Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-152955/2018

18 июня 2019 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 23 мая 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 18 июня 2019 года.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг" (адрес: 190103, 

<

...>, лит. А, ОГРН: 

<

***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Боково" (адрес: 627581, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>)

о взыскании задолженности

при участии

от истца: ФИО2 – по доверенности от 09.01.2019; 

от ответчика: не явился, извещен;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг" (далее – истец, ООО "Балтийский лизинг") обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Обществу с ограниченной ответственностью "Боково" (далее – ответчик, ООО "Боково") о взыскании 980 742 руб. 07 коп. неосновательного обогащения, возникшего из договора лизинга от 14.04.2017 № 966/17-ОБЛ. 

Определением суда от 17.12.2018 исковое заявление принято к производству, судебное разбирательство назначено на 07.02.2019, которое определениями от 07.02.2019, от 28.03.2019, от 26.04.2019 было отложено на 23.05.2019.

Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, назначенного на 23.05.2019, не обеспечил явку своего представителя в судебное заседание, что в свою очередь в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела.

При этом от ответчика в суд ранее поступил отзыв на исковое заявление, в котором просил в удовлетворении исковых требований отказать, также ответчиком было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме, возражал относительно заявленного ответчиком ходатайства о назначении судебной экспертизы.

Рассмотрев ходатайства ответчика о назначении судебной экспертизы, суд не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям:

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле; в случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств. 

Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 АПК РФ). 

Таким образом, вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статье 82 АПК РФ, находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», круг и содержание вопросов, по которым проводится экспертиза, определяются судом. Определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом. 

В данном случае суд пришел к выводу об отсутствии необходимости проведения экспертизы по определению стоимости возвращенного истцу предмета лизинга, поскольку спорный предмет лизинга уже был оценен при его возврате и реализован истцом через официального дилера соответствующих транспортных средств по значительно большей цене, чем определил оценщик, что в свою очередь с учетом пошагового снижения цены реализации на соответствующей электронной площадке в рассматриваемом случае имеет приоритетное значение (пункт ).

По существу заявленных требований суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 14.04.2017 между ООО "Балтийский лизинг" (лизингодателем) и ООО  "Боково" (лизингополучателем) заключен договор лизинга № 966/17-ОБЛ, по условиям которого ООО "Балтийский лизинг" обязалось приобрести у определенного ООО  "Боково" (лизингополучателем) продавца указанное ООО  "Боково" имущество – трактор Беларус-3022ДЦ.1 2016 г.в. и предоставить его в лизинг (финансовую аренду) ООО  "Боково".

Во исполнение договора лизинга ООО "Балтийский лизинг" (лизингодатель), ООО "Боково" (лизингополучатель) заключило с ПАО "Гагаринскремтехпред" (продавец) договор поставки от 14.04.2017 № 966/17-ОБЛ-К, товаром по которому является вышеуказанное транспортное средство.

ООО "Балтийский лизинг" понесло инвестиционные затраты на исполнение обязательств по оказанию финансовой услуги, оплатило выбранное ООО "Боково" (лизингополучателем) имущество по договору поставки от 14.04.2017 № 966/17-ОБЛ-К в сумме 7 000 000 руб., что подтверждается платежными поручениями от 17.05.2017 № 25775, от 18.05.2017 №26079.

22.05.2017 ПАО "Гагаринскремтехпред" передало вышеуказанное транспортное средство ООО "Балтийский лизинг" (покупателю) и ООО "Боково" (лизингополучателю), что подтверждается актом приема-передачи самоходной машины, универсальным передаточным документом от 22.05.2017 № УТ-1909, паспортом транспортного средства  СА 371744.

Во исполнение договора лизинга транспортное средство передано ООО  "Боково", о чем ООО "Балтийский лизинг" (лизингодателем) и ООО "Боково" (лизингополучателем) подписан акт приема-передачи имущества в лизинг от 22.05.2017.

