АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А7630246/2023

31 января 2025 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения подписана 30 января 2025 года. Решение в полном объеме изготовлено 31 января 2025 года.  

Судья Арбитражного суда Челябинской области Сысайлова Е.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Нурумовой К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Синергия», ОГРН 

<

***>, г.Колпино, г.Санкт- Петербург, к ФИО1, ИНН 

<

***>, с.Аргаяш Челябинской области, ФИО2, ИНН 

<

***>, г.Челябинск, о привлечении к субсидиарной ответственности,  

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО3 – представителя, действующего на основании доверенности от 26.08.2024, личность удостоверена по паспорту, предъявлен диплом,  

иные представители сторон в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Синергия» (далее – истец, ООО «Синергия») 26.09.2023 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области к ФИО1, ФИО2 (далее – ответчик, ФИО1, ФИО2) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств в размере 1 028 248 руб. 00 коп. в качестве убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства ООО Блок» по отражению сведений в налоговых декларациях в связи с наличием договорных правоотношений с ООО «Синергия».  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 05.03.2024 исковое заявление принято к производству, назначена дата предварительного судебного заседания.  

Ответчиками, в нарушение положений ст.131 АПК РФ, отзыв в материалы дела не представлен.  

В силу ч. 4 ст. 131, ч. 1 ст. 156 АПК РФ, непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.  

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования, просил удовлетворить в полном объеме.  

Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного заседания уведомлены с соблюдением требований статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Согласно ч. 1 ст. 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления  

или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта в порядке, установленном настоящим Кодексом, не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.  

В силу абз. 2 ч. 1 ст. 122 АПК РФ, если арбитражный суд располагает доказательствами получения лицами, участвующими в деле, и иными участниками арбитражного процесса определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, информации о времени и месте первого судебного заседания, судебные акты, которыми назначаются время и место последующих судебных заседаний или совершения отдельных процессуальных действий, направляются лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса посредством размещения этих судебных актов на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса.  

Согласно ч. 1 ст. 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.  

Вручение почтовых отправлений разряда «Судебное» осуществляется в соответствии с Приказом ФГУП «Почта России» от 07.03.2019 № 98-п «Об утверждении Порядка приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений».  

Неявка или уклонение стороны от участия при рассмотрении дела не свидетельствует о нарушении предоставленных ей Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации гарантий защиты и не может служить препятствием для рассмотрения дела по существу.  

В силу ст. 156 АПК РФ неявка лиц, извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела, если суд не признал их явку обязательной.  

Дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, по правилам ч.3, ч.5 ст.156 АПК РФ.  

Заслушав позицию истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.  

Как следует из материалов дела и искового заявления, общество с ограниченной ответственностью «Блок» (далее – Общество) образовано 24.08.2016, о чем в Едином государственном реестре юридических лиц внесена запись ГРН № 1167456110370.  

Лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица с 14.02.2017 являлся генеральный директор ФИО2 (запись ГРН 2177456186356).  

Единственным участником Общества с долей 100% с 23.03.2017 являлся ФИО1.  

В 2017 года ООО «Блок» являлось контрагентом ООО «Синергия» и оказывало услуги по поставке материалов для проведения ремонтных работ на производственной площадке ООО «Синергия», что подтверждается следующими документами: договор № 09/17 от 04.04.2017; акты выполненных работ № 17-04-01 от 11.04.2017, № 17-04-06 от 27.04.2017, № 17-05-03 от 12.05.2017, № 17-05-13 от 30.05.2017, № 17-06-12 от 13.06.2017, № 17-06-06 от 06.06.2017, № 17-06-15 от 16.06.2017, № 17-06-19 от 26.06.2017; счета- фактуры № 17-04-01 от 11.04.2017, № 17-04-06 от 27.04.2017, № 17-05-03 от 12.05.2017,  

 № 17-05-13 от 30.05.2017, № 17-06-12 от 13.06.2017, № 17-06-06 от 06.06.2017, № 17-06-15 от 16.06.2017, № 17-06-19 от 26.06.2017.  

