АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело  № А48-1099/2016

29 июня 2017 года

город Калуга

        Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня  2017 года.

        Постановление в полном объеме изготовлено  29 июня 2017 года.

  Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

председательствующего

   Крыжскóй Л.А.,

судей

   Лупояд Е.В.,

   ФИО1,

при участии в заседании:

от заявителя жалобы:

от иных участвующих в деле лиц: 

до перерыва – ФИО2 – представитель  конкурсного управляющего ООО «Гидромаш» ФИО3, доверенность № 57 АА 0683213 от  19.08.2016;

до перерыва – ФИО4 – представитель ИП ФИО5, доверенность  № 1 от  01.06.2017;

до и после перерыва -  ФИО6 – представитель ООО «РГМ – Орел», доверенность от 01.10.2014;

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Гидромаш» ФИО3  на решение Арбитражного суда Орловской области от 08.11.2016 и  постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2017  по делу                        № А48-1099/2016, 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Гидромаш» (далее - ООО «Гидромаш», истец) обратилось в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее - ответчик) о взыскании 6 459 778,76 руб. неосновательного обогащения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «РГМ-Орел» (далее - ООО «РГМ-Орел», третье лицо).

Решением Арбитражного суда Орловской области от 08.11.2016 (судья Волкова Е.Н) в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2017 (судьи: Кораблева Г.Н.,  Андреещева Н.Л., Сурненков А.А.) решение суда области от 08.11.2016 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ООО «Гидромаш» ФИО3,  ссылаясь на незаконность и необоснованность обжалуемых судебных актов по причине несоответствия выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также вследствие нарушения и неправильного применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, просит решение суда области и апелляционное постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В заседании суда кассационной инстанции объявлялся перерыв  с 21.06.2017 по 26.06.2017.

В судебном заседании кассационной инстанции до перерыва представитель  конкурсного управляющего ООО «Гидромаш» ФИО3  поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ИП ФИО5 возразил против удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего, считает обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции законными и обоснованными.

Представитель ООО «РГМ-Орел» до и после перерыва поддержал доводы кассационной жалобы конкурсного управляющего ООО «Гидромаш», просит ее удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд округа не явились. Дело рассмотрено в их отсутствие в порядке статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, судебная коллегия кассационной инстанции считает необходимым решение суда области и апелляционное постановление отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в связи со следующим.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Орловской области от 29.06.2015 по делу № А48-4885/2014 ООО «Гидромаш» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

В рамках дела о банкротстве ООО «Гидромаш» ИП ФИО5 обратился с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника 928 017,06 руб. процентов по договору займа от 01.09.2011 № 1, подписанному между ним и должником.

Определением Арбитражного суда Орловской области от 05.11.2015 по делу № А48-4885/2014 в удовлетворении вышеуказанного требования ИП ФИО5 отказано.

В ходе процедуры банкротства ООО «Гидромаш» конкурсный управляющий, проанализировав выписки, полученные из кредитных учреждений, в которых у должника открыты расчетные счета, установил, что в адрес ИП ФИО5 от ООО «Гидромаш» были перечислены денежные средства в сумме 6 459 778,76 руб. в качестве возврата займа по договору от 01.09.2011 № 1, в назначении платежа которых было указано «по соглашению о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2012 (дог. займа от 01.09.2011 № 1)».

Конкурсный управляющий ООО «Гидромаш» на основании статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -  Закон о банкротстве), ссылаясь на определение Арбитражного суда Орловской области от 05.11.2015 по делу № А48-4885/2014, направил в адрес ответчика требование от 27.11.2015 № 31 о возврате денежных средств в сумме 6 459 778,76 руб. Данное требование оставлено ответчиком без удовлетворения.

Ссылаясь на неисполнение данного требования, а также указывая на отсутствие у ООО «Гидромаш» иных документов, подтверждающих обоснованность перечисления ответчику денежных средств, конкурсный управляющий ООО «Гидромаш» обратился в суд с иском о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в сумме 6 459 778,76 руб. 

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия бесспорных доказательств факта неосновательного обогащения на стороне ответчика.

Так, судами первой и апелляционной инстанций установлено, что факт получения денежных средств в сумме 6 459 778,76 руб. ответчиком не оспаривается. В то же время ИП ФИО5, возражая против удовлетворения исковых требований, указал на получение им спорных денежных средств не в качестве возврата по договору займа от 01.09.2011 № 1, а в качестве оплаты по дополнительному соглашению от 29.07.2011 о перемене лиц в обязательстве по контракту № 643/79141672/0017 от 08.11.2007, заключенному между ним, ООО «Гидромаш» и ООО «РГМ Орел».