Вместе с тем, ООО "Боково", осуществляя владение и пользование имуществом, принадлежащим на праве собственности ООО "Балтийский лизинг" (лизингодателю), исполняло обязанность по уплате лизинговых платежей по договору лизинга не в полном объеме, в связи с чем 18.12.2017 ООО "Балтийский лизинг" направило ООО "БОКОВО" уведомление о расторжении договора лизинга №966/17-ОБЛ с требованием о возврате имущества и оплаты задолженности. Уведомление было вручено лично под роспись директору ФИО3

Таким образом, обязательства сторон по договору лизинга считаются прекратившимися, а договор расторгнутым с 18.12.2017.

06.02.2018 ООО "Балтийский лизинг" изъяло у ООО "Боково" имущество, являвшееся предметом лизинга по договору лизинга 966/17-ОБЛ, что подтверждается соответствующим актом об изъятии специальной техники (предмета лизинга) б/н.

Истец, исходя из разъяснений, данных в пункте 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17), полагает, что согласно расчету сальдо встречных обязательств стороне ответчика образовалось положительное сальдо, которое подлежит взысканию в размере 980 742 руб. 07 коп.

Поскольку ответчик не оплатил взыскиваемую сумму и после направления 19.11.2018 в его адрес телеграммы № 5/8456, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Исследовав позиции сторон, представленные в материалы дела доказательства, в порядке положений статьи 71 АПК РФ, суд полагает требования истца подлежащим удовлетворению на основании следующего.

В соответствии с положениями статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, статьей 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В силу положений статьи 622 ГК РФ, статьи 13 Закона о лизинге, лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.

Расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, согласно пункту 3.1 Постановления № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3, 4 ГК РФ). В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам (абзац 3 пункта 3.1 Постановления № 17).

Суд проверил расчет сальдо встречных обязательств, произведенные истцом, и признает верным.

Согласно пунктам 3.2 и 3.3 Постановления № 17 при расчете сальдо учитывается плата за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования.

Предоставлением финансирования является размещение денежных средств, то есть оплата лизингодателем имущества продавцу по договору купли-продажи при приобретении предмета лизинга. Следовательно, плата за финансирование должна начисляться с момента оплаты предмета лизинга. Между тем, финансирование можно признать фактически возвращенным только после фактического возврата и реализации имущества.

Так, в пункте 2 Постановления № 17 разъяснено, что в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

Финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи. Существо финансовой аренды (в отличие от имущественного найма) и интерес лизингодателя состоят в возврате именно финансовых затрат и получении законной прибыли в виде лизинговых платежей за весь срок договора, а не во владении предметом лизинга. В случае досрочного расторжения договора лизинга возврат лизингодателю предмета лизинга в натуре не является эквивалентом возврата денежных средств, предоставленных лизингополучателю.

Интерес лизингодателя в возврате финансовых затрат и получении законной прибыли достигается при продаже предмета лизинга. Удовлетворением интереса лизингодателя по смыслу разъяснения, содержащегося в пункте 2 Постановления № 17, является возврат именно денежных средств, а не имущества в его натурально-вещественной форме. Возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме.

Предоставленное финансирование можно признать возвращенным (полностью или частично) только при получении лизингодателем выручки от реализации возвращенного (изъятого) предмета лизинга. Датой возврата финансирования следует считать дату получения лизингодателем выручки от реализации изъятого предмета лизинга. Общий срок (период) предоставления финансирования лизингодателем следует определять с учетом реализации предмета лизинга третьему лицу, то есть до перечисления денежных средств лизингодателю после продажи изъятого у лизингополучателя предмета лизинга. Период реализации изъятого имущества включается в период финансирования для целей расчета платы за пользование предоставленным финансированием.

Плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования в денежной форме. Только после получения выручки от продажи возвращенного имущества можно признать сформированными все условия для расчета сальдо взаимных обязательств сторон договора лизинга.

С учетом приведенных разъяснений доводы ответчика о необходимости признания факта возврата финансирования состоявшимся в день изъятия предмета лизинга также не могут быть приняты судом во внимание.

В силу абзаца 1 пункта 4 Постановления № 17 лизингодатель должен реализовать изъятое имущество в разумный срок.

