ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-3759/2023

г. Вологда

11 марта 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2024 года.

В полном объеме постановление изготовлено 11 марта 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Черединой Н.В., судей Зреляковой Л.В. и                          Шадриной А.Н. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от акционерного общества «Черкизовский мясоперерабатывающий завод» представителя ФИО2 по доверенности от 01.04.2023, от общества с ограниченной ответственностью «ПсковАгроИнвест» представителя ФИО3 по доверенности от 13.09.2019, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конфернции апелляционные жалобы акционерного общества «Черкизовский мясоперерабатывающий завод» и общества с ограниченной ответственностью «ПсковАгроИнвест» на решение Арбитражного суда Псковской области от 29 декабря 2023 года по делу № А52-3759/2023, 

 

у с т а н о в и л:

акционерное общество «Черкизовский мясоперерабатывающий завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 107143, Москва, ул. Пермская, д. 5; далее – АО «ЧМПЗ») обратилось в Арбитражный суд Псковской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «ПсковАгроИнвест» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 180569, Псковская обл., Псковский м.р-н,                             с.п. Ядровская волость, тер. Псковагроинвест, д. 2, эт. 2, пом. 10; далее –                            ООО «ПсковАгроИнвест») о взыскании 7 893 950 руб. 48 коп. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, а также 15 450 руб. судебных издержек.

Решением суда от 29 декабря 2023 года исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 5 920 462 руб.    86 коп. компенсации, а также 62 470 руб. расходов по уплате государственной пошлины и 15 450 руб. судебных издержек; в удовлетворении остальной части требования о взыскании компенсации отказано. Этим же решением                   АО «ЧМПЗ» из федерального бюджета возвращено 2 414 руб. государственной пошлины. 

Ответчик с решением суда не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять новый судебный акт о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации за незаконное использование спорного товарного знака в размере стоимости права использования спорного товарного знака. В обоснование жалобы указывает, что мотивировочная часть решения повторяет мотивировочную часть решения Арбитражного суда Псковской области от 16.06.2023 по делу № А52-1875/2020. Полагает, что суд первой инстанции не указал мотивы, по которым он опроверг следующие доводы ответчика, влияющие на размер взысканной компенсации: истец использует товарный знак № 245915 только для нанесения на конкретную продукцию, а именно на колбасу сырокопченую «Модерн», тогда как ответчик производил колбасу полукопченую «Модерн»; истец не доказал, что в период с 06.03.2020 по 06.03.2023 на рынке, котором ответчик произвел продукцию со спорным наименованием, реализация истцом колбасы сырокопченой «Модерн» снизилась; взыскание компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых размещено спорное наименование, является злоупотреблением истцом правом при выборе способа защиты, является нарушением принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации, является попыткой получения обогащения, на восстановление нарушенных прав не направлено, последствиям нарушения не соответствует; использование спорного наименования не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика; использование спорного товарного знака не носило грубый характер, умысла воспользоваться узнаваемостью товарного знака истца у ответчика не было; использование спорного наименования ответчиком прекращено с 08.07.2022, то есть задолго до получения претензии истца. В жалобе заявляет ходатайства об истребовании у истца копий лицензионных договоров от 09.02.2006                           № РД0006400 и от 24.11.2011 № РД0090693, заключенных истцом с акционерным обществом «Торговая компания Агропромышленного комплекса «Черкизовский», а также о назначении судебной экспертизы по вопросу установления рыночной стоимости права использования товарного знака                        № 245915 с 06.03.2020 по 06.03.2023, поручив ее проведение обществу с ограниченной ответственностью «Агентство оценки Ковалевой и Компании».

Истец также не согласился с решением суда в части отказа в удовлетворении иска о взыскании 1 973 487 руб. 62 коп. компенсации, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в указанной части, удовлетворить исковые требования в полном объеме. Мотивируя жалобу, ссылается на то, что ответчик не доказал наличие совокупности критериев, выделенных Конституционным Судом Российской Федерации для снижения компенсации, в том числе, что ответчик совершил правонарушение впервые. В жалобе указывает, что ответчик систематически нарушает права правообладателей товарных знаков, допущенное ответчиком нарушение носит грубый характер. По мнению подателя жалобы, вопреки позиции суда первой инстанции, в предмет доказывания по спорам о взыскании компенсации в размере двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, не входит обязанность доказывания того, что избранный способ расчета компенсации является единственно соразмерным допущенному нарушению. Кроме того, отмечает, что принятое решение суда первой инстанции противоречит сложившейся практике применения норм о снижении размера компенсации.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы своих жалоб, возражали против удовлетворения апелляционных жалоб оппонентов.