Из представленных ответчиком платежных поручений о перечислении спорных денежных средств в его адрес следует, что в назначении платежа данных платежных документов указано, что оплата произведена по соглашению о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2012 (договор займа от 01.09.2011 № 1). Также ответчиком представлено письмо ООО «Гидромаш» от 03.05.2013, в котором общество просит читать  назначение платежа по данным платежным поручениям как оплата по соглашению о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2011 (договор займа от 01.09.2011 № 1).

В представленных истцом банковских выписках по счетам ответчика в качестве основания платежа указано на оплату по соглашению о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2011.

Учтя изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что исходя из буквального толкования содержания платежных поручений и банковских выписок оплата ответчику производилась на основании соглашения о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2011. При этом судами обеих инстанций учтено, что содержащаяся в платежных поручениях в скобках ссылка на договор займа от 01.09.2011 № 1 не содержит указания на возврат денежных средств по данному договору.

В подтверждение наличия правовых оснований для получения вышеуказанных денежных средств ответчиком в ходе судебного разбирательства представлено дополнительное соглашение от 29.07.2011 о перемене лиц в обязательстве по контракту от 08.11.2007 № 643/79141672/0017.

Как усматривается из материалов дела, между «Випом АД» (продавец), ООО «Гидромаш» и ООО «Спецмаш» 28.07.2011 заключено дополнительное соглашение о перемене лиц в обязательстве по контракту № 643/79141672/0017 от 08.11.2007 (далее – дополнительное соглашение  от 28.07.2011), согласно которому права покупателя (ООО Гидромаш») по контракту переходят к ООО «Спецмаш» в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту заключения настоящего дополнительного соглашения.

Согласно пункту 5 указанного дополнительного соглашения размер денежных средств, подлежащих возврату ООО «Спецмаш» продавцу, по состоянию на 28.07.2011 составляет 403 160,20 Евро.

Уведомлением о переходе обязательств кредитора к другому лицу ООО «Спецмаш» сообщило ООО «Гидромаш» об уступке имеющегося за ООО «Гидромаш» долга в размере 16 043 236 руб. к ООО «РГМ-Орел». С указанной даты кредитором ООО «Гидромаш» стало ООО «РГМ-Орел».

Суды обеих инстанций исходили из того, что законность данных соглашений проверена Арбитражным судом Орловской области по делу № А48-1137/2012, решением которого исковые требования участника ООО «Спецмаш» - ФИО7 о признании дополнительного соглашения от 28.07.2011 о перемене лиц в обязательстве по контракту № 643/79141672/0017 от 08.11.2007 недействительным и применении последствий недействительности сделки, оставлены без удовлетворения.

В указанном решении судом установлено, что дополнительное соглашение от 28.07.2011 заключено на сумму 403 160,20 евро, что на момент заключения сделки составляло в валюте РФ 16 043 236,05 руб. Дополнительное соглашение от 28.07.2011 заключено первоначальным должником ООО «Гидромаш» с новым должником ООО «Спецмаш» с согласия кредитора «Випом АД», сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, договор заключен в простой письменной форме. Наличие долга в указанном в спорном соглашении размере подтверждено представленными в материалы дела копиями спецификаций и деклараций на товары.

Исходя из того, что из названного дополнительного соглашения от 28.07.2011 не следует, что ООО «Спецмаш» принимает обязанности по возмещению долга за ООО «Гидромаш» перед третьим лицом безвозмездно, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что указанное дополнительное соглашение является возмездным, возникшим в результате исполнения последним обязательств ООО «Гидромаш» перед «Випом АД».

Кроме того, как следует из представленной в материалы дела копии письменного уведомления ООО «Спецмаш», полученного ООО «Гидромаш» 28.07.2011, между ООО «Спецмаш» и ООО «РГМ-Орел» заключено соглашение об уступке права требования к ООО «Гидромаш» по дополнительному соглашению от 28.07.2011 к контракту № 643/79141672/0017 от 08.11.2007. В соответствии с данным соглашением у ООО «РГМ-Орел» возникло обязательство перед ООО «Спецмаш» по выплате денежных средств в размере 16 043 236 руб.

