ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А77-962/2017

г. Ессентуки

31 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 июля 2024 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Джамбулатова С.И., судей: Годило Н.Н., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дьякиной С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление финансового управляющего ФИО1, о признании недействительными сделками отчуждения ФИО2 в пользу ФИО3 земельных участков и недвижимого имущества (№ 50:20:0010411:624, №50:20:0010411:11193, №50:20:0010409:1047, №50:20:0010411:11194), в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО2, при участии в судебном заседании представителя ФИО4 - ФИО5, конкурсного управляющего ООО КБ «БФГ-Кредит» - ФИО6 (доверенность от 22.04.2022), представителя ПАО «Сбербанк» - ФИО7 (доверенность от 27.05.2022), представителя ФИО2 - ФИО8 (доверенность от 10.08.2023), в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Чеченской Республики от 01.02.2018 ФИО2 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее открыта процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО9 Требования ФИО4 включены в реестр требований кредиторов должника в размере 14 046 млн. рублей основного долга, 7 584 840 тыс. рублей процентов за пользование займом и 7 441 008 960 рублей неустойки, а также 60 тыс. рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Сведения о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы в ЕФРСБ от 02.02.2018 № 2431466.

Определением от 26.06.2019 арбитражный суд утвердил мировое соглашение и прекратил производство по делу о банкротстве должника. 15.01.2020 от ФИО4 в арбитражный суд поступило заявление о расторжении мирового соглашения, мотивированное невыполнением условий заключенного мирового соглашения в редакции, утвержденной на основании решения собрания кредиторов от 18.06.2019 с октября 2019 года.

Определением от 10.02.2020 суд расторг мировое соглашение, заключенное в рамках дела № А77-962/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, утвержденное определением суда от 26.06.2019. Финансовым управляющим ФИО2 утвержден арбитражный управляющий ФИО1

Финансовый управляющий ФИО1 обратился с заявлением о признании недействительными сделками отчуждения ФИО2 в пользу ФИО3 объектов недвижимости (№50:20:0010411:624, №50:20:0010411:12312, №50:20:0010411:11193, №50:20:0010409:1047-50/020/2017-1, №50:20:0010411:11194, №50:20:0010411:11194- 50/020/2017-1) и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 денежных средства в сумме 365 795 232,01 руб.

Определением суда от 10.06.2022 производство по заявлению финансового  управляющего ФИО1 о признании недействительными сделками отчуждение ФИО2 в пользу ФИО3 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 денежных средств в сумме 365 795 232,01 руб. по указанным объектам недвижимого имущества прекращено.

Не согласившись с вынесенным судебным актом ООО КБ «БФГ-Кредит» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

Определением от 04.06.2020 на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению обособленного справа в рамках дела № А77-962/2017 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел судом первой инстанции.

ООО КБ «БФГ-Кредит» поступило ходатайство об истребовании юридического и кредитного досье.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, изложили свои доводы относительно заявления.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения заявления, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Рассмотрев ходатайство об истребовании доказательств, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

Оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции суда, поэтому реализация лицом, участвующим в деле, предусмотренного пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации права на обращение в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательств не предполагает безусловного удовлетворения судом соответствующей процессуальной просьбы.

Руководствуясь статьей 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из фактических обстоятельств рассматриваемого спора, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств, поскольку признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для рассмотрения настоящего спора по существу.

Из материалов дела усматривается, что 21.04.2017 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения, согласно которому ФИО2 подарила ФИО3 земельный участок площадью 11500 кв.м. с кадастровым номером 50:20:0010411:624 по адресу: Московская область, Одинцовский район, с/о Барвихинский, д. Жуковка, уч. 86,87,88, 89А; жилой дом площадью 3217.7 кв.м. кадастровый номер 50:20:0010409:1047 по адресу: Московская область, Одинцовский район, д. Жуковка, «Кантри-Про», д. 87; гостевой дом площадью 531.2 кв.м. кадастровый номер 50:20:0010411:11194 по адресу: Московская область, Одинцовский район, д. Жуковка, уч. 86, 87, 88, 89А; дом охраны площадью 334.8 кв.м. кадастровый номер 50:20:0010411:11193 по адресу Московская область, Одинцовский район, д. Жуковка, уч. 86, 87, 88, 89А. Переход права собственности на перечисленные объекты недвижимости зарегистрирован 17.05.2017.

