ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

дело №А65-27219/2021

г. Самара

28 июня  2022 года

11АП-7208/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2022 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 28  июня 2022 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Буртасовой О.И.,

судей Барковской О.В., Деминой Е.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия лиц, извещенных надлежащим образом,

          рассмотрев в открытом судебном заседании 21 июня 2022 года в зале № 3 апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Главы Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 апреля 2022 года об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов должника по обособленному спору в рамках дела №А65-27219/2021 (судья Маннанова А.К.) о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Нурлатский сахар», г.Нурлат (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

конкурсный управляющий должника – ФИО3,

заявитель: Акционерный коммерческий банк "Ак Барс" (публичное акционерное общество) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики 28 октября 2021 года поступило заявление Акционерного коммерческого банка "Ак Барс" (публичное акционерное общество) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании несостоятельным (банкротом) Закрытое акционерное общество "Нурлатский сахар", г.Нурлат (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда РТ от 13 декабря 2021 года заявление акционерного коммерческого банка «Ак Барс» (публичное акционерное общество) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано обоснованным и закрытое акционерное общество «Нурлатский сахар», г.Нурлат (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим закрытого акционерного общества «Нурлатский сахар» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) утверждена ФИО3 (ИНН 

<

***>), являющаяся членом Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное Агентство Арбитражных Управляющих».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 30 декабря 2021 года поступило заявление Индивидуального предпринимателя ФИО2, Нурлатский район, с.Чулпаново о включении требования в размере 424 505 196,33 руб. в реестр требований кредиторов закрытого акционерного общества «Нурлатский сахар», г.Нурлат (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 апреля 2022 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП Глава Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.04.2022 года по делу №А65- 27219/2021 отменить полностью и принять по делу новый судебный акт о включении требований ИП ГКФХ ФИО2 в состав третьей очереди в размере 424 505 196 рублей 33 копейки.

Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением и недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствием изложенных в обжалуемом судебном акте выводов обстоятельствам дела, нарушением и неправильным применением норм материального и процессуального права.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что определение суда первой инстанции подлежит отмене, поскольку само по себе наличие внутригрупповых расчетов, где плательщиком на значительные суммы выступает Должник, не является признаком скрытого договора о покрытии.  Денежные средства, перечисляемые Должником Кредитору в качестве аванса за поставленную сахарную свеклу является обычной операцией субъекта хозяйственной деятельности, так как в силу своих договорных обязанностей по Договору поставки сахарной свекры № 139 от 1.08.2018 года (пункт 3.1 Договора поставки устанавливает оплату в виде аванса) Должник будучи Покупателем обязан оплачивать товар, поставляемый КФХ «ФИО2». Кроме того, целевое назначение кредитных денежных средств, полученных Должником является именно «приобретение сельскохозяйственного сырья-закупка сахарной свеклы» (пункт 7 Приложение № 1 к Кредитному договору). Таким образом, кредитные денежные средства Должником расходовались в точном соответствии с их назначением. Заключение договоров на поставку сахарной свеклы с КФХ «ФИО2» обуславливается не аффилированностью компанией, а производственной необходимостью.

Не согласен с выводом суда о том, что кредитором не раскрыты разумные экономические мотивы совершения Договора уступки права требования, отсутствует экономический эффект для Кредитора.  Договор уступки №4502/8/2020/2375 от 25.09.2020 года не имеет признаков фиктивности и обусловлен разумными экономическими причинами, а именно, на момент уступки у Кредитора перед Должником имелась задолженность по ряду хозяйственных договора. Данная задолженность погашена Кредитором именно за счет обязательств, переданных Банком новому Кредитору (КФХ «ФИО2»), что подтверждается представленными в материалы дела Актами взаимозачета, заключенных на основании реальных сделок. Долг Цессионария (КФХ «ФИО2») перед Цедентом (ПАО Ак Барс банк) оплачивается согласно графику, установленного Договором уступки, что подтверждается представленными в дело платежными поручениями об оплате. У Кредитора отсутствовала финансовая возможность по единовременному возврату задолженности Должнику, таким образом Договор уступки являлся приемлемой альтернативой погашения долга как для Должника, так и для Кредитора.

