ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-6287/2024, 11АП-6780/2024

Дело № А55-35488/2022

г. Самара

30 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 30 июля 2024 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Машьяновой А.В., Назыровой Н.Б., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Туфатулиной И.В.,

без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании 17 июля 2024 года в помещении суда в зале № 2 апелляционные жалобы ПАО «Совкомбанк» и ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 11 апреля 2024 года в рамках дела № А55-35488/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 01.02.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим должника утверждена  ФИО2.

Определением от 11 апреля 2024 года в удовлетворении ходатайства ПАО «Совкомбанк» о неприменении в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед публичным акционерным обществом «Совкомбанк» отказано.  

Процедура реализации имущества ФИО1 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)», а также требования АО «Кредит Европа Банк (Россия)».

ПАО «Совкомбанк» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 11 апреля 2024 года в рамках дела № А55-35488/2022 в части освобождения должника от исполнения обязательств перед данным кредитором. 

ФИО1 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 11 апреля 2024 года в рамках дела № А55-35488/2022 в части неприменения в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед АО «Кредит Европа Банк (Россия)».

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 апреля 2024 года и от 30 мая 2024 года апелляционные жалобы приняты к производству. 

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Финансовый управляющий ФИО2 в отзыве возражала против удовлетворения апелляционной жалобы ПАО «Совкомбанк», считая обжалуемое определение законным и обоснованным. 

В соответствии с ч.5 ст.268 АПК РФ при отсутствии возражений лиц, участвующих в деле, законность и обоснованность обжалуемого определения проверена в обжалуемой части. 

Определением от 17.07.2024 в составе суда произведена замена судей Гольдштейна Д.К. и Гадеевой Л.Р. на судей Машьянову А.В. и Назырову Н.Б., в связи с чем рассмотрение апелляционных жалоб начато сначала.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. 

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств. 

При рассмотрении дела о банкротстве в отношении ФИО1 и отчета финансового управляющего о результатах процедуры реализации имущества от ПАО «Совкомбанк» поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от обязательств перед ПАО «Совкомбанк», мотивированное представлением должником недостоверных сведений при получении кредита о размере своего дохода, преднамеренном наращивании кредиторской задолженности в преддверии запланированного банкротства, а также реализацией имущества, являющегося предметом залога АО «Кредит Европа Банк», спустя семь дней после заключения с данным банком кредитного договора.

От АО «Кредит Европа Банк (Россия)» также поступило ходатайство о неосвобождении должника от исполнения обязательств перед кредитором АО «Кредит Европа Банк (Россия)» по договору №00597CL000000045663 на сумму 2 199 192,09 рублей, мотивированное совершением должником действий по сокрытию залогового имущества от кредитора.

После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, по общему правилу освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктами 42 и 43 Постановления № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Таким образом, в основу решения суда по вопросу об освобождении (не освобождении) должника от обязательств по результатам реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности его поведения по удовлетворению требований кредиторов.

Следовательно, в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства гражданина влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Однако институт банкротства - это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств. 

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов. 

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый, пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.04.2023 включено в состав требований кредиторов третьей очереди реестра требований кредиторов должника требование ПАО «Совкомбанк» в общем размере 537 435 руб., из которых 21 475,15 руб. – комиссия, 23 284.92 руб. – дополнительный платеж, 492 487,12 руб. – просроченная ссудная задолженность, 64,10 руб. – просроченные проценты на просроченную ссуду, 123,71 руб. – неустойка.

Требование кредитора основано на неисполнении должником обязательств по кредитному договору от 24.07.2021 №4105082200.

В обоснование ходатайства о неприменении к должнику правила об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств позиции ПАО «Совкомбанк» ссылалось на то, что должником при заключении кредитного договора были представлены недостоверные сведения о доходе заемщика, и действиями по заключению договора должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства.

Так, обратившись в ПАО «Совкомбанк» с целью получения кредита, должник указала в анкете, что основной ежемесячный доход за последние четыре месяца составляет 40 000 рублей. Анкета составлена со слов должника с использованием программного обеспечения. Подписав анкету, должник подтвердил, что предоставленная информация является полной, точной и достоверной, поставил дату и подпись. 

Вместе с тем, согласно справкам по форме 2-НДФЛ, предоставленным должником при обращении в арбитражный суд, доход за 2021 г. составил 5 539,76 рублей.