Расчеты произведены в 2017-2018 годах. 

26.10.2022 Межрайонной ИФНС № 20 по Санкт-Петербургу принято решение № 03-06 о привлечении ООО «Синергия» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в том числе в связи с занижением в во 2-3 квартале 2017 года ООО «Синергия» НДС на сумму 533 898 руб. в связи с неправомерным применением налоговых вычетов по НДС по счетам-фактурам, выставленным от ООО «Блок».  

В этой связи в соответствии с решением налогового органа сумма недоимки по налогу на прибыль составила 494 350 руб.  

Таким образом, общая сумма недоимки по НДС и налогу на прибыль составила 1 028 248 руб.  

На основании данного решения налогоплательщик привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения на основании статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации:  

- в виде штрафа в сумме 6 216 790 руб.; - начислена недоимка по НДС и налогу на прибыль в сумме 58 339 736 руб.; - начислены пени в сумме 32 261 317 руб. 

Основанием доначисления указанных сумм недоимки, пени и штрафа послужил вывод налогового органа о получении ООО «Синергия» необоснованной налоговой выгоды, в том числе по хозяйственным операциям с ООО «Блок».  

Решение МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06 отменено в части Управлением ФНС России по Санкт-Петербургу в порядке ст. 31 НК РФ.  

В соответствии с решением Управления ФНС России по Санкт-Петербургу от 10.10.2023 № 08-09/47002 решение МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.10.2022 № 03-06 отменено в части доначислений сумм пени по налогу на добавленную стоимость, налогу на прибыль за период с 01.04.2022 по 01.10.2022, сумма пени по НДС уменьшена на 1 398 272 руб. 01 коп., сумма пени по налогу на прибыль уменьшена на 2 527 019 руб. 90 коп.  

Не согласившись с решением МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06, ООО «Синергия» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением об оспаривании решения МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.06.2024 по делу № А56-111682/2023 в удовлетворении требований о признании незаконным решения МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отказано.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.06.2024 по делу № А56-111682/2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.  

По мнению истца, привлечение ООО «Синергия» к налоговой ответственности, доначисление налога на добавленную стоимость (далее – НДС) и налога на прибыль является следствие неисполнения ООО «Блок» обязанности по отражению сведений в налоговых декларациях.  

23.01.2019 Межрайонной ИФНС № 17 по Челябинской области внесена запись за ГРН 2197456086353 о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности.  

16.05.2019 Межрайонной ИФНС № 17 по Челябинской области внесена запись за ГРН 2177456722529 об исключении Общества из ЕГРЮЛ в связи с наличием записи о недостоверности.  

На момент исключения Общества из ЕГРЮЛ генеральным директором Общества являлся ФИО2, единственным участником Общества являлся ФИО1.  

Полагая, что ответчики, как лица, контролирующие должника, действовали недобросовестно и неразумно, поскольку не отразили в налоговых декларациях суммы НДС, полученные в рамках договорных обязательств с истцом, что повлекло привлечение ООО «Синергия» к налоговой ответственности, истец обратился с настоящим исковым заявлением в арбитражный суд.  

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ, самостоятельно определив способы их судебной защиты (статья 12 ГК РФ).  

Частью 1 статьи 11 ГК РФ определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.  

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.  

По смыслу статей 1, 11, 12 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения. Следовательно, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица посредством использования предусмотренных действующим законодательством способов защиты.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные названным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.  

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.  

В рассматриваемом деле таковым лицами для Общества, по мнению истца, являлись ФИО2 и ФИО1.  

В данном случае Общество 16.05.2019 исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.  

Пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, на которую ссылается истец в обоснование заявленных требований, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставит в зависимость от наличия причинно- 

следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.  

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.  

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.  

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно только при доказанности истцом совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, в том числе наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора и участника, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении подобного требования.  

В данном случае возможность привлечения ответчика к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц. При этом бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.  

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 ГК РФ).  

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53).  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.  

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (часть 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности.  

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления № 53).  

При предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.  

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления № 53).  