По мнению заявителя, установленные судом первой инстанции факты о длительном не взыскании задолженности с Должника, перемещение активов внутри группы в целях уменьшения имущественной базы Должника и оплата цессии кредитными денежными средствами Должника, а также наличие аффилированности Должника и Кредитора являются ошибочными и не могут свидетельствовать о внутригрупповом перераспределении денежных средств между аффилированными участниками в преддверии банкротства Должника.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, что в соответствии с частями 3, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В обоснование требования кредитором указано следующее.

У общества с ограниченной ответственностью «Нурлатский сахар» имеется задолженность перед кредитором Индивидуальным предпринимателем Главой Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 в размере 424 505 196 рублей 33 копеек, которая возникла по договору уступки права требования №4502/8/2020/2375 от 25 сентября 2020 г., заключенного между публичным акционерным обществом «Ак Барс» Банк (далее - Цедент) и Индивидуальным предпринимателем Главой Крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее - Цессионарий).

В соответствии с пунктом 1.1. Договора уступки в соответствии со статьей 382 ГК РФ Цедент уступает Цессионарию часть прав (требований) к Закрытому акционерному обществу «Нурлатский сахар», принадлежащую Цеденту по Кредитному договору 

<

***> от 27 августа 2018 г. с учетом всех Дополнительных соглашений к нему, заключенному между Цедентом и Должником, а именно:

-право на получение части суммы основного долга в размере 200 000 000 рублей. По Кредитному договору 

<

***> от 27 августа 2018 г. с учетом всех

дополнительных соглашений к нему, заключенному между Цедентом и Должников, а именно:

-право на получение части суммы основного долга в размере 230 000 000 рублей Пунктом 1.2. Договора уступки установлено, что права (требования) по кредитному договору, указанные в пункте 1.1. настоящего договора, переходят от Цедента к Цессионарию в день подписания настоящего договора.

Уступаемые права (требования) оцениваются по соглашению сторон в 430 000 000 рублей (пункт 1.3. Договора уступки).

Кредитор указывает, что задолженность должника перед Цессионарием (ИП ГКФХ ФИО2) частично погашена на сумму 5 494 803 рубля 77 копеек путем проведения зачета однородных встречных обязательств, вытекающих в свою очередь из договора №23 от 08 июня 2020 г., договора №33 от 01 июля 2020 г., договора поставки №13 от 27 апреля 2020 г., договора ответственного хранения № 37 от 29 декабря 2020 г., договора №23 от 04 января 2014 г., договора оказания услуг №68 от 01 марта 2011 г., договора поставки №63 от 01 февраля 2016 г. 

В подтверждение указанного кредитором представлены акт взаимозачета № 55 от 31 октября 2020 г. на сумму 4 971 304 рубля 52 копейки, акт взаимозачета №53 от 31 декабря 2020 г. на сумму 345 рублей 18 копеек, акт № 3 от 31 марта 2021 г. на сумму 80 092 рубля, акт взаимозачета №11 от 30 июня 2021 г., акт взаимозачета №17 от 30 сентября 2021 г., акт взаимозачета №25 от 31 октября 2021 г., акт взаимозачета №26 от 30 ноября 2021 г., акт взаимозачета №27 от 02 декабря 2021 г.

Конкурсным управляющим заявлены возражения относительно рассматриваемого требования,   поскольку  акционером  должника  является  общество  с   ограниченной ответственностью «УК «АгроИнвест», что подтверждается Выпиской из реестра владельцев именных ценных бумаг по состоянию на 22 октября 2021 г. Учредителем кредитора также является общество с ограниченной ответственностью «УК «АгроИнвест», что подтверждается Выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц №ЮЭ9965-22-41156812 от 02 февраля 2022 г. Исходя из вышеизложенного, конкурсный управляющий считает, что ЗАО «Нурлатский сахар», ООО «АксуАгро» и ООО «УК «АгроИнвест» являются аффилированными лицами, входящими в одну группу компаний.

