АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-32043/18

27 ноября 2019 г.

г. Ростов-на-Дону

Резолютивная часть решения объявлена   21 ноября 2019 г.

Полный текст решения изготовлен            27 ноября 2019 г.

 

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Меленчука И.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу "Белэнергомашсервис" (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>)

о взыскании убытков в размере 4 951 604,27 руб.

и дело по иску закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу "Белэнергомашсервис" (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>)

о взыскании 965 000 руб. неустойки.

при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 16.11.2018, представитель ФИО3 доверенность от 07.05.2019,

от ответчика: представитель ФИО4 по доверенности от 02.02.2019,

установил:

закрытое акционерное общество ПО "Нефтегазхиммаш" обратилось в суд с иском к акционерному обществу "Белэнергомашсервис" с требованием о взыскании убытков в размере 5 675 258,54 руб., из которых 723 654,27 руб. – сумма по договору на исправление результата работ, 823 700 руб. – штраф за поставку некачественного товара, 3 000 000 руб. – неустойка за просрочку поставки товара; 404 250 руб. - расходы по оплате услуг представителя по представлению в Арбитражном суде Саратовской области.

В порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом удовлетворено ходатайство истца об уменьшении цены иска до  4 951 604,27 руб. 

Истцом подан самостоятельный иск о взыскании с ответчика неустойки в размере 965 000 руб. в связи с нарушением графика передачи результата работ по спорного договору, о чем возбуждено производство по делу №А53-3279/2019.

В последующем, судом принято от истца уточнение оснований иска в виде просрочки поставки спорной продукции надлежащего качества и комплектности. 

Определением от 03.06.2019, суд на основании части 2 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объединил в одно производство дело №А53-3279/19 с делом №А53-32043/18, в виду взаимосвязи дел по основаниям возникновения требований, с учетом проведения в рамках дела №А53-32043/18 судебной экспертизы по проверке качества работ по спорному договору № 2015-5 от 12.05.2015, что будет иметь правовое значение для разрешения настоящего спора с учетом уточнения истцом оснований иска.

Истец в судебном заседании заявил ходатайство о приобщении к материалам  дела возражения на ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы.

От ответчика поступили дополнительные пояснения с приложенными документами.

Дополнительные документы приобщены судом к материалам дела.

Для дачи пояснений по экспертному заключению в судебное заседание приглашены эксперты ФИО5 и ФИО6

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, за отказ или уклонение от дачи показаний, подписка отобрана и приобщена к материалам дела. Суд заслушал пояснения экспертов, которые зафиксированы на материальном носителе. 

Эксперты подтвердили выводы судебной экспертизы, пояснив, что расчет ресурса произведен от толщины стенок спорных труб с использованием табличных значений напряжения.

Эксперты указали, что ответчик выполнил работы с нарушением технологии в части длины проточки спорных труб, так как проточка должна быть для сварки с подкладными кольцами. Ответчик делал без подкладных колец, то есть проточка не должна быть. С учетом наличия проточки ее длина должна быть 11 мм (п. 3.1.19) РД 26-02-80-2004, так как эта длина проточки перекрывается шириной шва сварки, а более длинная проточка, не обеспечивает необходимый ресурс эксплуатации. Выполнение всех условий (угол проточки, длина проточки, ширина сварного шва и толщина трубы 9,7 мм. в пределах проточки 11 мм) может обеспечить ресурс 100 000 часов. Толщина стенки 9,7 мм по всей длине проточки, то есть длиннее сварного шва, является ненадлежащей. Это и явилось основой для отказа в приемке работ основным заказчиком ПАО «Саратовский НПЗ».

Эксперты также пояснили, что меньший ресурс эксплуатации ими рассчитан исходя из исполнительной толщины трубы, то есть, с учетом коэффициента компенсации минусового допуска.

Ответчик возражал, так как этот расчет применяется при выборе трубы, а не для готового изделия.

В связи с отсутствием к экспертам вопросов, эксперты покинули зал судебного заседания.

Истец требования поддержал, просил требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик все заявленные истцом требования не признал, просил в иске отказать, заявив о пропуске срока исковой давности.

 Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд установил следующее.

12.05.2015 между ЗАО ПО «Нефтегазхиммаш» (заказчик) и ОАО «Белэнергомашсервис» (исполнитель) заключен договор подряда №2015-5 на выполнение работ с использованием материала заказчика, в соответствии с которым исполнитель  обязался выполнить по заданию и из комплектующих заказчика сборку комплекта змеевика пени П-1 с упаковкой, разработку деталировки и упаковке, соответствующих испытаний и контроля на основании РКД49-642-00.00.000, и чертежей общего вида на упаковку РД 26-02-80-2004г. (далее – договора – результат работ), сдать результат заказчику, а заказчик обязался принять результат работ и оплатить его.

Согласно пункту 1.6 договора датой передачи результата работ является дата подписания заказчиком акта приема-передачи выполненных работ (приложение №4).

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что стоимость работы по договору определяется согласно приложению №1 и включает компенсацию издержки исполнителя и причитающееся ему вознаграждение.

В соответствии с пунктом 2.2 договора оплата по договору осуществляется на основании акта-сдачи выполненных работ приложение №4, накладной по форме №МХ-18, приложение №5, отчета исполнителя об использовании материалов заказчика приложение №3, путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя по реквизитам, указанным в статье 15 данного договора.

Истец, во исполнение условий договора, перечислил на расчетный счет ответчика денежные средства в сумме 7 174 476,91 руб.

Результат работ был отгружен для поставки конечному грузополучателю ПАО «Саратовский НПЗ» 01.10.2015.