Изложенное соответствует правовым позициям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 N 305- ЭС21-18249(2,3).  

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения учредителя общества следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в отношении действий (бездействия) директора.  

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом  

сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;  

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;  

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;  

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;  

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;  

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;  

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

Каких-либо доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях ответчиков, повлекших неисполнение обязательств Компании, истцом в материалы дела не представлено.  

Как следует из материалов дела, решение о ликвидации Общества не принималось, ликвидационный баланс не составлялся, данное общество исключено из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ по решению уполномоченного органа.  

Вместе с тем пунктами 3 и 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ установлены гарантии, направленные на защиту прав кредиторов предстоящим исключением.  

В обоснование заявленных требований истец также указывал, на то, что вина ответчиков заключается в необращении их как генерального директора и учредителя Компании в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.  

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на  

которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В отношении Общества дело о банкротстве не возбуждалось, что в силу статьи 61.19 Закона о банкротстве исключает возможность привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (в том числе за неподачу заявления о банкротстве), и рассмотрения такого заявления вне рамок дела о банкротстве.  

Более того, истцом не обозначен период, когда руководитель и учредитель Общества должны были обратиться с заявлением о признании должника банкротом, и не доказано наличие какого-либо обязательства, возникшего у Общества перед истцом после того момента, с которым истец связывает возникновение у ответчиков обязанности подать заявление должника.  

Наличие у ООО «Блок» непогашенной задолженности также не подтверждено. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, определяемые по правилам статьи 15 настоящего Кодекса.  

В силу п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично. Под убытками законодатель понимает расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Возможность взыскания убытков закон связывает с доказыванием причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) одного лица и наступившими отрицательными последствиями в имуществе другого лица.  

Для удовлетворения требования о взыскании убытков необходимо установить следующие обстоятельства: факт наступления вреда; наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и виновными действиями лица; документально подтвержденный размер убытков; вину причинителя убытков.  

Отсутствие доказательств наличия хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет недоказанность всего состава гражданско-правового института убытков (в том числе, упущенной выгоды) и отказ в удовлетворении исковых требований.  

Исходя из разъяснений, содержащихся в п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за  

нарушение обязательств», по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинно-следственную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.  

Из указанных разъяснений следует, что при предсказуемости негативных последствий в виде возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется.  

Не обязательно и точное доказывание потерпевшим размера убытков, причиненных нарушением.  

В целом же по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).  

Судом установлено, что при проведении проверки налоговым органом было установлено наличие признаков завышения ООО «Синергия» сумм налоговых вычетов по НДС и участие в схеме, направленной на необоснованное занижение налоговых вычетов путем принятия к бухгалтерскому и налоговому учету фиктивных счетов-фактур с последующим включением в налоговые декларации ложных сведений. Для этой цели заключались фиктивные договоры с «сомнительными» организациями, в частности, с ООО «Блок», целью которых являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии.  

Как следует из решения налогового органа о привлечении истца к ответственности за совершение налогового правонарушения, истец не представил документов первичного учета автотранспортных услуг по транспортировке отходов и не подтвердил, что транспортировка отходов выполнена лицом, указанным в актах выполненных работ и в счетах-фактурах. В опровержение собранных налоговым органом доказательств, истцом не представлено в материалы дела документов, подтверждающих реальность правоотношений. Инспекцией сделан вывод о том, что сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, т.е является мнимой и ничтожна согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ.  

Налогоплательщик – заказчик и его контрагент рассматриваются как участники по сути одного правонарушения, если их действия носили согласованный характер и были направлены на получение экономического эффекта за счет непосредственного участия в уклонении от уплаты налога на добавленную стоимость совместно с лицами, не осуществлявшими реальной экономической деятельности.  

Исходя из положений пункта 1 статьи 15, пунктов 1 и 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков может быть отказано, если при рассмотрении дела (в том числе, с учетом результатов разрешения налогового спора) установлено, что обе стороны договора выступали участниками по сути одного правонарушения, в связи с чем налогоплательщик – истец не является лицом, потерпевшим в результате действий (бездействия) контрагента.  