Согласно статье 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу статьи 391 ГК РФ перевод должником своего долга на другое лицо допускается лишь с согласия кредитора. К форме перевода долга соответственно применяются правила, содержащиеся в пунктах 1, 2 статьи 389 ГК РФ.

В соответствии со статьей 389 ГК РФ уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Между ООО «Гидромаш» (первоначальный должник), ИП ФИО5 (новый должник) и ООО «РГМ-Орел» (кредитор) 29.07.2011 заключено соглашение о перемене лица в обязательстве № 64 (далее – соглашение  от 29.07.2011 № 64), согласно которому предметом соглашения являлся переход обязательств по соглашению о перемене лица в обязательстве от 28.07.2011 от ООО Гидромаш» к ИП ФИО5 и возникновения права требования у ООО «РГМ-Орел» оплаты суммы долга  16 043 236 руб.

Таким образом, по мнению судов обеих инстанций, после подписания данного соглашения кредитором ООО «Гидромаш» становился ИП ФИО5 на указанную сумму.

По мнению судов первой и  апелляционной инстанций, исходя из смысла соглашения о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2011 № 64 у ООО «Гидромаш» перед ИП ФИО5 возникла задолженность в сумме                            16 043 236 руб., которая существовала до заключения договора займа. От имени ООО «РГМ-Орел» соглашение о перемене лиц в обязательстве № 64 подписано его директором ФИО8. Соглашение № 64 заключено на следующий день после подписания дополнительного соглашения от  28.07.2011 о перемене лиц в обязательстве  по контракту № 643/79141672/0017 от 08.11.2007, в нем указана дата подписания первоначального соглашения и сумм переводимого долга. Из указанных соглашений прослеживается их предмет, объем передаваемых прав.

При этом, довод истца о незаключенности дополнительного соглашения от 29.07.2011  № 64 со ссылкой на неопределенность предмета договора отклонен судами первой и апелляционной инстанций ввиду следующего.

Согласно пункту 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Суды обеих инстанций  пришли к выводу о том, что в данном случае денежные средства перечислены ООО «Гидромаш» по соглашению о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2011 № 64, которые приняты ответчиком, в данном соглашении имеется ссылка на соглашение о перемене лиц в обязательстве от 28.07.2011 и размер переводимого долга. Суды обеих инстанций сослались на то, что из материалов дела не следует, что между сторонами возникла неопределенность относительно предмета соглашения о перемене лиц в обязательстве от 29.07.2011.

Также судами первой и апелляционной инстанций отмечено, что спорные денежные средства перечислены истцом ответчику в период с 2012 года по 2013 год и с момента платежей до обращения истца в арбитражный суд ни истец, ни ответчик не обращались друг к другу об уточнении основания платежей либо с требованиями о возврате ошибочно перечисленных денежных средств. Доказательств обратного в соответствие  с  положениями статьи 65 АПК РФ истцом суду не представлено.

В соответствии с правовой позицией Президиума ВАС РФ от 29.01.2013                      № 11524/12 основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п., распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования.

Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного на ответчика.

Вместе с тем, из названного постановления также следует, что применительно к конкретным обстоятельствам спора, а именно: когда из представленных истцом платежных поручений усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, именно истец должен доказать, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями.

По мнению судов первой и апелляционной инстанций, факт того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, истцом не доказан.

Исходя из вышеизложенного, суды обеих инстанций пришли к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Более того, судом апелляционной инстанции, с учетом того, что истец  ссылается на необоснованное перечисление денежных средств ответчику платежными поручениями в 2012 - 2013 годах, а  исковое заявление подано в суд 01.03.2016,  пришел к выводу о том, что в пределах срока исковой давности заявлены только требования на сумму 1 278 руб. по платежному поручению от 21.03.2013 № 332.

Однако, суд кассационной  инстанции  не может  признать данные выводы судов первой и апелляционной  инстанций достаточно  мотивированными,  соответствующими  нормам права и сделанными на  основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств, в силу следующего.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.

В силу статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно статье 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Таким образом, для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения следует доказать, что имело место приобретение или сбережение имущества, приобретение или сбережение произведено за его счет и ответчиком при отсутствии к тому правовых оснований, то есть не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке. Кроме того, должен быть доказан размер неосновательного обогащения.

Для удовлетворения требования о взыскании неосновательного обогащения потерпевший должен доказать, что приобретатель приобрел или сберег имущество за его счет без законных оснований (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.03.2013 № 12435/12 по делу                   № А76-10850/2011).

