АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8508/22 

Екатеринбург

11 декабря 2023 г.

 

Дело № А76-19005/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Савицкой К. А., Калугина В. Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Абросимовой К.Д. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.06.2023 по делу № А76-19005/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.07.2018 74 АА № 4032671, паспорт). 

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 19.03.2020 ФИО4 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий). 

Финансовый управляющий 07.02.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании брачного договора от 01.02.2017 серии 74 АА № 506419 (далее – брачный договор), заключенного между ФИО1 (далее – ответчик, податель кассационной жалобы) и ФИО4, недействительной сделкой и истребовании автомобиля «Ауди А4» 2018 года выпуска, VIN 

<

***> (далее – транспортное средство) из незаконного владения ФИО5. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.06.2023 заявленные требования удовлетворены частично: брачный договор признан недействительным в части, предусматривающей установление личной собственности ФИО1 на автомобиль БМВ Х1 2017 года выпуска, VIN 

<

***>,  квартиру, расположенную по адресу: г. Санкт-Петербург, муниципальный округ Пискаревка, Богословская улица, и установление личной собственности должника на право требования к ФИО6. Судом применены последствия недействительности соответствующей части брачного договора в виде обязания ФИО1 передать указанный автомобиль в личную собственность ФИО4, а также возвратить в совместную собственность супругов указанную квартиру и права требования должника к ФИО6 В удовлетворении остальной части требований отказано. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об оставлении заявления финансового управляющего без рассмотрения на основании пункта 1 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель указывает на необоснованность выводов судов о том, что ликвидность права требования к ФИО6 может быть определена только по результатам торгов, поскольку стоимость данного права требования в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) должна определяться на момент совершения сделки. На момент заключения оспариваемого брачного договора дебиторская задолженность являлась реальным ликвидным активом должника в сумме, превышающей 28 000 000 руб., что также подтверждается вступившими в законную силу судебными актами по данному делу. ФИО1 также находит выводы судов о заключении оспариваемого брачного договора с целью причинения вреда кредитору ФИО7 необоснованными и противоречащими выводам, изложенным в постановлениях судов апелляционной и кассационной инстанции от 15.09.2022 и 26.12.2022 по данному делу. Помимо этого, брачный договор признан судами недействительным по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, тогда как суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы ФИО1 об отсутствии признаков неплатежеспособности и недоказанности цели причинения вреда кредиторам, делает вывод о мнимости оспариваемой сделки. Податель кассационной жалобы также не согласен с выводами судов о том, что квартира в г. Санкт-Петербурге и два автомобиля приобретены ФИО1 на денежные средства, составляющие доход семьи С-вых, а денежные средства, вырученные ФИО8 (мать ФИО1), ей не передавались. ФИО1 отмечает, что данные выводы судов опровергаются показаниями свидетеля ФИО8 и не соответствуют обычной практике внутрисемейных отношений. 

Финансовый управляющий в отзыве на кассационную жалобу просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО4 и ФИО1 состоят в зарегистрированном браке.

Между ними 01.02.2017 заключен брачный договор, по условиям которого имущество, приобретенное в период брака, на период этого брака и после его расторжения не находится в совместной собственности и является личной собственностью того супруга, на чье имя оно приобретено или зарегистрировано.

В период брака ФИО1 приобретено в собственность следующее имущество: 

–  квартира в г. Санкт-Петербурге приобретена на основании договора уступки права требования от 25.09.2018 по цене 3 269 680 руб., право собственности ФИО1 на указанную квартиру зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 17.05.2019; 

–  квартира г. Челябинске приобретена ФИО1 по договору дарения от 25.10.2021; 

– автомобиль БМВ Х1 2017 г. в., VIN 

<

***>; 

– автомобиль «Ауди А4» 2018 года, приобретенный на основании договора купли-продажи автомобиля от 16.07.2018 № 6133 по цене 1 870 000 руб. Впоследствии по договору купли-продажи от 02.09.2022 ФИО1 продала данный автомобиль ФИО5 по цене 2 350 000 руб. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 19.03.2020 должник признан несостоятельным (банкротом).

В реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО7 в сумме 4 028 207 руб. 29 коп. основного долга и процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 012 060 руб. 20 коп., начисленных за период с 27.05.2016 по 27.05.2019, а также требование уполномоченного органа в сумме 500 руб.

В реестр требований кредиторов должника также включено требование общества с ограниченной ответственностью «Фольксваген Банк Рус» в сумме 870 934 руб. 61 коп., в отношении которого финансовым управляющим сделана запись о погашении третьим лицом.

В конкурсную массу должника включена только дебиторская задолженность ФИО6, подтвержденная вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.05.2016 по делу № А76-28627/2015 и дополнительным решением от 24.06.2016, которыми с ФИО6 в пользу ФИО4 взыскан основной долг по договору купли-продажи доли в уставном капитале в сумме 28 000 000 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 638 891 руб. 51 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами с 15.11.2015 по день фактического исполнения обязательства. 

Определением  от 24.10.2023 производство по делу  о  банкротстве ФИО4  прекращено в связи с полным погашением требований кредиторов третьим  лицом. 

Ссылаясь на то, что указанный брачный договор заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО4, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании данной сделки недействительной, применении последствий ее недействительности и истребовании отчужденного супругой должника автомобиля у его приобретателя.

Удовлетворяя требования финансового управляющего частично, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания брачного договора недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применив последствия его недействительности в виде возврата в общую совместную собственность супругов квартиры в г. Санкт-Петербурге и права требования к ФИО6, а автомобиля БМВ Х1 2017 г. в. – в личную собственность должника. 

Применяя такие последствия недействительности сделки и отказывая в удовлетворении требований управляющего в остальной части, суд первой инстанции исходил из того, что квартира в г. Челябинске является личной собственностью ФИО1, поскольку приобретена по безвозмездной сделке, а стоимость автомобиля БМВ Х1 2017 г. в. является сопоставимой со стоимостью автомобиля «Ауди А4» 2018 г. в., отчужденного супругой должника независимому добросовестному приобретателю по рыночной стоимости.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами согласился. При этом суды руководствовались следующим.

В силу статьи 40 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

Пунктом 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 данного Кодекса), установив режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов и определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. Следовательно, брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности. 

Соглашение о разделе общего имущества прекращает право совместной собственности супругов на указанное в соглашении имущество и влечет возникновение права собственности у каждого из супругов в соответствии с его условиями.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае суды установили, что с учетом даты принятия к производству заявления о признании должника банкротом (07.06.2019) оспариваемый договор от 01.02.2017 заключен в течение трех лет до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

При этом в силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что на момент заключения оспариваемого брачного договора у ФИО4 имелась задолженность перед ФИО7 в сумме 4 028 207 руб. 29 коп. (задолженность возникла 27.05.2016), о чем ФИО1 в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве не могла не знать, из последующего поведения сторон брачного договора следует, что и квартира в г. Санкт-Петербург, и автомобили приобретались только на имя ФИО1, что исключало возможность обращения взыскания на это имущество по обязательствам ФИО4, при этом для приобретения автомобиля «Ауди А4» использовались в том числе кредитные денежные средства по договору, заключенному должником, который вносил ежемесячные платежи, спорным автомобилем управляли оба супруга, а также принимая во внимание, что данный автомобиль впоследствии был отчужден ФИО1 независимому добросовестному приобретателю по рыночной стоимости, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о доказанности оснований для признания оспариваемого брачного договора недействительной сделкой в части установления личной собственности ФИО1 на автомобиль БМВ Х1 2017 г. в., квартиру, расположенную в г. Санкт-Петербурге, и установления личной собственности должника на право требования к ФИО6

Отклоняя доводы ФИО1 о приобретении квартиры и автомобилей за счет денежных средств, полученных в дар от своей матери ФИО8, суды исходили из того, что заключение договора дарения не является обычной практикой между близкими родственниками, между  большинством договоров дарения денежных средств (2015 год) и приобретением имущества (17.06.2017, 16.07.2018, 25.09.2018) прошло значительное время, сведения о движении денежных средств в период между названными датами и наличии у ФИО8 иного дохода, кроме пенсии, не представлены. 

