ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-10512/2015-22

10 октября 2018 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     03 октября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 октября 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.,	судей Казарян К.Г., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: Прониным А.Л.,

в отсутствие участвующих в деле лиц,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-24304/2018) Гугель Татьяны Львовны на определение Арбитражного суда Мурманской области от 09.08.2018 по делу № А42-10512/2015-22 (судья Машкова Н.С.), принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ревда-Комфорт» о признании недействительной сделки должника – договора возмездного оказания услуг б/н от 28.03.2016 г., заключенного с Гугель Татьяной Львовной, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Гугель Т.Л. в конкурсную массу должника 11 500 руб.,

установил:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 28.12.2015 на основании заявления ООО «Энерго-Ремонт и Строительство» возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Ревда-Комфорт» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 28.01.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Кутышева Вера Анатольевна.

04.07.2016 в отношении должника введено финансовое оздоровление, административным управляющим утвержден Киселев Алексей Алексеевич.

17.05.2017 должник признан банкротом; в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Киселев Алексей Алексеевич.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий Киселев А.А. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника – договора возмездного оказания услуг б/н от 28.03.2016, заключенного с Гугель Татьяной Львовной, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Гугель Т.Л. в конкурсную массу должника 11 500 руб. (с учетом уточнений от 18.12.2017).

10.05.2018 Киселев А.А. отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Ревда-Комфорт».

24.05.2018 конкурсным управляющим должника утвержден Алешкевич Андрей Владимирович, являющийся правопреемником прав и обязанностей отстраненного конкурсного управляющего в данном деле.

Определением арбитражного суда  от 09.08.2018 признан недействительным договор возмездного оказания услуг от 28.03.2016, заключенный ООО «Ревда-Комфорт» с Гугель Татьяной Львовной, применены последствия недействительности сделки. С Гугель Татьяны Львовны в конкурсную массу ООО «Ревда-Комфорт» взыскано 11 500 руб.

В апелляционной жалобе Гугель Татьяна Львовна просила отменить указанное определение как незаконное и необоснованное, принять по делу новый судебный акт, которым отказать конкурсному управляющему ООО «Ревда-Комфорт» в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Податель жалобы полагает, что судом первой инстанции были нарушены нормы материального права, так как не было учтено, что уборка подвалов в МКД является обязанностью управляющей компании в соответствии с действующим законодательством. В связи с тем, что данные работы не являются регулярными, а производятся периодически по мере необходимости, в штате УК ООО «Ревда-Комфорт» не было специальной единицы - уборщик подвалов. Трудовыми договорами, должностными инструкциями, и договорами ГПХ, которые заключали работники с ООО «Ревда-Комфорт», уборщикам подъездов и уборщикам придомовой территории (дворникам) не вменялось в обязанность производить периодическую уборку подвалов. В связи с тем, что возникла необходимость убрать мусор из подвала дома №15 по ул. Кузина, в соответствии с требованиями законодательства, руководитель управляющей компании ООО «Ревда-Комфорт» Федосеев Е.А. принял решение о заключении разового договора ГПХ с физическим лицом на выполнение данных работ. Трудовой кодекс не содержит запрета для работника и работодателя заключать при необходимости гражданско-правовые договоры. Указанный договор был заключен с главным бухгалтером Гугель Т.Л. В пункте 3 оспариваемого договора указано, что исполнитель вправе привлечь для выполнения задания третье лицо с согласия заказчика. Исполнитель работ Гугель Т.Л. имеет право заключать договор, предусматривающий выплату в ее пользу денежных средств за работу, которую она в силу своего должностного, профессионального и социального статуса (главный бухгалтер) не предполагает выполнять лично, так как на основании пункта 3 договора может привлечь третьих лиц. Именно этим правом исполнитель воспользовалась в данном случае. Фактически работы по уборке подвалов выполнялись дворниками ООО «Ревда-Комфорт» в свободное от работы время в качестве подработки по их желанию. Но для удобства работы бухгалтерии был заключен только один договор на главного бухгалтера Гугель Т.Л., вместо нескольких договоров на каждого работника. В оспариваемом договоре не указывалось, каким образом исполнитель должен расплачиваться с привлеченными третьими лицами, и какими документами это должно быть подтверждено, так как это не имеет отношения к предмету договора. Всего в уборке подвала дома Кузина 15 принимали участие 6 человек, что было установлено при опросе свидетелей Миновой В.И. и Дьячковой В.Н. Работы контролировала начальник участка ЖЭУ Минова В.М., а принимала работы инженер производственно-технического отдела Алферьева Г.В. После окончания работ Минова В.И. и Алферьева Г.В. подписали акт о выполнении работ, который хранился в производственно-техническом отделе ООО «Ревда-Комфорт», и был передан со всей прочей документацией арбитражному управляющему Киселеву А.А. после введения на предприятии конкурсного производства. Так же инженер ПТО Алферьева Г.В. доложила о выполнении работ по уборке подвала в доме Кузина 15 генеральному директору ООО «Ревда-Комфорт» Федосееву Е.А. После чего между заказчиком - генеральным директором ООО «Ревда-комфорт» Федосеевым Е.А. и исполнителем Гугель Т.Л. был подписан акт выполненных работ, на основании которого была произведена выплата денежных средств исполнителю. Факт выполнения работ по оспариваемому договору был подтвержден, также была произведена оплата выполненных работ, в связи с чем, по мнению подателя жалобы, оспариваемая сделка не может быть квалифицирована, как мнимая. Податель жалобы полагает, что наличие спорного договора и подтвержденное выполнение работ по этому договору не может причинить имущественный вред правам кредиторов.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