Конкурсным управляющим также заявлено, что основанием возникновения для включения в реестр требований кредиторов кредитор указывает Договор уступки права требования №4502/8/2020/2375 от 25 сентября 2020 г., заключенного между АКБ «Ак Барс» и ИП КФХ ФИО2

Согласно дополнительному соглашению к Договору уступки права требования от 25 сентября 2020 г. ИП КФХ ФИО2 обязался не позднее 25 октября 2021 г. в обеспечение исполнения своих обязательств к договору обеспечить заключение договора поручительства между цедентом и ООО «Агрофирма «Рассвет», договора поручительства между Цедентов и ООО «Нурлат Галловей». ИП КФХ ФИО2, обязался не позднее 25 октября 2021 г. включить в перечень компаний, входящих в ГК АгроИнвест, следующие юридические лица:

ООО «Агрофирма «Рассвет»;

ООО «Нурлат Галловей»;

Исключить из перечня компаний, входящих в ГК АгроИнвест, следующие юридические лица:

ЗАО «Нурлатский сахар»;

ООО «Нурлат Агро».

Исходя из изложенного, у ЗАО «Нурлатский Сахар», ООО «АксуАгро», ООО «УК АгроИнвест», ООО «Агрофирма Южная», ЗАО «Нурлатский Элеватор», КФХ ФИО2, ООО «Нурлат Агро», ООО «Агрофирма «Рассвет», ООО «Нурлат Галловей» общность экономических интересов, поскольку входят в одну группу компаний, что подтверждается также Договором уступки права требования №4502/8/2020/2375 от 25 сентября 2020 г. Указанная группа компаний длительное время поручается друг за друга. Данные отношения между должником и заявителем следует квалифицировать как совместное поручительство, также между ними имелись финансово-хозяйственные операции на протяжении всего периода. Из этого следует, что заключение договоров поручительства вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов.

По мнению конкурсного управляющего, допущение включения в реестр необоснованных требований приведет к нарушению прав и законных интересов независимых кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В целях проведения проверки по установлению обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущения включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение может привести к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 февраля 2022 г. в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ООО «УК АгроИнвест», ООО «Агрофирма Южная», ООО «Нурлатский элеватор», ООО «Нурлат Агро», ООО «Агрофирма «Рассвет», ООО «Нурлат Галловей» привлечены к участию в деле в качестве заинтересованных лиц.

Конкурсным кредитором ПАО «Ак Барс» Банк также заявлены возражения относительно рассматриваемого требования. В обоснование указано следующее. Вследствие общности экономических интересов должника и контролирующей его компании требование заимодавца не может конкурировать с требованиями кредиторов, не имеющих фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Должник и кредитор входят в одну группу компаний и контролируются ООО «УК АгроИнвест». Так, по мнению конкурсного кредитора, конечным бенифициаром, контролирующим как должника, так и кредитора, является компания, которая имела возможность определять действия каждой из сторон договора, в связи с чем, требования кредитора могут быть включены в реестр требований кредиторов должника только в пределах очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В силу пункта 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Предъявленные к должнику требования рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

В условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота принцип состязательности сторон при осуществлении правосудия (статья 9 АПК РФ) реализуется арбитражным судом путем создания лицам, участвующим в деле, условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, обеспечения права высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

Исследование разумных версий происхождения задолженности, выдвинутых лицами, участвующими в деле, отвечает задачам судопроизводства в арбитражных судах (статья 2 АПК РФ) и позволяет не допустить включение в реестр необоснованных требований.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - постановление N 35) разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве, во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия задолженности должника. Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

В случае наличия возражений конкурирующего кредитора либо конкурсного управляющего, выступающего в интересах справедливого и обоснованного распределения конкурсной массы, на требования о включении в реестр и представлении в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений. При этом заявителю требований не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве). При этом установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления N 35).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве). Кроме того, в силу разъяснений, данных  в   пункте  26   постановления  N  35,   суд  не  освобождается   от  проверки обоснованности и размера требований кредиторов и в отсутствие разногласий между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования заявляющегося кредитора.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

При этом реальность правоотношений и размер правопритязаний могли быть подтверждены первичными документами, свидетельствующими об очевидной полученной или предполагаемой выгоде для должника в результате совершенных сделок. Стороны сделки должны располагать данными документами и при необходимости представление указанных документов в суд не породило бы затруднений.