14.10.2015 от ПАО «Саратовский НПЗ» истец получил претензии по качеству поставленного товара с приложением акта входного контроля секций и перекидок змеевика печи П-1.

15.10.2015 истец направил в адрес ответчика письмо с описанием выявленных недостатков в ходе приемки змеевика пени П-1 на ПАО «Саратовский НПЗ» и направлением акта о выявленных недостатках от 14.10.2015.

Согласно пункту 7 акта от 14.10.2015 механическая обработка труб по внутреннему диаметру не соответствует требованиям пункта 3.1.1.19 РД 26-02-80-2004 г.

Кроме того, были допущены нарушения в секциях поз.1 (чертеж №49-692.03.01.000). поз. №2 (чертеж №49-692.01.02.000), поз.№3 (чертеж №49-692.03.02.000), поз. №4 (чертеж №49-692.01.03.000), перекидок поз.16 (чертеж №49-692.01.06.000), перекидки поз.5 (чертеж №49-692.03.000) в местах проведенной механической обработки толщина стенок труб составила 9,7-10,1 мм, что, не соответствует пределам допустимых значений по ГОСТ 550 п. 14, который устанавливает минимальное значение толщины стенки 10,2 мм) и согласованной рабочей конструкторской документации.

Также, истец указал, что ответчик допустил излишнюю расточку стенок отводов секции поз.№3 (чертеж №49-692.03.02.000), перекидок №5 (чертеж №49-692.03.03.000) в местах проведенной механической обработки толщина составляет 9,6-10.1 мм, что не соответствует пределам допустимых значений по ГОСТ 550 п. 1.4, который устанавливает минимальное значение толщины стенки 10,2 мм) и согласованной рабочей конструкторской документации.

Материал шпилек 2-1-М24-8gx160 и шпилек 2-1-М24-8gx100, поставляемых в комплекте с коллекторами поз.10 (чертеж №49-692.03.04.000), перекидкам поз. 15 (чертеж №49-692.07.00.000), перекидкам поз.14 (чертеж №49-692.01.05.000), также истец считает, что не соответствует заявленной стали 25Х2М1Ф и согласованной рабочей конструкторской документации.

Также истец указал, что по акту приемки-сдачи выполненных работ №1 от 01.10.2015, подписанный между сторонами у истца имелись претензии к комплектности отгруженного результата работ. 

В пункте 4 акта указано, что не были отгружены метизы:

- шпилька 2-1-М24-8gx100 ст. 25ХМ1Ф по ОСТ 26-2040-96 в количестве 1 шт. (составная часть штуцера Ду15, накладная №15 от 24.06.2015),

- шпилька 2-1-М24-8gx160 ст. 25Х2М1Ф по ОСТ 26-2040-96 в количестве 2 шт. (накладная №16 от 30.06.2015),

- гайка М24-7Н ст. 30ХМА по ОСТ 26-2041-96 в количестве 2 шт. (накладная №16 от 30.06.2015),

- шайба 24 ст. 30ХМА по ОСТ 26-2042-96 в количестве 2 шт. (накладная №16 от 30.06.2015).

Выявленные нарушения, указанные в акте от 01.10.2015, были устранены. Однако факт передачи некомплектного изделия был зафиксирован сторонами.

Истец считает, что несоответствие вышеуказанных частей змеевика печи П-1 требованиям ГОСТ 550, а также согласованной рабочей конструкторской документации подтверждается результатами ультразвуковой толщинометрии, а также отчетом по обследованию нового продуктового змеевика  пени П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ» 2015 г.

Ответчик не направил истцу ответ относительно выявленных нарушений по акту о выявленных недостатках от 14.10.2015, выявленные недостатки ответчиком не устранены.

В связи с необходимостью выполнения своих обязательств перед ПАО «Саратовский НПЗ», истец заключил с ответчиком договор №33/15-0023 поставки материально-технических ресурсов, в рамках которого ответчик обязался поставить секции змеевика печи П-1 №2015-43 от 21.10.2015, стоимость работ составила 723 654,27 руб. Отсутствие в спорном договоре с учетом протокола разногласий на устранение недостатков работ по первому договору между сторонами не исключает фактическую цель данного договора. 

В последующем, ПАО «Саратовский НПЗ» обратилось в суд о взыскании с истца – ЗАО ПО «Нефтегазхиммаш» штрафных санкций (дело №А57-1542/2016), а также о взыскании неустойки за просрочку поставки (А57-1543/2016).

Решением суда от 19.06.2016 по делу №А57-1542/2016 с ЗАО ПО «Нефтегазхиммаш» в пользу ПАО «Саратовский НПЗ» взыскана сумма штрафа в размере 785 000 руб., поскольку качество поставленного товара не соответствовало договору.

По делу №А57-1543/2016 вынесено определение от 04.07.2016 об утверждении мирового соглашения, которым ЗАО ПО «Нефтегазхиммаш» обязалось ПАО «Саратовский НПЗ» выплатить неустойку за просрочку поставки в размере 3 000 000 руб.

При таком положении, истец настоящим иском заявил, что ответчик причинил истцу убытки в общей сумме 4 547 354,27 руб., из которых 723 654,27 руб. – сумма по договору на исправление результата работ, 823 700 руб. – штраф за поставку некачественного товара, 3 000 000 руб. – неустойка за просрочку поставки товара. В том числе, в связи с рассмотрение дел №А57-1542/2016 и №А57-1543/2016 истец понес расходы по оплате услуг представителя по представлению в Арбитражном суде Саратовской области в сумме 404 250 руб.

С учетом уточненных требований, заявленных в порядке части 1 статьи 49 АПК РФ, размер требований о взыскании убытков составил в размере  4 951 604,27 руб. 