Помимо этого, судами также учтено, что судебными экспертизами по данному делу установлено, что представленные договоры дарения подвергались внешнему воздействию для искусственного их старения. По результатам проведения первой судебной экспертизы сделан вероятностный вывод о том, что документы изготовлены в феврале-марте 2020 года примерно в одно время. При проведении повторной экспертизы сделан вывод о невозможности ответить на вопрос, соответствует ли дата, указанная в договорах дарения от 15.08.2015, 24.08.2015, 30.06.2018, дате их фактического составления по причине завершения фазы активного старения реквизитов материала с указанием на признаки термического и/или химического воздействия (воздействие пара, намокание, нагрев).

При таких обстоятельствах выводы судов о наличии оснований для признания оспариваемого договора в указанной выше части недействительным являются правильными, сделаны на основе верного применения норм материального и процессуального права, оснований не согласиться с ними суд округа не усматривает.

Применяя  последствия недействительности брачного договора в виде восстановления режима совместной собственности супругов на квартиру в г. Санкт-Петербурге, признания дебиторской задолженности ФИО6 и автомобиля БМВ Х1 2017 г. в. личной собственностью должника, суды руководствовались статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответствующими разъяснениями и исходили из установленных по делу фактических обстоятельств и учли, что отчужденный супругой должника второй автомобиль «Ауди А4», денежные средства от продажи которого в конкурсную массу не поступали, имел соотносимую стоимость, доказательства обратного ответчиком не представлены. 

Ссылка ФИО1 на необоснованность выводов судов о том, что ликвидность права требования к ФИО6 может быть определена только по результатам торгов, и на то, что данная дебиторская задолженность является ликвидным активом должника, судом округа не принимается, поскольку данное обстоятельство не опровергает выводы судов о доказанности совокупности условий для признания сделки недействительной. 

Довод подателя кассационной жалобы об ошибочности выводов судов о заключении оспариваемого брачного договора с целью причинения вреда кредитору ФИО7 судом округа не принимается.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Постановления № 53, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Делая вывод о наличии цели причинения вреда кредиторам, суды исходили из того, что на момент заключения брачного договора у должника имелось неисполненное с 27.05.2016 обязательство перед ФИО7, сделка совершена с заинтересованным лицом,  имущество приобреталось только на имя ФИО1, что исключало возможность обращения взыскания на это имущество по обязательствам ФИО4 

Более того, суд апелляционной инстанции, проанализировав действия должника в отношении распоряжения правом требования к ФИО9, установил, что отчуждение дебиторской задолженности в пользу иного лица произошло на основании договора уступки права требования № 1, заключенного 02.02.2017, то есть на следующий день после спорного брачного договора, что свидетельствует о преследовании цели исключения возможности обращения взыскания по обязательствам перед кредиторами должника. 

Доказательств, опровергающих данные выводы судов, ответчиком и должником не приведено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Указание ФИО1 на то, что суды, признавая брачный договор недействительным по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, сделали вывод о его мнимости, судом округа отклоняется, поскольку в силу абзаца пятого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве одним из обстоятельств, свидетельствующих о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, является то, что после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. Установление данного обстоятельства в рассматриваемом случае не является изменением правовой квалификации оснований для признания сделки недействительной. 

Иные доводы кассационной жалобы, в том числе об источнике дохода для приобретения спорного имущества, судом округа отклоняются, так как они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное заявление по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.06.2023 по делу № А76-19005/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          К.А. Савицкая 

 

                                                                                     В.Ю. Калугин