ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А15-1686/2019

г. Ессентуки

31 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 августа 2023 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 10.03.2023 по делу № А15-1686/2019, принятое по результатам рассмотрения ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 Саиды (до изменения имени – Загидат) Махачевны (род. 15.02.1962 в г. Буйнакск РД, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) поступило заявление ФИО3 (далее – ФИО3, должник) о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением от 14.05.2020 указанное заявление принято, в отношении заявителя возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Решением от 25.06.2020 (резолютивная часть решения объявлена 23.06.2020) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4 

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) в порядке статьи 28 Закона о банкротстве в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 04.07.2020 № 116. 

11 марта 2022 года от финансового управляющего должником поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО3 Управляющий просил вопрос о применении правил об освобождении должника от исполнения обязательств оставить на усмотрение суда. 

В ходатайстве от 23.03.2022 общество с ограниченной ответственностью «Финансово – правовая компания» (далее – ООО «Финансово – правовая компания», кредитор, общество) просило не применять к ФИО3 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредитором по обязательствам должника, вытекающим из кредитного договора № 

<

***> от 12.06.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Дагестан от 10.03.2023 завершена процедура реализации имущества должника, в отношении должника не применены правила об освобождении от исполнения обязательств. Судебный акт мотивирован тем, что мероприятия по реализации имущества должника завершены, у должника отсутствует имущество. Суд указал, что с учетом недобросовестности действий должника по реализации залогового имущества, а также не исполнения обязательств по предоставлению испрашиваемых документов, суд пришел к выводу об отказе в применении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, должник обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда в части не применения судом правил об освобождении должника от исполнения обязательств отменить, принять по делу в данной части новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что не предоставление испрашиваемых документов связано с тем, что должник не является собственником спорного жилого помещения, а следовательно, представить какие-либо документы не имеет возможности. Суд также не учел, что должник является инвалидом второй группы.

Лица, участвующие в данном обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 21.07.2023 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку определение суда первой инстанции оспаривается только в части и ни одна из сторон не заявила возражений в отношении применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Дагестан от 10.03.2023 по делу № А15-1686/2019 проверяется Шестнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации только в части не освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Определение суда первой инстанции в остальной части не оспаривается.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 10.03.2023 по делу № А15-1686/2019 в обжалуемой части подлежит изменению, исходя из следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Из представленного суду отчета финансового управляющего и документов, приложенных к нему, следует, что в ходе реализации финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия в процедуре реализации имущества гражданина, направлены уведомления о введении процедуры реализации имущества гражданина в уполномоченные регистрирующие органы; сделаны запросы о наличии и составе имущества Должника; финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния Должника и сделано заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и (или) преднамеренного банкротства.

Согласно отчету финансового управляющего в реестр требований кредиторов должника требования кредиторов в размере 7 990 672, 59 руб.:

- ООО «ТРАСТ» по денежным обязательствам (основному долгу, процентам за пользование) в размере 164332,24 руб. для удовлетворения в очередности третьей; - требования ФИО5 в размере 1419 667,03 руб. основного долга и процентов по договору займа для удовлетворения в очередности третьей (определение от 07.02.2020); - АО «Газпромбанк» в размере 1679 956,2 руб. (основной долг, проценты за пользование кредитом, судебные расходы по госпошлине) для удовлетворения в очередности третьей, а требование по пени в размере 3941 345,92 руб. подлежат учету отдельно в реестре и удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов (определением от 31.08.2020); 

Кроме того, определением от 30.07.2020 признаны требования ФИО5 к ФИО2 Саиде (до изменения имени – Загидат) Махачевне в размере 785 371,20 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов; определением от 14.02.2022 требования АО «Центр долгового управления» к должнику в размере 64724,75 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов. 

Иные кредиторы должника и кредиторы иных очередей не установлены.

Все требования кредиторов, предъявленные в суд, рассмотрены по существу. 

Финансовым управляющим приняты меры по формированию конкурсной массы должника, в том числе направлены запросы в регистрирующие органы с целью предоставления информации о наличии зарегистрированного за должником имущества, согласно полученных ответов у должника фактически отсутствует имущество, за счет которого возможно погашение требований перед кредиторами.

Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении другого имущества должника, пополнении конкурсной массы и дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчётов с кредиторами в деле не имеется. 

В ходе проведения процедуры банкротства сделки должника не оспаривались, в виду их отсутствия.

Финансовым управляющим подготовлено заключение об отсутствии у должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. Финансовый управляющий провел финансовый анализ должника, в соответствии с которым, восстановить платежеспособность должника не представляется возможным.

С учетом изложенного, учитывая, что все мероприятия, предусмотренные для процедуры реализации имущества должника, завершены, суд принял решение завершении процедуры реализации имущества гражданина в соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве. 

Выводы суда первой инстанции в данной части не оспариваются, в связи с чем, предметом пересмотра апелляционным судом не являются.

Вместе с тем, должник не согласен с определением суда в части отказа в применении в отношении него правил об освобождении от исполнения обязательств.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением обязательств перечисленных в пунктах 4 и 5 указанной статьи.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Таким образом, завершение процедуры реализации имущества должника не сводится к автоматическому освобождению должника от обязательств перед его кредиторами, при этом такие обстоятельства могут быть установлены в любом судебном акте в рамках дела о банкротстве.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Таким образом, обязательным элементом правовой конструкции освобождения должника-банкрота от исполнения обязательств, как последствия признания его несостоятельным, является добросовестность должника. Освобождение должника от исполнения обязательств само по себе не является целью банкротства гражданина.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получении должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2017 № 308-ЭС17-15938).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25), при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Указанная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о наличии либо отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств оценке с точки зрения добросовестности подлежит поведение заявителя как по наращиванию задолженности, причины возникновения условий неплатежеспособности и недостаточности имущества, основания и мотивы обращения гражданина в суд с заявлением о признании его банкротом. Доказывать, что гражданин действовал незаконно, должны лица, участвующие в деле (кредитор, финансовый управляющий, уполномоченный орган).

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

В рассматриваемом деле, суд первой инстанции в качестве оснований для неприменения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств ссылается на недобросовестность действий должника, выразившихся в реализации залогового имущества без согласования с кредитором, в не предоставлении испрашиваемых документов, взятии должником заведомо неисполнимых обязательств.

По первому основанию суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Так из материалов дела следует, между должницей и АО «Газпромбанк» 18.05.2011 заключен договор залога транспортного средства №0692011-А-З. Фактически же имущество находилось под обременением.

Согласно пункту 5.2.8 вышеуказанного Договора была установлена обязанность залогодателя в получении письменного согласия залогодержателя на продажу, обмен, дарение, сдачу в аренду или безвозмездное пользование другому лицу Предмета залога в период действия настоящего договора, не распоряжаться предметом залога иным образом, включая выдачу третьим лицам доверенностей в отношении предмета залога. 

Согласно пункту 5.2.9 Договора удостоверена обязанность поставить предмет залога на регистрационный учет в ГИБДД МВД РФ и передать залогодержателю по акту-приема передачи паспорт транспортного средства (ПТС) на хранение на весь срок действия договора не позднее 10 (десяти) дней с даты заключения договора.

Согласно ответу из УГИБДД МВД по Республике Дагестан от 17.09.2020 за гражданкой ФИО2 30.03.2011 г. было зарегистрировано транспортное средство марки Тойота Камри, 2011 года выпуска, VIN: 

<

***>. С 25.01.2014 года указанное движимое имущество (транспортное средство) зарегистрировано за иным собственником ФИО6

Следовательно, должницей в 2014 году реализовано спорное имущество.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что данное обстоятельство не влечет безусловного вывода о том, что должник действовал во вред собственным кредиторам, поскольку по общему правилу, установленному в пункте 1 статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае перехода прав на заложенное имущество от залогодателя к другому лицу залог сохраняет силу (пункт 1 статьи 353 ГК РФ).

Отчуждение залогового имущества до введения процедуры банкротства само по себе не свидетельствует о намерении должника причинить вред потенциальным кредиторам.