Ответчик не согласился с заявленным иском, указал, что ответчику неизвестны взаимоотношения АО «Саратовский НПЗ» и истца, из представленных истцом договоров не усматривается, какой товар был поставлен и являлся ли этот товар тем, который был изготовлен ответчиком. Ответчик подтвердил факт наличия договорных отношений между истцом и ответчиком по договору подряда по сборке комплекта змеевика печи П-1 с упаковкой, разработкой деталировки к упаковке, соответствующих испытаний и контроля на основании РКД49-642-00.00.000 и чертежей общего вида на упаковку, РД26-02-80-2004 года.

Стоимость работ согласно пункту 3 приложения №1 к договору составила 9 650 000 руб., в том числе НДС – 1 472 033,50 руб.

Ответчик пояснил, что ответчик направил истцу мотивированный отказ, изложенный в письме от 27.08.2015 №258 в части претензий истца, в частности, то, что никакие нормативно-технические документы не содержат отбраковочных величин труб 219х12 и отводов 219х14. Ни в договоре, ни в расчетной конструкторской документации к нему нигде не указано, что минимальная толщина стенок трубы и отводов должна составлять 10,2 мм. Ответчик утверждает, что изготовленная по договору подряда №2015-5  от 12.05.2015 продукция является качественной, соответствующей всем нормативно-техническим документам, в том числе РД 26-02-80-2004 года и РКД49-642-00.00.000. Акт приемки выполненных работ №1 от 01.10.2018 не содержит замечаний относительно качество выполненных работ.

Также ответчик указал, что в письме от 14.10.2015 №2466 истец вновь предъявил к ответчику претензии. В связи с чем, письмом от 16.10.2016 №355 ответчик повторно разъяснил истцу, что поставленный комплект змеевика пени П-1 с упаковкой в полном объеме соответствует РКД49-642-00.00.000 и РД26-02-80-200 года со ссылкой на указание письма ОАО «ВНИИНЕФТЕМАШ» от 21.09.2015 №1594, а также то, что выявленные при ультразвуковой толщинометрии показатели толщин труб и отводов не могут не соответствовать РД 26-02-80-2004 года, так как их соответствие подтверждено разработчиком РД 26-02-80-2004 года - ОАО «ВНИИНЕФТЕМАШ».

Относительно заключенного 21.10.2015 договора подряда №2015-43, ответчик указал, что ответчик обязался выполнить по заданию заказчика и из комплектующих заказчика (истца) работу по замене труб и отводов в соответствии с РКД 49-692-00.00.000СБ и РД 26-02-80-2004. При этом работы проводились на основании измененной истцом РКД 49-692-00.00.000СБ, что, по мнению ответчика, следует из подписанного сторонами протокола разногласий от 28.10.2015. Ответчик отметил, что существенным является то обстоятельство, что пункт 3.4.1 договора №2015-43 от 21.10.2015 с учетом протокола разногласий содержит конкретное указание на то, что минимально допустимая толщина стенки труб и отводов должна составлять 10,5 мм при глубине проточки – 5 мм, чего не было указано ни в договоре №2015-5 от 12.05.2015, ни в РКД к договору.

Ответчик утверждает, что предметом второго договора №2015-43 от 21.10.2015 являлось не устранение дефектов, возникших в результате некачественно выполненных работ по договору №2015-5 от 12.05.2015, а абсолютно новые работы, которые необходимо было выполнить в соответствии с измененной истцом расчетной конструкторской документацией.

Учитывая возражения ответчика, истец заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы. В качестве гарантии оплаты судебной экспертизы, истец внес на депозит суда денежные средства по платежному поручению № 162 от 02.04.2019 в сумме 35 000 руб. 

Ответчик заявил о наличии возражений против проведения судебной экспертизы по делу. Однако предложил редакцию экспертных вопросов в случае ее назначения.  Судом обсуждены со сторонами кандидатуры экспертов, перечень и содержание вопросов, выносимых на экспертизу, а также перечень документов из материалов дела, необходимых для проведения экспертного исследования.

В соответствии с пунктом 5 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. Расходы на экспертизу несет подрядчик, за исключением случаев, когда экспертизой установлено отсутствие нарушений подрядчиком договора подряда или причинной связи между действиями подрядчика и обнаруженными недостатками. В указанных случаях расходы на экспертизу несет сторона, потребовавшая назначения экспертизы, а если она назначена по соглашению между сторонами, обе стороны поровну.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Определением от 14.05.2019 суд удовлетворил ходатайство ЗАО ПО "Нефтегазхиммаш"  о назначении по делу судебной экспертизы, назначив по делу  судебную товароведческую экспертизу, производство которой поручить экспертам Торгово-промышленной палаты Ростовской области:

- ФИО7, имеющему высшее техническое образование, квалификация инженер путей  сообщений-механик по специальности «Вагоны» (диплом ФГБОУ ВПО «РГУПС» от 30.06.1999), прошедшему повышение квалификации по программе «теоретические основы и практические особенности проведения идентификационных и товароведческих экспертиз в таможенных целях», прошедшему профессиональную переподготовку по программе «Оценка стоимости и предприятия (бизнеса)», имеющему удостоверение эксперта по направлению «Экспертиза оборудования, сырья и материалов», стаж работы 4 года; 

- ФИО8, имеющему  высшее техническое образование по специальности «Эксплуатация транспортно-технологических машин и комплексов» (диплом ФГБОУ ВПО «РГУПС» от 30.06.2015, имеющему удостоверение эксперта по направлению «Экспертиза оборудования, сырья и материалов», стаж работы 10 лет. 

Перед экспертами суд поставил следующие вопросы:  

1. Содержатся ли в расчетно-конструкторской документации змеевка печи П-1 (РКД 49-642-00.00.000) указания на минимальную толщину стыкуемых элементов змеевика (труб и отводов) после их механической обработки? 