Заявленное ответчиком ходатайство о назначении судебной экспертизы отклонено апелляционным судом ввиду отсутствия оснований для проведения экспертизы, предусмотренных статей 82 АПК РФ.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Как видно из материалов дела, истец является правообладателем словесного товарного знака  по свидетельству Российской Федерации № 245915 (дата приоритета – 16.01.2002, дата регистрации - 14.05.2003), зарегистрированного в том числе в отношении товаров 29-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ): мясо; птица домашняя (неживая) и полуфабрикаты из мяса и птицы; мясо консервированное; консервы мясные; изделия колбасные; концентраты бульонные; сосиски; солонина; свинина; составы для приготовления бульона; желе мясное; желе пищевое; субпродукты; паштеты из печени; продукты из соленого свиного окорока; дичь.

В обоснование иска АО «ЧМПЗ» указало, что истцом выявлен факт производства и предложения к реализации ООО «ПсковАгроИнвест» колбасы полукопченой «МОДЕРН», на которую нанесено обозначение, тождественное с принадлежащим истцу вышеуказанным товарным знаком.

Данное обстоятельство подтверждается протоколом осмотра в порядке обеспечения доказательств от 24.04.2023 страницы группы «Деревня Соловьи - свое, местное!» в социальной сети «ВКонтакте» в сети Интернет по адресу: https://vk.com/solovymyaso, произведенного нотариусом города Москвы; фотографиями продукции ответчика; скриншотом вышеуказанной страницы в социальной сети «ВКонтакте».

По утверждению истца, какие-либо права на использование указанного товарного знака ответчику не предоставлялись. Неправомерное использование ответчиком обозначение «МОДЕРН» ведет к тому, что у потребителей продукции и услуг складывается ошибочное представление о лице, фактически оказывающем услуги (производящем продукцию), что, в свою очередь, нарушает права истца как правообладателя товарного знака. 

Ссылаясь на нарушение своих исключительных прав, истец 27.04.2023 направил в адрес ответчика претензию № 02-01/07-08-215 с требованием прекратить использовать обозначение «МОДЕРН», отозвать продукцию из продажи, уничтожить контрафактные товары, выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 245915 в размере                                  8 376 842 руб. 76 коп.

Претензия истца ответчиком оставлена без удовлетворения.

Полагая, что спорное обозначение, размещенное на товарах ответчика без согласия правообладателя – АО «ЧМПЗ» –, сходно до степени смешения с принадлежащим последнему товарным знаком и касается однородных товаров и услуг, истец, указывая на то, что действиями ответчика нарушены его права, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции признал требования истца о взыскании компенсации подлежащими удовлетворению частично.

Апелляционный суд не усматривает оснований не согласиться с решением суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в том числе произведения науки, литературы и искусства; товарные знаки и знаки обслуживания.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель (статья 1478 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 указанного Кодекса исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из названной нормы права следует, что обозначение, сходное до степени смешения или тождественное товарному знаку (статья 1477 ГК РФ), зарегистрированному в отношении определенных товаров и услуг (статья 1480 ГК РФ), перечень которых изложен в свидетельстве на товарный знак (статья 1481 ГК РФ), не может быть использовано в отношении указанных товаров и услуг или однородных с ними без разрешения правообладателя (статья 1229 ГК РФ) способами, перечисленными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ.

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, или однородных им, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Материалами дела подтверждается факт принадлежности истцу исключительных прав на спорный товарный знак.

По смыслу статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Устанавливая факт сходства до степени смешения, суд первой инстанции исходил из того, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и может быть разрешен с позиции рядового потребителя без назначения экспертизы; при этом, оценивая сходство обозначений, суд руководствовался также Правилами составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденными приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482  (далее – Правила № 482), пунктами 7.2, 7.2.1 главы 2 раздела IV Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденному приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12 (далее – Руководство), разъяснениями, содержащимися в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10). 

Оценив представленные обозначения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что используемое ответчиком обозначение своей продукции позволяет в целом ассоциировать товарные обозначения, с товарным знаком истца. Использованный ответчиком словесный элемент «колбаса полукопченая» является наименованием вида товаров, следовательно, основным индивидуализирующим элементом в наименовании (обозначении) продукции является словесный элемент «МОДЕРН».  

Товары «колбасные изделия» и «колбаса полукопченая» относятся к одному классу МКТУ – 29 класс, являясь однородными товарами.

Апелляционная коллегия поддерживает позицию суда первой инстанции о том, что обозначение «МОДЕРН», нанесенное на упаковке колбасного изделия ответчика, и товарный знак «МОДЕРН» по свидетельству № 245915 являются сходными до степени смешения в отношении однородных товаров; имеют полное фонетическое и семантическое совпадение по признакам внешней формы, звукового и смыслового значения.