Кроме того, должником были заключены кредитные договоры в следующих кредитных организациях: ПАО Сбербанк, ПАО «Совкомбанк», АО «Тинькофф банк», АО «Кредит Европа Банк», на общую сумму 3 524 892,73 рублей. При этом, кредитные договоры, заключенные с АО «Кредит Европа Банк» на сумму 1 820 302,01 рублей, и кредитный договор с ПАО «Совкомбанк» на сумму 530 000,00 рублей, были взяты в один день – 24.07.2021, а кредитный договор в ПАО «Сбербанк» на сумму 934 000,00 рублей был взят 23.07.2021, т.е. за день до обращения за кредитом в ПАО «Совкомбанк»

По мнению кредитора, изложенное поведение должника является недобросовестным и исключает применение в отношении ФИО1 правила об освобождении от обязательств перед Банком.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.), либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Согласно представленным в материалы обособленного спора по заявлению ПАО «Совкомбанк» о включении требования в реестр требований кредиторов расчету задолженности должника по кредитному договору 

<

***> от 24.07.2021 за период с 24.08.2021 по 31.01.2023 и выписки по счету должника им производилось погашение кредита, платежи по которым в некоторые месяцы превышали сумму, получаемую должником ежемесячно согласно справке по форме 2-НДФЛ за 2021 г.

Выявленное обстоятельство может свидетельствовать о наличии у должника в тот период дохода выше указанного в справке по форме 2-НДФЛ.

Кроме того, необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу. Таким образом, кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику, поскольку не обязана предоставлять денежные средства каждому лицу, которое обратилось в целях получения кредита.

Дополнительная проверка предоставленной должником информации проводится в случае возникновения у кредитора сомнений в ее достоверности. Проведение мероприятий по проверке сведений о должнике зависит от волеизъявления банка, а принятие решение о выдаче кредита без проведения такой проверки составляет коммерческий риск банка.

В рассматриваемом случае ПАО «Совкомбанк», будучи профессиональным участником кредитного рынка, должно было проверить информацию, предоставляемую заемщиком и оценить свои финансовые риски.

По смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе препятствием для дальнейшего освобождения от обязательств не является.

Доказательства совершения должником каких-либо противоправных действий при получении кредита, сокрытия от Банка информации, которая могла повлиять на принятие Банком решения о предоставления кредита, в материалах дела отсутствуют.

При этом, из материалов дела не следует, что ФИО1 при оформлении кредитного договора предоставляла в Банк заведомо ложные сведения об источниках своих доходов и составе имущества, например, фиктивные справки о трудоустройстве и заработной плате, наличии не принадлежащего ей имущества и т.п.

Невнесение должником платежей по заключенному кредитному договору само по себе не является основанием для его неосвобождения от исполнения обязательств, ввиду того, что кредиторами не доказано совершение должником умышленного, злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

В настоящее время правоприменительная практика, сформированная в Верховном Суде Российской Федерации и Арбитражном суде Поволжского округа (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 306-ЭС20-20820, определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2022 № 307-ЭС22-12512, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 29.03.2022 по делу № А12-2803/2020, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 20.02.2023 по делу № А12-25658/2020) исходит из того, что совершение должником неразумных действий не является основанием для его неосвобождения от обязательств перед кредиторами и лишь установление судами в различных обособленных спорах злоупотребления правом должником, совершение им злонамеренных действий, влечет его неосвобождение от обязательств перед кредиторами.

Доказательств введения кредиторов в заблуждение при заключении кредитных договоров не представлено.

Финансовый управляющий должника и кредитор АО «Кредит Европа Банк (Россия)», в свою очередь, в обоснование ходатайства о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств ссылались на недобросовестное поведение должника, выразившееся в совершении действий по сокрытию залогового имущества от кредитора.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств не допускается, в частности, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления № 45).

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956).

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами. 

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства. 

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Таким образом, законом предусмотрен механизм освобождения гражданина, признанного банкротом от обязательств, одним из элементов которого является добросовестное поведение гражданина.

Из вышеназванных норм права следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным исключительно на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте. 

Согласно материалам дела определением Арбитражного суда Самарской области от 27.12.2023 включено требование АО «Кредит Европа Банк» в реестр требований кредиторов третьей очереди должника ФИО1 в размере 2 199 192,09 рублей. В удовлетворении заявления в части включения требования как обеспеченного залогом имущества должника отказано.

