Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-2178/2024

20 июня 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года.                             Полный текст постановления изготовлен 20 июня 2024 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Ротаря С.Б.,

судей  Воробьевой Ю.А, Пичининой И.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Щербак Д.А.,

при участии в судебном заседании:

от арбитражного управляющего ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 03.05.2024, 

от ООО «Восток Транзит»: ФИО3, представителя по доверенности от 02.10.2023,

от ФИО4: ФИО5, представителя по доверенности от 11.10.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы арбитражного управляющего ФИО1, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Восток Транзит»

на определение от 27.03.2024

по делу № А73-2959/2023 (вх.118448)

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению арбитражного управляющего ФИО1 

о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Форест ДВ» несостоятельным (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 02.05.2023 общество с ограниченной ответственностью «Форест ДВ» (далее – ООО «Форест ДВ», должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО1. 

В рамках данного дела 21.06.2023 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должником (с учетом заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ уточнений) о признании недействительными: договора купли-продажи от 16.09.2020 № 1609/2020, заключенного между ООО «Форест ДВ» и ФИО6; договора купли-продажи от 25.11.2020 № 2511/2020, заключенного между ФИО6 и ФИО4, в результате которых из владения должника выбыло движимое имущество: 

- ФОРВАРДЕР PONSSE BUFFALO 8W, 2013 года изготовления, заводской номер машины – 0320417 (далее – форвардер); 

- ХАРВЕСТЕР PONSSE ERGO 8W, 2013 года изготовления, заводской номер машины - 0230399 (далее – харвестер).

Определением суда от 27.03.2024 заявление (вх. № 118448) удовлетворено частично. 

Признан недействительным договор купли-продажи от 16.09.2020, заключенный между ООО «Форест ДВ» и ФИО6, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ООО «Форест ДВ» 14047198 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, арбитражный управляющий ФИО1, ФИО6, общество с ограниченной ответственностью «Восток Транзит» (далее – ООО «Восток Транзит») оспорили определение суда от 27.03.20224 в апелляционном порядке.

ФИО6 в своей апелляционной жалобе просит определение суда от 27.03.2024 отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником (вх. № 118448) отказать в полном объеме. 

В доводах жалобы ее податель указывает, что у суда первой инстанции не имелось оснований для признания соглашения от 16.09.2020 недействительным по правилам статей 10, 170, 174 Гражданского кодекса РФ, ссылаясь на отсутствие причинения вреда должнику в связи с его совершением. 

При этом цена по сделке была определена сторонами и соответствовала рыночной стоимости на дату ее заключения, то есть являлась возмездной и совершенной с равноценным встречным исполнением. 

Помимо этого ссылается на отсутствие у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности.

В апелляционных жалобах арбитражного управляющего ФИО1 и ООО «Восток Транзит» указано на необходимость отмены определения суда от 27.03.2024 в части отказа в признании недействительным договора купли-продажи от 25.11.2020, заключенного между ФИО6 и ФИО4, и применения последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ООО «Форест-ДВ» предмета соглашений № 1609/2020, № 2511/2020.

В обоснование апелляционных жалоб их заявители ссылаются на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам; на доказанность наличия оснований для признания сделки от 25.11.2020 недействительной, указывая на то, что ФИО4 не является добросовестным приобретателем спорного имущества.

В судебном заседании представители арбитражного управляющего ФИО1 и ООО «Восток Транзит» на удовлетворении своих жалоб настаивали, в отношении доводов апелляционной жалобы ФИО6 представили возражения.

Представитель ФИО4 в судебном заседании просил оспоренный в апелляционном порядке судебный акт от 27.03.2024 оставить в силе. 

Из материалов дела следует, что в период с 12.07.2010 по 26.10.2017 ФИО6 являлся генеральным директором ООО «Восток Транзит», основным видом деятельности которого является аренда и лизинг прочих видов транспорта, оборудования и материальных средств, не включенных в другие группировки. 

С 14.01.2010 по 02.09.2022 ФИО6 являлся генеральным директором ООО «Форест ДВ», осуществляющего деятельность в сфере предоставления услуг в области лесозаготовки. 

Также ФИО6 учреждено общество с ограниченной ответственностью «Тимбер Восток», о чем 01.08.2022 внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ. Основным видом деятельности указанного юридического лица являются лесозаготовки, руководителем является ФИО6 

Между ООО «Форест ДВ» в лице ФИО6 и ФИО6 (покупатель) 16.09.2020 заключен договор купли-продажи № 1609/2020, предметом которого являются 2 единицы специальной техники – форвардер и харвестер. 

Стоимость имущества по условиям договора определена равной 2000000 рублей (по 1000000 рублей за каждую единицу техники). 

Согласно акту от 16.09.2020 техника передана продавцом покупателю и принята последним в технически исправном состоянии без явных повреждений.

