РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-241409/22-99-4648

г. Москва

22 февраля 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 21 февраля 2023года

Полный текст решения изготовлен 22 февраля 2023 года

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Зайнуллиной З.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи

 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению)

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АБН СКС" (108841, ГОРОД МОСКВА, ТРОИЦК ГОРОД, НАГОРНАЯ УЛИЦА, ДОМ 5, ЭТ. ПОДВАЛ ПОМ V КОМ 20 ОФ 6, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 07.08.2012, ИНН: 

<

***>)

 

к МЕЖРАЙОННОЙ ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 51 ПО Г. МОСКВЕ (108814, ГОРОД МОСКВА, СОСЕНСКОЕ ПОСЕЛЕНИЕ, КОММУНАРКА ПОСЕЛОК, СОСЕНСКИЙ СТАН УЛИЦА, ДОМ 4, БЛОК А, ЭТАЖ 3, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 24.05.2012, ИНН: 

<

***>),

 

о признании незаконным решения МИФНС России  №51 по г. Москве от 14.04.2022 г. №19-15/14338 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

 

при участии представителей:  согласно протокола 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «АБН СКС» (далее – ООО  «АБН СКС», Общество, Заявитель, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решения с заявлением к Межрайонной ИФНС России №51 по г. Москве (далее – Инспекция, Налоговый орган, Заинтересованное лицо) о признании незаконным решения от 14.04.2022 №19-15/14338 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В судебное заседание представитель заявителя требования поддержал, просил удовлетворить по доводам изложенном в заявлении и письменных пояснений, представители Инспекции возражала в удовлетворении требований по доводам изложенном в отзыве на исковое заявление и письменных пояснений.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что требования Общества не подлежат удовлетворению исходя из нижеследующего.

Из материалов дела следует, что Инспекцией проведена выездная налоговая проверка Общества по налогу на добавленную стоимость за период с 01.01.2019 по 31.03.2019, по результатам которой составлен акт от 28.06.2021 № 17-14/14337 и вынесено решение от 14.04.2022 № 19-15/14338 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее – Решение), в соответствии с которым Заявителю доначислены к уплате налог на добавленную стоимость (далее — НДС) в сумме 14 717 268 руб., пени в сумме 6 281 741,16 руб., а также штрафные санкции, предусмотренных пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, НК РФ) в размере 5 886 906 руб.. Всего по обжалуемому решению общая сумма доначислений составляет 26 885 915,15 руб.

Не согласившись с указанным решением инспекции, Общество в порядке, предусмотренном статьей 139.1 НК РФ, обратилось с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган, по результатам рассмотрения которой решением УФНС России по г. Москве от от 01.08.2022 №21-10/091790@ апелляционная жалоба общества оставлена без удовлетворения, что послужило основанием к его обращению в суд с требованиями по настоящему делу.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 198 АПК РФ Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Установленный статьей 198 АПК РФ срок на обращение в суд о признании недействительным решения Инспекции заявителем соблюден.

Согласно обжалуемому решению, Инспекция пришла к выводу, что Общество в нарушение подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1, статьи 169, статьи 171, статьи 172 Кодекса неправомерно включило в состав вычетов по НДС затраты по операциям с ООО «Стриж» и ООО «Фотон».

Материалами дела установлено, что в проверяемом периоде ООО «АБН СКС» заключило договоры на поставку товара с ООО «Стриж» от 01.03.2019 № 010319 и ООО «Фотон» от 06.03.2019 № 060319 (оборудование, используемое на предприятиях общественного питания и торговли, электротехническое оборудование).

В отношении ООО «Стриж» и ООО «Фотон» установлено следующее:

- спорные контрагенты поставку товаров в адрес проверяемого налогоплательщика не подтвердили;

- по адресу регистрации спорные контрагенты не находятся, созданы незадолго до заключения сделок с проверяемым налогоплательщиком и ликвидированы после окончания сделок с Обществом;

- у спорных контрагентов отсутствуют на балансе транспортные средства, недвижимость, земельные участки, сведения о наличии сайта в сети интернет и иная информация характеризующая благонадёжность и их деловую репутацию как поставщиков оборудования;

- декларации по НДС представлены спорными контрагентами с нулевыми показателями; у контрагентов первого звена спорных контрагентов имеются «открытые» разрывы по НДС в 1 квартале 2019;

- установлено визуальное расхождение в подписи ФИО2 (генеральный директор и учредитель ООО «Стриж», также являлся генеральным директором ООО «ЛЕГИОН» (контрагент 1 звена ООО «АБН СКС») на договоре поставки, заключенном с проверяемым налогоплательщиком (ООО «АБН СКС»), счета-фактурах, выставленных ООО «Стриж» в адрес ООО «АБН СКС» и личной подписи в регистрационном деле организаций (ООО «Стриж» и ООО «ЛЕГИОН»). Кроме того, в ЕГРЮЛ имеется заявление физического лица ФИО2 от 09.10.2019 о недостоверности сведений о нем в отношении ООО «ЛЕГИОН»;

- в ходе анализа банковской выписки ООО «Стриж» установлено, что операции по движению денежных средств по расчетным счетам только имитируют хозяйственную деятельность, зачисление на расчетные счета денежных средств и дальнейшее их перечисление проходит в короткий промежуток времени. Платежи, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности (аренда офиса, оборудования, приобретение канцтоваров, компьютерной техники, программного обеспечения, выплата зарплаты и т.п.) отсутствуют;

- при сопоставлении данных на расчетных счетах ООО «Стриж» по операциям за период с 01.01.2019 по 31.03.2019 с данными книг покупок и продаж, поступления денежных средств от контрагента-покупателя ООО «АБН СКС» (указан в разделе 9 Книги продаж), а также перечисления в адрес контрагента-поставщика ООО «ДИВАСТРОЙ» не установлено;

- установлено визуальное расхождение в подписи ФИО3 (генеральный директор ООО «Фотон») на договоре поставки, заключенном с проверяемым налогоплательщиком (ООО «АБН СКС»), счета-фактурах, выставленных ООО «Фотон» в адрес ООО «АБН СКС» и личной подписи в регистрационном деле Организаций (ООО «Фотон»).

