ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

№ 11АП-15607/2023

Дело № А65-23696/2019

г. Самара

29 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2024 года

 Постановление в полном объеме изготовлено 29 июля 2024 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., 

судей Львова Я.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А.,

с участием:

конкурсный управляющий ФИО1 - лично (паспорт),

от конкурсного управляющего ФИО1 - ФИО2, доверенность от 15.05.2024,

от ФИО3, ФИО4 - ФИО5, доверенность от 11.05.2023 и 17.05.2023,

иные лица не явились, извещены,

         рассмотрев в открытом судебном заседании 15 июля 2024 года в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 августа 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3 по обязательствам ООО «ТОП»,

 

                                                              УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.03.2020 (резолютивная часть оглашена 28 февраля 2020 года) ООО «ТОП», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на четыре месяца (до 28.06.2020); конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член саморегулируемой организации Союз «Арбитражных управляющих «Правосознание».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.04.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих».

02.03.2023 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление (вх. 11197) конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «ТОП».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.08.2023 заявление конкурсного управляющего, удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТОП». Приостановлено рассмотрение заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления, отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить. 

В обоснование апелляционной жалобы, заявитель ссылаются на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ, указывая на несогласие с выводами суда об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;  ФИО4, являясь единственным учредителем и одновременно отцом фактического руководителя должника ФИО3, имел возможность оказывать определяющее влияние на действия руководителя должника, определять действия должника, в т.ч. по совершению заведомо убыточных для должника сделок и определению их условий, поручался по обязательствам должника;  отказ судом в истребовании у ФИО4 документации должника в рассматриваемом случае не имеет правового значения; договоры с ООО «Евро Инвест» (ООО «БОСМ») от 15.12.2017 и ООО «Арис Плюс» от 07.12.2017, задолженность по которым взыскана решением Арбитражного суда Чувашской Республики, были подписаны в период руководства обществом  ФИО4, впоследствии руководителем общества с 21.12.2017 утвержден ФИО3, между тем, ни в период руководства обществом ФИО4, ни ФИО3, договоры со стороны должника не исполнялись – поставка товара не осуществлена, не смотря на полную его оплату со стороны ООО «Евро Инвест» (ООО «БОСМ») и ООО «Арис Плюс» в связи с чем, по мнению заявителя, налицо намеренные совместные действия контролирующих должника лиц по неисполнению обязательств перед контрагентами, вывод денежных средств и имущества на подконтрольных лиц, доведения должника до банкротства; датой объективного банкротства должника, по мнению управляющего, наступила 25.10.2018 (через месяц после вступления в законную силу решения суда о взыскании с должника задолженности в пользу ООО «Арис Плюс»), между тем, ни учредитель - ФИО4, ни руководитель должника – ООО «Профальянс», ни фактический руководитель должника - ФИО3, не обратились с заявлением о банкротстве должника.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 апелляционная жалоба оставлена без движения.

После устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения, определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено с учетом отложения назначено на 15.07.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

07.12.2023 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе.

22.12.2023 от ответчика ФИО7 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу.

15.01.2024 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные возражения на отзыв ФИО7

20.03.2024 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные пояснения.

12.04.2024 от конкурсного управляющего ФИО1 в материалы дела поступили письменные пояснения.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2024 в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена замена, отсутствующего по уважительной причине судьи Львова Я.А. на судью Гольдштейна Д.К.

После замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

12.07.2024 от ФИО7 в материалы дела поступили письменные пояснения на апелляционную жалобу.

Указанные документы приобщены судом к материалам апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2024 в судебном составе, рассматривающем настоящую апелляционную жалобу, произведена замена, отсутствующего по уважительной причине судей Гадеевой Л.Р. и Гольдштейна Д.К. на судей Львова Я.А. и Поповой Г.О.

После замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

 

В ходе судебного заседания конкурсный управляющий ФИО1 и ее представитель поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме, просили отменить определение суда первой инстанции.