Основанием возникновения задолженности послужило неисполнение должником обязательств по кредитному договору № 00597CL000000045663 от 24.07.2021. 

 В соответствии с условиями кредитного договора заключен договора залога транспортного средства: марка КИА/KIA, модель RIO, идентификационный номер  (VIN) 

<

***>.

В процессе рассмотрении обособленного спора судом установлено, что транспортное средство - KIA RIO, 2021 года выпуска, VIN 

<

***>, выбыло из владения ФИО1 31.07.2021, снято с учета в связи с убытием за пределы Российской Федерации.

Таким образом, ФИО1 произвела отчуждение залогового транспортного средства спустя неделю после заключения кредитного договора с АО «Кредит Европа Банк (Россия)». 

Из представленной в материалы обособленного спора по заявлению АО «Кредит Европа Банк (Россия)» о включении требования в реестр требований кредиторов выписки по счету не усматривается, что полученные по итогам продажи залогового автомобиля денежные средства были перечислены в Банк в счет исполнения обязательств по кредитному договору.

Определением суда от 18.03.2024 должнику предложено представить письменную позицию по ходатайствам о неприменении к должнику правила, предусмотренного ст.213.28 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», об освобождении от дальнейшего исполнения непогашенных обязательств перед кредитором АО «Кредит Европа Банк».

Указанное определение суда должником не исполнено, какая-либо позиция по делу не представлена.

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждается факт реализации и сокрытия должником предмета залога. 

Банкротство граждан, по смыслу ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Таким образом, процедура банкротства гражданина, как и в целом институт несостоятельности, не ставит цель быстрого списания долгов в отсутствие достаточных для этого оснований, поскольку это приведет к неизбежному нарушению прав кредиторов должника.

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения денежных обязательств перед кредиторами, допуская ущемление прав и законных интересов последних, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения за счет имеющегося у должника имущества.

По этой причине к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части его добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом, исключающие действия, которые бы создавали препятствия проведению банкротных мероприятий, в том числе, направленные на сокрытие или отчуждение имущества, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов, злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности, что имеет место в данном случае.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», освобождение должника от обязательств не допускается, если установлено, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве, должник действовал незаконно. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Как разъяснено в абзацах 4 и 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение стороны может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно статье 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018)», утв.Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - ст. 18.1, п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве).

Предоставляя кредит должнику и определяя условия его предоставления, АО «Кредит Европа Банк (Россия)» исходило из факта его обеспечения высоколиквидным имуществом должника и возможности погасить задолженность либо ее существенную часть за счет переданного в залог имущества.

Предоставление указанного залога повлияло на решение Банка о предоставлении кредита и на условия такого предоставления, при предоставлении кредита и принятии имущества в залог Банк действовал добросовестно, рассчитывая на участие в определении порядка и условий продажи залогового имущества и удовлетворение своих требований за счет его стоимости в случае неисполнения должником своих обязательств по кредитному договору.

При изложенных обстоятельствах суд завершил процедуру реализации имущества должника, отказал в удовлетворении ходатайства ПАО «Совкомбанк» о неприменении в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк», освободил ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Также суд пришел к выводу о наличии оснований для неприменения в отношении ФИО1 правила об освобождении от исполнения обязательств перед АО «Кредит Европа Банк (Россия)», поскольку действия должника воспрепятствовали АО «Кредит Европа Банк (Россия)» в погашении задолженности путем реализации залогового транспортного средства. 

Доводы ПАО «Совкомбанк» о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед ПАО «Совкомбанк» в связи с отчуждением должником предмета залога АО «Кредит Европа Банк (Россия)» суд нашел несостоятельными, поскольку в случае реализации транспортного средства в том числе в процедуре банкротства денежные средства подлежали бы направлению на погашение задолженности перед залоговым кредитором, то есть отчуждение должником транспортного средства привело к нарушению прав АО «Кредит Европа Банк (Россия)».

В апелляционной жалобе ПАО «Совкомбанк» привело следующие доводы. 