В силу ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом первой инстанции установлено, что акционером ЗАО «Нурлатский сахар» (должник) является ООО УК «АгроИнвест» (ИНН 

<

***>), что подтверждено выпиской из реестра владельцев именных ценных бумаг от 22.10.2022, протоколом внеочередного общего собрания акционеров от 28 января 2021 г.

Кроме того, в условиях кредитных договоров сторонами указаны наименования участника Группы компаний:

ЗАО «Нурлатский элеватор» (ИНН 

<

***>)

ЗАО «Нурлатский сахар» (ИНН 

<

***>)

ООО «АксуАгро» (ИНН 

<

***>)

КФХ ФИО2 (ИНН 

<

***>)

ООО «Агрофирма «Южная» (ИНН 

<

***>)

ООО УК «АгроИнвест» (ИНН 

<

***>)

ООО «Нурлатагро» (ИНН 

<

***>)

Таким образом, ООО УК «АгроИнвест» (кредитор)  и ЗАО «Нурлатский сахар» (должник) являются аффилированными лицами.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор) на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Поскольку кредитор уклонился от предоставления дополнительных доказательств обратного для устранения разумных сомнений, следовательно, заявитель добровольно отказался от опровержения данных фактов.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, кредитором не представлено доказательства фактического и реального исполнения договора.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 года по делу №305-ЭС16-2411, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

При рассмотрении в деле о банкротстве требования кредитора суд обязан проверить возражения иных участвующих в этом деле лиц о ничтожности сделки (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), на которой основано требование, с целью недопущения включения в реестр необоснованной задолженности (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу N А41-36402/2012, возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга.

При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Кроме того как верно указано судом первой инстанции, не установлено обстоятельств того, что опосредованные положительные последствия от совершения такой сделки в долгосрочной перспективе могут привести к получению выгоды, как для стороны подобной сделки, так и для связанных с ней лиц.

Кредитор выкупил долги у банка по номинальной стоимости, при этом, дебитор (должник) находился в предбанкротном состоянии и перспектива взыскания с него задолженности была минимальной, о чем кредитор, как аффилированное лиц не мог не знать.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том. что кредитор, приобретая право требования по номинальной стоимости к предприятию банкроту, изначально не имел возможности перекрыть все свои затрата по покупке права требования, что не согласуется с деловым обыкновением при заключении таких сделок. В настоящем случае, конкретная экономическая и хозяйственная цель, не достигнута.

Суд пришел к выводу о том, что у кредитора отсутствовала экономическая целесообразность заключения договоров цессии, в том числе исходя из финансового положения должника. Кредитор в силу заинтересованности знал, что должник не сможет рассчитаться по правам требования. Договор об уступке права требования заключен в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества общества, что свидетельствует о заключении его исключительно с целью искусственного наращивания кредиторской задолженности без намерения создать соответствующие правовые последствия.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2018 N 3 (2018), кредитору должно быть отказано во включении его требования в реестр требований кредиторов поручителя, если аффилированные кредитор, должник и поручитель не раскроют разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки поручительства.

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт.

Если же денежное обязательство является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности кредитора, основного должника и поручителя между собою на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц.

Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что в настоящем случае имеется злоупотребление правом со стороны потенциального кредитора, имеющего цель участвовать в распределении конкурсной массы.

Кредитор не представил доказательств, что после заключения договора цессии от 25.09.2020, для цессионария и связанной с ним группы лиц, в хозяйственной деятельности должника и кредитора наступили положительные последствия, с точки зрения получения прибыли. Наоборот, исходя из анализа финансового состояния должника, имущественное положение должника только ухудшилось, активность хозяйственной деятельности упала, размер кредиторской задолженности увеличился.