Принимая во внимание приведенные разъяснения, а также нормы, регулирующие вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами № 482, суд пришел к выводу о сходстве до степени смешения словесного элемента «МОДЕРН», использованного ответчиком, с товарным знаком истца и о доказанности факта нарушения ответчиком исключительного права истца на использование товарного знака «МОДЕРН».

Оснований для переоценки данных выводов суда апелляционный суд не усматривает, считает их обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

При этом как верно отмечено судом, в данном случае правовая охрана, в защиту которой заявлен настоящий иск, предоставлен товарному знаку в виде словесного изображения «МОДЕРН» для товаров 29 класса МКТУ, в том числе для изделий колбасные. Следовательно, вопреки позиции ответчика, продукция производимая ответчиком по смыслу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ является контрафактной с момента нанесения на упаковку товарного знака, принадлежащего истцу. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что регистрация спорного товарного знака в установленном законом порядке не признана недействительной и его правовая охрана не прекращена по основаниям, предусмотренным статьями 1512, 1514 ГК РФ, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что производство ответчиком товара – колбасных изделий, то есть введение его в гражданский оборот на территории Российской Федерации, с использованием обозначения, обладающего высокой степенью сходства с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 245915, является нарушением исключительных прав правообладателя на товарный знак.

При этом довод ответчика о злоупотреблении истцом своими правами не нашел своего подтверждения в судах первой и апелляционной инстанций.

Аргументы ответчика о том, что использование товарного знака «МОДЕРН» осуществляется истцом при производстве сырокопченой колбасы, а ответчиком – при производстве полукопченой колбасы, нанесение наименования иным цветом, чем у истца, а также обозначение в наименовании «Соловьи», рассматривались судом первой инстанции и правомерно отклонены, поскольку не влияют на вывод о сходстве обозначений в целом, ассоциирование обозначений достигается за счет включения в их состав тождественных элементов «МОДЕРН».

Довод ответчика о заимствовании спорного наименования продукции из технических условий не освобождает от необходимости соблюдения законодательства в области защиты товарных знаков. 

Ссылка ответчика на прекращение производства полукопченой колбасы с 08.07.2022 также правомерно отклонена судом ввиду того, что не влияет на обоснованность исковых требований, поскольку, как следует из материалов дела, и не оспаривается ответчиком, до указной даты производство данной продукции осуществлялось.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к обоснованному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак                         № 245915, выразившегося в использовании для индивидуализации выпускаемых колбасных изделий, признанных однородными товарами по классом 29 МКТУ, обозначения, содержащего в своем составе словесный элемент «МОДЕРН», сходного до степени смешения с товарным знаком истца.

Поскольку доказательств наличия у ответчика права на использование товарного знака № 245915 не представлено, суд первой инстанции пришел к верному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на указанный товарный знак.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В пункте 4 статьи 1515 ГК РФ установлено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с пунктом 61 Постановления № 10 истец, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

В рассматриваемом случае истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации, исчисленной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в сумме 7 893 950 руб. 48 коп. из расчета двукратной стоимости контрафактного товара. Расчет размера компенсации произведен истцом на основании данных об объемах произведенной ответчиком продукции с названием «МОДЕРН» (колбаса полукопченая), полученных истцом от Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору, а также сведений о стоимости 1 кг продукции, размещенной на официальной странице ответчика в социальной сети «ВКонтакте» в сети Интернет. 

Согласно пункту 59 Постановления № 10, при заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Вопреки доводам жалобы ответчика, в данном случае размер компенсации рассчитан истцом не исходя из стоимости права использования товарного знака, а исходя из стоимости контрафактного товара, поэтому оснований для истребования у истца копий лицензионных договоров от 09.02.2006 № РД0006400 и от 24.11.2011 № РД0090693, а также о назначении судебной экспертизы по вопросу установления рыночной стоимости права использования товарного знака № 245915 с 06.03.2020 по 06.03.2023, не имеется. 

Учитывая представленные в материалы дела документы, суд первой инстанции обоснованно отклонил довод ответчика о злоупотреблении истцом правом, поскольку истец правомерно для целей определения размера компенсации принял объемы реализованной продукции, предоставленные ответчиком, как объемы товара (конечного продукта с нанесенным товарным знаком истца), произведенного и реализованного с нарушением исключительных прав истца. Использованные истцом в расчете значения стоимости и объема продукции за спорный период, ответчиком не опровергнуты. При этом правообладателем избран способ определения компенсации неправомерное использование ответчиком товарного знака «МОДЕРН» в двукратном размере стоимости товаров, которые продаются или предлагаются к продаже. 

Ответчик, не оспаривая арифметическую правильность расчета истца, возражая относительно заявленного размера компенсации, заявил ходатайство о снижении размера компенсации применительно к положениям Постановления Конституционного суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее – Постановление № 40-П) до стоимости использования товарного знака, подлежащей установлению судебной экспертизой. В обоснование заявленного ходатайства ответчик сослался на превышение размера предъявленной компенсации величины убытков, причиненных правообладателю, а также на то, что правонарушение совершено впервые, использование товарного знака не является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубый характер, в настоящее время не используется. 