Таким образом, заявленное кредитором обстоятельство не относится к обстоятельствам, перечисленным в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Признаков сокрытия или умышленного уничтожения имущества из материалов дела не усматривается.

Также суд исходит из того, что банк действую добросовестно и разумно, проявляя должную степень осмотрительности должен был принимать меры по проверке залогового имущества. Также по пункту 5.2.9 договора залогодержателю подлежал передачи паспорт транспортного средства (ПТС) на хранение, при этом, при отсутствии такой передачи банк не предпринял меры по истребованию. При этом суд также исходит из того, что в случае надлежащей проверки залогового имущества, у банка имелась возможность своевременно оспорить сделку по реализации спорного транспортного средства, что также сделано не было. Отсутствуют доказательства обременения спорного имущества.

Кроме того, указанная сделка по отчуждению имущества совершена более чем за 5 лет до возбуждения в отношении должника процедуры банкротства и не может быть положена в основание для отказа в освобождении должника от исполнения обязательств.

По второму основанию суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", в силу пункта 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве гражданин обязан по требованию финансового управляющего предоставлять ему любые сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения в течение пятнадцати дней со дня получения требования об этом.

При исчислении названного пятнадцатидневного срока следует руководствоваться правилами главы 11 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При неисполнении гражданином указанной обязанности финансовый управляющий вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об истребовании доказательств у третьих лиц (абзац второй пункта 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве). Данное ходатайство предъявляется финансовым управляющим и рассматривается судом по правилам статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам его рассмотрения суд может выдать финансовому управляющему запросы с правом получения ответов на руки.

Согласно пункту 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона).

Из материалов дела следует, что определением от 07.10.2022 суд удовлетворил заявление финансового управляющего и обязал должника передать финансовому управляющему ФИО7 по акту приема – передачи следующие документы/сведения: - банковские карты; - ценные бумаги, - товарно-материальные и иные ценности; - документы, подтверждающие наличие имущества и сведения о местонахождении имущества, в том числе всю документацию о жилом доме, площадью 88,3 кв.м., литер А, адрес: Республика Дагестан, г.Махачкала, 

<

...>, а также сведения об ином имеющемся имуществе должницы; - документы о составе обязательств и кредиторах.

На принудительное исполнение обязательств выдан исполнительный лист.

Вместе с тем, из информационной системы Федеральной службы судебных приставов исполнительное производство на основании указанного исполнительного листа не возбуждалось. Доказательств не исполнения определения об истребовании в полном объеме не представлено.

Напротив, из определения следует, что суд запросил у должника сведения о жилом доме, площадью 88,3 кв.м., литер А, адрес: Республика Дагестан, г.Махачкала, 

<

...>, при этом, согласно выписке из ЕГРН от 12.10.2022 объект недвижимого имущества - здание (кадастровый номер № 05:40:000072:2774, площадью 88,3 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>) с 25.08.2021 зарегистрирован за иным лицом, что исключает возможность должнику предоставить какие-либо документы относительно указанного имущества.

Также из определения следует, что суд обязал должника представить банковские карты; ценные бумаги, товарно-материальные и иные ценности, при этом из отчета финансового управляющего следует, что какие-либо счета в банка у должника отсутствуют, а следовательно, и банковские карты. Из полученных ответов из регистрирующих органов у должника отсутствуют ценные бумаги, товарно-материальные и иные ценности.

С учетом изложенного, указанное определения являлось неисполнимым, поскольку запрашиваемые сведения отсутствовали у должника, а следовательно, такое не исполнение не может быть положено в основу недобросовестности.

Таким образом, в данном случае отсутствует недобросовестность со стороны должника, а следовательно, оснований для не применения в отношении должника правил об освобождении от обязательств не имеется.

Кроме того, из отзыва на апелляционную жалобу управляющего следует, что испрашиваемые документы не могли быть представлены должницей ввиду того, что спорное имущество ей не принадлежит. Управляющий ссылается на то, что в данном случае недобросовестность действий должника отсутствует. В связи с чем, управляющий просил освободить должника от исполнения обязательств.

По третьему основанию суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от долгов не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно.