2. Имеются ли в руководящем документе (РД 26-02-80-004) «Змеевики сварные для трубчатых печей. Требования к проектированию, изготовлению и поставке» требования к длине проточки при сварке печных труб без подкладного кольца? 

3. Имелись ли в изготовленном АО "Белэнергомашсервис" по договору №2015-5 от 12.05.2015 змеевике печи П-1 какие-либо отступления от расчетно-конструкторской документации РКД 49-642-00.00.000 или руководящем документе РД 26-02-80-004 «Змеевики сварные для трубчатых печей. Требования к проектированию, изготовлению и поставке»? Если имелись, то в чем конкретно выразились отступления и от каких параметров? 

4. Свидетельствуют ли имевшиеся отступления (если таковые имелись) о непригодности изготовленного АО "Белэнергомашсервис" по договору №2015-5 от 12.05.2015 змеевика печи П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ»?  

5. Соответствует ли изготовленный АО "Белэнергомашсервис" по договору №20155 от 12.05.2015 змеевик печи П-1 требованиям расчётных параметров работы печи  П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ», обеспечивает ли ресурс эксплуатации в 100 000 часов с учетом информации, изложенной в письмах  ООО «Вниинефтемаш» от 21.09.2015 и от 25.03.2019? 

Суд определением от 14.05.2019 предупредил экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в том числе, поручил руководителю экспертной организации разъяснить экспертам статью 307 Уголовного кодекса Российской Федерации и предупредить их об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение. 

В том числе, суд разъяснил экспертам их обязанность по самостоятельному извещению лиц, участвующих в деле, о месте и времени экспертного осмотра оборудования.  

Суд установил срок проведения экспертизы до 01.07.2019. 

Расходы по оплате экспертизы возложить на закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш".

Для проведения экспертного исследования суд направил в распоряжение экспертов копии следующих материалов дела: искового заявления, договоров №2015-5 от 12.05.2015, № 22/15-0023 от 20.01.2015 с приложениями и дополнительными соглашениями, актов № 1, № 2 от 01.10.2015, накладной № 2 от 01.10.2015, накладных на отпуск материалов на сторону и актов возврата материала, отчета об израсходовании материалов, заключений по результата ультразвукового контроля, актов визуального и измерительного контроля, актов входного контроля, актов дефектовки от 14.10.2015, протоколов спектрального анализа, заключений по результатам измерений, переписки сторон, отчета по результатам обследования, заключения по результатам ультразвуковой толщинометрии, руководящего технического материала РТМ 26-02-67-84, руководящего документа РД 26-02-80-004, расчетно-конструкторской документации РКД 49-64200.00.000, писем ООО «Вниинефтемаш» от 08.09.2015, от 21.09.2015, от 25.03.2019, от 11.04.2019, письма закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" от 05.04.2019.

18.06.2019 от Торгово-промышленной палаты Ростовской области поступило ходатайство о возврате материалов дела без проведения экспертизы, ввиду того, что вопросы, поставленные перед экспертами в определении суда от 14.05.2019 не соответствуют вопросам, указанным в письме-запросе закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш", и эксперты ФИО7 и ФИО8 не обладают познаниями, необходимыми для проведения судебной экспертизы по данному делу.

Определением суда от 04.07.2019 производство по настоящему делу возобновлено с целью рассмотрения вопроса о назначении судебной экспертизы в другую экспертную организацию.

Определением суда от 18.07.2019 удовлетворено ходатайство истца о приобщении к материалам дела платежного поручения №355 от 17.07.2019 о внесении на депозит суда 101 080 руб. в счет оплаты экспертизы, ответа экспертной организации о готовности провести экспертизу, дополнений к ходатайству о назначении судебной экспертизы. Истец просил поручить проведение экспертного исследования по делу ООО  «Северокавказский центр экспертиз  исследований».  

Определением суда от 29.08.2019 удовлетворено ходатайство истца о назначении по делу судебной экспертизы, производство которой поручил экспертам ООО «Новая судебная экспертиза»:  

- ФИО5, имеющему высшее строительно-техническое образование РГСУ по специальности инженер-строитель (диплом от 28.06.1999), имеющему ученую степень кандидата технических наук, являющийся доцентом кафедры Металлических, деревянных и пластмассовых конструкций ДГТУ, прошедшему курс повышения квалификации РГСУ по теме «Строительство зданий и сооружений», прошедшему курс обучения в ООО «Эксперт Юг» по теме «Строительный сектор: специфика и новинки в работе», прошедшему курс повышения квалификации по специальности «Расчет и проектирование строительных конструкций», стаж работы по специальности с 1999 года, стаж экспертной деятельности с 1999 года, 

- ФИО6, имеющему высшее строительно-техническое образование РГСУ, квалификация «Инженер», по специальности «Теплогазоснабжение и вентиляция», (диплом от 20.06.2013), прошедшему курс повышения квалификации РГСУ по тематике «Проектирование и эксплуатация технологического оборудования сжиженного углеводородного газа, стаж работы по специальности с 2013 года, стаж экспертной деятельности с 2013 года, 

- ФИО9, имеющему высшее строительно-техническое образование ДГТУ, квалификация «Инженер», по специальности «Промышленное и гражданское строительство», (диплом от 26.06.2018), стаж работы по специальности с 2018 года, стаж экспертной деятельности с 2018 года.

Перед экспертами суд поставил следующие вопросы:  

1. Содержатся ли в расчетно-конструкторской документации змеевка печи П-1 (РКД 49-642-00.00.000) указания на минимальную толщину стыкуемых элементов змеевика (труб и отводов) после их механической обработки? 

