Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-16300/2016

г. Владивосток

29 декабря 2020 года

29 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 декабря 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 декабря 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей К.П. Засорина, С.В. Понуровской,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2,

апелляционное производство № 05АП-5655/2020

на определение от 20.08.2020 

судьи Р.Ш. Ярмухаметова

по заявлению конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Жилкомаудит» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО2 и о взыскании солидарно с них 8 472 428 рублей 13 копеек

по делу № А51-16300/2016 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Жилкомаудит» о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии:

от ФИО2: ФИО5 (паспорт, доверенность от 19.06.2019 сроком действия на 3 года);

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Жилкомаудит» (далее – ООО «Жилкомаудит», должник) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 07.12.2017 (резолютивная часть решения объявлена 04.12.2017) ООО «Жилкомаудит» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ООО «Жилкомаудит» ФИО3 23.05.2019 обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 (далее – ФИО4) и ФИО2 (далее – ФИО2) и взыскании с них в пользу должника солидарно 8 472 428 рублей 13 копеек.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. ФИО4 и ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ответчиков в пользу должника взыскано солидарно 8 472 428 рублей 13 копеек.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Григолия Г.А. обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, вопрос по рассмотрению заявления конкурсного управляющего направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Приморского края. В обоснование своей позиции заявитель привел доводы об ошибочности вывода суда первой инстанции о причинении вреда имущественным правам кредиторов ООО «Жилкомаудит», повлекший необоснованное привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При вынесении обжалуемого определения суд не учел, что сделки по отчуждению транспортных средств, балансовая стоимость которых на момент продажи составляла 0 (ноль) рублей, не являлись причиной банкротства должника - ООО «Жилкомаудит», после их реализации в декабре 2015 года должник продолжал в том же объёме оказывать услуги до октября 2016 года. Транспортные средства возвращены в конкурсную массу должника и реализованы конкурсным управляющим на открытых торгах по цене 967 500 рублей. По мнению апеллянта, в связи с возвращением спецтехники должнику у суда отсутствовали основания для вывода о причинении имущественного вреда кредиторам сделками по их отчуждению. Отметил, что доходы от осуществляемой с 2010 года деятельности по обслуживанию жилищного фонда ООО «Жилкомаудит» получало исключительно за счёт оплаты жителями обслуживаемых жилых домов стоимости оказанных жилищно-коммунальных услуг. Ссылаясь на кризисные явления в экономике Российской Федерации в 2014-2016 годах, полагал, что признаки объективного банкротства общества возникли ввиду резкого падения доходов населения. Значительный рост дебиторской задолженности негативно отразился на экономическом состоянии должника и привёл к невозможности своевременных расчётов с кредиторами. Считал, что, в рассматриваемом случае, вменяемые конкурсным управляющим нарушения подлежали проверке по основаниям, предусмотренным положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»), а не статьи 61.11 настоящего Федерального закона.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2020 апелляционная жалоба ФИО2 принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 28.10.2020. определениями от 28.10.2020, от 25.11.2020 заседание по рассмотрению жалобы откладывалось до 23.12.2020. Определением от 25.11.2020 изменен состав суда, рассматривающий жалобу, в связи с чем ее рассмотрение начато сначала на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В канцелярию суда от конкурсного управляющего ООО «Жилкомаудит» ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. К отзыву конкурсным управляющим приложены дополнительные доказательства (в копиях), а именно: анализ финансового состояния ООО «Жилкомаудит», бухгалтерская отчетность ООО «Жилкомаудит», ответ Гостехнадзора, ответ МОРАС ГИБДД УМВД России по Приморскому краю, ответ ГИБДД от 09.10.2017, выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Жилкомаудит», выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Сантехсервис», договоры купли-продажи автотранспортных средств, карточка дела № А51-11535/2016, определение Арбитражного суда Приморского края от 02.06.2016 по делу № А51-11535/2016, карточка дела № А51-16300/2016. Приложенные конкурсным управляющим к отзыву дополнительные доказательства приобщены к материалам дела в порядке статей 159, 184, 185, 262, абзаца 2 части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как документы, представленные во исполнение определений апелляционного суда от 28.10.2020 и от 25.11.2020 и для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции 23.12.2020 представитель ФИО2 указал на невозможность представления в настоящем судебном заседании документов, подтверждающих характер осуществляемой должником деятельности, сведения о периоде осуществления должником уставной деятельности после продажи спорных транспортных средств ввиду заболевания ФИО2 новой коронавирусной инфекцией COVID-19, в связи с чем ходатайствовал об отложении судебного заседания.

Судебная коллегия осталась на совещание для разрешения заявленного ходатайства, после совещания судебное заседание продолжено.