В соответствии с налоговым законодательством истец как налогоплательщик самостоятельно исполняет свою публичную обязанность по уплате законно установленных налогов, вследствие чего не вправе перекладывать негативные последствия своего нарушения законодательства о налогах и сборах в виде доначисления налогов на своего контрагента в частно-правовых отношениях, в том числе путем взыскания с него убытков.  

Согласно статье 11 НК РФ недоимкой считается сумма налога, сумма сбора или сумма страховых взносов, не уплаченная в установленный законодательством о налогах и сборах срок. Пунктом 1 статьи 3 НК РФ предусмотрена обязанность каждого лица уплачивать законно установленные налоги и сборы. В силу пункта 1 статьи 44 НК РФ обязанность по уплате налога возникает, изменяется и прекращается при наличии оснований, установленных названным Кодексом или иным актом законодательства о налогах и сборах. В соответствии с пунктом 2 статьи 44 НК РФ обязанность по уплате конкретного налога возлагается на налогоплательщика с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога. Налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах, и обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах (пункт 1 статьи 45 НК РФ). По смыслу приведенных норм возникновение у налогоплательщика обязанности по уплате налога, исчисленного в установленном налоговым законодательством порядке, связано с появлением объекта налогообложения.  

Сумма недоимки обусловлена необходимостью исполнения юридическим лицом как налогоплательщиком обязанности по уплате налога, исчисленного в соответствии с законодательством о налогах и сборах, возникновение обязанности по уплате налога не зависит от действий контрагента, и по своей правовой природе сумма недоимки не относится к штрафным санкциям, не является мерой ответственности, а суммой обязательного налогового платежа, просроченного к уплате, но подлежащего в любом случае уплате налогоплательщиком.  

Поскольку уплата доначисленных сумм налога (недоимок) обусловлена необходимостью исполнения обществом как налогоплательщиком обязанности по уплате налога, исчисленного в соответствии с законодательством о налогах и сборах, отсутствуют основания для квалификации недоимки в качестве убытков общества, учитывая, что истцом не доказано наличие недобросовестных и неразумных действий ответчика, приведших к доначислению налога, который не подлежал бы уплате при обычной хозяйственной деятельности юридического лица в гражданском обороте, либо к утрате объективно существовавшего права на вычет.  

Именно налогоплательщик как лицо, имеющее право на вычет, должен знать о его наличии, обязан соблюсти все требования законодательства для его получения (в частности, представить первичные учетные документы, содержащие достоверные сведения и подтверждающие совершение реальных хозяйственных операций со спорным контрагентом). Следовательно, заключая договор с контрагентом, приняв документы, истец взял на себя риск негативных последствий в виде невозможности применить обоснованную налоговую выгоду.  

Кроме того, истцом не учтено, что предусмотренное пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах основание ответственности руководителя носит самостоятельный характер; он отвечает не за основного должника, а за свое противоправное поведение, повлекшее невозможность исполнения обязательства перед кредиторами.  

Так, в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1–3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению  

кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

Исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности.  

Требуется, чтобы именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления № 53). Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671, при предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (статья 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 постановления № 53).  

Вменяемые истцом ответчикам действия в виде неперечисления полученных от Общества сумм НДС в бюджет (при том, что установлена мнимость сделки), представление нулевых налоговых деклараций по НДС или их непредставление, привлечение недобросовестных контрагентов без согласования с Обществом сами по себе не охватываются пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах.  

Тот факт, что ответчик не представил в налоговый орган достоверные сведения об обществе, также не образует достаточных оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у ООО «Блок» последнее имело возможность осуществить расчеты с истцом, но уклонилось от исполнения денежного обязательства.  

Для признания того, что факт оплаты налогового сбора истцом находился в причинно-следственной связи с действиями ответчика, необходимо, чтобы недобросовестные и неразумные действия ответчика привели к доначислению налога, который не подлежал бы уплате при обычной хозяйственной деятельности юридического лица в гражданском обороте, либо к утрате объективно существовавшего права на вычет.  

