ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Ленина, дом 145, Чита 672000, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А10-5733/2020

город Чита

21 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июня 2023 года.

В полном объеме постановление изготовлено 21 июня 2023 года.

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ниникиной В.С.,

судей: Желтоухова Е.В., Каминского В.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца - Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры - прокурора Дьячковой Ж.В. (удостоверение, поручение от 29.05.2023),

ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 (паспорт) и его представителя ФИО3 (доверенность от 20.05.2023, паспорт, диплом),

от иных лиц - не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда апелляционную жалобу Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры на решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 31 марта 2023 года по делу № А10-5733/2020

по исковому заявлению Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации в лице Министерства сельского хозяйства Российской Федерации к Ангаро-Байкальскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству (ОГРН 1070326002878, ИНН 

<

***>), индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 315032700040860, ИНН 

<

***>) о признании недействительным договора пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, обязании возвратить рыбоводный участок,

с привлечением третьего лица - Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Бурятия,

установил:

Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура (далее – истец, прокуратура) в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации в лице Министерства сельского хозяйства Российской Федерации обратилась в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском к Ангаро-Байкальскому территориальному управлению Федерального агентства по рыболовству (далее – ответчик, Управление, Ангаро-Байкальское ТУ Росрыболовства), индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) о признании недействительным договора пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, обязании возвратить Ангаро-Байкальскому  ТУ Росрыболовства рыбоводный участок.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 24 февраля 2022 года в удовлетворении иска отказано в  связи с пропуском срока исковой давности.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29 июля 2022 года решение суда первой инстанции отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Бурятия.

При новом рассмотрении дела к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Бурятия.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 31 марта 2023 года в удовлетворении иска отказано.

Прокуратура в апелляционной жалобе просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принятое с нарушением норм материального права, основанное на неверной оценке доказательств, исковые требования удовлетворить.

Как следует из апелляционной жалобы, прокуратура настаивает на том, что оспариваемый договор является ничтожной сделкой на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенной в обход требований, установленных Федеральным законом от 02.07.2013 № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральным законом от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», поскольку рыбоводный участок, представленный предпринимателю в пользование, является частью акватории р. Селенга, на котором невозможно воспроизводство рыб в контролируемых условиях для целей пастбищной аквакультуры, целью заключения оспариваемого договора по существу явилось не ведение рыбоводного хозяйства (товарное рыбоводство), а возможность использования водного объекта в целях добычи водных биологических ресурсов без их воспроизводства, что противоречит действующему законодательству.

Факт отсутствия изолированности спорного рыбоводного участка, предоставленного по спорному договору для пастбищного рыбоводства, по мнению прокуратуры, подтвержден представленными в материалы дела доказательствами: договором пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, приложенной к нему схемой местоположения рыбоводного участка, письмом Ангаро-Байкальского ТУ Росрыболовства № ИС-4454 от 30.10.2020, письмом Байкальского филиала ФГБУ «ВНИРО» № 2027 от 30.10.2020, а наличие на спорном рыбоводном участке искусственных гидротехнических сооружений, напротив, не свидетельствует о его изолированности и отсутствии прямой гидрологической связи с р. Селенга.

В дополнительных письменных пояснениях прокуратура отмечает, что спорный рыбоводный участок расположен в границах неизолированного водного объекта – р. Селенга, в ее протоке, в периоды полноводья и паводков р. Селенга происходит перераспределение расхода воды и пойменная протока наполняется водой из реки, т.е. имеет прямую связь с рекой.

Кроме того, заявитель жалобы ссылается на невозможность выращивания объектов аквакультуры на спорном участке в зимний период.

В отзыве на апелляционную жалобу ИП ФИО2 возражал против ее удовлетворения, просил оставить решение суда в силе.

Представитель прокуратуры в судебном заседании Четвертого арбитражного апелляционного суда поддержали позицию, изложенную в апелляционной жалобе, просил решение суда отменить.