Как указывает Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 03.06.2019 по делу № 305-ЭС18-26429, к таким недобросовестным действиям относятся действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т.п. При этом, как указано в определении, по смыслу названной нормы, принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов; в отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015№ 45).

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Вместе с тем, из материалов дела не усматривается недобросовестность действий должника по принятию на себя кредитных обязательств.

Как уже было отмечено выше, принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что кредитор не обосновал, что должник принимал на себя кредитные обязательствам обманным путем, представил банку или иным кредиторам недействительные документы относительно своей финансовой возможности и источников дохода.

Кроме того, кредитные учреждения имели возможность при выдаче кредита проверить достоверность заявленных заемщиком (должником) сведений в том числе предложить представить подтверждающие источники дохода документы, что для кредитных учреждений является обычной практикой, определить величину среднемесячного дохода заемщика как среднее арифметическое значение суммы доходов, полученных заемщиком из различных источников за период, равный двенадцати календарным месяцам и заканчивающийся не ранее двух календарных месяцев, предшествующих месяцу расчета ПДН, в соответствии с главой 3 указания Банка России от 31.08.2018 № 4892-У «О видах активов, характеристиках видов активов, к которым устанавливаются надбавки к коэффициентам риска, и методике применения к указанным видам активов надбавок в целях расчета кредитными организациями нормативов достаточности капитала».

Указанное сделано не было. При этом должник в данном случае не может нести негативные для себя последствия не принятием мер кредитных учреждений по проверке достоверности сведений.

Доказательств предоставления кредиторам заведомо ложных сведений о финансовом положении должника, которые создали у кредитора ложное представление о возможности должника исполнить обязательства по кредитным договорам, не представлено. 

В связи с этим, сам по себе факт заключения договоров, при отсутствии у него достаточных средств для исполнения обязательств, не может служить основанием для неприменения правила об освобождении от исполнения обязательств, если не доказана недобросовестность должника при заключении сделки.

В материалах дела отсутствуют доказательства, что при заключении кредитных договоров должник преследовал цель причинения имущественного вреда кредиторам, действовал недобросовестно или представил заведомо недостоверные сведения.

Вместе с тем, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

По итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства не установлено. Обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо принятия им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается. Доказательства противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, суду не представлены.

По результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции также учитывает, что никаких доказательств, свидетельствующих о наличии в данном случае каких-либо обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, не имеется, к уголовной (административной) ответственности за неправомерные действия при банкротстве должник не привлекался, судебными актами по данному делу факты непредставления должником управляющему необходимых сведений (предоставление заведомо недостоверных сведений) не установлены, какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о наличии указанных обстоятельств, отсутствуют, и доказательства того, что при возникновении или исполнении обязательств, на которых кредиторы основывают свои требования в настоящем деле о банкротстве не представлены. Злостное уклонение от погашения задолженности, выраженное в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, судом не установлено.

Кроме того, суд также исходит из того, что должница является инвалидом второй группы, что подтверждается справкой серии МСЭ-2021 № 1180100 от 14.10.2022.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что со стороны должника не имело место недобросовестное поведение в ущерб кредиторам и злоупотребление правом, в связи с чем, в отношении должника подлежат применению правила об освобождении от исполнения обязательств, предусмотренных пунктом 3 статьи 213.28. Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 10.03.2023 по делу № А15-1686/2019 в обжалуемой части подлежит изменению, апелляционная жалоба – удовлетворению.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.  В связи с чем, уплаченная при подачи жалобы в суд государственная пошлина подлежит возврату.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 10.03.2023 по делу № А15-1686/2019 в обжалуемой части изменить, изложив резолютивную часть определения в следующей редакции:

«процедуру реализации имущества ФИО2 Саиды (до изменения имени – Загидат) Махачевны (род. 15.02.1962 в г. Буйнакск РД, СНИЛС 

<

***>, ИНН 

<

***>) – завершить. Освободить ФИО2 Саиду (до изменения имени – Загидат) Махачевну от исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина.»

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

З.А. Бейтуганов

 

Судьи

 

Д.А. Белов

 

Н.Н. Годило