АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

18 февраля 2019 года

Дело №

А66-7724/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.02.2019

Полный текст постановления изготовлен 18.02.2019

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Богаткиной Н.Ю.,  Кравченко Т.В,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность 01.08.2016), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 11.10.2017), от финансового управляющего ФИО5 представителя ФИО6 (доверенность от 01.11.2018), 

рассмотрев 12 .02.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 - ФИО5 на определение Арбитражного суда Тверской области от 14.08.2018 (судья Лапина В.В.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2018 (судьи Виноградов О.Н., Журавлев А.В., Чапаев И.А) по делу № А66-7724/2016, 

 

у с т а н о в и л:

ФИО7 обратился в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании ФИО1 (Тверская обл., п. Редкино) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 11.07.2016 заявление принято к производству и возбуждено производство по делу о несостоятельности ФИО1

Определением от 08.06.2017 заявление ФИО7 признано обоснованным и в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

 Финансовый управляющий ФИО5 11.09.2017 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок должника и применении последствий их недействительности, в том числе: 

- договоров дарения, заключенных 18.10.2014 с ФИО8 в отношении земельного участка и расположенного на нем жилого дома, находящихся по адресу: Тверская обл., Калининский р-н, Щербинское сельское поселение, 

<

...>, а также нежилых помещений площадью 20 кв.м и 22,8 кв.м, находящихся задании по адресу:           

<

...>; 

- договоров определения долей и дарения заключенных, с ФИО3 от 07.11.2014 в части дарения долей в размере 1/2 в праве общей долевой собственности в квартирах № 21 и 22, находящихся в  здании по адресу: 

<

...> и от 05.11.2014 в отношении доли в размере 1/2 в праве собственности на квартиру по адресу: Москва, 1-й Нагатинский 

<

...> (далее - Квартира);

 - договора от 23.10.2015 дарения автомобиля «Audi A6» 2014 года выпуска, VIN 

<

***> , заключенного с ФИО3; 

- сделки по отчуждению 100% долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Восток-Техника». 

Также финансовый управляющий просил признать недействительным договор от 24.12.2015 купли-продажи автомобиля «Toyota Land Cruiser Prado» 2013 года выпуска, VIN 

<

***>, заключенный между ФИО3 и ФИО9. 

Определением от 12.09.2017 требования о признании недействительными каждого из указанных договоров выделены в отдельные производства, в том числе о признании недействительным договора определения долей и дарения от 05.11.2014 в части дарения доли в размере 1/2 в праве собственности на Квартиру (далее - Договор).

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО10. 

Определением суда от 27.10.2017, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2018, в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.05.2018 указанные определение и постановление отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

Определением от 14.08.2018, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2018, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит определение от 14.08.2018 и постановление от 31.10.2018 отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

Податель жалобы полагает, что вывод судов о недоказанности злоупотребления правом должником и ФИО3 при заключении оспариваемого Договора ошибочен. 

Кроме того, финансовый управляющий полагает, что поскольку Договор дарения является безвозмездной сделкой и при применении последствий его недействительности одаряемая не претерпевает неблагоприятных последствий вследствие отсутствия встречного предоставления с ее стороны, достаточного наличия доказанного злоупотребления правом со стороны должника. 

В отзывах на кассационную жалобу должник и ФИО3 просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая из законными и обоснованными. 

От ФИО1 поступило ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе в связи с пропуском срока на ее подачу.

В судебном заседании представители должника и ФИО3 поддержали названное ходатайство, представитель финансового управляющего возражал.

В обоснование своего ходатайства ФИО1 указывает на то, что финансовым управляющим не указано уважительных причин названного срока и ссылается на пункт 37 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99  «О процессуальных сроках», согласно которому, если факт пропуска срока на подачу апелляционной (кассационной) жалобы установлен после принятия апелляционной (кассационной) жалобы к производству, арбитражный суд апелляционной (кассационной) инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение дела, а в ином случае - прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

В данном случае финансовым управляющим при подаче кассационной жалобы было заявлено ходатайство о восстановлении срока на ее подачу, которое было рассмотрено судом и принято соответствующее процессуальное решение.

При рассмотрении кассационной жалобы по существу определение суда кассационной инстанции о восстановлении пропущенного срока на ее подачу пересмотру не подлежит, в связи с чем в ходатайство должника о прекращении производства по кассационной жалобе оставлено без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы кассационной жалобы, а представители должника и ФИО3 возражали против ее удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО1 и ФИО3 на праве общей совместной собственности принадлежала Квартира. 

Между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемой) 05.11.2014 заключен Договор, согласно пункту 4 которого даритель передал в дар одаряемой долю в размере 1/2 в общей долевой собственности на Квартиру. 

Запись о регистрации права собственности ФИО3 на данную Квартиру внесена в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество 17.11.2014. 

Впоследствии, 25.01.2016 между ФИО3 (даритель) и ФИО10 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого даритель передал в дар одаряемому Квартиру.

Государственная регистрация права собственности ФИО10 на объект недвижимости произведена 09.02.2016.