Представитель ФИО3 и ФИО4 возражал против доводов апелляционной жалобы, просил определение суда первой оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ТОП (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) –руководителем должника являлся ФИО3; руководителем должника на дату признания должника банкротом являлась управляющая компания ООО «Профальянс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), учредителем и единственным участником которого являлся ФИО4 

С 17.01.2020 лицом, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица - ООО «Профальянс», являлось ООО «УК «РБТ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), руководителем, учредителем и единственным участником которого с 21.12.2017 являлся ФИО3  

Конкурсный управляющий указывая, что ФИО4 и ФИО3 являются контролирующими должника лицами, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал:

- не подача заявления о признании должника банкротом (ст. 61.12 Закона о банкротстве);

 - не передача документации должника (абз. 2 п. 2 ст. 126, ст. 61.11 Закона о банкротстве), несмотря на наличие вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2021 по настоящему делу;

- причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения одной или нескольких сделок, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (ст.61.11 Закона о банкротстве)

Удовлетворяя частично заявленные требования конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Применительно к рекомендациям, содержащимся в пункте 2 информационного письма № 137, а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 1 июля 2017 года независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Указанное заявление основано на положениях статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что ФИО4 и ФИО3 не обеспечили передачу конкурсному управляющему должником документации, также причинили существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок, и не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд.

Конкурсное производство открыто в отношении имущества Общества согласно решению суда от 06.03.2020 (резолютивная часть от 28.02.2020), следовательно, такое обстоятельство, являющееся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, как непредставление конкурсному управляющему документации должника, в данном случае могло возникнуть после указанной даты, то есть в период действия главы III.2 Закона о банкротстве, поэтому к спорным правоотношениям в части материально-правовых норм подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено указанным Федеральным законом, в его целях под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Положениями пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлена презумпция, определяющая статус контролирующих должника лиц за учредителями и руководителями.  

В отношении наличия оснований, предусмотренных подпунктом 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, о привлечении обоих ответчиков к субсидиарной ответственности, суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Вышеуказанные положения в силу положений части 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

В п. 24 Постановления N 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Указанное требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном его поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

Статья 61.11 Закона о банкротстве к неправомерным действиям (бездействию) контролирующего должника лица относит отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, либо если имеющиеся документы не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.    

Судом первой инстанции установлено, что в арбитражный суд было подано заявление (вх. 15597) конкурсного управляющего ФИО6 об истребовании у ФИО4 и ООО «Профальянс» документации должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.11.2021 заявление конкурсного управляющего, удовлетворено частично. Суд обязал управляющую компанию ООО «Профальянс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), передать конкурсному управляющему ФИО6 бухгалтерскую и иную документацию должника. В остальной части заявления, отказано. 

Как установлено судом, в материалы дела не представлены доказательства исполнения определения суда от 10.11.2021 и передачи со стороны ООО «Профальянс» конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов должника, подтверждающих состав его активов, в том числе дебиторской задолженности и денежных эквивалентов, что не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу для осуществления расчетов с кредиторами.

В материалы дела не представлены также доказательства невозможности их передачи либо их отсутствия.

При этом, отсутствие оригиналов документов, первичной информации не позволяет выявить и реализовать ликвидное имущество должника и обратиться за взысканием дебиторской задолженности, а соответственно, препятствует осуществлению мероприятий, предусмотренных процедурой конкурсного производства.

Общество участия в судебных заседаниях не принимало, доказательств невозможности передачи арбитражному управляющему необходимой документации (информации) либо ее отсутствия у него не представило, равно как и не обосновало отсутствие оснований привлечения его к субсидиарной ответственности, в том числе путем опровержения установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, ФИО3 – как руководитель и единственный учредитель ООО «УК «РБТ», которое являлось руководителем ООО «Профальянс», а руководителем должника на дату признания должника банкротом являлось ООО «Профальянс» - не исполнил обязанность по передаче необходимой документации, что в силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве влечет за собой его субсидиарную ответственность. 

В части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному основанию, судом первой инстанции учитывалось, что судом было отказано в части обязания ФИО4 передать конкурсному управляющему ООО «ТОП» ФИО6 бухгалтерскую и иную документацию должника в связи с чем, презумпция, установленная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в данном конкретном случае применена быть не может.

Обращаясь с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий должника ссылаясь на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указывал на причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Как следует из пункта 6.1 статьи 23 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли. 