Между ФИО6 и ФИО4 в отношении спорных единиц техники 25.11.2020 заключен договор купли-продажи, согласованная в договоре стоимость определяется в размере 2000000 рублей (по 1 000 000 рублей за каждую единицу техники). 

Стороны этой сделки подписали акт, датированный 25.11.2020, согласно которому техника передана продавцом покупателю и принята последним в технически исправном состоянии без явных повреждений. 

Материалы Главного управление регионального государственного контроля и лицензирования правительства Хабаровского края, представленные в суд, содержат согласие на совершение договора купли-продажи в отношении находящегося в залоге на основании соглашения о залоге от 19.03.2020 имущества. При этом из содержания названного соглашения не усматривается, кто является его подписантом. 

Паспорта самоходных машин и других видов техники ТС576191, ТС 188289 содержат отметку о внесении изменения в регистрационные сведения о собственниках форвардера и харвестера.

Арбитражный управляющий ФИО1, указывая, что соглашения от 15.09.2020, от 25.11.2020 заключены с целью причинения вреда должнику, совершены при злоупотреблении правом, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялся перерыв с 05.06.2024 до 19.06.2024.

Изучив материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица. 

Как разъяснено в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ. 

Суд апелляционной инстанции считает, что правильно применив указанные нормы права и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ имеющиеся доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии критерия явного ущерба для ООО «Форест ДВ» при заключении договора купли-продажи от 16.09.2020. 

Так, вне зависимости от способов расчета и обстоятельств исполнения условий договора, из сопоставления условий о предмете договора и цене договора следует вывод о превышении предоставления, совершенного ООО «Форест ДВ» в пользу контрагента – ФИО6 над предоставлением, полученным по сделке ООО «Форест ДВ», что свидетельствует об очевидности для любого участника сделки о ее совершении на заведомо и значительно невыгодных условиях. 

В данном случае, суд первой инстанции исходил из того, что отклонение поведения руководителя должника от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав является очевидными для любого участника гражданского оборота. 

Совершение руководителем должника заведомо убыточной сделки в пользу аффилированного лица с очевидностью свидетельствует о наличии между ними сговора в ущерб интересам должника и его кредиторов. 

Суд исходил из очевидной направленности действий ФИО6 на получение материальных преимуществ за счет должника. 

То обстоятельство, что на дату совершения сделки отсутствовала кредиторская задолженность, включенная в реестр, значения не имеет, поскольку для доказывания состава недействительности по пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ достаточным является осведомленность стороны сделки о явном ущербе для представляемого или для юридического лица, а обстоятельства рассматриваемого дела указывают на возникновение обстоятельства, при которых осуществление должником своей деятельности стало затруднено. 

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что имеются основания для признания сделки от 16.09.2020 г. недействительной по правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ.

Также судом первой инстанции правильно сделан вывод о том, что в действиях единоличного исполнительного органа ООО «Форест ДВ» и ФИО6 усматриваются признаки злоупотребления правом в силу следующего. 

По правилам пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В силу правовой позиции пункта 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 ст. 168 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В статье 1 Гражданского кодекса РФ отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

Статья 10 Гражданского кодекса РФ применяется при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. 

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. 

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. 

Отчуждение актива ООО «Форест ДВ» привело к причинению существенного вреда должнику в виде утраты самой техники, а также доходов, которые ООО «Форест ДВ» могло извлечь из его использования. 

Судебная практика признает наличие ущерба в согласовании условий сделки, которые явно невыгодны соответствующей стороне и носят нерыночный и экономически нерациональный характер (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.05.2017 № 305-ЭС17-2441).

Изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что продажа спорного имущества по цене 2000000 рублей очевидно противоречит критерию экономической обоснованности совершения сделки.

Материалы дела не содержат доказательств наличия каких-либо разумных причин для столь невыгодных для продавца условий договора о продаже имущества (средства производства), то есть на условиях, недоступных иным участникам рыночных отношений. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении интересов ООО «Форест ДВ» при отчуждении указанного имущества, а, следовательно, о злоупотреблении правом как ФИО6, исполнявшего функции единоличного исполнительного органа должника, а также ФИО6, являющегося одновременно, покупателем по договору купли-продажи от 16.09.2020. 

Таким образом, вышеназванные обстоятельства являются достаточным условием для признания договора купли-продажи от 16.09.2020 недействительным, поскольку установлен факт заведомой невыгодности (убыточности) заключения указанной сделки для ООО «Форест ДВ» одновременно со злоупотреблениями фактического руководителя продавца и покупателя. 

При таких условиях суд первой инстанции справедливо расценил действия сторон в качестве недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса РФ) и резюмировал, что договор купли-продажи от 16.09.2020 заключен при согласованных действиях сторон, злоупотреблении ими правом, с единственной целью вывода ликвидных активов должника.

С учетом изложенного, ФИО6, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении от 16.09.2020, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. 