Имущество реализовано ООО "Балтийский лизинг" (передано по акту приема-передачи), что подтверждается договором купли-продажи от 14.09.2018 № 126/18-ОБЛ-КП-ОР с приложением акта приема-передачи от 28.09.2018, платежным поручением №174 от 26.09.2018, товарной накладной от 28.09.2018 ОБЛ00003929, счет-фактурой №00065987 от 28.09.2018.

Таким образом, спорный предмет лизинга фактически реализован истцом 26.09.2018, что в свою очередь с учетом даты изъятия предмета лизинга – 06.02.2018, а также реализацию предмета лизинга через официального дилера соответствующих транспортных средств по значительно большей цене, чем определил оценщик, с учетом пошагового снижения цены реализации на соответствующей электронной площадке (9 раз) суд находит разумным и добросовестным.

В момент полной оплаты, с учетом расчета сальдо, лизингополучателем было возвращено предоставленное лизингодателем финансирование в полном объеме.

Следовательно, вопреки позиции ответчика время до фактического возврата финансирования следует исчислять до 26.09.2018.

Согласно пункту 3.5 Постановления  № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования.

Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по формуле, приведенной в примечании к данному пункту.

Таким образом, установление платы за финансирование расчетным путем требуется тогда, когда размер платы за финансирование невозможно установить непосредственно на основании условий договора.

В рассматриваемом случае вопреки доводам ответчика для целей расчета размера платы за финансирование следует принимать во внимание следующие величины: 

общий размер платежей по договору лизинга (П) -  8 984 493,39 рублей   

сумма аванса по договору лизинга (А) – 1 400 000 рублей

размер финансирования (Ф)5 600 000 рублей

срок лизинга в днях (СДН) – с 22.05.2017 (передача имущества по акту) по 22.05.2020 (36 месяцев) – 1 096 дней   

процентная ставка [(8 984 493,39-1 400 000) - 5 600 000] : (5 600 000 х 1 096) х 365 х 100  = 11,8 процента   

время до фактического возврата по финансирования - с 18.05.2017 по 26.09.2018 (количество дней) = 496 дня

итого по ставке плата за финансирование 5 600 000 х 11,8% х 496 : 365 = 897 963,84 руб.

Таким образом, размер платы за предоставленное лизингополучателю финансирование составляет 897 963,84 руб.

Согласно пункту 3.6 Постановления № 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» установлено, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В данном случае лизингодателем понесены следующие расходы:

-  на перевозку трактора в размере 55 000 руб., что подтверждается договором №21/18-ОБЛ-Х-ОР от 01.02.2018, вместе с дополнительным соглашением №1 от 05.02.2018, счетом на оплату №19 от 05.02.2018, актом №13 от 07.02.2018, платежным поручением от 13.02.2018;

- на хранение изъятого имущества в общем размере 35 550 руб., что подтверждается договором хранения №22/18-ОБЛ-Х-ОР от 01.02.2018, актом  от 06.02.2018 №1-ХП приема-передачи вещи на хранение, счетом на оплату №51 от 13.03.2018, счетом-фактурой №407 от 13.03.2018, платежным поручением от 06.04.2018, счетом на оплату №УТ-701 от 30.03.2018, счетом-фактурой №УТ-402 от 30.03.2018, платежным поручением от 12.04.2018, счетом на оплату №369 от 28.02.2018, счетом-фактурой №369 от 28.02.2018, платежным поручением от 19.03.2018, счетом на оплату №УТ-1068 от 30.04.2018, счетом-фактурой УТ-1060 от 30.04.2018, платежным поручением от 15.05.2018, счетом на оплату №УТ-1705 от 31.05.2018, счетом-фактурой №УТ-1704 от 31.05.2018, платежным поручением от 07.06.2018, счетом на оплату №УТ-2313 от 30.06.2018, счетом-фактурой №УТ-2324 от 30.06.2018, платежным поручением от 05.07.2018, счетом на оплату №УТ-3256 от 31.07.2018, счетом-фактурой №УИ-3272 от 31.07.2018, платежным поручением от 03.08.2018, счетом на оплату №УТ-4088 от 31.08.2018, счетом-фактурой №УТ-4112 от 31.08.2018, платежным поручением от 06.09.2018, счетом на оплату №УТ-4873 от 28.09.2018, счетом-фактурой №УТ-4907 от 28.09.2018, платежным поручением от 05.10.2018;