Судом не было принято во внимание то, что кредитные договоры, заключенные с АО «Кредит Европа Банк» на сумму 1820302,01 руб. и кредитный договор с ПАО «Совкомбанк» на сумму 530 000 руб., были получены в один день – 24.07.2021 г., а кредитный договор в ПАО «Сбербанк» на сумму 934 000 был получен 23.07.2021 г., т.е. за день до обращения за кредитом в ПАО «Совкомбанк».

Заключая договоры на значительную сумму в течение двух дней, должник осознавал, что банк не сможет проверить кредитную историю и одобрит максимальное количество денежных средств. 

Конкурсный кредитор полагал, что получение кредитных средств на столь значительную сумму в один день в сложившихся обстоятельствах может быть расценено только как умышленное наращивание кредиторской задолженности в целях получения максимального количества денежных средств от различных кредитных организаций в тот период, когда информация о выданных кредитах не отображена в бюро кредитных историй, и банки, проводя стандартную процедуру проверки платежеспособности должника, не обладают информацией о других кредиторах. Так, согласно Федеральному закону от 30.12.2004 № 218ФЗ «О кредитных историях» банк обязан передать в бюро кредитной инстанции сведения о заключенном кредитном договоре, о сроке и сумме выплат - не позже 5-ти рабочих дней с момента наступления соответствующего события. 

Обратившись за кредитом, должник указывал в анкете,  что его основной ежемесячный доход за последние четыре месяца составляет 40 000 рублей. Анкета составлена со слов должника с использованием программного обеспечения; подписав анкету, должник подтвердил, что предоставленная информация является полной, точной и достоверной, поставил дату и подпись. 

ПАО «Совкомбанк» полагало, что должник, обратившись за получением кредита, умышленно представил заведомо недостоверные сведения о размере доходов, тем самым обеспечив возможность получения кредита. Такие действия не могли быть обусловлены ошибкой или заблуждением, поскольку должник не мог не знать фактический размер своих доходов. Если бы должник представил кредитору достоверные сведения, он не смог бы получить денежные средства в том размере и на тех условиях, которые фактически имели место. 

Доводы кредитора о принятии должником на себя заведомо неисполнимых обязательств, а также предоставлении должником банку заведомо ложных сведений при получении кредита, умышленном наращивании кредиторской задолженности не могут быть приняты во внимание.

ПАО «Совкомбанк» при обращении с заявлением о включении в реестр требований кредиторов представило заявление о предоставлении кредита, индивидуальные условия Договора потребительского кредита, анкету-соглашение заемщика на предоставление кредита и другие документы, подписанные с использованием электронной цифровой подписи. Из содержания указанных документов следует, что они составлены в электронном виде и подписаны представителем Банка и должником с использованием электронной цифровой подписи в следующей хронологической последовательности: первым документы подписаны со стороны Банка, после чего они акцептованы должником. 

Данное обстоятельство указывает на то, что инициатива в подготовке документов и представлении их на подписание заемщику принадлежала банку, который не был лишен возможности осуществить более глубокую проверку представленных сведений посредством получения дополнительной информации. Вместе с тем документы подписаны с разницей в 10 минут, что указывает на отсутствие у банка каких-либо сомнений при принятии решения о выдаче кредита. 

Кроме того, ПАО «Совкомбанк» не представило доказательства того, что оно до принятия решения об одобрении кредита фактически обращалось в бюро кредитных историй и получило информацию об отсутствии обязательств перед иными кредиторами. В связи с этим доводы кредитора о том, что информация о наличии обязательств перед другим не отображалась в кредитной истории, не могут быть признаны обоснованными. 

Суд апелляционной инстанции также учитывал, что, как это установлено судом первой инстанции, должник осуществлял частичные расчеты по кредитному договору, в связи с чем у суда не имеется оснований для обоснованного вывода о том, что уже на момент выдачи кредита должник действовал недобросовестно и не намеревался возвратить полученные денежные средства. 

Суд также руководствуется правовой позицией, указанной в п.24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 ноября 2019 г. № 3 (2019).

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей отказа в освобождении гражданина от долгов в рамках процедуры банкротства.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 г. N 310-ЭС17-14013).

В соответствии с п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п.). При этом по смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, также не установлено.

Доказательства того, что должник при получении кредитов представлял банкам неполные или недостоверные сведения о своем финансовом состоянии, заявителем не представлены. 

Кроме этого, банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки представленного им необходимого для получения кредита пакета документов. 

Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 218-ФЗ "О кредитных историях" в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

В настоящем деле о банкротстве такие обстоятельства не установлены. 

При указанных обстоятельствах, исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о завершении процедуры реализации имущества должника и освобождении  его от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

Соответствующие правовые подходы также применены в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512 по делу N А05-11/2021.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от исполнения обязательств также не допускается, если он злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, что может быть установлено в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан").

По смыслу упомянутого положения само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором;

изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

Таких нарушений в поведении должника судом не установлено.

В связи с этим суд не установил оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ПАО «Совкомбанк». 

В апелляционной жалобе ФИО1 не привела доводы, которые бы опровергали обстоятельства, установленные судом первой инстанции.  Апелляционная жалоба не содержит мотивов, по которым заявитель не согласен с выводами суда, и указаний на нарушение судом норм материального и процессуального права, а лишь содержит ссылки на нормы Закона о банкротстве и судебную практику без учета конкретных обстоятельств, которые учитывались судом при вынесении определения о неосвобождении от обязательств перед АО «Кредит Европа Банк (Россия)».

При этом из материалов дела следует, что 24.07.2021 АО «Кредит Европа Банк» и ФИО1 (заключили кредитный договор № 00597CL000000045663 сроком до 01/08/2028 года в соответствии с условиями которого АО «Кредит Европа Банк» предоставило 1 820 302,01 рублей на приобретение автомобиля KIA RIO, год выпуска: 2021; VIN 

<

***>. В соответствии с заявлением к договору потребительского кредита № 00597CL000000045663 кредитные обязательства обеспечены залогом автомобиля KIA RIO, год выпуска: 2021; VIN 

<

***>. 

Определением от 20.12.2023 требования АО «Кредит Европа Банк (Россия)» в размере 2 199 192,09 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1, в удовлетворении остальной части требования, как обеспеченного залогом имущества отказано. 

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что согласно официальному сайту Госавтоинспекции последняя операция по транспортному средству - KIA RIO, 2021 года выпуска, VIN 

<

***> – снятие с учета с 31.07.2021 в связи с убытием за пределы Российской Федерации. 

В материалы дела ГУ МВД России по Самарской области представило карточку учета транспортного средства, из которой усматривается изменение собственника транспортного средства марки KIA RIO, 2021 года выпуска, VIN 

<

***> на ФИО3 произошло 31.07.2021 (копия ответа приобщена в электронном виде с отчетом финансового управляющего 19.02.2024).

Согласно карточке учета транспортного средства автомобиль был поставлен на учет в ГИБДД ФИО1 24.07.2021, а 31.07.2021 государственный регистрационный учет прекращен в связи со сменой собственника. 

При рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций должником не раскрыты обстоятельства, связанные с отчуждением им залогового имущества, не представлены объяснения, которые подтверждали бы правомерность его действий. 

Пункт 1 статьи 334 ГК РФ предусматривает право кредитора по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) в силу залога в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В соответствии с нормами статьи 343 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество, обязаны не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества; принимать меры, необходимые для зашиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц; немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

Пункт 2 статьи 346 ГК РФ предусматривает, что залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога. В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества.

Согласно п.2 ст.138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов.

Учитывая представленные сведения о расчетах с кредитором, требования АО «Кредит Европа Банк (Россия)» удовлетворены в значительно меньшем размере, чем ему причиталось бы в случае реализации предмета залога в деле о банкротстве. 

Отчуждение предмета залога произошло без ведома и в отсутствие разрешения залогодержателя. Денежные средства, полученные от реализации автомобиля, не были направлены на расчеты с залоговым кредитором. 

По причине отчуждения должником предмета залога кредитор был лишен возможности получения удовлетворения своих требований в порядке и размере, установленном положениями Закона о банкротстве, в том числе, за счет предмета залога.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в "Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2018)", утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - ст. 18.1, п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве).

В связи с изложенным суд первой инстанции обоснованно не установил наличие оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед АО «Кредит Европа Банк (Россия)». 

Таким образом, определение в обжалуемой части является законным и обоснованным, вынесенным при полном и всестороннем рассмотрении дела, с соблюдением норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Согласно положениям ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 11 апреля 2024 года по делу № А55-35488/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийЯ.А. Львов

СудьиА.В. Машьянова

Н.Б. Назырова