В соответствии с частью 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Обязательное отложение судебного заседания предусмотрено только в двух случаях: когда это прямо предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и в случае неявки в судебное заседание лица, участвующего в деле, если в отношении этого лица у суда отсутствуют сведения об извещении его о месте и времени судебного разбирательства (часть 1 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данная норма не носит императивного характера, а ни одна из причин, указанных в ходатайстве, не является для суда безусловно уважительной. Вопрос об удовлетворении или неудовлетворении ходатайства об отложении слушания дела решается судом с учетом всех обстоятельств дела и представленных заявителем ходатайства документов по своему внутреннему убеждению.

В этой связи, руководствуясь положениями статей 159, 184, 185, части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание отсутствие на момент проведения судебного заседания соответствующих документов, оформленных медицинским учреждением и подтверждающих болезнь ФИО2, апелляционный суд определил отказать в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине нетрудоспособности в связи с его необоснованностью. При этом суд учел, что у апеллянта было достаточно времени для представления дополнительных документов, которые суд предложил представить апеллянту в предыдущем судебном заседании, заявитель воспользовался правом по направлению в заседание своего представителя, не был лишен возможности предоставления документов в подтверждение своей позиции посредством электронной связи, а также отсутствие предусмотренных частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения. 

Представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Обжалуемое определение суда первой инстанции считал незаконным и необоснованным, подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствует суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителя лица, участвующего в деле, проверив в порядке статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве предусмотрены нормами Главы III.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ и действует с 01.09.2017, в связи с введением которой статья 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» («Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве») утратила силу). 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Вменяемые конкурсным управляющим ответчикам – ФИО4 и ФИО2 нарушения имели место в 2015, 2016 годах, то есть в период до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий. 

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Таким образом, поскольку обстоятельства, послужившие основанием для обращения конкурсного управляющего с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, имели место в период до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», действовавших на момент спорных правоотношений, а также процессуальных норм, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В этой связи апелляционный суд пришел к выводу о том, что, в рассматриваемом случае, подлежат применению правила статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», регулирующие ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве, действующей в редакции Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица; а также к выводу о невозможности применения презумпций, установленных Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, к которым не может применяться обратная сила.

Из содержания заявления следует, что конкурсный управляющий связывает невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие отчуждения контролирующими должника лицами имущества должника по сделкам, впоследствии признанным недействительными по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. 

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. 

Под контролирующим должника лицом в силу статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 7 Постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, 16.12.2015 и 20.04.2016 между ООО «Жилкомаудит» (продавец) и ООО «Сантехсервис» (покупатель) заключено 5 договоров купли-продажи автотранспортных средств, в соответствии с которыми продавец продал, а покупатель принял следующие имущество:

- УАЗ 31514 2001 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, модель, № двигателя: 41780В10104111, цвет кузова (кабины, прицепа): белый, регистрационный знак: H909KH/125RUS, по цене в размере 10 000 рублей, согласно договору № б/н от 16.12.2015;

- ГА3 53 1990 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, модель, № двигателя: 31703 цвет кузова (кабины, прицепа): СИНИЙ Регистрационный знак: B362PA/125RUS, по цене в размере 10 000 рублей, согласно договору б/н от 16.12.2015;

- УАЗ-396292 2002 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, Модель, № двигателя: ЗМЗ-410400 № 20068165, Цвет кузова (кабины, прицепа): БЕЛЫЙ, Регистрационный знак: H887KH/125RUS, по цене в размере 10 000 рублей, согласно договору № б/н от 16.12.2015;

- KIA BONGO III 2011 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, модель, № двигателя: J3 В110821, цвет кузова (кабины, прицепа): белый, регистрационный знак: K222XO/125RUS, по цене в размере 10 000 рублей, согласно договору № б/н от 16.12.2015;

- MITSUBISHI CANTER 1990 года выпуска, идентификационный номер (VIN): отсутствует, Модель, № двигателя: 4D33-B30012, Цвет кузова (кабины, прицепа): красный (бордовый), регистрационный знак: H769KH125/RUS, по цене в размере 249 500 рублей, согласно договору № б/н от 20.04.2016.

Указанные сделки оспорены конкурсным управляющим ООО «Жилкомаудит» по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Приморского края от 26.03.2019 по делу № А51-16300/2016 сделки купли-продажи автотранспортных средств признаны недействительными, в порядке применения последствий недействительности сделок суд обязал ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО «Жилкомаудит» указанные выше транспортные средства.

Из содержания указанного определения следует, что в ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Жилкомаудит» об оспаривании подозрительных сделок, судом установлено, что сделки совершенны на заведомо невыгодных для должника условиях. 