Ответчик и его представитель возражали относительно удовлетворения апелляционной жалобы, полагая принятое решение законным и обоснованным, не подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд явку не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проанализировав доводы, приведенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из представленных материалов, на основании протокола аукциона на право заключения договора пользования рыбоводным участком № 1 от 20.01.2016 между Ангаро-Байкальским ТУ Росрыболовства и предпринимателем ФИО2 (пользователь) заключен договор пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, по условиям которого Управление предоставляет, а пользователь принимает в пользование для осуществления аквакультуры (товарного рыбоводства) рыбоводный участок местоположением: городской округ «город Улан-Удэ», близ с. Поселье, протока р. Селенга.

Рыбоводный участок разделен на 3 участка водозащитной дамбой и мостовым переходом на ДНТ «Судостроитель» (схема местоположения рыбоводного участка приведена в Приложении № 1 к договору), площадь рыбоводного участка: 25,88 га, границы рыбоводного участка: проходят по точкам последовательных соединением линиями в пределах координат (указаны в приложении № 1).

В соответствии с пунктом 1.2 договора в приложении № 2 к договору приведены объем и видовой состав аквакультуры, подлежащих разведению и (или) содержанию, выращиванию, а также выпуску в водный объект и изъятию из водного объекта в границах рыбоводного участка.

Пользователь обязан соблюдать законодательство Российской Федерации в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов, аквакультуры (рыбоводства), водного, земельного, гражданского, санитарно-ветеринарного, природоохранного законодательства Российской Федерации, а также условия договора (пункт 2.4.1 договора).

Договор заключен на срок 25 лет, дата окончания действия договора 09.02.2041 (пункт 4.2 договора).

Приложением № 1 к договору является схема местоположения рыбоводного участка с указанием его шести координатных точек на протоке р. Селенга, вытекающей и впадающей в реку.

Указывая на то, что спорный рыбоводный участок, выделенный для осуществления аквакультуры путем пастбищного рыбоводства, расположен в границах неизолированного водного объекта – р. Селенга и предоставлен не для выращивания лососевых видов рыб, а также угря, объектов прибрежного комплекса (камбалы, морского окуня, корюшки, кефали и др.), а для выращивания сазана и карпа, следовательно, фактически не предусматривает пастбищной аквакультуры и исключает осуществление контроля за выпущенными объектами аквакультуры, что не соответствует требованиям Федерального закона от 02.07.2013 № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов»,  целью заключения оспариваемого договора по существу явилось не ведение рыбоводного хозяйства (товарное рыбоводство), а возможность использования водного объекта в целях добычи водных биологических ресурсов без их воспроизводства, следовательно, договор № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016 является недействительным (ничтожным), прокуратура обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции со ссылкой на статьи 10, 421, 422, 166, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс), статью 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положения Федерального закона от 02.07.2013 № 148-ФЗ «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 148-ФЗ), Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Федеральный закон № 166-ФЗ), разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), установив на основе исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, что спорный рыбоводный участок, расположенный в протоке р. Селенга, разделенный на 3 участка посредством имеющихся искусственных гидротехнических сооружений, отделяющих участки между собой и препятствующих прямому поступлению воды, не имеет прямой гидрологической связи с основным руслом р. Селенга, сделал вывод о недоказанности истцом тех фактов, что спорный рыбоводный участок расположен в границах неизолированного водного объекта – акватории р. Селенга, что контроль за выпускаемым в естественную среду обитания подростом объектов аквакультуры в целях последующего изъятия в условиях пастбищной аквакультуры невозможен, что действительной целью заключения оспариваемого договора явилось не ведение рыбоводного хозяйства, а возможность использования водного объекта в целях добычи водных биологических ресурсов без их воспроизводства.

Повторно рассмотрев дело, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, апелляционный суд не нашел оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Право прокурора на предъявление иска в отношении сделок обусловлено его действием в защиту интересов государства.

Целью обращения прокурора с рассматриваемым иском в суд является пресечение нарушений требований закона при совершении сделки, посягающей на публичные интересы.