Участвующие в обособленном споре лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, представителей в судебное заседание не направили, апелляционная жалоба рассмотрена в его отсутствие в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период проведения в отношении должника процедуры наблюдения – 28.03.2016 ООО «Ревда-Комфорт» (заказчик) заключило с Гугель Т.Л. (исполнитель) договор возмездного оказания услуг, согласно условиям которого исполнитель обязался по заданию заказчика оказать услуги по уборке мусора в подвалах многоквартирного дома по адресу Кузина 15, а заказчик обязался оплатить за оказанные услуги вознаграждение в размере 11 500 руб. в течение 14 дней после подписания договора; срок действия договора определен сторонами с 28.03.2016 по 31.03.2016. Актом приема-передачи оказанных услуг от 31.03.2016, заказчик подтвердил факт исполнения услуг Гугель Т.В. в полном объеме, уплату ей вознаграждения в размере 10 000 руб., а также перечисление в бюджет 1 500 руб. составляющих НДФЛ.

Полагая указанный договор мнимой сделкой должника (не имевшей своей целью создать правовые последствия), совершенной с заинтересованным по отношению к должнику лицом (Гугель Л.В. являлась главным бухгалтером должника) при несоразмерном встречном исполнении, Киселев А.А. в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника обратился с заявлением о признании ее недействительной, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьями 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), и применении последствий ее недействительности.

Текущий конкурсный управляющий ООО «Ревда-Комфорт» Алешкевич А.В. необходимость оспаривания указанной сделки не опроверг, указав на отсутствие каких-либо документов, подтверждающих фактическое оказание Гугель Т.В. услуг  по спорному договору, а также необходимость критически отнестись к свидетельским показаниям, поскольку свидетели являются коллегами по работе.

Признавая оспариваемый договор недействительной сделкой, суд первой инстанции исходил из того, что его заключение после введения процедуры наблюдения указывает на наличие у должника признаков неплатежеспособности, заинтересованность должника по отношению к ответчику на дату совершения оспариваемой сделки подтверждается материалами дела и не оспаривается лицами, участвующими в настоящем обособленном споре. Наличие встречного предоставления в рамках оспариваемого договора не доказано, спорная сделка может быть квалифицирована как безвозмездная, в связи с чем суд установил основания для вывода о том, что целью совершения спорной сделки является причинение вреда кредиторам. Кроме того, суд квалифицировал спорную сделку как мнимую, поскольку реального оказания услуг ответчиком, предусмотренных сделкой, не доказано.

