтверждаются представленными   им   в   материалы   дела   свидетельством   о   рождении

ФИО9, договором найма от 23.03.2015 с дополнительным соглашением от 01.02.2016, договором найма от 19.08.2016 с дополнительными соглашениями о пролонгации, заверенной ВТБ (ПАО) анкетой-заявлением на выпуск и получение международной банковской карты от 20.07.2015, списком совместных поездок ФИО1 и ФИО8, авиабилетами, копиями загранпаспортов ФИО1 и С.Л.ИБ.

Кроме того, ответчик также указывал на то, что должник проживает в квартире по адресу: 

<

...>, квартира *, общей площадью 88,7 кв. м, являвшейся среди прочего предметом раздела по оспариваемому соглашению, совместно со ФИО10, несет бремя ее содержания.

Суды первой и апелляционной инстанций данные доводы не исследовали, правовую оценку им не дали, равно как и не отразили в судебных актах мотивов, по которым вышеназванные документы ими не приняты в качестве доказательств, подтверждающих доводы ответчика.

Между тем, то обстоятельство, что супруги В-вы расторгли брак лишь в 2022 году, с учетом пояснений, представленных ответчиком, не может само по себе свидетельствовать о том, что между ответчиком и должником на момент совершения оспариваемой сделки сохранились брачные отношения, при том, что факты ведения совместного хозяйства, совместного проживания в период с 2015 года по 2022 год и наличия (отсутствия) взаимных отношений между супругами судами не исследовались, при этом ответчиком они опровергаются.

Кроме того, как следует из материалов дела и пояснений лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов: ФИО2 в размере 3 237 285 руб. 64 коп. и ФИО11 - 19 236 руб.

В ходе рассмотрения данного обособленного спора ФИО1, ссылаясь на недобросовестность действий кредитора ФИО2, указывал на наличие сговора между должником и данным кредитором, приводил доводы о том, что ФИО2 и должник состоят в дружеских отношениях (данный факт не отрицался и ФИО2 в ходе судебного заседания суда округа, пояснившей, что они с должником дружили со школы), между ФИО6 и кредитором ФИО2 были достигнуты договоренности о представлении ФИО2 интересов должника в ходе раздела имущества между супругами В-выми, которые были реализованы; имущество между супругами разделено в соответствии с оспариваемым соглашением, при этом ФИО2, обращаясь с данным заявлением о признании соглашения о разделе общего имущества супругов недействительным, преследует цель его пересмотра и получения большего, чем было предусмотрено в результате договоренностей, достигнутых супругами, в связи с тем, что за период с апреля 2015 года стоимость долей, оставшихся в собственности ФИО1, в соответствии с условиями оспариваемого соглашения, значительно выросла в связи с увеличением, в том числе в результате его деятельности, доходов обществ.

Наряду с изложенным ответчиком также приводились доводы о корректности раздела имущества с учетом миноритарного характера долей и цен, существовавших в период, соотносимый с датой, указанной в соглашении, а также о том, что на момент подписания супругами соглашения о разделе общего имущества супругов, датированного 27.04.2015, у должника отсутствовали обязательства перед кредитором ФИО2 (договор займа датирован 09.02.2016), а доводы кредитора о неизвещении ее должником о наличии соглашения о разделе имущества, изменяющего режим имущества супругов, в связи с чем, она вправе требовать исполнения обязательств независимо от содержания соглашения о разделе имущества, основан, по мнению ответчика, на неверном толковании норм материального права (при том условии, что ФИО2 представляла интересы должника в ходе согласования условий раздела имущества).

Указанные доводы ответчика также не были исследованы судами и не получили соответствующей их правовой оценки.

Кроме того, суды, установив, что в результате проведения экспертизы в рамках проверки заявления кредитора ФИО2 о фальсификации оспариваемого соглашения однозначных выводов относительно даты соглашения экспертом не сделано, приняли во внимание выводы эксперта, при это не предприняв дополнительных мер для установления таковой даты (в частности, не исследовали вопрос о наличии своего экземпляра у должника, места его нахождения и возможности его исследования с целью проверки данного заявления с целью постановки однозначного вывода относительно даты соглашения).

Помимо прочего, из материалов дела о банкротстве, в том числе общедоступных сведений, размещенных в информационной системе «Картотека арбитражных дел», а также пояснений лиц, данных в ходе судебного заседания суда округа, следует, что в настоящее время определением суда от 07.11.2023 удовлетворено заявление общества «Универсал-Тур» о намерении удовлетворить в полном объеме требования кредиторов должника; при этом, как пояснил ответчик суду кассационной инстанции, денежные средства находятся на депозите у нотариуса, однако кредитором по неизвестным ему причинам не получены. Мотивов, по которым кредитору, чей законный интерес состоит в получении удовлетворения своих требований, не обращается к нотариусу, настаивает на признании соглашений недействительным не приведено.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65, часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены решения, постановления судов первой и апелляционной инстанций является несоответствие выводов судов, содержащихся в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение (неправильное применение) норм материального права и норм процессуального права, при этом последнее является основанием для изменения или отмены судебного акта, если это процессуальное нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления (части 2, 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенное и то, что, исходя из вышеназванных обстоятельств, выводы судов о наличии оснований для признания соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.04.2015 недействительной сделкой сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех значимых для дела обстоятельств, обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене (часть 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части данного постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить с учетом всех обстоятельств дела характер спорных правоотношений между сторонами, предложить лицам, участвующим в деле, представить надлежащие документальные доказательства, подтверждающие названные обстоятельства, дать оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в деле доказательства, и по результатам исследования и оценки соответствующих доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 25.09.2023  по делу №     А50-1074/2022     и     постановление     Семнадцатого     арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по тому же делу отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийЕ.А. Павлова

СудьиД.Н. Морозов

Ю.В. Кудинова