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее – Постановление № 28-П), при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

В Постановлении № 40-П, указано, что суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины. При этом – с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).

Суд первой инстанции, оценив в совокупности и взаимной связи представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о возможности применения в рассматриваемом случае правовых позиций, изложенных в Постановлении № 28-П и Постановлении № 40-П, и снижении размера компенсации, поскольку установил добровольное прекращение ответчиком использования товарного знака, а объем контрафактной продукции, маркированной обозначением «МОДЕРН» в процентном соотношении от общего объема производимых и реализуемых ответчиком колбасных изделий являлся незначительным.

Учитывая изложенное, основываясь на внутренней оценке совокупности всех собранных по делу доказательств, исходя из требований разумности и справедливости, с учетом характера допущенного правонарушения, вероятных убытков, принимая во внимание, что использование спорного обозначения осуществлялось ответчиком в рамках его основного вида деятельности, а также то, что истцом не представлено убедительных доказательств в обоснование избранного способа расчета компенсации, как единственно соразмерного допущенному нарушению, суд посчитал, что заявленный размер компенсации в сумме 7 893 950 руб. 48 коп. носит «карательный» характер, не отвечает требованиям дифференциации ответственности в зависимости от всех имеющих существенное значение обстоятельств. Доказательств обратного в обоснование размера компенсации в этой части истцом не представлено.

Принимая во внимание данное обстоятельство, с учетом степени вины ответчика, характера и последствий нарушения, исходя из принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, недоказанности вероятных убытков правообладателя в заявленном размере и учитывая избранный истцом способ защиты посредством определения размера компенсации в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а не иным способом или посредством предъявления убытков, суд пришел к выводу, что взыскание с ответчика в пользу истца компенсации за нарушение исключительных имущественных прав в размере 5 920 462 руб. 86 коп., исчисленной исходя из полуторократной ставки стоимости (260 руб. за 1 кг) реализованного товара за период 06.03.2020 по 06.03.2023 (15 180,674 кг), в рассматриваемом случае будет справедливым и соразмерным по отношению к обстоятельствам правонарушения и будет направлено на восстановление нарушенного права.

Оснований для переоценки выводов суда апелляционный суд не усматривает. Вопреки доводам жалобы апеллянтов, размер компенсации, взысканный судом, соразмерен характеру допущенного ответчиком нарушения прав истца, обеспечивает баланс интересов сторон.

Судом правомерно учтено, что сведения о товарных знаках находятся в открытом доступе, а ответчик, являясь профессиональным участником рынка в сфере торговли, действуя разумно и добросовестно, должен был при определении обозначения для индивидуализации изготавливаемой продукции предпринять необходимые действия для проверки используемого обозначения на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц либо предпринять такие действия незамедлительно с даты получения первой претензии истца. 

По справедливому указанию суда, хозяйствующие субъекты, осуществляющие создание объектов, подпадающих под действие законодательства о защите авторских и смежных прав, при вложении соответствующих ресурсов и средств в разработку, создание, продвижение результатов своего труда, оплату соответствующих налогов и иных пошлин и несении прочих необходимых расходов, вправе рассчитывать на должный уровень защиты со стороны государства, степень которого должна, с одной стороны, обеспечивать восстановление их нарушенного права, с другой – нести достаточно сильный элемент негативного воздействия на нарушителя, понуждая тем самым его и иных участников рынка к осуществлению хозяйственной деятельности в соответствии с требованиями законодательства. Данные цели достигаются путем доведения до сознания участников рынка возможности достижения большей экономической выгоды путем действия в рамках существующего поля правового регулирования, что не может быть достигнуто при незначительном размере санкций (компенсации).

Ссылка истца на судебную практику не принимается апелляционным судом, так как какого-либо преюдициального значения для настоящего дела не имеет, принята судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего дела.

Таким образом, по результатам рассмотрения апелляционных жалоб сторон апелляционным судом не установлено оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Все доводы заявителей апелляционных жалоб по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Решение суда соответствует имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены судом правильно, нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного акта, судом при рассмотрении спора не допущено.

В свете изложенного апелляционные жалобы сторон удовлетворению не подлежат.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционных жалоб расходы по уплате государственной пошлины на основании статьи 110 АПК РФ относятся на их подателей. 

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Псковской области от 29 декабря 2023 года по делу № А52-3759/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «Черкизовский мясоперерабатывающий завод» и общества с ограниченной ответственностью «ПсковАгроИнвест» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.В. Чередина

 

Судьи

Л.В. Зрелякова

 

А.Н. Шадрина