2. Имеются ли в руководящем документе (РД 26-02-80-004) «Змеевики сварные для трубчатых печей. Требования к проектированию, изготовлению и поставке» требования к длине проточки при сварке печных труб без подкладного кольца? 

3. Имелись ли в изготовленном АО "Белэнергомашсервис" по договору №2015-5 от 12.05.2015 змеевике печи П-1 какие-либо отступления от расчетноконструкторской документации РКД 49-642-00.00.000 или руководящем документе РД 26-02-80-004 «Змеевики сварные для трубчатых печей. Требования к проектированию, изготовлению и поставке»? Если имелись, то в чем конкретно выразились отступления и от каких параметров? 

4. Свидетельствуют ли имевшиеся отступления (если таковые имелись) о непригодности изготовленного АО "Белэнергомашсервис" по договору №2015-5 от 12.05.2015 змеевика печи П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ»?  

5. Соответствует ли изготовленный АО "Белэнергомашсервис" по договору №20155 от 12.05.2015 змеевик печи П-1 требованиям расчётных параметров работы печи  П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ», обеспечивает ли ресурс эксплуатации в 100 000 часов с учетом информации, изложенной в письмах  ООО «Вниинефтемаш» от 21.09.2015 и от 25.03.2019? 

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Суд поручил руководителю экспертной организации разъяснить экспертам статью 307 Уголовного кодекса Российской Федерации и предупредить их об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение. 

Срок проведения экспертизы суд установил до 07.10.2019. Также суд разъяснил экспертам их обязанность по самостоятельному извещению лиц, участвующих в деле, о месте и времени экспертного осмотра оборудования.  

Расходы по оплате экспертизы суд возложил на истца. Для проведения экспертного исследования направить в распоряжение экспертов копии следующих материалов дела: искового заявления, договоров №2015-5 от 12.05.2015, №22/15-0023 от 20.01.2015 с приложениями и дополнительными соглашениями, актов №1, №2 от 01.10.2015, накладной №2 от 01.10.2015, накладных на отпуск материалов на сторону и актов возврата материала, отчета об израсходовании материалов, заключений по результата ультразвукового контроля, актов визуального и измерительного контроля, актов входного контроля, актов дефектовки от 14.10.2015, протоколов спектрального анализа, заключений по результатам измерений, переписки сторон, отчета по результатам обследования, заключения по результатам ультразвуковой толщинометрии, руководящего технического материала РТМ 26-02-67-84, руководящего документа РД 26-02-80-004, расчетно-конструкторской документации РКД 49-64200.00.000, расчет элементов змеевика продуктового 49-692РР, писем закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" № 13 от 26.05.2015, № 1130 от 03.05.2015, писем ООО «Вниинефтемаш» от 08.09.2015, от 21.09.2015, от 25.03.2019, от 11.04.2019, письма закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" от 05.04.2019, заключений по результатам радиографического ультразвукового контроля сварных соединений, протоколов по замеру твёрдости металла, актов визуального и измерительного контроля, журнала термообработки сварных соединений, актов на гидравлические испытания от 10.08.2015, формуляра № 6-15 на входной контроль сварочных электродов, формуляра № 05-15 на входной контроль сварочной проволоки, письма от 28.09.2015 № 055/12907.

В порядке статьи 144 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производство по делу приостановлено до завершения экспертного исследования.

08.10.2019 в материалы дела поступило экспертное заключение ООО «Новая судебная экспертиза» №66 от 07.10.2019, которое отвечает требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а так же счет на оплату №51/19-01 от 07.10.2019 на сумму 50 000 руб.

В соответствии со статьей 146 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд возобновляет производство по делу по заявлению лиц, участвующих в деле, или по собственной инициативе после устранения обстоятельств вызвавших его приостановление, либо до их устранения по заявлению лица, по ходатайству которого производство по делу было приостановлено.

Определением суда от 08.10.2019 производство по делу было возобновлено в связи с завершением экспертных исследований.

Из экспертного заключения ООО «Новая судебная экспертиза» №66 от 07.10.2019 следует, что эксперты пришли к следующим выводам,

По первому вопросу: в РКД 49-692-00.00.000 указана минимальная исполнительная толщина стенки, которая по расчету (в соответствии РТМ 26-02-67-84) для труб равна 1,046 см, для отводов равна 1,4 см. Эти значения приняты на основании прочностного расчета и являются минимально допустимыми.

По второму вопросу: в РД 26-02-80-2004 «Змеевики сварные для трубчатых печей. Требования к проектированию, изготовлению и поставке» в п. 3.1.19 имеется требование: «при сборке элементов без подкладного кольца внутренняя расточка должна производиться под углом 15?». Данное требование ограничивает длину расточки до 5,75 мм при минимально-исполнительной толщины трубы 10.46 мм, а при фактической толщине 9,7 мм составляет 8,58 мм (см. главу 7, п. 7.1 пп.12).

По третьему вопросу: В изготовленном АО «Белэнергомашсервис» змеевике печи П-1 имеется ряд  отступлений.

Несоответствие РКД 49-692-00.00.000:

- не соблюдена исполнительная толщина стенок труб в местах проведенной механической обработки;

- механическая обработка элементов змеевика с отступлениями от согласованной с заказчиком расчетно-конструкторской документации.

Несоответствие РД 26-02-80-2004:

- не выполнены требования пункта 3.1.19 данного РД, а именно:

1) не выдержан угол расточки 15?, что привело к необоснованному увеличению длины расточки,

2) стыкуемые трубы не были предварительно подобраны по внутреннему диаметру, что привело к увеличению объема стачиваемого металла (см. главу 7, п. 7.1., пп. 7).