Так, стоимость MITSUBISHI CANTER 1990 года выпуска по договору составила 249 500 рублей. Стоимость остальной техники по договорам составила 10 000 рублей за каждую единицу. 

В целях определения рыночной стоимости автомобилей определением суда от 06.12.2018 назначена экспертиза, проведение которой поручено ИП ФИО6

Согласно заключению эксперта от 08.02.2019:

- рыночная стоимость автомобиля УАЗ 31514, 2001 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, модель, № двигателя: 41780В10104111, цвет кузова (кабины, прицепа): белый, регистрационный знак: 

<

***> 125RUS по состоянию на 16.12.2015 составляла 184 000 рублей;

- рыночная стоимость автомобиля ГАЗ 53 1990 года выпуска, идентификационный номер (VIN): 

<

***>, модель, № двигателя: 31703; цвет кузова (кабины, прицепа): синий; регистрационный знак: 

<

***> 125RUS по состоянию на 16.12.2015 составляла 195 000 рублей;

- рыночная стоимость автомобиля УАЗ-396292 2002 года выпуска, идентификационный номер (V1N): ХТТ39629220030569, модель, № двигателя: ЗМЗ-410400 № 20068165, Цвет кузова (кабины, прицепа): белый, регистрационный знак: 

<

***> 125RUS по состоянию на 16.12.2015 составляла 170 000 рублей;

- рыночная стоимость автомобиля KIA BONGO III 2011 года выпуска, идентификационный номер (V1N): 

<

***>, модель, № двигателя: J3 В110821, цвет кузова (кабины, прицепа): белый, регистрационный знак: K222XO/125RUS по состоянию на 16.12.2015 составляла 587 000 рублей;

- рыночная стоимость автомобиля MITSUBISHI CANTER 1990 года выпуска, идентификационный номер (VIN): отсутствует, модель, № двигателя: 4D33-B30012, Цвет кузова (кабины, прицепа): красный (бордовый), регистрационный знак: H769KH125/RUS по состоянию на 22.04.2016 составляла 322 000 рублей.

Изложенное повлекло вывод суда о том, что сделки совершены при неравноценном встречном предоставлении со стороны покупателя - ООО «Сантехсервис», при этом, доказательства оплаты спорного имущества в материалы обособленного спора не были представлены.

Судом установлено, что по договорам от 16.12.2015 и 20.04.2016 ООО «Жилкомаудит» реализовало имущество заинтересованному лицу - ООО «Сантехсервис», учредителем которых является ФИО2

ООО «Сантехсервис» реализовало полученное от должника по сделкам имущество в пользу ФИО2 на аналогичных условиях о цене.

13.05.2016 ООО «Жилкомаудит» перерегистрировало на ФИО2 экскаватор KOMATSU PC 10-5, 1989 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>.

Указанная сделка также оспорена конкурсным управляющим.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 06.12.2018 по делу № А51-16300/2016 действия по передаче ООО «Жилкомаудит» ФИО2 экскаватора KOMATSU PC 10-5, 1989 года выпуска признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки.

Реализация принадлежащих должнику транспортных средств в результате совершения сделок с неравноценным встречным предоставлением со стороны покупателя в отсутствие фактической оплаты привела к выбытию из состава имущества должника активов, подлежащих включению в конкурсную массу, за счет которого кредиторы могли получить удовлетворение своих требований. 

Из материалов дела следует, что на дату совершения сделок – договоров купли-продажи автотранспортного средства от 16.12.2015 и от 20.04.2016 генеральным директором ООО «Жилкомаудит» являлся ФИО4, избранный на должность руководителя общества 02.09.2010 согласно протоколу № 1 общего собрания участников от 02.09.2010. Согласно указанному протоколу, а также по сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ, ФИО2 является учредителем ООО «Жилкомаудит» с размером доли участия в уставном капитале общества 49 %. 

Согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ, ФИО2 одновременно является генеральным директором и учредителем ООО «Сантехсервис». 

В рамках рассмотрения обособленных споров о признании сделок должника недействительными установлено, что ООО «Жилкомаудит» фактически реализовало имущество заинтересованному лицу - ООО «Сантехсервис» (статья 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), учредителем которых является ФИО2 Впоследствии, ООО «Сантехсервис» реализовало полученное от должника по сделкам имущество в пользу ФИО2 на аналогичных условиях о цене.