Также 15.05.2017 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения, согласно которому ФИО2 подарила ФИО3  земельный участок с кадастровым номером 50:20:0010411:12311, площадью 2650 кв.м., расположенный по адресу: РФ, МО, Одинцовский район, сельское поселение Барвихинское, пос. Барвиха, Сады Майендорф, участок 65 и земельный участок с кадастровым номером 50:20:0010411:12312, площадью 2600 кв.м. по адресу: РФ, МО, Одинцовский район, сельское поселение Барвихинское, пос. Барвиха, Сады Майендорф, участок 65А. Переход права собственности зарегистрирован 22.05.2017г.

Полагая, что совершенные должником сделки дарения совершены со злоупотреблением правом и нарушают права кредиторов должника, о чем свидетельствуют обстоятельства отчуждения имущества, финансовый управляющий на основании пункта 2 статьи 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статей 10 и 168 ГК РФ обратился с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Исходя из абзаца 6 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Постановление N 63) сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку в данном случае оспариваются договоры дарения, указанные сделки могут быть оспорены по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве либо общим нормам гражданского законодательства.

Как следует из материалов дела, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 05.12.2017, оспариваемые сделки заключены 21.04.2017 и 15.05.2017, то есть в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок (абзац 3 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве); должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы (абзац 4 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве); после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (абзац 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В пункте 5 Постановления Пленума N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При этом в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Также в пункте 6 Постановления Пленума N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В качестве основополагающего довода признания сделок недействительными финансовый управляющий должника указывает на то, что сделки направлены на вывод имущества должника, на уменьшение конкурсной массы должника.

Однако абзацем третьим пункта 6 Постановления Пленума N 63 разъяснено, что для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На дату совершения оспариваемых сделок, в отношении ФИО2 не была применена ни одна из процедур банкротства, предусмотренных Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", соответствующие сведения не были опубликованы в средствах массовой информации.

Предмет оспариваемых договоров дарения не был арестован или обременен правами третьих лиц, в том числе, не передавался в залог, и не выступал обеспечением исполнения обязательств.

Сам по себе факт наличия у ФИО2 задолженности перед кредитором на дату совершения оспариваемых сделок не свидетельствует о том, что все заключенные должником сделки должны быть признаны недействительными только лишь по той причине, что в результате их совершения из владения должника выбыло имущество.

При этом судом апелляционной инстанции установлено, что решение суда общей юрисдикции о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО4 было вынесено Гудермесским городским судом Чеченской Республики 08.09.2017, а оспариваемые сделки были совершены 17.05.2017 и 22.05.2017.

Вместе с тем, согласно представленным пояснениям должника и доказательствам на момент совершения сделок он вел обычную хозяйственную деятельность, заявлены требования в размере 2 744 391 281,30 руб. к КБ «БФГ-Кредит» (ООО) из договоров банковского вклада, а также имелись права требования, вытекающие из договора займа.

Оформление обязательств, посредством договора дарения не подпадает под какие-либо запреты дарения, установленные статьей 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не свидетельствует об отклонении действий сторон оспариваемой сделки от добросовестного поведения.

Сам по себе факт совершения сделки с заинтересованным лицом не является безусловным основанием для признания ее недействительной, поскольку материалами дела не доказана совокупность обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной и применении последствий ее недействительности на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовым управляющим не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что целью сторон было причинение имущественного вреда кредиторам, что другая сторона знала или должна была знать об указанной цели, равно как и не представлено доказательств неплатежеспособности или недостаточности имущества у ФИО2 на момент совершения сделок.