Таким образом, экономический эффект от якобы перераспределения долговой нагрузка, так и не наступил.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, отсутствует экономический эффект и для кредитора.

Отсутствие предъявления требования банка к кредитору, как поручителю, не свидетельствует о безусловной правомерности требования.

Согласно ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Как следует из материалов дела, во исполнение условий заключенного кредитного договора 

<

***> от 27.08.2018, Банк перечислил должнику кредит на общую сумму 740 000 000 рублей по банковским ордерам: №75 от 15.10.2018 на сумму 40 000 000 рублей, №1 от 23.10.2018 на сумму 105 000 000 рублей, №2 от 24.10.2018 на сумму 38 750 000 рублей, №4 от 14.11.2018 на сумму 4 600 000 рублей, №5 от 09.11.2018 на сумму 14 000 000 рублей, №5 от 17.11.2018 на сумму 21 550 000 рублей, №7 от 22.10.2018 на сумму 15 000 000 рублей, №8 от 19.10.2018 на сумму 50 000 000 рублей, №10 от 09.10.2018 на сумму 54 500 000 рублей, №22 от 13.09.2018 на сумму 6 500 000 рублей, №27 от 17.10.2018 на сумму 18 000 000 рублей, №30 от 12.10.2018 на сумму 40 000 000 рублей, №30 от 10.10.2018 на сумму 56 000 000 рублей, №31 от 04.09.2018 на сумму 27 000 000 рублей, №32 от 01.11.2018 на сумму 14 600 000 рублей, №37 от 11.10.2018 на сумму 40 000 000 рублей, №38 от 14.09.2018 на сумму 11 000 000 рублей, №41 от 31.08.2018 на сумму 14 000 000 рублей, №42 от 18.10.2018 на сумму 26 750 000 рублей, №56 от 29.10.2018 на сумму 28 250 000 рублей, №61 от 02.10.2018 на сумму 24 000 000 рублей, №61 от 06.09.2018 на сумму 23 000 000 рублей, №69 от 28.08.2018 на сумму 16 000 000 рублей, №71 от 08.10.2018 на сумму 11 500 000 рублей, №75 от 15.10.2018 на сумму 40 000 000 рублей.

Как установлено судом, согласно выпискам по расчетным счетам должника, в указанный период с 27.08.2018 по 19.12.2019 должник произвел перечисление денежных средств на расчетный счет кредитора в общей сумме 524 402 791,96 рубля.

При этом, перечисления денежных средств с назначением платежа: «аванс по договору поставки сахарной свеклы №139 от 01.08.2018» производились сразу в этот же день или на следующей, после получения кредитных денежных средств от Банка.

Указанные перечисления носят систематический характер, из чего следует, что фактически денежные средства, полученные должником по кредитному договору, выводятся в адрес кредитора в результате внутригруппового перераспределения денежных средств. Фактически эти же денежные средства использовались кредитором при покупке прав требований по договору уступки, заключенном между Банком и кредитором.

Кроме того, судом установлено, что на момент заключения договора цессии должник уже имел неисполненные обязательства перед кредиторами, что подтверждается реестром требований кредиторов.

Указанное свидетельствует о том, что внутри группы активно использовался механизм свободного перемещения денежных средств, позволяющий кредитору беспрепятственно использовать активы должника.

Кроме того, кредитор сам указывает, что у него имелась задолженность перед должником по ряду хозяйственных договоров, заключенных между ним и должником; долг должника перед ним в большей части оплачен, что подтверждается представленными ранее актами взаимозачета.

Таким образом, судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждены аффилированность лиц, длительное невзыскание задолженности кредитором, обращение за защитой своего права только после введения процедуры банкротства, а также фактическое перечисление полученных кредитных денежных средств кредитору, существование на момент заключения договора уступки прав требования неисполненных обязательств должника и оплату цессии кредитными денежными средствами, полученными должником у банка, что по мнению суда свидетельствует о внутригрупповом перераспределении денежных средств между аффилированными участниками.