Проверив правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, апелляционный суд находит обжалуемый судебный акт подлежащим отмене в силу следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что стороны сделки не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Заявляя требование о признании сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ, конкурсный управляющий должника указал, что подписание договора возмездного оказания услуг от 28.03.2016, и последующее перечисление 11 500 руб. должником Гугель Т.Л. совершены без намерения породить правовые последствия, у сторон не было цели достижения заявленных результатов.

Между тем, с учетом представленных в материалы дела доказательств, апелляционный суд находит подтвержденным факт оказания услуг исполнителем (с привлечением для выполнения задания третьих лиц) с учетом условий и предмета договора. 

Так, суду представлен акт приема-передачи оказанных услуг от 31.03.2016, подписанный заказчиком в лице руководителя должника, согласно которому работы выполнены в установленные сроки в точном соответствии с заданием. Указанным актом заказчик подтвердил факт исполнения услуг Гугель Т.В. в полном объеме, уплату ей вознаграждения в размере 10 000 руб., а также перечисление в бюджет 1 500 руб., составляющих НДФЛ.

Действительность выполнения работ по оспариваемому договору третьими лицами также подтверждается свидетельскими показаниями Миновой В.И. и Дьячковой В.Н., из которых суд первой инстанции сделал вывод о возможности установления факта выполнения работ в подвалах дома №15 по ул. Кузина пгт. Ревда. В материалах дела также имеются письменные пояснения Алферьевой Г.В. (инженер производственно-технического отдела), подтверждающей выполнение работ по уборке подвалов под руководством начальника жилищно-эксплуатационного участка Миновой В.И.

При этом, факт выполнения работ в подвалах дома №15 на ул. Кузина пгт. Ревда не оспаривался и самим конкурсным управляющим должника. 

В этой связи апелляционный суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае доказательств, свидетельствующих о том, что, заключив договор от 28.03.2016, стороны не желали наступления последствий, соответствующих договору возмездного оказания услуг, конкурсным управляющим ООО «Ревда-Комфорт»  не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного правового принципа в абзаце 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается, пока не доказано иное. Установленная в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпция добросовестности может быть опровергнута. 

Материалы дела позволяют говорить об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о наличии злоупотребления правом у сторон при заключении и исполнении договора от 28.03.2016.

В этой связи суд апелляционной инстанции в отсутствие представления в порядке статьи 65 АПК РФ доказательств злоупотребления со стороны ООО «Ревда-Комфорт» и исполнителя услуг при совершении оспариваемой сделки, полагает, что основания для признания договора от 28.03.2016 недействительным в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснил в пункте 8, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. 

Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности недобросовестности контрагента), не требуется. 

Следовательно, для признания сделки недействительной конкурсному управляющему необходимо доказать, а суд должен установить следующие объективные факторы, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств с учетом изложенных выше критериев.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена должником после введения в отношении него процедуры наблюдения, то есть, в пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование довода о неравноценности встречного исполнения конкурсный управляющий указал на то, что  по условиям спорного договора за два дня исполнения услуг уборщицы подвала Гугель Т.Л. получила 10 000 руб., 1 500 руб. в бюджет НДФЛ. Если посчитать как за один день 5 000 руб., предположив, что среднее число отработанных дней в месяце, исходя из сменной работы примерно 15 смен, то в сумме получается 75 000 руб., то есть явное несоразмерное встречное исполнение всего за два дня исполнения услуги.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Арбитражный суд апелляционной инстанции полагает, что конкурсным управляющим не доказано неравноценное встречное исполнение обязательств по договору. 

Приведенные арбитражным управляющим должником доводы являются предположительными и не учитывающими объем выполняемых работ, количество подвалов и занятых в уборке лиц, в связи с чем не могут, безусловно, свидетельствовать о несоразмерности размера оплаты услуг по оспариваемому договору.