- на страхование имущества в общем размере 50 680 руб. за период с 22.05.2017 по дату реализации имущества, что подтверждается страховым полисом №0617 MS 300164 от 19.05.2017, платежным поручением №307298 от 17.05.2018, платежным поручением №27505 от 24.05.2017, актом №21 оказанных услуг от 04.07.2017 (позиция №380), актом №14 оказанных услуг от 16.07.2018 (позиция №297) к агентскому договору 4/2010 от 01.07.2010, платежными поручениями №236571 от 03.07.2017, №321331 от 13.07.2018).

В силу пункта 2.17 договора лизинга, страхование имущества от рисков повреждения и утраты имущества осуществляет лизингодатель. Пунктом 3.1.5 Правил  в свою очередь установлено, что все расходы лизингодателя по страхованию имущества относятся на Лизингополучателя.

С учетом приведенного и добросовестности действий истца расходы по хранении и страхованию имущества в размере 24 080 руб. после изъятия имущества (06.02.2018) также подлежат включению в расчет сальдо.

Отклоняются судом и доводы ответчика о необоснованном включении в расчет сальдо расходов истца по уплате налога на прибыль, так как указанное право ООО "Балтийский лизинг" было предусмотрено пунктами 18.7, 18.7.2 и 18.7.3 Правил лизинга, в соответствии с условиями которых сторонами был заключен спорный договор.

Доводы ответчика о необходимости снижения на основании статьи 333 ГК РФ начисленных истцом и включенных в расчет сальдо штрафных санкций по договору также подлежат отклонению, поскольку, заявляя о снижении суммы штрафных санкций на основании статьи 333 ГК РФ, ответчик не представил каких-либо доказательств явной несоразмерности соответствующих пеней последствиям нарушения обязательства, в том числе сведений о действовавших в период просрочки исполнения обязательств процентных ставках кредитных организаций по краткосрочным кредитным договорам в соответствующем регионе, наличия на стороне истца необоснованной выгоды и тому подобного

На основании изложенного в данном случае расчет сальдо следующий: 

5 600 000 руб.(размер предоставленного финансирования) + 897 963 руб. 84 коп. (плата за финансирование) + 278 868 руб. 81 коп. (убытки) + 222 805 руб. 71 коп. (санкции) = 6 999 638 руб. 36 коп.,

за вычетом 

2 068 896 руб. 29 коп. (полученные периодические платежи) + 3 950 000 руб. (стоимость возвращенного объекта лизинга) = 6 018 896 руб. 29 коп.,

что составляет разницу 980 742 руб. 07 коп. неосновательного обогащения на стороне ответчика.   

Доводы ответчика об обратном со ссылкой на то, что при расчете сальдо встречных обязательств истцом в платежи по договору не включен размер авансового платежа, отклоняются судом как несостоятельные, так как означенные платежи учтены при расчете размера платы за предоставленное лизингополучателю финансирование, на что также указано выше.

Таким образом, исковые требования ООО «Балтийский лизинг» подлежат удовлетворению в полном объеме.

В связи с удовлетворением исковых требований в полном объеме и в соответствии со статьёй 110 АПК РФ судебные расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 22 615 руб. 00 коп.  также подлежат взысканию с ответчика, 1 775 руб. 00 коп. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению от 30.10.2018 №346412, подлежат возврату плательщику из федерального бюджета на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск удовлетворить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Боково» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» 980 742 руб. 07 коп. неосновательного обогащения и 22 615 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью «Балтийский лизинг» из федерального бюджета 1 775 руб. 00 коп. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению от 30.10.2018 №346412

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его изготовления в полном объеме.

Судья С. А. Нестеров