Суд округа полагает, что поскольку определением от 05.11.2015 по делу                  № А48-4885/2014  договор займа № 1 от 01.09.2011, на который в скобках имеется ссылка  в назначении спорных платежей, был признан незаключенным по безденежности, арбитражному суду  надлежало  рассмотреть  вопрос  об обоснованности получения ИП ФИО5 спорных денежных средств в качестве оплаты по дополнительному соглашению от 29.07.2011 № 64, при этом дав оценку имеющимся в материалах дела расхождениям в дате заключения  данного соглашения – 29.07.2011 или  29.07.2012.

Приходя к выводу о том, что истец по делу не доказал наличие  на стороне ответчика  неосновательного обогащения  и того факта, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, суды первой и апелляционной  инстанций  сослались  на подтвержденную судебным актом действительность  дополнительного  соглашения  от  28.07.2011  и заключенность соглашения от  29.07.2011 № 64, а  также факт уведомления  ООО «Гидромаш» со стороны ООО «Спецмаш» об уступке права требования к ООО «Гидромаш» ООО «РГМ-Орел».

Вместе с тем, по мнению суда округа, для настоящего дела выводы, сделанные арбитражным судом в рамках дела № А48-1137/2012, не могут иметь преюдициального характера, поскольку  в данных делах разный субъектный состав.

При этом  суды обеих инстанций, вопреки  доводам  истца, приходя к выводу о заключенности  соглашения от  29.07.2011 № 64  не дали оценку тому факту, может ли оно являться основанием для получения ответчиком денежных средств при  условии  непредставления  и отсутствия в материалах дела документа, являющегося правовым  основанием для  перехода права требования по соглашению от  28.07.2011 к кредитору  ООО «РГМ-Орел».

Более того, судами остался неисследованным вопрос о том, насколько правомерно  получение денежных средств  от ООО «Гидромаш» ФИО5 по соглашению от 29.07.2011 № 64,  в то время как сам ФИО5 не представил доказательств того, что приступил к исполнению каких-либо обязательств ООО «Гидромаш» перед  ООО «РГМ-Орел».

При этом, как  пояснили лица, участвующие  в деле, правовых оснований  для  предъявления требования  ООО «РГМ-Орел»  к ФИО5 об оплате  долга за  ООО «Гидромаш» не имеется, поскольку  наличие какого-либо договора  или соглашения  о переходе права требования по соглашению от  28.07.2011 к кредитору  ООО «РГМ-Орел» каждая  из  сторон отрицает.

Таким образом, в рассматриваемом случае  складывается ситуация  правовой неопределенности, при которой  «новый» должник  получает  вознаграждение от первоначального должника за перевод долга на себя, при этом кредитор лишен правовых оснований  требовать возврата  долга как  от первоначального, так и от «нового» должников.  Данная  неопределенность  основана в том числе, на  письме  б/д и б/н (без доказательств направления и получения заинтересованными лицами), которым ООО «Спецмаш» якобы  уведомляет  ООО «Гидромаш» о состоявшемся переходе прав требования  к ООО «Гидромаш» к  новому кредитору  ООО «РГМ-Орел».

Вместе  с тем, ввиду  отсутствия у данного документа  необходимых для идентификации  реквизитов судами обеих инстанций остался невыясненным вопрос к какому из соглашений (28.07.2011 или 29.07.2011)  имеет отношение данный документ и может ли он  в отсутствие  документа, подтверждающего   правовое основание  перехода прав требования  к новому кредитору, свидетельствовать  о состоявшемся переходе. В силу прямого указания в ст. ст. 382, 389 ГК РФ (в редакции от 07.02.2011) доказательством совершения сделки по уступке права требования может являться только соответствующий гражданско-правовой договор, либо соглашение, но не письмо кредитора должнику. Таким образом, в материалах настоящего дела отсутствуют первичные документы, которыми должно быть подтверждено наличие обязательств, о которых заявляет ответчик, и которые могли бы устранить неопределенность в идентификации предмета соглашения от 29.07.2011.

Более того, при оценке судами обеих инстанций заключенности  соглашения  от 29.07.2011 № 64 не дана оценка доводу конкурсному управляющего о том, что предметом соглашения  от 29.07.2011 № 64 является  переход обязательств по Соглашению о перемене лица в обязательстве от  28.07.2011. Однако, стороны  соглашения  от 28.07.2011  и стороны соглашения  от 29.07.2011 № 64 не совпадают. ООО «РГМ-Орел» не являлось стороной дополнительного соглашения от 28.07.2011 б/н о перемене лиц в обязательстве по контракту                                              № 643/79141672/0017 от 08.11.2007.