Иных доказательств в обоснование доводов о несоразмерности размера оплаты услуг по договору от 28.03.2016, в материалы дела не представлено. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что согласно представленным в материалы дела доказательствам, не имеется оснований считать, что имеет место неравноценное встречное предоставление по договору от 28.03.2016, безусловных доказательств того, что цена оспариваемой сделки существенно в худшую для должника сторону отличается от возможных аналогичных сделок, также не представлено.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для вывода о наличии необходимых условий для признания сделки недействительной, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом  5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом п. 7 постановления). 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 6 и 7 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абз. 33 и абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления N 63).

Согласно статье 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В случае недоказанности хотя бы одного из вышеуказанных квалифицирующих признаков оспоримости сделки, предусмотренной статьей 61.2 Закона о банкротстве, суд отказывает в признании сделки недействительной.

Как указывает конкурсный управляющий должником, на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатёжеспособности, поскольку она совершена в процедуре наблюдения.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Заинтересованность должника по отношению к ответчику на дату совершения оспариваемой сделки подтверждается материалами дела и не оспаривается лицами, участвующими в настоящем обособленном споре.

Между тем, объективных доказательств того, что должник, заключая оспариваемый договор с Гугель Т.Л., преследовал цель причинить вред имущественным правам кредиторов в материалы дела не представлено.

Апелляционный суд принимает во внимание доводы подателя жалобы о том, что уборка подвалов в МКД является обязанностью управляющей компании в соответствии с действующим законодательством. Поскольку данные работы не являются регулярными, а производятся периодически по мере необходимости, в штате УК ООО «Ревда-Комфорт» не было специальной единицы - уборщик подвалов, в то время как трудовыми договорами, должностными инструкциями, и договорами ГПХ, которые заключали работники с ООО «Ревда-Комфорт», уборщикам подъездов и уборщикам придомовой территории (дворникам) не вменялось в обязанность производить периодическую уборку подвалов, то возникла необходимость убрать мусор из подвалов дома №15 по ул. Кузина, в связи с чем руководитель управляющей компании ООО «Ревда-Комфорт» Федосеев Е.А. принял решение о заключении разового договора ГПХ с физическим лицом на выполнение данных работ. Указанный договор был заключен с главным бухгалтером Гугель Т.Л., при этом в пункте 3 договора указано, что исполнитель вправе привлечь для выполнения задания третье лицо с согласия заказчика. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что установленная сторонами стоимость услуг по уборке мусора в подвалах многоквартирного дома по адресу Кузина 15 завышена, в материалах дела отсутствуют.

Установив предоставление должнику по оспариваемому договору встречного исполнения в виде услуг по уборке мусора в подвалах многоквартирного дома, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения данной сделки. 

Доказательства того, что при совершении оспариваемой сделки стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в материалах дела отсутствуют.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность совокупности необходимых обстоятельств для признания сделки недействительной, цели причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении сделки от 28.03.2016, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований о признании договора возмездного оказания услуг б/н от 28.03.2016, заключенного должником с Гугель Татьяной Львовной, недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, определение суда первой инстанции следует отменить, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  Мурманской области  от 09.08.2018 по делу №  А42-10512/2015-22 отменить. Принять новый судебный акт. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Ревда-Комфорт» Алешкевича Андрея Владимировича о признании недействительным договора возмездного оказания услуг от 28.03.2016, заключенного ООО «РевдаКомфорт» с Гугель Татьяной Львовной, применении последствий недействительности сделки отказать.

Взыскать с ООО «Ревда-Комфорт»  в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с ООО «Ревда-Комфорт»  в пользу Гугель Татьяны Львовны 3 000 руб. расходов по государственной пошлине по апелляционной жалобе.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Г. Медведева

 

Судьи

К.Г. Казарян

 

И.Ю. Тойвонен