Учитывая изложенное, у прокурора имеется охраняемый законом интерес в оспаривании данной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из положений статьи 167 Кодекса, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 74 постановления Пленума № 25, ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В пункте 75 постановления Пленума № 25 разъяснено, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Пункт 1 статьи 10 ГК РФ содержит императивно установленный запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, выраженной в пунктах 7, 8 постановления Пленума № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

По правилам статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами, также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

Статьей 422 Кодекса предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом, и иным правовым актам, действующим в момент его заключения.

Оспариваемый договор пользования рыбоводным участком в ГК РФ не поименован.

Правоотношения сторон в части предоставления права пользования водным объектом (рыбоводным участком) регулируются положениями Федерального закона № 148-ФЗ, следовательно, спорный договор должен соответствовать общим положениям о договоре, предусмотренным ГК РФ, и требованиям названного закона.

Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона № 148-ФЗ по договору пользования рыбоводным участком, находящимся в государственной или муниципальной собственности, собственник этого участка обязуется предоставить его рыбоводному хозяйству за плату (за исключением случаев, предусмотренных 9 частью 3 статьи 10 настоящего Федерального закона) во временное пользование для осуществления аквакультуры (рыбоводства).

В соответствии с частью 2 статьи 9 Федерального закона № 148-ФЗ существенными условиями договора пользования рыбоводным участком, находящимся в государственной или муниципальной собственности, являются: стороны и предмет договора; срок договора; местоположение и площадь рыбоводного участка; минимальный объем объектов аквакультуры, подлежащих разведению и (или) содержанию, выращиванию, а также выпуску в водный объект и изъятию из водного объекта в границах рыбоводного участка; основания и условия, определяющие изъятие объектов аквакультуры из водных объектов в границах рыбоводного участка; сведения об объектах рыбоводной инфраструктуры; мероприятия, которые относятся к рыбохозяйственной мелиорации и осуществляются рыбоводным хозяйством; обязательства рыбоводного хозяйства осуществлять мероприятия по охране окружающей среды, водных объектов и других природных ресурсов; обязательства рыбоводного хозяйства предоставлять в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, отчетность об объеме выпуска в водные объекты и объеме изъятия из водных объектов аквакультуры; ответственность сторон. При этом стороны и предмет договора являются существенными условиями договора пользования рыбоводным участком, изменение этих существенных условий договора, а также передача, уступка прав третьим лицам по такому договору не допускаются (части 2 и 4 статьи 9 названного Закона).

Статьей 2 Федерального закона № 166-ФЗ установлены базовые принципы законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов, регламентирующего правоотношения в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов, к которым среди прочих отнесены:

- учет значения водных биоресурсов как основы жизни и деятельности человека, согласно которому регулирование отношений в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов осуществляется исходя из представлений о них как о природном объекте, охраняемом в качестве важнейшей составной части природы, природном ресурсе, используемом человеком для потребления, в качестве основы осуществления хозяйственной и иной деятельности, и одновременно как об объекте права собственности и иных прав на водные биоресурсы;

- приоритет сохранения водных биоресурсов и их рационального использования перед использованием водных биоресурсов в качестве объекта права собственности и иных прав, согласно которому владение, пользование и распоряжение водными биоресурсами осуществляются собственниками свободно, если это не наносит ущерб окружающей среде и состоянию водных биоресурсов;

- установление дифференцированного правового режима водных биоресурсов, согласно которому при определении правового режима указанных водных биоресурсов должны учитываться их биологические особенности, экономическое значение, доступность для использования, район добычи (вылова) и другие факторы;

- определение объема добычи (вылова) водных биоресурсов с учетом экологических, социальных и экономических факторов, в том числе информации о производстве и реализации рыбной и иной продукции из водных биоресурсов.

В соответствии с положениями статьи 12 Федерального закона № 148-ФЗ товарная аквакультура (товарное рыбоводство), в том числе марикультура, является видом предпринимательской деятельности, относящейся к сельскохозяйственному производству. Видами товарной аквакультуры (товарного рыбоводства) являются: пастбищная аквакультура; индустриальная аквакультура; прудовая аквакультура.

Согласно части 4 статьи 12 Федерального закона № 148-ФЗ пастбищная аквакультура осуществляется на рыбоводных участках в отношении объектов аквакультуры, которые в ходе соответствующих работ выпускаются в водные объекты, где они обитают в состоянии естественной свободы.