Финансовый управляющий, ссылаясь на злоупотребление правом при заключении Договора, а также на нарушение оспариваемой сделкой прав и законных интересов кредитора должника, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Суд первой инстанции, ссылаясь на отсутствие доказательств, неопровержимо свидетельствующих о наличии факта злоупотребления правом при заключении оспариваемого Договора, определением от 27.10.2017, оставленным без изменений постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2018, отказал в удовлетворении заявления.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.05.2018 определение от 27.10.2017 и постановление от 18.01.2018 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области. 

Суд кассационной инстанции указал то, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику на основании пунктов 7 и 8 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о конкуренции), а также на необходимость дать правовую оценку доводу финансового управляющего о причинении вреда имущественным правам кредиторов заключением оспариваемого Договора с учетом в том числе отчуждения должником ликвидного недвижимого и движимого имущества в результате заключения в период с 22.10.2014 по 20.01.2016 ряда сделок по отчуждению имущества. 

При новом рассмотрении суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у ФИО1 на дату заключения оспариваемого Договора признаков неплатежеспособности, поскольку задолженность перед ФИО7 в размере 10 796 666 руб. 66 коп. была взыскана с ФИО1 решением Конаковского городского суда Тверской области от 09.07.2015 по делу №2-943/2015, оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 13.10.2015, то есть спустя почти год после заключения ФИО1 оспариваемого договора. 

Также суд первой инстанции указал, что поскольку ФИО1 не признает наличие задолженности перед ФИО7 в размере                   10 000 000 руб., обозначенных в расписке от 27.05.2014 со сроком возврата 08.09.2017, данная расписка не является безусловным основанием для признания наличия данной задолженности. 

Отчуждение ФИО1 доли в праве общей долевой  собственности на Квартиру совершено в отношении ФИО3, которая, как указал суд первой инстанции, на тот момент де-юре являлась заинтересованным по отношению к ФИО1 лицом, а де-факто ФИО1 и ФИО3 в ноябре 2014 года были самостоятельными участниками гражданского оборота в связи с фактическим прекращением брачных отношений с 31.12.2013, что подтверждается решением мирового судьи судебного участка № 398 района Замоскворечья г. Москвы от 17.05.2016.

В связи с этим суд посчитал, что при совершении оспариваемой сделки у ее участников отсутствовал умысел (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, а юридически существующая заинтересованность сторон сделки не свидетельствует о наличии у них цели причинения вреда кредиторам. 

Согласно выводам суда первой инстанции факт наличия у               ФИО1 и ФИО3 общего ребенка ФИО10 сам по себе не влечет за собой вывод о заключении оспариваемого Договора исключительно с намерением причинить вред другим лицам, в обход закона с противоправной целью. 

Также судом первой инстанции отклонен довод финансового управляющего о том, что ФИО1 была совершена цепочка сделок по выводу своих активов с целью невозможности последующего удовлетворения требований кредитора ФИО7, поскольку в период с октября 2014 по октябрь 2015 года было совершено 7 сделок, обжалованных финансовым управляющим, при этом по 4 заявлениям судом отказано в признании сделок недействительными, а 3 заявления (включая настоящее) еще не рассмотрены. В связи с указанными обстоятельствами суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления и признания Договора в части дарения долей недействительным.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции. 

Изучив материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующему.

 В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. 

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделки граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, не подлежат оспариванию по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, но могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве. 

Поскольку оспариваемый Договор заключен до 01.10.2015, он может быть оспорен только в соответствии со статьей 10 ГК РФ. 

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона. 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. 

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи             10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются в том числе лица, которые в соответствии с Законом о конкуренции входят в одну группу лиц с должником. 

Группой лиц согласно статье 9 Закона о конкуренции признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из в том числе следующих: 

- физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры (пункт 7); 

- лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 названной статьи признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 данной статьи признаку. 

Суд первой инстанции при новом рассмотрении повторно ссылается на фактическое прекращение брачных отношений между должником и ФИО11 с 31.12.2013, полагая, что указанный факт свидетельствует об отсутствии заинтересованности.

Однако, отсутствие или наличие брачных отношений не имеет в данном случае правового значения для установления факта заинтересованности, поскольку должник и ФИО11 являются заинтересованными лицами через совместного ребенка по правилам статьи 19 Закона о банкротстве и статьи 9 Закона о конкуренции.

Также суды пришли к выводу об отсутствии у должника на дату заключения оспариваемого Договора признаков неплатежеспособности. В обоснование своего вывода суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, указал на то, что задолженность перед ФИО7 по договору займа в размере 10 796 666 руб. 66 коп. была взыскана с ФИО1 уже после совершения им оспариваемой сделки решением Конаковского городского суда Тверской области от 09.07.2015 по делу                    № 2-943/2015. 

Однако согласно статье 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. 

В данном случае срок возврата займа должником установлен в расписке от 27.05.2014 - 08.09.2014. 

Таким образом, просроченная задолженность по договору займа возникла у должника перед ФИО7 с 08.09.2014, а не с даты вынесения Канаковским городским судом Тверской области решения о взыскании названной задолженности. 