Конкурсный управляющий указывал, что в ходе процедуры банкротства выявлены сделки, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.       

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явилась ли совершенная контролирующим лицом в период исполнения им обязанностей руководителя должника от имени должника сделка необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделка не оказала, но причинила должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

В качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности управляющий указывал на совершение должником следующих сделок:

1) определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.04.2022 заявление конкурсного управляющего должником ФИО6 удовлетворено; признан недействительным договор купли-продажи автомобиля от 12.03.2017, заключенный между должником и ФИО8 Применены последствия недействительности сделки; с ФИО8 в пользу должника взыскано 1 200 000 руб. 

Определение апелляционного суда мотивировано подачей апелляционной жалобы с нарушением заявителем пресекательного шестимесячного срока на обжалование и отказом апелляционного суда в удовлетворении ходатайства о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы. 

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 16.01.2023 определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2022 по делу № А65-23696/2019 - оставлено без изменения.

2) определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.12.2021 заявление конкурсного управляющего должником удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи автомобиля от 01.08.2019, заключенный между обществами «ТОП» и «УК «РБТ». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «УК «РБТ» в пользу общества «ТОП» 3 000 000 руб. и восстановления задолженности общества «ТОП» перед обществом «УК «РБТ» в размере 3 000 000 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 01.08.2019. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.12.2021 - оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 01.09.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.12.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2022 по делу № А65-23696/2019 - оставлены без изменения.

Также конкурсный управляющий ссылался на иные сделки, по которым, конкурсному управляющему должника было отказано, а именно:

- постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.09.2022 отменено. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи автомобиля от 17.01.2018 транспортного средства марки LEXUS ES300H, 2014 г.в., VIN: 

<

***>, заключенного между ООО «ТОП» и ФИО9 и применении последствий недействительности сделки отказано. Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.03.2023 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2022 по делу № А65-23696/2019 оставлено без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения:

- в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО6 о признании недействительными сделки - соглашение об уступке права требования № 1377КЗ-ТОП/2019 от 12.08.2019, заключенного между должником и ООО «УК «РБТ», договор купли-продажи № 1377КЗ-ТОП/08/2019 о выкупе предмета лизинга, 2 А65-23696/2019 заключенного между ООО «Ресо-Лизинг» и ООО «УК «РБТ», и договор куплипродажи транспортного средства от 08.08.2019, заключенного между ООО «УК «РБТ» и АО «Консталтинг.Ру» и применении последствий недействительности сделки путем обязания АО «Консталтинг.Ру» возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство - автомобиль со следующими характеристиками: марка MERSEDES-BENZ GLC 350D 4MATIC, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, 2016г.в., модель двигателя 64282641862852, черного цвета, регистрационный знак 

<

***>, паспорт 

<

...> выдан Центральной акцизной таможней 13.09.2016). По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение 21.11.2022 следующего содержания: «В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТОП», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) отказать. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОП», г.Казань (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 6 000 рублей государственной пошлины». 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.11.2022 по делу № А65-23696/2019 - оставлено без изменения.

С учетом изложенного, вред, причиненный на сумму 1 200 000 руб. указанный ранее сделкой в сравнении с размером требований кредиторов, нельзя признать существенным, который позволяет исходить из презумпции установленной статьей 61.11 Закона о банкротстве в доведении должника до банкротства, поскольку по второй рассмотренной сделке, восстановлена задолженность общества «ТОП» перед обществом «УК «РБТ» в размере 3 000 000 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 01.08.2019, то есть сделка была совершена со встречным предоставлением. 

В данном случае, по мнению суда первой инстанции, конкурсный управляющий не доказал, что именно заявленные в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности действия ответчиком применительно к подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, привели к банкротству должника. Конкурсный управляющий не представил сведений об объективных причинах банкротства ООО «ТОП». 

При этом в силу абзаца 3 пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом. 

Из указанной нормы следует, что предпринимательская деятельность является рисковой, соответственно, предполагается, что такая деятельность может быть как прибыльной, так и убыточной. При этом контролирующие должника лица отвечают по обязательствам должника, когда именно их целенаправленные действия привели к банкротству должника. 