Под выпуском в природную среду обитания понимается деятельность рыбоводного хозяйства по выпуску рыб в водные объекты рыбохозяйственного значения с целью сохранения водных биологических ресурсов при осуществлении пастбищной аквакультуры (Приказ Минсельхоза России от 15.06.2015 № 247 «Об утверждении справочника в области аквакультуры (рыбоводства)»).

В соответствии с классификатором в области аквакультуры, утвержденным приказом Минсельхоза России от 18.11.2014 № 452 «Об утверждении Классификатора в области аквакультуры (рыбоводства)» (зарегистрировано в Минюсте России 03.12.2014 № 35077) к предприятиям пастбищной аквакультуры относятся предприятия открытого типа (морские, речные, лиманы, лагуны, озера лагунного типа) и закрытого типа (озера, водохранилища).

К предприятиям открытого типа (морские, речные, лиманы, лагуны, озера лагунного типа) отнесены предприятия, расположенные на водных объектах, имеющих связь с морем - море и его заливы, мелководные заливы при впадении рек в море, образованные при затоплении морем равнинных рек, которые могут быть открытыми (губа) или отделенными от моря узкой полосой суши (лиман, лагуна, озера лагунного типа). Объекты разведения - лососевые виды, угорь, объекты прибрежного комплекса (камбала, морской окунь, корюшка, кефаль и др.).

К предприятиям закрытого типа (озера, водохранилища) отнесены предприятия, расположенные на водных объектах, изолированных от моря. Данный вид аквакультуры (рыбоводства) основан на принципе освоения естественного продукционного потенциала водного объекта путем их зарыбления быстрорастущими видами рыб, не конкурирующими между собой в питании (карп (сазан), толстолобик и белый амур). При этом степень реконструкции экосистем конкретных водных объектов должна определяться их продукционными возможностями и ценностью местной ихтиофауны (Приказ Минсельхоза России от 15.06.2015 № 247 «Об утверждении справочника в области аквакультуры (рыбоводства)»).

Из анализа данных положений следует, что пастбищная аквакультура закрытого типа предполагает ведение рыбоводной деятельности путем пастбищной аквакультуры на изолированных водных объектах, где возможно осуществлять и обеспечивать контроль за выпускаемым в естественную среду обитания подростом объектов аквакультуры в целях последующего изъятия, а пастбищная аквакультура открытого типа - ведение рыбоводной деятельности путем пастбищной аквакультуры лососевых видов, угря, объектов прибрежного комплекса (камбалы, морского окуня, корюшки, кефали и др.) на водных объектах, имеющих связь с морем - море и его заливы, мелководные заливы при впадении рек в море, образованные при затоплении морем равнинных рек, которые могут быть открытыми (губа) или отделенными от моря узкой полосой суши (лиман, лагуна, озера лагунного типа).

Таким образом, пастбищная аквакультура – это искусственное воспроизводство рыб в контролируемых условиях и выпуск жизнестойкой молоди в изолированные водные объекты, а равно выращивание лососевых видов рыб, угря, объектов прибрежного комплекса (камбалы, морского окуня, корюшки, кефали и др.) на водных объектах, имеющих связь с морем. Объем и видовой состав объектов аквакультуры, подлежащих разведению и (или) содержанию, выращиванию, а также выпуску в водный объект и изъятию из водного объекта в границах рыбоводного участка, определенные в соответствии с Методикой, утвержденной приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 03.07.2015 № 223, согласован в приложением № 1 к договору пользования рыбоводным участком, согласно которому объектом аквакультуры являются - сазан, карп, хариус.

Заявляя о недействительности (ничтожности) заключенного по результатам торгов договора пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, прокуратура в обоснование своей позиции указала, что сделка заключена в обход требований Федеральных законов № 148-ФЗ, № 166-ФЗ, поскольку представленный предпринимателю в пользование рыбоводный участок является частью акватории р. Селенга, т.е. расположен в границах неизолированного водного объекта – акватории р. Селенга, на котором невозможно воспроизводство рыб – сазана, карпа, хариуса в контролируемых условиях для целей пастбищной аквакультуры, целью заключения оспариваемого договора в этой связи явилось не ведение рыбоводного хозяйства (товарное рыбоводство), а возможность использования водного объекта в целях добычи водных биологических ресурсов без их воспроизводства, что является недопустимым и противоречит действующему законодательству.