В данном случае истец не представил доказательств явной недобросовестности или неразумности действий ответчика в умышленной ликвидации общества с долгами  

Доказательства того, что ответчик, имея возможность действовать от имени Общества, уклонялся от исполнения обязательств перед взыскателем при наличии у общества достаточных денежных средств, совершал какие-либо умышленные действия с целью уклонения от исполнения обязательств перед Обществом, последним в дело не представлены.  

Таким образом, причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и возникновением у истца убытков отсутствует.  

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

В соответствии с п. 3.1 ч. 3 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.  

В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.  

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006 разъяснено, что исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента должно быть истолковано против нее (ст. 9, ч. 3 ст. 65, ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).  

С учетом природы НДС как косвенного налога, предполагающей переложение бремени его уплаты с участвующих в товародвижении хозяйствующих субъектов на потребителей, в силу п. 1, п. 2 ст. 171 НК РФ налогоплательщик при осуществлении облагаемых НДС операций имеет право уменьшить общую сумму исчисленного налога на установленные данной статьей налоговые вычеты – суммы налога, предъявленные ему при приобретении товаров (работ, услуг) и имущественных прав для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения.  

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога означает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (п. 1 ст. 168 НК РФ) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (п. 1 ст. 173 НК РФ).  

Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.11.2004 № 324-О.  

Как неоднократно отмечалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (Постановление от 19.12.2019 № 41-П, определения от 16.10.2003 № 329-О, от 10.11.2016 № 2561-О, от 26.11.2018 № 3054-О).  

Таким образом, отказ в праве на вычет «входящего» налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том  

числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.  

Дифференциация вызванных указанными нарушениями последствий для налогоплательщиков-покупателей с учетом того, знали и должны ли последние были знать о допущенных контрагентом и третьими лицами нарушениях при исполнении обязанности по уплате НДС, необходима, поскольку позволяет обеспечить нейтральность налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте, и имеет превентивный характер для обеспечения стабильности налоговой системы, стимулируя участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги.  

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – постановление Пленума № 53), в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункт 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (пункт 10).  

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.  

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, изложен в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 № 12670/09, от 30.06.2009 № 2635/09, от 12.02.2008 № 12210/07.  

Оценка проявления налогоплательщиком должной осмотрительности не сводится к выявлению изъянов в эффективности и рациональности его хозяйственных решений. В тех случаях, когда налоговым органом не ставится вопрос об участии налогоплательщика в уклонении от уплаты НДС в результате согласованных действий с поставщиками (пункт 9 постановления Пленума № 53), но приводятся доводы о том, что налогоплательщик знал или должен был знать об уклонении его поставщика, поставщиков предыдущих звеньев от уплаты НДС (пункт 10 постановления Пленума № 53), при оценке данных доводов судебная практика исходит из стандарта осмотрительного поведения в гражданском (хозяйственном) обороте, ожидаемого от его разумного участника в сравнимых обстоятельствах.  

Согласно подходу, изложенному в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 15658/09, от 20.04.2010 № 18162/09, от 12.02.2008 № 12210/07, проявление надлежащей осмотрительности предполагает, что при выборе контрагента субъекты предпринимательской деятельности, как правило, оценивают не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта; а при совершении значимых сделок, например, по поводу дорогостоящих объектов недвижимости, изучают историю взаимоотношений предшествующих собственников и принимают тому подобные меры.  

Поэтому значение имеют не только доказанные налоговым органом обстоятельства, порочащие исполнение поставщиками их налоговых обязанностей, но и то, должны ли данные обстоятельства быть ясны налогоплательщику-покупателю в конкретной ситуации совершения сделки с поставщиком с учетом характера и объемов деятельности покупателя (крупность сделки и регулярность совершения аналогичных сделок), специфики приобретаемых товаров, работ и услуг (наличие специальных требований к исполнителю, в том числе лицензий и допусков выполнению определенных операций), особенностей коммерческих условий сделки (наличие значимого отклонения цены от рыночного уровня, наличие у поставщика предшествующего опыта исполнения аналогичных сделок) и т.п. Соответственно, критерии проявления должной осмотрительности не могут быть одинаковыми для случаев ординарного пополнения материально-производственных запасов и в ситуациях, когда налогоплательщиком приобретается дорогостоящий актив, либо привлекается подрядчик для выполнения существенного объема работ.  