В рассматриваемом случае суд не может отнести оспариваемые сделки к числу значимых с учетом масштаба деятельности общества и одновременно признать их убыточными (пункт 23 Постановления Пленума ВС РФ № 53). 

Сам по себе факт совершения положенных в основу заявления о привлечении сделок еще не влечет основания для привлечения обоих ответчик по указанному основанию к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Суд ограничен пределами заявленных конкурсным управляющим требований и не может выйти за их пределы. Иных оснований и доказательств, опровергающих данное обстоятельство, конкурсным управляющим должника не представлено.

В этой связи, презумпция, установленная подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в данном конкретном случае применена быть не может.

В отношении наличия оснований, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, о привлечении обоих ответчиков к субсидиарной ответственности суд приходит к следующим выводам. 

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством. 

Заявление должника должно быть направлено в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закон о банкротстве). 

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. 

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер. 

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. 

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах). 

Кроме того, ответственность руководителя должника является гражданскоправовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ. 

Как установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим не доказана ни дата, когда руководитель должника или его участник должны были обратиться в суд с заявлением, ни размер обязательств, возникших перед истцом после такой даты.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в привлечении ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному основанию. 

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.  

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности основания пункты 2, 4 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО3 в связи с чем, удовлетворил  заявление конкурсного управляющего частично.

Иных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих ООО «ТОП» лиц конкурсным управляющим не указано.

Согласно абзацу первому пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица (абзац второй пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку на момент рассмотрения обособленного спора не все мероприятия конкурсного производства по формирования конкурсной массы завершены, к расчетам с кредиторами конкурсный управляющий не приступал, суд посчитал необходимым приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

При этом суд отметил, что законодательство о банкротстве, не требует в качестве критерия отнесения к контролирующему должнику лицу формально-юридических признаков аффилированности, следовательно, заявленное требование конкурсного управляющего об аффилированности ответчиков не имеет правового значения для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности. 

Само по себе нахождение сторон в родственных отношениях, что объективно свидетельствует об аффилированности сторон, не является, по мнению суда, безусловным и достаточным основанием привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом судом первой инстанции установлены основания для приостановления производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами должника. 

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Довод апеллянта о том, что дата объективного банкротства должника наступила 25.10.2018 (через месяц после вступления в законную силу решения суда о взыскании с должника задолженности в пользу ООО «Арис Плюс»), между тем, ни учредитель - ФИО4, ни руководитель должника – ООО «Профальянс», ни фактический руководитель должника - ФИО3, не обратились с заявлением о банкротстве должника, апелляционный суд признает несостоятельным, поскольку исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 N 14-П, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 N 309-ЭС15-16713, а также исходя из того, что начиная с указанной конкурсным управляющим даты у должника не возникло новых обязательств перед кредиторами, помимо тех, что существовали ранее в связи с чем, совокупность условий, необходимых для привлечения контролирующих лиц к ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, в рассматриваемом случае отсутствует.

Относительно доводов конкурсного управляющего о совершении должником сделок, впоследствии признанных судом недействительными, и наличии в связи с этим оснований для привлечения к ответственности контролировавших должника лиц, апелляционный суд указывает, что названные управляющим сделки были признаны недействительными в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве и не были причиной банкротства должника. Исходя из абзаца 6 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53), апелляционный суд исходит из недоказанности заявителем того обстоятельства, что в результате совершения оспоренных сделок в преимущественном порядке минуя иных кредиторов (нормы статьи 61.3 Закона о банкротстве) должник лишился возможности осуществления хозяйственной деятельности – доведение до банкротства. Сам по себе факт осуществления оспоренных сделок не является достаточным для установления оснований привлечения к субсидиарной ответственности.

Из материалов настоящего обособленного спора и информации имеющейся в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) следует, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.10.2021 обязанность передать конкурсному управляющему ООО «ТОП» оригиналы документов, должника, в том числе, бухгалтерскую документацию возложена на управляющую компанию должника ООО «Профальянс (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). 

В связи с чем, доводы апеллянта в данной части суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 августа 2023 года по делу №А65-23696/2019 - оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                        А.В. Машьянова 

 

Судьи                                                                                      Я.А. Львов

 

                                                      Г.О. Попова