Суд первой инстанции с указанной позицией истца не согласился по мотивам, которые апелляционный суд считает правильными.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований и возражений. 

Обязанность по доказыванию наличия обстоятельств, влекущих недействительность договора пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, возлагается на истца, т.е. прокуратуру.

Вместе с тем, доказательств, которые бы достоверно и бесспорно подтверждали имеющуюся непосредственную гидрологическую связь рыбоводного участка, предоставленного по договору, расположенного в протоке р. Селенга, с акваторией водного объекта – р. Селенга, прокуратура в материалы настоящего дела не представила.

Напротив, как видно из представленных в дело доказательств, прямой гидрологической связи с р. Селенга нет.

Так, в материалы дела представлено рыбоводно-биологическое обоснование на строительство прудового хозяйства близ с. Поселье (протока Посельская) от 20.01.2015, подготовленное федеральным государственным учреждением «Байкальское бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов» по заказу предпринимателя ФИО2

В разделе 1.6 рыбоводно-биологического обоснования указано: «протока Посельская протекает по левобережной пойме, начинается напротив острова Большой Улан и впадает вновь в р. Селенгу выше острова Малый Улан, напротив городского водозабора. Длина протоки составляет около 2 км, ширина русла по бровкам берегов изменяется до 100 м. Русло протоки сложено гравием с песчаноилистым заполнителем. Протока течет однорукавным руслом. Постоянно протока с периодическим водным режимом, временами пересыхает. Водное питание протоки осуществляется за счет дренирования водоносного горизонта пойменного аллювия, гидравлически связанного с р. Селенгой, большая часть протоки периодически пересыхает. Прямой гидрологической связи с р. Селенга большую часть времени нет, протока отгорожена дамбой»; в разделе 2.7: «участок расположен в пойме р. Селенги, на временно заливаемой (до 5 суток) территории по прогнозу раз в 10 лет. Местность (рельеф) подвергнута техногенному воздействию. Все техногенное пространство заросло ивой, шиповником, разнотравьем, захламлено бытовым мусором. Для данного района характерны чередования засушливых лет (маловодные) с паводками, в последние годы они преобладают на юге Восточной Сибири из-за наличия больших водохранилищ. Колебание уровня воды в водоемах происходит синхронно с колебанием уровня воды р. Селенги. Рыбоводный участок разделен на 3 участка («пруда», водоема - функциональные зоны) водозащитной дамбой и мостовым переходом на ДНТ «Судостроитель»».

Из Схемы местоположения рыбоводного участка (Приложение № 1 к договору) видно, что  рыбоводный участок разделен на 3 участка водозащитной дамбой и мостовым переходом на ДНТ «Судостроитель», площадь рыбоводного участка: 25,88 га, границы рыбоводного участка проходят по точкам последовательных соединением линиями в пределах координат.

Участок 1 имеет 4 береговые точки: от точки 1 до точки 2 вдоль берега по урезу воды, от точки 2 до точки 3 по прямой через протоку р. Селенга, от точки 3 до точки 4 вдоль берега по урезу воды, от точки 4 до точки 1 по прямой через протоку р. Селенга.

Участок 2 имеет 6 береговых точек, протяженность 566 м: точки 1, 2, 3 соединяются последовательно вдоль берега по урезу воды, от точки 3 до точки 4 по прямой через протоку р. Селенга, точки 4, 5, 6 соединяются последовательно вдоль берега по урезу воды, от точки 6 до точки 1 по прямой через протоку р. Селенга.

Участок 3 имеет 8 береговых точек, протяженность 1 104 м: от точки 1 до точки 2 по прямой через протоку р. Селенга, точки 2, 3, 4, 5 соединяются последовательно вдоль берега по урезу воды, от точки 5 до точки 6 прямой через протоку р. Селенга, точки 6, 7, 8, 1 соединяются последовательно вдоль берега по урезу воды.