Об этом также свидетельствует и заключение по истечении 2х месяцев договора купли – продажи от 25.11.2020, в котором приобретатель (ФИО4) используется в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. 

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом РФ или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления № 25, притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямой вывод имущества должника из конкурсной массы.

Такая цепочка сделок как притворная единая сделка в силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ ничтожна, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом в конкурсную массу незаконно отчужденного имущества должника (определение Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС20-16615(2) от 24.01.2022 по делу № А41-56447/2017). 

Данная практика также подтверждается следующими решениями: определение Верховного Суда РФ от 27.11.2020 № 309-ЭС20-10487; определение Верховного Суда РФ от 30.09.2021 № 305-ЭС20-9150(4-6).

В данном случае прямых признаков заинтересованности между покупателями не установлено, вместе с тем обстоятельства совершения спорных сделок не характерны для лиц, не входящих в одну группу (в том числе относительно одинаковой цены).

Суд апелляционной  инстанции учитывает, что добросовестный участник экономических отношений, приобретая какое-либо имущество, производит проверку данного имущества. Обычные (не специфические) действия по проверке имущества состоят из следующего.

1. Установление собственника имущества. 

2. Проверка срока давности владения имуществом.

3. Проверка информации о предыдущих владельцах.

4. Рыночная цена аналогов. 

В то же время ФИО4 такую проверку не произвел, однако проведение этих простых мероприятий могло бы позволить последнему усомниться в правомерности владения имуществом ФИО6

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2019 № 18-КГ19-37, при квалификации действий приобретателя имущества как добросовестных или недобросовестных суду следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в получении необходимой информации и реализующего исключительно законные интересы.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что приобретатель имущества по договору от 25.11.2020, как добросовестный участник гражданского оборота должен был знать о неравноценности встречного предоставления, совершении сделки по значительно заниженной стоимости, а также оценить стоимость имущества по сделке от 16.09.2020 и сделке от 25.11.2020, временной период между данными соглашениями.

При таких обстоятельствах ФИО4, как покупатель должен был объективно оценивать реальную стоимость имущества и, следовательно, знать и понимать, что в результате заключения им сделки по цене 2000000 рублей, ООО «Форест ДВ» причиняется явный ущерб.

Оценив представленные доказательства и фактические обстоятельства сделок, учитывая поведение их участников, временной промежуток владения имуществом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, заключая последовательные сделки, участники спора смогли формально реализовать спорное имущество. 

Таким образом, первая сделка должника заключена для вида, без намерения создать соответствующие последствия и с целью придать последующей сделке законность.

Последовательные сделки, по мнению суда апелляционной инстанции, прикрывают единую сделку с целью преодоления законодательного запрета на отчуждение имущества должника, последовательные сделки по отчуждению имущества должника являются ничтожными.

В указанной ситуации право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса РФ, а не путем удовлетворения виндикационного иска. 

При таких обстоятельствах подлежит удовлетворению заявление конкурсного управляющего должником, оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными, с применением последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу ООО «Форест ДВ» форвардера и харвестера .

Доводы представителя ФИО4 о том, что им в результате совершения оспариваемых сделок понесены расходы, основанием для не применения последствий недействительности сделки не являются, поскольку само по себе указанное обстоятельство не свидетельствует о невозможности истребовать имущество от приобретателя в пользу собственника в случае, когда оно выбыло из его владения помимо воли. 

В п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено следующее. В случае, если иск собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен, покупатель чужого имущества вправе в соответствии со ст. 461 Гражданского кодекса РФ обратиться в суд с требованием к продавцу о возмещении убытков, причиненных изъятием товара по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу об удовлетворении апелляционных жалоб арбитражного управляющего ФИО1 и ООО «Восток Транзит», и оставлении апелляционной жалобы ФИО6 без удовлетворения.

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 27.03.2024 по делу № А73-2959/2023 Арбитражного суда Хабаровского края отменить.

Заявление арбитражного управляющего ФИО1 удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительными: договор купли-продажи от 16.09.2020 № 1609/2020, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Форест ДВ» и ФИО6; договор купли-продажи от 25.11.2020 № 2511/2020, заключенный между ФИО6 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить ФОРВАРДЕР PONSSE BUFFALO 8W, 2013 года изготовления, заводской номер машины – 0320417; ХАРВЕСТЕР PONSSE ERGO 8W, 2013 года изготовления, заводской номер машины – 0230399 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Форест ДВ».

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета 9000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Форест ДВ» 3000 рублей государственной пошлины, уплаченные платежным поручением № 8 от 05.04.2024 при подаче апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Восток Транзит» 3000 рублей государственной пошлины, уплаченные платежным поручением № 51 от 05.04.2024 при подаче апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

                 С.Б. Ротарь

Судьи

         Ю.А. Воробьева

            И.Е. Пичинина