По четвертому вопросу: Данные отступления свидетельствуют о нарушении технологии сборки и обработки труб и не соблюдении толщины стенок в местах механической обработки согласно прочностному расчету.

Указанные недостатки являются грубыми нарушениями и могут привести к существенному снижению ресурса эксплуатации змеевика и созданию аварийных ситуаций.

Данный змеевик печи П-1 не пригоден для эксплуатации в установке л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ».

По пятому вопросу: Змеевик печи П-1 не соответствует расчетным параметрам работы печи П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ», поскольку выполнен с отступлениями от РКД 49-692-00.00.000 и нарушениями РД 26-02-80-004, перечисленными в ответе на вопрос №3.

Информация, изложенная в письме ООО «Вниинефтемаш» от 21.09.2015, не может приниматься во внимание, так как в нем представлена формула для расчета под сварку с подкладными кольцами (см. главу 7, п. 7.1, пп. 11).

В письме ООО «Вниинефтемаш» от 25.03.2019 не учтено требование п. 3.1.19 РД 26-02-80-004 (см. главу 7, п. 7.1, пп. 12, 13).

Данный змеевик обеспечит ресурс эксплуатации в 56 000 часов (см. расчет в главе 8).

Ознакомившись с результатами судебной экспертизы, истец представил письменный пояснения, настаивал на удовлетворении иска в полном объеме.

Ответчик не согласился с выводами экспертов, заявил ходатайство о проведении по делу повторной судебной экспертизы, указав, что выводы экспертов сделаны на основании неверной трактовки положений РД 26-02-80-2004, РТМ 26-02-67-84 и неправильных расчетов, противоречащих указанным руководящему документу и руководящему техническому материалу. В связи с чем, ответчик предоставил в АО «НПО «ЦНИИТМАШ» экспертное заключение ООО «Новая судебная экспертиза» №66 от 07.10.2019. По результатам изучения АО «НПО «ЦНИИТМАШ» заключения указали, что эксперты ошибочно определяют допустимые напряжения исходя из расчетной толщины стенки, и порекомендовали обратиться в ООО «Вниинефтемаш», являющимся профильным институтом, разработчиком нормативных документов, по которым были изготовлены змеевики печи П-1 установки Л-35-11/300 ПАО «Саратовский НПЗ».

Дополнительным основанием для назначения судебной повторной экспертизы ответчик указал, что имеются сомнения в компетенции экспертов ООО «Новая судебная экспертиза», не имеющих профильного образования в области проектирования, изготовления и расчета на прочность сварных змеевиков для трубчатых печей, нефтеперерабатывающей, нефтехимической, химической, газовой отраслей промышленности, работающих под большим давлением и при высоких температурах. ФИО5 имеет высшее строительно-техническое образование по специальности инженер-строитель. ФИО6 – высшее строительно-техническое образование по специальности «Теплогазоснабжение и вентиляция». ФИО9 – высшее строительно-техническое образование по специальности и гражданское строительство».

Истец возражал против проведения повторной судебной экспертизы, так как выводы экспертов понятны.

В соответствии с частью 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

Экспертное заключение ООО «Новая судебная экспертиза» №66 от 07.10.2019 оценено судом как соответствующее требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, они основаны на материалах дела, являются ясными, противоречия в выводах эксперта отсутствуют, в заключении приведены методы исследования, перечень исследованных документов, материалов, примененных нормативных актов. Отвода экспертам, проводившим исследование, не заявлено. Об ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперты предупреждены. 

Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы. 

Заключение эксперта в силу части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является одним из доказательств по делу, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Исходя из анализа статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что повторная экспертиза может быть назначена при наличии сомнения у суда либо у лиц, участвующих в деле, в обоснованности первоначального заключения. 

Из представленного экспертного заключения ООО «Новая судебная экспертиза» усматривается, что в нем содержаться полные, ясные формулировки и однозначные выводы по поставленным вопросам, противоречия в выводах экспертов отсутствуют. 

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлено каких-либо документальных доказательств, подтверждающие ошибочность выводов экспертов, либо нарушений порядка проведения экспертизы, отсутствует нормативное обоснование возражений на заключение экспертов. Кроме того, суд учел возражения ответчика относительно экспертизации.

С учетом изложенного, суд полагает, что обстоятельств, свидетельствующих о необоснованности экспертного заключения или наличии противоречий в выводах экспертов, ответчиком не приведено, соответствующих доказательств не представлено. Само по себе несогласие ответчика с результатом экспертизы не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы.

Более того, судом принято во внимание, что к заявленному ходатайству о проведении повторной экспертизы не представлено сведений об экспертном учреждении, а также не представлено документов подтверждающих полномочия и квалификацию экспертов, имеющих право проводить подобные исследования, а также доказательств перечисления денежных средств на депозит суда в счет оплаты повторной экспертизы. 

Следует учесть, что с момента возобновления производства по делу, ответчик располагал реальной возможностью надлежащей подготовки данного ходатайства, с предоставлением соответствующих документов. 

Права участников процесса неразрывно связаны с их процессуальными обязанностями, поэтому в случае нереализации участником процесса предоставленных ему законом прав последний несет риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с несовершением определенных действий (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

С учетом изложенного суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства о проведении повторной экспертизы.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, с учетом пояснений экспертов, данных в судебном заседании, оснований для непринятия заключения экспертов в качестве надлежащего доказательства по делу, не имеется.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к следующему выводу.

Договорные правоотношения сторон, являющиеся предметом данного судебного разбирательства, по своей правовой природе относятся к договору подряда и регулируются нормами, закрепленными в главе 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые, согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Судом установлено, что работы по договору №2015-5 от 12.05.2015 выполнены и переданы истцу, истец произвел оплату выполненных работ.