Протяженность всего рыбоводного участка 2035 м.

В акте обследования рыбоводного участка от 19.04.2017, составленном с участием представителя Восточно-Байкальской межрайонной природоохранной прокуратуры, специалистом Управления, отражено, что 1 участок рыбоводного участка, предоставленного предпринимателю по договору № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016, зарос кустарником.

Из анализа содержания договора пользования рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016 с приложениями, рыбоводно-биологического обоснования от 20.01.2015, составленного федеральным государственным учреждением «Байкальское бассейновое управление по рыболовству и сохранению водных биологических ресурсов», а также представленных фотоматериалов судом установлено, что спорный рыбоводный участок расположен в протоке «Посельская» р. Селенга, она представляет собой 3 участка («пруда»), на нем имеются искусственные гидротехнические сооружения, отделяющие участки между собой, препятствующие прямому поступлению воды, рыбоводный участок по всей его протяженности не имеет прямой гидрологической связи с р. Селенга, т.е. изолирован.

Рыбоводный участок 1 зарос кустарником, прямая гидрологическая связь межу рыбоводным участком 1 и участком 2 отсутствует, так как они отделены водозащитной дамбой, прямая гидрологическая связь между рыбоводным участком 2 и участком 3 отсутствует, так как они отделены дамбой мостового перехода на ДНТ «Судостроитель», устье 3 участка в летний многоводный период является заболоченным.

С учетом изложенного суд первой инстанции верно установил, что протока «Посельская», на которой расположен спорный рыбоводный участок, не имеет непосредственной гидрологической связи с основным руслом р. Селенга, однако паводковое повышение уровня воды в протоке вызывает подъем уровня грунтовых вод (раздел 1.4 рыбоводно-биологического обоснования).

В справке о выездном обследовании рыбоводного участка от 04.09.2021, составленной заместителем Восточно-Байкальского межрайонного природоохранного прокурора, специалистом управления, отражено, что протока «Посельская» имеет гидрологическую связь с основным руслом реки.

Данное доказательство вышеуказанных выводов не опровергает, поскольку в справке не отражено, посредством какого способа обследования указанные в ней лица пришли к такому умозаключению, какое оборудование при этом использовалось. Кроме того, повышение уровня воды в протоке и затопление поймы р. Селенга, вызванное наводнением, как чрезвычайной ситуации, имевшей место осенью 2021 года, не свидетельствует о том, что спорный рыбоводный участок является неизолированной частью акватории р. Селенга.

В ответе Бурятского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды филиала федерального государственного бюджетного учреждения учреждением «Забайкальское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» от 09.02.2022 указано, что проведение обследования для установления поверхностной гидрологической связи между рекой и протокой не покажет общей картины, а лишь охарактеризует ситуацию конкретного года. При наступлении маловодного периода, который может длиться не одно десятилетие, поверхностной связи может и не быть на всем его протяжении, однако в многоводный период протоки и старицы могут не только начать функционировать, но и соединиться с основным руслом в единый поток.

Таким образом, перераспределение воды в периоды полноводья и паводков на р. Селенга, влекущее за собой соединение пойменных протоков с основным руслом реки, является по своему характеру отклонением от нормы и обычных условий, что само по себе не позволяет сделать вывод о существовании постоянной поверхностной гидрологической связи.

Представленные в материалы дела письма Ангаро-Байкальского ТУ Росрыболовства, Байкальского филиала ФГБУ «ВНИРО», на которые ссылается прокуратура, не могут быть приняты судом в качестве надлежащих доказательств, которые бы бесспорно подтверждали прямую гидрологическую связь рыбоводного участка с р. Селенга и невозможность пастбищной аквакультуры на спорном участке.

С учетом указанных установленных обстоятельств, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленных в материалы дела доказательства, апелляционный суд, равно как и суд первой инстанции, приходит к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих, что спорный рыбоводный участок расположен в границах неизолированного водного объекта – акватории р. Селенга и что воспроизводство рыб в контролируемых условиях для целей пастбищной аквакультуры невозможно.

