ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-91856/2023

Дело № А40-217966/19

г. Москва

12 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 12 марта 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Н.В. Юрковой,

судей М.С. Сафроновой, Ю.Н. Федоровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С.Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «ИК Профит» Е.Б. Врубеля,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2023 г. по делу № А40-217966/19, вынесенное судьей М.В. Морозовой, 

об оставлении без удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИК Профит»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО7 – ФИО8 по дов. от 08.09.2023

от ФИО1 – ФИО9 по дов. от 24.05.2021

от ФИО5  - ФИО9 по дов. от 24.05.2021

от ФИО4 - ФИО9 по дов. от 24.11.2021

лица не явились, извещены., 

 

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019 г. в отношении ООО «ИК Профит» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО10, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» от 30.11.2019.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.08.2021 по делу № А40-217966/19-18-30Б конкурсным управляющим утвержден ФИО11.

12.10.2021 конкурсный управляющий ФИО11 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «ИК Профит» контролирующих должника лиц: 

ФИО1 (учредителя и бывшего генерального директора); 

ФИО2 (выгодоприобретателя); 

ФИО3 (выгодоприобретателя); 

ФИО4 (выгодоприобретателя);

Г.И.АБ.(выгодоприобретателя);

ФИО6 (выгодоприобретателя) 

в размере 106 027 393, 21 руб. в соответствии с реестром требований кредиторов (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2023 в удовлетворении заявления отказано. 

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой.   

Конкурсный управляющий в судебное заседание не явился, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в его отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке ст. 156, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав мнение лиц, участвующих в деле, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, в связи со следующим.  

Так, согласно доводам апелляционной жалобы, ФИО3, ФИО2, ФИО4. ФИО12 являются лицами, извлекшими выгоду из незаконного или недобросовестного поведения бывшего генерального директора и учредителя ООО «ИК Профит» ФИО1 в виде получения денежных средств без законных оснований. Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2, ФИО13, ФИО12, суд указал, что полученные ими денежные средства являются заработной платой. Указывает, что вступившими в законную силу судебными актами уже было установлено, что полученные ФИО3 и ФИО2 денежные средства не являются заработной платой. Кроме того, доказательства того, что ФИО3 и ФИО2 состояли в трудовых отношениях с ООО «ИК Профит» в материалах дела отсутствуют. Считает, что выводы суда о том, что полученные ФИО4 денежные средства являются его заработной платой преждевременны. Доказательства того, что ФИО4 состояли в трудовых отношениях с ООО «ИК Профит» в материалах дела отсутствуют. Указывает, что в отношении ФИО5 заявление о признании сделки еще не было рассмотрено, вывод суда о том, что полученные ФИО5 денежные средства являются его заработной платой преждевременны.

В силу п. 1 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)          являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)          имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)    извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании разъяснений, содержащихся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как верно установлено судом первой инстанции, учредителем ООО «ИК Профит» с 09.01.2014г. по настоящее время является ФИО1. который с 09.01.2014г. по 23.04.2019г. также являлся генеральным директором ООО «ИК Профит», соответственно, является контролирующим должника лицом на основании ст. 61.10 Закона о банкротстве. 

Оценивая доводы заявления конкурсного управляющего, о том, что ФИО1 не передал ликвидатору, а в последствии и конкурсному управляющему ООО «ИК Профит» бухгалтерскую и иную документацию должника, материальные и иные ценности в полном объеме, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсный управляющий не доказал, что именно не было выявлено или не было установлено в результате не передачи документов. 

При этом, как следует из материалов дела, 01.11.2019г. и 15.11.2019г. ФИО1 по актам приема-передачи были преданы запрашиваемые ФИО14 документы. 

Обязанность руководителя должника, в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, предусмотрена положениями абз. 2 п. 2 статьи 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

В соответствии с положениями подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены. 

При этом привлечение к имущественной ответственности предполагает установление противоправности, а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) лица, привлекаемого к такой ответственности, и наступившими последствиями. 

Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абзац 3 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Согласно п. 8 ст. 61.11. ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно. 

В рассматриваемом случае судом первой инстанции было установлено, что 01.11.2019г. и 15.11.2019г. ФИО1 была исполнена обязанность по передаче документации. 