После сдачи работ непосредственный заказчик, ПАО «Саратовский НПЗ», указал истцу о выявленных недостатках, истец в свою очередь, обратился к ответчику, выполнявшему данные работы.

Учитывая, что между сторонами возник спор относительно качества работ, в рамках настоящего дела была проведена судебная экспертиза,

Проанализировав заключение судебной экспертизы в совокупности с другими доказательствами по делу, приходит к выводу о допустимости и достоверности экспертизы. Выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, подтверждают факт некачественного выполнения ответчиком работ.

Анализ экспертного заключения ООО «Новая судебная экспертиза» №66 от 07.10.2019, выполненного экспертами по настоящему делу, позволяет прийти к выводу о том, что указанное заключение оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ. В нем отражены все сведения, предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ. Экспертное заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, противоречия в выводах экспертов отсутствуют.

В соответствие с частью 1 статьи 723 Гражданского Кодекса Российской Федерации в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Согласно части 3 статьи 723 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

Некачественность работ установлена судебной экспертизой и заключается в том, что ответчик выполнил работы с нарушением технологии в части длины проточки спорных труб, так как проточка должна быть для сварки с подкладными кольцами. Ответчик делал без подкладных колец, то есть проточка не должна быть. С учетом наличия проточки ее длина должна быть 11 мм (п. 3.1.19) РД 26-02-80-2004, так как эта длина проточки перекрывается шириной шва сварки, а более длинная проточка, не обеспечивает необходимый ресурс эксплуатации. Выполнение всех условий (угол проточки, длина проточки, ширина сварного шва и толщина трубы 9,7 мм. в пределах проточки 11 мм) может обеспечить ресурс 100 000 часов. Толщина стенки 9,7 мм по всей длине проточки, то есть длиннее сварного шва, является ненадлежащей. Это и явилось основой для отказа в приемке работ основным заказчиком ПАО «Саратовский НПЗ».

В связи с чем, суд пришел к выводу, что ответчик некачественно выполнил часть работ по договору подряда №2015-5 от 12.05.2015, а именно, отклонение от рабочей документации (длина проточки для подкладного кольца), исправлял недостатки работ ответчик, путем заключения договора подряда №2015-43 от 21.10.2015, при этом, заключен второй договор (№2015-43 от 21.10.2015) в редакции ответчика, то есть без указаний на то, что по первому договору (№2015-5 от 12.05.2015) имелся брак/недостатки, и то, что ответчик исправляет недостатки. Однако фактически с учетом выявленных нарушений по качеству, истец повторно произвел оплату работ, которые были ранее ответчиком выполнены. Стоимость работ по устранению недостатков составляет 723 654,27 руб., что является истца убытками.

Действия истца по обращению к ответчику об устранении недостатков являются действиями по исполнению обязательств основного заказчика – ПАО «Саратовский НПЗ» и поэтому истец согласился заключить второй договор подряда №2015-43 от 21.10.2015 в редакции ответчика.

Доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, а так же обстоятельств, бесспорно свидетельствующих о том, что заключение экспертов не может быть принято в качестве надлежащего доказательства по делу, ответчиком не представлено.

В свою очередь, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности для устранения недостатков в выполненных работах. 

В силу положения пункта 1 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающего для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной в отношении зданий и сооружений, общий срок исковой давности (три года).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. 

В рассматриваемой ситуации положения о гарантийном сроке не применяется, в связи с чем, доводы истца судом подлежат отклонению.

Таким образом, течение срока исковой давности следует считать с 14.10.2015, то есть, со дня обращения ПАО «Саратовский НПЗ» с актом о выявленных недостатках.

Истец обратился в суд с настоящим иском 10.10.2018, следовательно, срок исковой давности не пропущен.

Суд не учитывает предыдущие претензии истца о недостатках, так как ответчик убедил истца о качественности работ и только 14.10.2015 истцу были предъявлены недостатки и не принятые работы, то есть с указанной даты истец мог предъявить иск в суд.

При таком положении, суд считает требования истца в части взыскания убытков в размере 723 654,27 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

 Относительно требований истца о взыскании убытков, понесенных истцом по результатам рассмотрения дел №А57-1542/2016 и №А57-1543/2016  по взысканию с истца в пользу ПАО «Саратовский НПЗ» 823 700 руб. – штраф за поставку некачественного товара, 3 000 000 руб. – неустойка за просрочку поставки товара, в том числе, понесенных истцом расходов по оплате услуг представителя по представлению в Арбитражном суде Саратовской области в сумме 404 250 руб., суд считает требования необоснованными и не подлежащими возмещению.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Частью 2 указанной статьи установлено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесенные убытки, размер таких убытков) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора.

При определении упущенной выгоды доказаны должны быть, кроме указанных выше и предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). 

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

В рассматриваемом случае истец утверждает, что истец понес убытки в виде взыскания с истца в пользу основного заказчика оборудования, по вине ответчика, выполнявший спорные работы.

Однако, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае отсутствует причинно-следственная связь между ненадлежащим выполнением ответчиком работ и возникшими убытками, возникших из договора с ПАО «Саратовский НПЗ», то есть из самостоятельных отношений между истцом и третьим лицом. Истец имел возможность предъявить ответчику штрафные санкции по договору, заключенному между истцом и ответчиком.

Также истцом заявлено требование о взыскании неустойки (пени) в размере 965 000 руб. в связи с просрочкой поставки спорной продукции, надлежащего качества и комплектности. 

Обращаясь с данным требованием, истец указал, что согласно пункту 3.1.1 договора подряда №2015-5 от 12.05.2015 ответчик обязался выполнить работы по договору в соответствии с общепринятыми стандартами качества, а также техническими требованиями заказчика согласно РКД 46-692-00.00.000, РКД 26-02-80-2004 на данный вид работ.