Доводы прокуратуры о том, что целью заключения оспариваемого договора на самом деле явилось не ведение рыбоводного хозяйства, а возможность использования водного объекта для добычи водных биологических ресурсов без их воспроизводства, не нашли своего подтверждения, по существу, являются голословными и, более того, опровергаются представленными в дело доказательствами.

Так, из составленного рыбоводно-биологического обоснования, аукционной документации на право заключения оспариваемого договора, условий договора № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016 следует, что целью его заключения являлось осуществление пастбищной акакультуры путем выращивания тех объектов аквакультуры, для которых р. Селенга является естественной средой обитания, что предполагает возможность изъятия данных объектов аквакультуры на спорном рыбоводном участке.

Ответчиком в материалы дела представлены акты выпуска объектов аквакультуры от 08.08.2017, от 04.08.2021, согласно которым в рыбоводный участок выпущена молодь амурского сазана объемом 1 000 штук, молодь амурского сазан объемом 430 штук.

Письмом № 55-п от 19.07.2021 предприниматель проинформировал Управление, что добыча водных биоресурсов на рыбоводном участке с момента заключения договора № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016 до 2 квартала 2021 года включительно не осуществлялась, изъятие запланировано на 3 квартал 2021 года в соответствии с условиями договора и периодом выращивания сазана (4 года).

В рамках дела № А10-5756/2017 преюдициально установлено, что осуществляя работы по изъятию с рыбоводного участка песчаногравийной смеси и материалов прочих пород, дноуглубительные работы, предприниматель ФИО2 выполнял работы по рыбохозяйственной мелиорации в рамках договора на пользование рыбоводным участком № 11/РВУ-РБ от 09.02.2016.

Таким образом, предпринимателем фактически использовался рыбоводный участок в целях осуществления пастбищной аквакультуры на условиях, предусмотренных действующим законодательством и условиями договора, что не согласуется с позицией истца, настаивающего на противоправной цели, преследуемой при заключении спорного договора, имеющимся намерении лишь использования водного объекта для добычи водных биологических ресурсов без их воспроизводства.

Кроме того, апелляционный суд считает необходимым отметить, что приводимые истцом аргументы в части, касающейся отсутствия на протяжении длительного времени актов выпуска молоди рыб, связаны исключительно с вопросами исполнения условий договора пользования рыбоводным участком, что ни в коей мере не влечет его недействительность применительно к положениям статей 166, 168 ГК РФ, притом, что направленность действий предпринимателя на умышленное причинение вреда публично-правовому образованию или осуществление иным образом посягательств на публичные интересы, не доказаны.

В случае наличия оснований полагать о ненадлежащем исполнении предпринимателем условий договора, существенном его нарушении, другая сторона договора не лишена возможности воспользоваться правом на расторжение этого договора.

Довод Управления и прокуратуры о невозможности выращивания объектов аквакультуры на спорном участке, поскольку в зимний период акватория участка промерзает до дна по причине малых глубин, получил надлежащую оценку судом первой инстанции и был отклонен как бездоказательный, ничем не подтвержденный и противоречащий характеристикам рыбоводного участка, приведенным в рыбоводно-биологическом обосновании.

С учетом того, что надлежащих доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, при которых сделка может быть признана недействительной (ничтожной) в соответствии со статьями 166, 168 ГК РФ, истцом не представлено, в удовлетворении заявленных требований отказано правомерно.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем они признаются коллегией несостоятельными, поскольку иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

Всем существенным доводам судом первой инстанции дана надлежащая оценка, оснований не согласиться с которой у апелляционного суда не имеется.

При разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Иная оценка заявителем обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении судом норм права.

Исходя из доводов апелляционной жалобы, и в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции полагает, что обжалуемое решение отмене или изменению не подлежит.

Нарушения норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлены, заявитель жалобы на такие нарушения не ссылается.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвертый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 31 марта 2023 года по делу № А10-5733/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение  двух месяцев с даты принятия путем подачи жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий:                                                                В.С. Ниникина

 

Судьи:                                                                                               Е.В. Желтоухов

 

В.Л. Каминский