АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

 

«

Дело № А64-9591/2021

г. Калуга

14» ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «08» ноября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено «14» ноября 2023 года.

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

 

председательствующего

Григорьевой М.А.;

судей

 

при участии в заседании:

 

от акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»:

 

 

от иных лиц, участвующих в деле:

 

Звягольской Е.С.;

ФИО1;

 

 

 

представителя ФИО2 по доверенности от 30.06.2023;

 

не явились, извещены надлежаще;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу АО «Россельхозбанк» на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 25.04.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023 по делу № А64-9591/2021, 

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Тамбовской области определением от 25.04.2023 завершил процедуру банкротства - реализацию имущества должника - в отношении ФИО3, освободил ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований, указанных в пунктах 4, 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 10.08.2023 оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций, кредитор акционерное общество «Россельхозбанк» обратилось в кассационный суд с жалобой, в которой просит судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции для рассмотрения вопроса о неприменении в отношении ФИО3 правил об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств после завершения в отношении него процедуры банкротства.

В обосновании жалобы АО «Россельхозбанк» настаивает на том, что должник при возникновении перед Банком обязательства действовал недобросовестно, указывая доход от деятельности личного подсобного хозяйства как личный, в то время как главой личного подсобного хозяйства являлся муж должницы, что, по мнению Банка, свидетельствует о том, что доход от деятельности личного подсобного хозяйства принадлежал не ФИО3, а ее супругу.

В связи с указанным обстоятельством заявитель кассационной жалобы полагает, что поскольку при получении кредитов в 2015 году и в 2021 году ФИО3 указала в анкетах-заявлениях, по мнению Банка, заведомо ложную информацию о доходах, к ней не должно применяться правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств после завершение процедуры банкротства. Указывает, что в отношении супруга должника ФИО3 также возбуждено дело о банкротстве. При получении кредитов ФИО3 указывал сведения о доходах от того же личного подсобного хозяйства, чем, по мнению Банка, супруги вводили Банк в заблуждение по поводу уровня доходов семьи.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей указанных лиц. 

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

29.11.2011 арбитражный суд возбудил производство по делу о банкротстве гражданки ФИО3 по ее заявлению о своем банкротстве в связи с наличием просроченной задолженности перед кредиторами в размере 4 525 672,74 руб.

13.01.2022 определением суда (резолютивная часть объявлена 11.01.2022) в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4. 

20.06.2022 решением арбитражного суда (резолютивная часть объявлена 14.06.2022) ФИО3 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Согласно материалами дела финансовый управляющий представил в материалы дела отчет по результатам процедуры банкротства должника с приложением документов, реестр требований кредиторов, а также заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина и об освобождении ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов. 

Материалами дела установлено, что должник в качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирован, руководителем или учредителем каких-либо организаций не является. По данным ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности» у должника отсутствуют права на результаты интеллектуальной деятельности. Главное управление МЧС России по Тамбовской области сообщило об отсутствии информации о маломерных судах должника в реестре маломерных судов. По данным Гостехнадзора Тамбовской области в отношении должника поднадзорной органам гостехнадзора самоходной техники не зарегистрировано. 

Согласно выписке из ЕГРН от 11.05.2022 № КУВИ-001/2022-70105558 ФИО3 на праве собственности принадлежат: земельный участок площадью 1 249 +/- 8 кв.м, кадастровый номер: 68:10:1000066:21 и жилое здание площадью 76,4 кв.м, кадастровый номер: 68:10:1000066:240, 5 расположенные по адресу: 

<

...>. Данное имущество исключено из конкурсной массы, поскольку является единственным жильем должника, на которое в соответствии с гражданским процессуальным законодательством не может быть обращено взыскание. 

На основании ответа УМВД России по Тамбовской области за ФИО3 зарегистрирован автомобиль CHERY Tiggo 4, 2020 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>. Данный автомобиль находился в залоге у АО КБ «Руснарбанк» и был продан в ходе процедуры реализации имущества гражданина. 

При анализе сделок должника финансовый управляющий пришел к выводу об отсутствии сделок должника, имеющих основания для оспаривания. Финансовым управляющим проведен финансовый анализ должника, в ходе которого сделан вывод о неплатежеспособности должника и о невозможности восстановления платежеспособности. На основе проведенной проверки наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника финансовым управляющим были сделаны следующие выводы: об отсутствии признаков преднамеренного банкротства и об отсутствии признаков фиктивного банкротства должника. 

В реестр требований кредиторов в составе третьей очереди удовлетворения включены требования кредиторов АО КБ «Руснарбанк» и АО «СОГАЗ», как обеспеченные залогом имущества должника, а также АО «Россельхозбанк» в общем размере 2 951 787,45 руб. 

Требования удовлетворены частично (погашено 58,08% требований залоговых кредиторов АО КБ «Руснарбанк» и АО «СОГАЗ»).

При рассмотрении судом первой инстанции вопроса о завершении в отношении должника-гражданина процедуры банкротства кредитором АО «Россельхозбанк» заявлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк» с указанием на недобросовестное поведение должника, связанное, по мнению кредитора, с предоставлением недостоверной информации о своем финансовом положении при оформлении заявок на получение кредитов.

Отклонив ходатайство кредитора как необоснованное, обжалуемым определением от 25.04.2023 суд первой инстанции завершил процедуру банкротства гражданина, и применил в отношении ФИО3 правило об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд постановлением от 10.08.2023 оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», пришли к выводу об отсутствии оснований для не применения в отношении гражданина - должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

По мнению суда кассационной инстанции, вывод судов соответствует положениям законодательства и имеющимся в деле доказательствам.

Институт банкротства граждан предусматривает особый механизм прекращения обязательств лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, - списание долгов (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Применяя к должнику правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктами 5 и 6 указанной статьи, суд исходит из того, что при применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих требований (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17 и 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Вместе с тем, реабилитационная цель института банкротства гражданина должна защищаться механизмами, исключающими его недобросовестное поведение.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Предусмотренные законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств, все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума № 45).

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнение обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга, ведет явно роскошный образ жизни (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Вопреки доводам кассационной жалобы, в настоящем случае из представленных в материалы дела документов следует, что сведения об источниках доходов, указанные должником при получении кредитов в АО «Россельхозбанк», подтверждаются документально. Существенного расхождения в размере доходов, а также сокрытия доходов судом не установлено. 

Арбитражный суд сделал вывод о том, что указание должником в анкете-заявлении на наличие доходов от ведения личного подсобного хозяйства не может свидетельствовать о предоставлении заведомо недостоверной информации, исходя из содержания поставленного в анкете вопроса без необходимости подтверждения ответа соответствующими доказательствами. 

Таким образом, в данном случае возможные риски невозвращения денежных средств лежат на Банке, который принял решение о выдаче кредитов на основе официальных справок о доходах гражданина.

Обстоятельств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, судом не установлено. 

Доводы кассационной жалобы относительно недобросовестного поведения должника на стадии обращения за предоставлением заемных средств были заявлены Банком как в суде первой инстанции, так и при обращении в апелляционный суд с жалобой. Указанным доводам судами дана надлежащая оценка, основания для переоценки обстоятельств у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Несовпадения в части размера получаемой заработной платы незначительны и могут объясняться различными периодами учета. Довод о том, что доход от ЛПХ не соответствует действительности, заявителем жалобы документально не подтвержден, более того, сам заявитель наличие хозяйства и возможность получения дохода не оспаривает.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289, статьей 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тамбовской области от 25.04.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2023 по делу № А64-9591/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                             М.А. Григорьева

 

Судьи                                                                                                            Е.С. Звягольская

 

                                                                                                           ФИО1