Распределение бремени доказывания названных обстоятельств между налоговым органом и налогоплательщиком также не является одинаковым.  

Если налоговый орган установит, что экономический источник вычета (возмещения) НДС не создан, а поставщик (исполнитель) в период взаимодействия с налогоплательщиком-покупателем не имел экономических ресурсов (материальных, финансовых, трудовых и т.п.), необходимых для исполнения заключенного с покупателем договора, в связи с чем сделка в действительности исполнена иными лицами, которым обязательство по ее исполнению поставщик не мог передать в силу своей номинальности, данные обстоятельства могут указывать на то, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, пока иное не будет доказано налогоплательщиком.  

Напротив, вступление в отношения с хозяйствующим субъектом, обладающим экономическими ресурсами, достаточными для исполнения сделки самостоятельно либо с привлечением третьих лиц, представление таким субъектом бухгалтерской и налоговой отчетности, отражающей наличие указанных ресурсов, дает разумно действующему налогоплательщику-покупателю основания ожидать, что сделка этим контрагентом будет исполнена надлежащим образом, а налоги при ее совершении - уплачены в бюджет. В подобной ситуации предполагается, что выбор контрагента отвечал условиям делового оборота, пока иное не будет доказано налоговым органом.  

Указанные выводы согласуются с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597.  

Исходя из положений п. 1 ст. 15, п. 1, п. 2 ст. 393 ГК РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков может быть отказано, если при рассмотрении дела (в том числе, с учетом результатов разрешения налогового спора) установлено, что обе стороны договора выступали участниками по сути одного правонарушения, в связи с чем налогоплательщик не является лицом, потерпевшим в результате действий (бездействия) контрагента.  

В частности, в силу сложившейся судебной практики, налогоплательщик и его контрагент рассматриваются как участники по сути одного правонарушения, если их действия носили согласованный характер и были направлены на получение экономического эффекта за счет непосредственного участия в уклонении от уплаты налога на добавленную стоимость совместно с лицами, не осуществлявшими реальной экономической деятельности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 301-ЭС20-19679, от 25.01.2021 № 309-ЭС20-17277, от 28.05.2020 № 305-ЭС19-16064, от 09.09.2021 № 302-ЭС21-5294).  

Если налоговый орган установит, что экономический источник вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость не создан, а поставщик (исполнитель) в период взаимодействия с налогоплательщиком-покупателем не имел экономических ресурсов (материальных, финансовых, трудовых и т.п.), необходимых для исполнения заключенного с покупателем договора, в связи с чем сделка в действительности исполнена иными лицами, которым обязательство по ее исполнению поставщик не мог передать в силу своей номинальности, данные обстоятельства могут указывать на то, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, пока иное не будет доказано налогоплательщиком (пункт 1 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2023).  

26.10.2022 Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 20 по Санкт-Петербургу (далее – МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу) в отношении ООО «Синергия» принято решение № 03-06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения по результатам выездной налоговой проверки.  

Указанным решением налогоплательщик привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения на основании статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ):  

- в виде штрафа в сумме 6 216 790 руб. 00 коп.; 

- начислена недоимка по НДС и налогу на прибыль в сумме 58 339 736 руб. 00 коп.;  

- начислены пени в сумме 32 261 317 руб. 00 коп. 

Решение МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06 отменено в части Управлением ФНС России по Санкт-Петербургу в порядке ст. 31 НК РФ.  

В соответствии с решением Управления ФНС России по Санкт-Петербургу от 10.10.2023 № 08-09/47002 решение МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.10.2022 № 03-06 отменено в части доначислений сумм пени по налогу на добавленную стоимость, налогу на прибыль за период с 01.04.2022 по 01.10.2022, сумма пени по НДС уменьшена на 1 398 272 руб. 01 коп., сумма пени по налогу на прибыль уменьшена на 2 527 019 руб. 90 коп.  