Согласно заданию на выполнение работ результаты работ должны быть переданы по графику:

1 этап – камера-1 по чертежу №49-692.02.00.000 СБ-20.07.2015,

2 этап – камера конвекции по чертежу №49-692.01.00.000 СБ – 10.08.2015,

3 этап – камера-4 по чертежу №49-692.05.00.000 СБ – 20.08.2015,

4 этап – камера-2 по чертежу №49-692.03.00.000 СБ – 27.08.2015,

5 этап – камера-3 по чертежу №49-692.04.00.000 СБ – 31.08.2015.

В свою очередь, ответчик полностью результат работ передал истцу 01.10.2015 по акту приемки-сдачи выполненных работ №1.

По акту приемки-сдачи выполненных работ №1 от 01.10.2015 истцом указаны ответчику претензии к комплектности отгруженного результата работ.

В нарушении пункта 4 не были отгружены метизы:

- шпилька 2-1-М24-8gx100 ст. 25ХМ1Ф по ОСТ 26-2040-96 в количестве 1 шт. (составная часть штуцера Ду15, накладная №15 от 24.06.2015),

- шпилька 2-1-М24-8gx160 ст. 25Х2М1Ф по ОСТ 26-2040-96 в количестве 2 шт. (накладная №16 от 30.06.2015),

- гайка М24-7Н ст. 30ХМА по ОСТ 26-2041-96 в количестве 2 шт. (накладная №16 от 30.06.2015),

- шайба 24 ст. 30ХМА по ОСТ 26-2042-96 в количестве 2 шт. (накладная №16 от 30.06.2015).

Выявленные нарушения, указанные в акте от 01.10.2015, были устранены.

Также истец указал, что ответчик совершил просрочку предоставления документов в соответствии с пунктом 3.1.3 данного договора. Документы были переданы ответчиком истцу только 27.10.2015.

Пунктом 5.1.1 договора предусмотрено, что в случае нарушения срока выполнения работ исполнитель уплачивает заказчику пеню в размере 0,1% от стоимости работ за каждый день, но не более 10% от общей стоимости. 

Учитывая указанные в пункте 5.1.1 договора ограничения (не более 10%), размер неустойки составил 965 000 руб., поскольку общая сумма договора составляла 9 650 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по предъявлению требований о взыскании неустойки в размере 965 000 руб.

Как уже было указано, на основании статьи  195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации  общий срок исковой давности - три года. 

При этом для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 №15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 №18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Суд установил, что истец начислил неустойку за просрочку выполнения работ по первому договору (договор подряда №2015-5 от 12.05.2015), так как товар был поставлен с недостатками по акты приема-сдачи выполненных работ №1 от 01.10.2015, которые были ответчиком недостатки устранены и товар передан истцу по акту. По приложению №1 срок до 31.08.2015.

В соответствии с пунктом 5.1.1 договора истец начислил неустойку за период с 01.09.2015 по 04.02.2019, и с учетом ограничения, размер неустойки составил 965 000 руб.

В свою очередь, сведений, когда недостатки были устранены, стороны суду не пояснили, достоверными сведениями суд не обладает.

В акте от 01.10.2015 имеется отметка о наличии недопоставки метизов, срок поставки которых определен в акте до 13.11.2015.

Ответчик поставил спорные метизы напрямую в ПАО «Саратовский НПЗ». 

Истец счет не выставлял, полагает, что он сам поставил спорные метизы через своего сотрудника.

В этом случае, суд считает, что истец должен был направить ответчику счет.

Спорные договоры были исполнены в декабре 2015 года и по ним не было претензии.

Таким образом, срок исковой давности по данному требованию пропущен за период с 01.09.2015 по 27.12.2019 и в связи с заявлением ответчика о пропуске срока исковой давности данное требование удовлетворению не подлежит.

В соответствии с частью 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при принятии решения арбитражный суд, в том числе, распределяет судебные расходы.

При подаче иска истцу была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины.

Размер заявленных требований составляет 5 916 604,27 руб., следовательно, размер государственной пошлины по иску должен составлять 52 583 руб.

Требования судом удовлетворены в сумме 723 654,27 руб. (12,23% от цены иска), при таком положении, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика надлежит взыскать государственную пошлину в доход федерального бюджета 6 431 руб., а с истца надлежит взыскать в доход федерального бюджета 46 152 руб. государственной пошлины.

После оглашения резолютивной части решения суда в судебном заседании, состоявшемся 21.11.2019, от истца поступило заявление о том, что на настоящий момент закрытое акционерное общество ПО "Нефтегазхиммаш" имеет другое наименование и иную организационно-правовую форму - акционерное общество ПО "Нефтегазхиммаш". В связи с чем, при изготовлении полного текста решения суда, суд не может указать иные сведения по сравнению с резолютивной частью решения. Изменение организационно-правовой формы, наименования юридического лица, без проведения реорганизации не является препятствием к исполнению решения суда либо основанием для принятия судом каких-либо дополнительных судебных актов с учетом возможности предоставления соответствующих документов судебным приставам.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении ходатайства акционерного общества "Белэнергомашсервис" о назначении повторной судебной экспертизы отказать.

Взыскать с акционерного общества "Белэнергомашсервис" в пользу закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" 723 654,27 руб. убытков.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества ПО "Нефтегазхиммаш" в доход федерального бюджета 46 152 руб. госпошлины.

Взыскать с акционерного общества "Белэнергомашсервис" в доход федерального бюджета 6 431 руб. госпошлины.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                               Меленчук И. С.