Соответственно, учитывая недопустимость возврата капиталозамещающего финансирования за счет текущей выручки должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5)), суду следует установить за счет каких средств произведено погашение долга перед банком. В случае, если аффилированный поручитель осуществил исполнение своих обязательств за счет средств от ранее распределенной прибыли должника, либо за счет внешних поступлений, он не может считаться злоупотребившим правом.

Если будет установлено, что погашение осуществлено за счет должника, а поручитель не подтвердит, что операции по изъятию им денежных средств со счета должника соотносятся с реальными хозяйственными отношениями, то следует применить презумпцию о наличии скрытого договора о покрытии, являющегося соглашением о предоставлении должнику компенсации за изъятые из его оборота активы посредством осуществления платежа в пользу внешнего кредитора (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", пункт 1 статьи 313 ГК РФ), что не влечет суброгацию требования (пункты 2, 5 статьи 313 ГК РФ).

Учитывая приведенные доводы и обстоятельства аффилированности сторон, для правильного разрешения спора кредитору необходимо указать источник денежных средств, направленных им, как аффилированным лицом на погашение задолженности должника перед банком.

Между тем, кредитор не указал, за счет каких средств, было произведено погашение задолженности должника перед банком по кредитным договорам от 27.08.2018 №4502/3/2018/2150, 

<

***> от 27.08.2018.

Из материалов дела следует, что с учетом заявлений конкурсного управляющего должника и Банка об аффилированности сторон по настоящему делу и их вхождении в группу компаний суд в опровержение указанных утверждений предоставил кредитору возможность привести соответствующие доводы и представить доказательства. Вместе с тем, кредитор в нарушение положений ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, опровергающих доводы Банка и конкурсного управляющего об аффилированности сторон по настоящему делу не представил.

Фактически, в настоящем случае судом установлено наличие обстоятельств, в силу которых, согласно правовой позиции, изложенной в п. 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, не подлежит удовлетворению заявление о включении в реестр требования аффилированного с должником лица, которое основано на исполнении им обязательства должника внешнему кредитору, если аффилированное лицо получило возмещение исполненного на основании соглашения с должником.

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что должник получал от Банка денежные средства на крупные суммы, а затем осуществлял их распределение внутри группы лиц, входящих в группу компаний; подтверждения того, что отсутствовало внутригрупповое движение денежных средств, при наличии признаков аффилированности лиц, не представлено; с учетом разумности действий участников гражданского оборота (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о том, что в основе действий, направленных на совершение операций по погашению задолженности по кредитным договорам, лежит достигнутая членами группы договоренность, при этом подчиненность членов группы одним конечным бенефициарам позволяла им заключать соглашения об исполнении обязательств друг друга, в том числе договоры о покрытии без надлежащего юридического оформления (без соблюдения требований подп. 1 пункта 1 статьи. 161 ГК РФ).

Применив к аффилированным лицам наиболее высокий стандарт доказывания собственных доводов, суд пришел к правомерному выводу о недоказанности суброгационного требования кредитора. Доказательства исполнения кредитором обязательств за счет его собственных денежных средств в материалах дела отсутствуют.

По существу, доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают их и не содержат фактов, которые не были бы проверены, или не учтены судом при рассмотрении дела, и имели бы значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на его обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность судебного акта, в апелляционной инстанции не установлено.

Суд первой инстанции оценил все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, установил имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы из установленных фактических обстоятельств о взаимоотношениях сторон.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд доводы заявителя жалобы отклоняет и считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права. Оснований для отмены обжалуемого решения не усматривается.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

В соответствии со статьей 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на определение, вынесенное по результатам рассмотрения заявления о включении в реестр требований кредиторов должника, государственной пошлиной не оплачивается.

        Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд,      

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 апреля 2022 года об отказе в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника по обособленному спору в рамках дела №А65-27219/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в  срок не превышающий месяца в  Арбитражный суд Поволжского округа. 

Председательствующий                                                                          О.И. Буртасова

Судьи                                                                                                                    О.В. Барковская

Е.Г. Демина