Доказательств того, что имелись какие-либо претензии в отношении переданной документации, в том числе по комплектности, не имеется. 

Положениями Закона о банкротстве установлена ответственность руководителя должника в том случае, если он уклоняется от исполнения обязанности по передаче документации, однако в рассматриваемом случае таких фактов установлено не было. 

Кроме того, по мнению конкурсного управляющего, ответчики причинили вред имущественным интересам кредиторов, являются лицами, извлекшими выгоду из незаконного или недобросовестного поведения бывшего генерального директора и учредителя ООО «ИК ПРОФИТ» ФИО1 

Оценивая данные доводы, суд первой инстанции обоснованно указал, что займы, выдаваемые ООО «ИК Профит» были возмездными и предусматривали плату за них в размере 10% годовых, что выше банковского процента за тот же период, займы выдавались с целью получения прибыли в виде процентов по ним, сделки займа соответствовали рыночным условиям и осуществлялись ООО «ИК Профит» в течение 2014-2017 гг. как обычная хозяйственная деятельность. Поведение не нарушало требования закона, не выходило за пределы делового оборота и ведения хозяйственной деятельности, признаков недобросовестного и злостного поведения не имело. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъясняется, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Материалы дела не содержат доказательств того, что сделки, на которые указано конкурсным управляющим, явились необходимой причиной банкротства должника, то есть без которой объективное банкротство не наступило. 

Ни одного доказательства, свидетельствующего о том, что ответчиками были даны какие-либо указания, которые повлекли невозможность осуществления расчетов с кредиторами, недостаточность имущества должника, в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что несостоятельность (банкротство) должника наступила по вине ответчиков, в результате дачи ими указаний, прямо или косвенно направленных на доведение организации до банкротства, либо несовершения обязательных действий для предотвращения банкротства. 

При этом, доказательств того, что ответчики, за исключением ФИО1, подпадают под определение контролирующего должника лица, не имеется. 

В силу п. 1 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

3)          являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

4)          имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)    извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц,указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сама по себе ссылка конкурсного управляющего на судебные акты, не является основанием для признания ответчиков контролирующими должника лицами, а также не подтверждает совершение ими действий, которые явились необходимой причиной объективного банкротства. 

Так, в соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Судебная практика исходит из того, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (фирмой-"однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующее должника лицо подлежит субсидиарной ответственности только в том случае, когда после наступления объективного банкротства им были совершены какие-либо действия (бездействие), в результате которых утеряна окончательная возможность применения к должнику реабилитационных (восстановительных) процедур и, как следствие, произошла утрата любой возможности, направленной на погашение обязательств перед кредиторами. 

Такие обстоятельства в рассматриваемом случае отсутствуют, доказательства их наличия не представлены. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 N 305-ЭС19-14439(3-8) по делу N А40-208852/2015, при разрешении требований о привлечении к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности, приведшей к банкротству организации, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привели к банкротству организации.

Системное толкование норм Закона о банкротстве во взаимосвязи с положениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, а также анализ судебной практики позволяют сделать вывод о том, что в основе определения признаков объективного банкротства в контексте ст. 61.11 Закона о банкротстве лежит сложный юридический состав, включающий несколько юридических фактов, необходимых для наступления определенных правовых последствий в виде формирования оснований для привлечения субъекта к субсидиарной ответственности.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Доказательств того, что ответчики совершили такие действия, которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило, также не представлено.

Таким образом, презумпция доведения до банкротства, которая также разъяснена в правовой позиции п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в рассматриваемом случае не доказана и не может иметь место, поскольку действия и договоры, на которые ссылается конкурсный управляющий, не довели до банкротства и не могли довести, доказательства обратного материалы дела не содержат. 

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, не являются контролирующими должника лицами и не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности на заявленных основаниях, поскольку указанные сделки не привели к объективному банкротству ООО «ИК Профит». Обратного не доказано.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Поскольку доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, не представлено, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 08.12.2023 г. по делу № А40-217966/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      Н.В. Юркова 

Судьи:                                                                                               Ю.Н. Федорова 

                                                                                                           М.С. Сафронова