Также судом апелляционной инстанции не установлено необходимых условий для признания оспариваемых сделок недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Так, в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо установить, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что договоры дарения заключены должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес.

Доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении спорных сделок действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам, либо злоупотребили правом в иных формах, в материалы дела не представлено. Доказательства заключения сделок без намерения фактического их исполнения отсутствуют, поскольку стороны совершили действия по исполнению договоров: имущество передано, переход права зарегистрирован регистрирующим органом. При этом 07.02.2018 ФИО3 произвела отчуждение объектов недвижимого имущества третьему лицу.

Кроме того для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных недобросовестных целей). При этом для квалификации сделки недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, необходимо установить и обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом. Тем самым для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется доказать нарушения, выходящие за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.06.2014 N 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1), от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020 (9), от 21.10.2021 N 305-ЭС18-18386 (3) и т.д.).

Однако финансовый управляющий ссылается на совершение оспариваемых сделок с целью нарушения имущественных прав кредиторов, с заинтересованным по отношению к должнику лицом, на причинение вреда имущественным правам кредиторов, то есть только на признаки подозрительной сделки, что не является новым основанием для квалификации сделки, как совершенной при злоупотреблении правом. Причинение вреда конкурсным кредиторам не доказано. Суд апелляционной инстанции не установлено необходимых условий для признания сделки должника ничтожной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд полагает, что требования финансового управляющего являются необоснованными, в связи с чем не подлежат удовлетворению.

Кроме того, суд признает обоснованным заявление ответчиков о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности, по следующим основаниям.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" приведены разъяснения о том, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По правилам статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такие сроки, в частности, установлены по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, который согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет один год.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац 3 пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требуемую от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 213.32 Закон о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

При этом, действуя разумно и добросовестно, финансовый управляющий, с момента его утверждения, должен в максимально короткие сроки выполнить мероприятия, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, в том числе путем оспаривания подозрительных сделок.

Решение о признании должника банкротом и утверждении финансового управляющего принято судом 01.02.2018г., после чего финансовый управляющий имел право получать информацию об имуществе должника, в том числе, от органов государственной власти, органов местного самоуправления.

Требования финансового управляющего о признании сделок недействительными были заявлены им 30.08.2021, то есть за пределами годичного срока исковой давности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что в настоящее время ООО КБ «БФГ-Кредит» не является конкурсным кредитором Должника.

Настоящий обособленный спор не затрагивает прав и законных интересов Банка, поскольку статус конкурсного кредитора был утрачен Банком, в связи с отменой судебных актов, которыми были включены его требования в реестр требований кредиторов ФИО2

Также Банком было предъявлено требование о включении в реестр требования в размере 134 174,38 руб., заседание назначено на 20.08.2024. Однако принятие к рассмотрению судом требований Банка не наделяет последнего правами лица, участвующего в деле о банкротстве должника, и не дает ему права участвовать во всех обособленных спорах в деле о банкротстве Должника.

С учетом изложенного в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

Определение Арбитражного суда Чеченской Республики от 10.06.2022 по делу № А77-962/2017 в связи с переходом к рассмотрению дела апелляционным судом по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, подлежит отмене в соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку у суда первой инстанции отсутствовали основания для прекращения производства по делу.

В соответствии с пунктом 31 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» если при рассмотрении апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции, в котором содержатся выводы в отношении части требований, рассмотренных по существу, а другие требования оставлены без рассмотрения или по ним прекращено производство, арбитражный суд апелляционной инстанции установит, что имеются основания для отмены судебного акта в части оставления заявления без рассмотрения (прекращения производства), то он переходит к рассмотрению дела в этой части по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в соответствии с частью 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чеченской Республики от 10.06.2022 по делу №А77-962/2017 отменить.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 – отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      С.И. Джамбулатов

Судьи                                                                                                     Н.Н. Годило

Н.В. Макарова