         Конкурсный управляющий  истца  ссылался на тот факт, что  соглашение от 29.07.2011 № 64 было представлено в дело № A48-1137/2012  в качестве основания ходатайства ООО «Гидромаш» от 24.04.2013 о привлечении к участию в деле                       № А48-1137/2012 ИП ФИО5 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Однако, суд первой инстанции  определением от 03.06.2013 в удовлетворении указанного ходатайства  по делу №А48-1137/2012 отказал, указав, что ИП ФИО5 не является участником спорных правоотношений  по делу № А48-1137/2012. Таким образом, суд при рассмотрении дела № А48-1137/2012 не усмотрел взаимосвязи между дополнительным соглашением от 28.07.2011 б/н о перемене лиц в обязательстве по контракту № 643/79141672/0017 от 08.11.2007  и соглашением о перемене лица в обязательстве от 29.07.2011.

Вместе  с тем, доводу  истца о том, что исходя из вышеизложенного, не имеется ни фактических, ни юридических оснований утверждать, что из смысла  соглашения от 29.07.2011 о перемене лица в обязательстве между ООО «Гидромаш» (Первоначальный должник), ООО «РГМ-Орел» (Кредитор) и ИП ФИО5 (Новый должник), у ООО «Гидромаш» возникла задолженность перед ИП ФИО5 в сумме 16 043 236 руб., которая погашалась путем перечисления ИП ФИО5 денежных средств в сумме 6 459 778,76 руб., в рамках настоящего дела  судами первой и апелляционной инстанций  правовая оценка  не дана.

Суд округа также не может согласиться  с позицией апелляционного суда  в вопросе о применении  исковой давности.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» в соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обязательств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ)

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определенного в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В пункте 2 статье 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанном до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Вместе  с тем, согласно п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» течение исковой давности по требованию о возврате переданного по незаключенному договору начинается не ранее момента, когда истец узнал или, действуя разумно и с учетом складывающихся отношений сторон, должен был узнать о нарушении своего права.

Из смысла указанного положения следует, что до момента квалификации судом спорного договора как незаключенного заинтересованное лицо в отсутствие однозначных доказательств обратного разумно полагает, что этот договор порождает юридические последствия.

В рассматриваемом случае, требуя возврата спорных денежных средств и оспаривания  «двойное» назначение платежа  в платежных поручениях, конкурсный управляющий сослался именно на незаключенность договора займа                № 1 от 01.09.2011, подтвержденную определением Арбитражного суда Орловской области от 05.11.2015 по делу № А48-4885/2014. До признания данного договора незаключенным у управляющего ООО «Гидромаш» не имелось правовых оснований сомневаться в том, что данный договор не порождает юридические последствия.

Таким образом, по мнению суда округа, срок исковой давности по настоящему делу следует исчислять с даты вступления в законную силу определения суда от 05.11.2015 по делу № А48-4885/2014, т.е. с 16.11.2015. Поскольку  с иском в суд по настоящему делу ООО «Гидромаш» в лице конкурсного управляющего обратилось 01.03.2016, следовательно, срок исковой давности не был пропущен.

Суд округа также считает необходимым отметить, что  в ситуации, когда  судами обеих инстанций указано на тот факт, что ООО «Спецмаш» являлось участником правоотношений, из которых впоследствии возникло соглашение от 29.07.2011, признанное судом основанием для получения ИП ФИО5 денежных средств от ООО «Гидромаш», арбитражному суду следовало рассмотреть вопрос о привлечении данного лица к  участию в деле.

При указанных обстоятельствах принятые судебные акты не могут быть признаны законными и обоснованными. В связи с чем, решение суда области и апелляционное постановление подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Орловской области.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду надлежит учесть изложенное в настоящем постановлении, правильно распределить бремя доказывания между сторонами и с учетом установленных обстоятельств принять  законный и обоснованный судебный акт, рассмотрев вопрос о привлечении к участию  в деле заинтересованных  лиц.

Руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 287, ч. ч. 1 - 3  ст.  288,  ст. 289 Арбитражного процессуального  кодекса  Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Орловской области от 08.11.2016 и  постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2017  по делу № А48-1099/2016 отменить. Дело направить  на новое рассмотрение в Арбитражный суд Орловской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                           Л.А. Крыжскáя

Судьи                                                                                         Е.В. Лупояд

                                                                                                    ФИО1