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание, что ФИО1 не признает наличие задолженности перед ФИО7 в размере             10 796 666 руб. 66 коп. Суд первой инстанции полагает, что данное утверждение подтверждается многочисленными обращениями Брызгала М.В. в полицию и прокуратуру в г. Москве по факту его похищения и понуждения к написанию долговых расписок под угрозой применения насилия, а также тем, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела следователя Симоновского межрайонного следственного отдела Следственного управления по Южному административному округу Главного следственного управления Следственного Комитета России по г. Москве было отменено было отменено прокурором Симоновской межрайонной прокуратуры г. Москвы с направлением материалов для проведения дополнительной проверки в Симоновский межрайонный следственный отдел. 

Однако результатов проверки заявления ФИО1, подтверждающих названные факты, не представлено, решение Конаковского городского суда Тверской области от 09.07.2015 по делу №2-943/2015, которым с должника в пользу ФИО7 взыскана задолженность по договору займа,  не отменено.

Более того, суд кассационной инстанции обращает внимание на то, что определением от 08.06.2017, оставленным в силе постановлением суда апелляционной инстанции от 04.08.2017, суд признал обоснованным требование ФИО7, основанное именно на указанном решении Конаковского городского суда Тверской области от 09.07.2015 по делу                   № 2- 943/2015, и ввел в отношении ФИО1 процедура реструктуризации долгов. 

Согласно статьей 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, а под недостаточностью имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. 

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Таким образом, вывод судов об отсутствии у ФИО1 на дату совершения оспариваемого Договора признаков неплатежеспособности противоречит фактическим обстоятельствам дела, поскольку решением Конаковского городского суда Тверской области от 09.07.2015 по делу                      № 2-943/2015 установлено наличие у должника просроченной задолженности перед ФИО7 по договору займа, обязательство по оплате которой возникло 08.09.2017. 

На дату совершения оспариваемой сделки по безвозмездному отчуждению доли в праве собственности на Квартиру в пользу заинтересованного лица у ФИО1 уже имелись неисполненные обязательства на значительную сумму и он должен был знать о возможном предъявлении к нему требования кредитором и необходимости осуществления расчетов по обязательствам, в том числе и за счет принадлежащего ему имущества. 

Довод должника и ФИО3 об отсутствии злоупотребления правом со стороны ФИО3 поскольку она, по причине отсутствия фактических брачных отношений с должником с 31.12.2013, не знала о наличии у него задолженности перед ФИО7 не принимается. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Осведомленность контрагента должника может носить как реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) так и быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно; в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом). 

Вместе с тем, возражая против требований финансового управляющего ни должником, ни ФИО3 не представлено доказательств, опровергающих названную презумпцию, как и объяснений относительно причин и необходимости безвозмездного отчуждения ликвидного недвижимого имущества заинтересованному лицу. 

Кроме того, финансовым управляющим были обжаловано семь сделок по отчуждению имущества, заключенных после возникновения обязательств перед ФИО7 (2 из которых на момент вынесения оспариваемых судебных не рассмотрены по существу) и суд первой инстанции самостоятельно выделил их в отдельные производства. 

В пункте 10 Постановления № 32 разъяснено, что может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

С учетом установленных судами обстоятельств, в том числе наличие у ФИО1 признаков неплатежеспособности на дату заключения Договора, по условиям которого должник безвозмездно передал заинтересованному лицу ликвидное имущество (которое впоследствии было подарено третьему лицу), что повлекло уменьшение конкурсной массы и, как следствие, нарушение прав и законных интересов кредитора, суд кассационной инстанции считает вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии злоупотребления правом при заключении оспариваемого Договора, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела. 

С учетом изложенного суд кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты судов первой и апелляционной инстанций вынесены при неправильном применении норм материального права, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам, что в силу статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для принятия судебного акта по существу настоящего обособленного спора, установлены судами первой и апелляционной инстанций в полном объеме, суд кассационной инстанции считает необходимым, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, об удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным Договора в части дарения доли в размере 1/2 в праве общей долевой собственности в Квартире, недействительным. 

В то же время, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной подлежит возврату в конкурсную массу. 

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения. 

Однако в данном случае, рыночная стоимость отчужденного по Договору имущества судами не устанавливалась, заявление финансового управляющего в части применения последствий недействительности Договора подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При принятии кассационной жалобы судом предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за подачу кассационной жалобы. 

В силу абзаца второго части 3 статьи 289 АПК РФ при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 14.08.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2018 по делу № А66-7724/2016 отменить. 

Признать недействительным договор определения долей и дарения от 05.11.2014 заключенный ФИО1 с ФИО3 в части дарения 1/2 долей в праве общей долевой собственности на квартиру № 505, расположенную по адресу: Москва, 1-й Нагатинский проезд, д. 11, корп. 3. 

Дело в части применения последствий недействительности договора дарения от 05.11.2014 направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

 

 

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

 Т.В. Кравченко