Не согласившись с решением МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06, ООО «Синергия» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением об оспаривании решения МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.06.2024 по делу № А56-111682/2023 в удовлетворении требований о признании незаконным решения МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отказано.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2024 решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  

07.06.2024 по делу № А56-111682/2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.  

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.  

В системе действующего правового регулирования предусмотренное ч. 3 ст. 69 АПК РФ основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 АПК РФ означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 № 407-О, от 16.07.2013 № 1201-О, от 24.10.2013 № 1642-О).  

Таким образом, ч. 3 ст. 69 АПК РФ, направленная на обеспечение в условиях действия принципа состязательности законности выносимых судом постановлений, не предполагает ее произвольного применения, а потому не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя, указанные в жалобе.  

Кроме того, оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704, от 19.03.2020 № 305-ЭС19-24795).  

Из судебных актов по делу № А56-111682/2023 следует, что ООО «Синергия» не подтвердило факт исполнения спорных хозяйственных операций силами ООО «Блок», что подтверждает факт нереальности оказания услуг ООО «Блок» и свидетельствует о применении ООО «Синергия» фиктивного документооборота и направленности действий двух контрагентов на совместное создание путей для получения необоснованной налоговой выгоды.  

Поскольку доначисление НДС и налога на прибыль ООО «Синергия» произведено на основании решения МИФНС № 20 по Санкт-Петербургу от 26.10.2022 № 03-06, принятому по результатам выездной налоговой проверки, исходя из того, что уменьшение суммы налога обусловлено противоправными действиями самого истца, который использовал ООО «Блок» для создания формального документооборота без реального осуществления деятельности с целью получения необоснованной налоговой выгоды, истцом не доказано противоправное поведение исключительно ООО «Блок», ФИО2, ФИО1, приведшее к доначислению ООО «Синергия» суммы налогов.  

При этом, заключая договор с Обществом, истец самостоятельно провел оценку рисков своей финансово-хозяйственной деятельности, определив по своему усмотрению возможность получения налоговой выгоды в виде применения налоговых вычетов по НДС  

и уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль, что не состоит в причинной связи с действиями (бездействием) ответчика.  

В рассматриваемом случае именно истец был обязан соблюсти все требования законодательства для получения налогового вычета, и не может перелагать риск неполучения соответствующих сумм на своего контрагента. При этом выбор контрагента и заключение с ним сделки осуществляется истцом самостоятельно. Сам факт установления налоговым органом высоких налоговых рисков деятельности контрагента не свидетельствует о противоправности действий (бездействия) ответчика.  

Наступление для истца негативных последствий, о которых им заявлено в иске, находилось исключительно в сфере его контроля, поэтому совокупность условий, позволяющих признать ООО «Блок» лицом, виновным в причинении убытков, истцом не доказана.  

Наступление для истца негативных последствий, о которых им заявлено в иске, находилось исключительно в сфере его контроля, поэтому в ситуации отсутствия совокупности условий, необходимых для взыскания убытков, в частности: недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими для истца негативными последствиями (необходимости уплаты недоимки), суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.  

Ссылка ООО «Синергия» на судебную практику, судом отклоняются, поскольку по указанным делам обжалований в вышестоящие инстанции не было, а ответчики занимали пассивную процессуальную позицию и не возражали против требований ООО «Синергия».  

Согласно статье 112 АПК РФ, вопросы распределения судебных расходов, к которым, в соответствии со статьей 101 АПК РФ, относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.  

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

При заявленной цене иска подлежит уплате в бюджет государственная пошлина в размере 23 282 руб. 00 коп.  

При обращении в арбитражный суд, за рассмотрение дела, истцом уплачена государственная пошлина платежным поручением от 18.09.2023 № 65 в размере 23 282 руб. 00 коп.  

Принимая во внимание отказ в удовлетворении исковых требований, расходы истца по оплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.  

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,  

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме). Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение.  

Судья Е.А. Сысайлова