Таким образом, наличие у ответчиков статуса контролирующих должника материалами дела установлен. Так, ФИО4 считается контролирующим должника лицом в силу занимаемой на момент совершения сделок должности – генеральный директор ООО «Жилкомаудит». ФИО2 также считается контролирующим должника лицом, поскольку является учредителем ООО «Жилкомаудит» с размером доли 49 %, вследствие чего он имел реальную возможность определять действия должника, более того, ФИО2 извлек выгоду из незаконного поведения руководителя должника, выразившегося в реализации транспортных средств по существенно заниженной цене в пользу ФИО2 в том числе с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Кроме того, в рамках рассмотрения обособленных споров о признании сделок недействительными установлено, что указанные сделки совершены при наличии у должника признаков объективного банкротства. Так, 09.11.2015 у ООО «Жилкомаудит» образовалась задолженность перед ООО «Теплосетевая компания» в размере 2 312 074 рублей 37 копеек в связи с неисполнением обязательств по договору по обеспечению потребителей (получателей) Партизанского городского округа услугами централизованного водоснабжения и водоотведения № 57 от 31.10.2013. Задолженность перед ООО «Тепловые сети» не была погашена и включена в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Приморского края от 05.07.2017. 

Из представленного в материалы дела отчета конкурсного управляющего о своей деятельности от 07.08.2020 следует, что конкурсная масса должника фактически сформирована за счет дебиторской задолженности физических лиц в размере 6 607 тыс. рублей, рыночная стоимость которой определена на сумму 172 тыс. рублей. При этом, согласно реестру требований кредиторов должника по состоянию на 07.08.2020 кредиторы первой очереди удовлетворения отсутствуют, совокупный размер требований кредиторов второй очереди составил 3 048 210 рублей, совокупный размер требований кредиторов третьей очереди – 4 213 987 рублей 35 копеек, финансовых санкций – 1 228 142 рубля 43 копейки.

В результате оспаривания конкурсным управляющим сделок должника в конкурсную массу возвращены транспортные средства, впоследствии реализованные на торгах в пользу победителя – ФИО7 по цене 1 123 тыс. рублей. Денежные средства, вырученные от реализации имущества, поступили на счет должника.

Подлежат отклонению доводы апеллянта об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков в связи с тем, что продажа спорных объектов не являлась причиной банкротства должника, потерявшего возможность восстановить платежеспособность ввиду наличия существенной доли дебиторской задолженности неплатежеспособного населения, по следующим основаниям.

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Действительно, наличие большой доли дебиторской задолженности населения могло иметь непосредственное влияние на развитие признаков неплатежеспособности должника, вместе с тем отчуждение единственного ликвидного имущества - экскаватора и транспортных средств, привело к окончательной утрате возможности ведения хозяйственной деятельности должником с учетом того, что такая техника должна была непосредственным образом участвовать в производственном процессе и использоваться в хозяйственной деятельности общества по управлению эксплуатацией жилого фонда г.Партизанск, которая предполагает, не только начисление платы за коммунальные ресурсы и уборку общих помещений жилых домов, но и благоустройство прилегающей территории, доставку материалов, инструментов и т.п.

Не могут быть приняты во внимание по аналогичным основаниям и ссылки апеллянта на возврат в конкурсную массу спорных транспортных средств. 

Бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и специальных положений законодательства о банкротстве (абзац 7 пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что при совершении сделок, впоследствии признанных недействительными по основаниям статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ответчики действовали добросовестно.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что в результате совершения контролирующими должника лицами – ФИО4 и ФИО2 сделок, направленных на выбытие ликвидного актива должника в виде транспортных средств, чем причинен вред имущественным правам кредиторов. Иное из материалов дела не следует.

Ввиду изложенного, ФИО4 и ФИО2 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица определяется согласно положениям абзацев 8, 9 пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Так, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

В рассматриваемом случае, в порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ответчиков в пользу должника подлежит взысканию солидарно сумма денежных средств в размере 8 472 428 рублей 13 копеек, составляющая совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, непогашенные по причине недостаточности имущества должника (требования кредиторов второй и третьей очереди удовлетворения реестра), с учетом того, что стоимость возвращенных в конкурсную массу и реализованных транспортных средств в полном объеме пойдет на погашение текущих требований по возмещению расходов на проведение процедуры конкурсного производства.

Обстоятельства для применения положений абзаца 9 пункта 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и взыскания с ответчиков денежных сумм в меньшем размере не установлены.

Как разъяснено в пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», при принятии постановления арбитражный суд апелляционной инстанции действует в пределах полномочий, определенных статьей 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

Полагая ошибочным вывод суда первой инстанции в части указания на неподлежащие применению правила Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, исходя из даты совершения ответчиками нарушений, апелляционный суд считает, что данный вывод суда не повлек принятия незаконного судебного акта.

По изложенным выше основаниям подлежат отклонению доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе. 

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба ФИО2 в нарушение требований, предусмотренных статьями 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не содержат.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на определение о привлечении к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 20.08.2020 по делу № А51-16300/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

А.В. Ветошкевич

Судьи

К.П. Засорин

С.В. Понуровская