- из показаний ФИО3 установлено, что контрагенты ООО «АБН СКС» и ООО «ЭЛИОН» (контрагент – поставщик ООО «Фотон») ей не знакомы, директоров данных организаций не знает, поставка товара не производилась, первичные документы (договора, счета-фактуры, ТТН и т.д.) с контрагентами не подписывала. Кроме того, организации ООО «НАРВАЛ», ООО «ЭЛИОН», ООО «ДИВАСТРОЙ», в которых ФИО3 является представителем по доверенности и подписантом деклараций по НДС за 1 квартал 2019 года – ей также не знакомы, директоров не знает, доверенности на право подписи документов и предоставления интересов в налоговом органе ей не выдавали, иных правовых оснований для сдачи отчетности организаций не имеет. Утверждает, что отчетность вышеуказанных организаций, в том числе деклараций по НДС за 1 квартал 2019 года, она в налоговый орган не предоставляла.

Несмотря на утверждение ФИО3, что она является директором и учредителем ООО «Фотон», к её показаниям следует относится критически, поскольку на конкретные вопросы о финансово-хозяйственной деятельности организации ФИО3 ответить не смогла. Так, Свидетель ФИО3:

- утверждает, что лично общается с контрагентами, но при этом не владеет информацией об основных контрагентах – заказчиках и поставщиках;

- утверждает, что лично готовила и передавала пакет документов для регистрации организации, но не владеет информацией о составе полного пакета документов, необходимых для регистрации;

- адрес офиса не могла вспомнить, пока не посмотрела записи в телефоне;

- утверждает, что первичные документы хранятся в офисе, а также бухгалтерскую и налоговую отчетность она направляет из офиса, при этом налоговыми органами составлен протокол осмотра территории от 06.06.2019, в котором указано об отсутствии организации по месту регистрации;

- утверждает, что директором является с момента образования ООО «Фотон» по текущее время, при этом, согласно выписке из ЕГРЮЛ, внесены изменения сведений о юридическом лице в части директора, и с 08.11.2019 по решению единственного учредителя (то есть ФИО3) директором организации ООО «Фотон» назначен ФИО4;

- утверждает, что отчетность организаций ООО «ЛЕГИОН» и ООО «Стриж» не могла быть отправлена с того адреса, что и отчетность ООО «Фотон», при этом установлено, что все декларации по НДС (как первичные, так и уточненные) передавались вышеуказанными организациями по телекоммуникационным каналам связи (через спецоператора «ПФ «СКБ Контур»), а именно: первичные декларации по НДС ООО «Фотон» (за подписью ФИО3) и ООО «Стриж» (за подписью ФИО2) представлены с одного и того же IP-адреса (94.75.218.175); уточненная декларация по НДС № 1 ООО «Фотон» представлена с того же IP-адреса, что и уточненная декларация по НДС № 2 ООО «ЭЛИОН» (95.211.210.232); уточненная декларация по НДС № 1 ООО «ДИВАСТРОЙ» представлена с того же IP-адреса, что и уточненные декларации по НДС № № 1 и 2 ООО «Стриж» (213.227.140.212); также уточненная декларация по НДС № 1 ООО «Фотон», за подписью ФИО3, представлена с того же IP-адреса, что и первичная декларация по НДС ООО «ЛЕГИОН», за подписью ФИО2 (95.211.210.232).

Таким образом, показания Свидетеля ФИО3 в протоколе от 03.12.2019 № б/н носят противоречивый характер, не соответствуют действительности;

- при сопоставлении данных на расчетных счетах ООО «Фотон» по операциям за период с 01.01.2019 по 31.03.2019 с данными книг покупок и продаж, поступления денежных средств от контрагента-покупателя ООО «АБН СКС», а также перечисления в адрес контрагента-поставщика ООО «ЭЛИОН» не установлено;

По результатам анализа контрагентов ООО «АБН СКС» установлено, что ранее ООО «Технофреш» ИНН 

<

***>, поставлялся товар, идентичный поставленному ООО «Фотон». ООО «Технофреш» является импортером технологического оборудования, мебели и т.д., предназначенной для ресторанов, кухонь и иных назначений.

Между ООО «АБН СКС» и ООО «Технофреш» имелись взаимоотношения в 4 квартале 2017 года (оборот 9 961 959 руб., в т.ч. НДС 1 159 621 руб.) и 3 квартале 2018 года (оборот 7 584 878 руб., в т.ч. НДС 1 157 015 руб.), закрепленные договором от 19.07.2017 № ФР000006673. По условиям договора ООО «Технофреш» поставляло в адрес ООО «АБН СКС» технологическое оборудование, которое также поставляло ООО «Фотон» по договору от 06.03.2019 № 060319.

При этом при сопоставлении номенклатуры товара поставленного ООО «Технофреш» и номенклатуры товара поставленного ООО «Фотон», ООО «Стриж» и анализа счет-фактуры ООО «Фотон» от 13.03.2019 № 23, ООО «Стриж» от 20.03.2019 № 13 и счет-фактур ООО «Технофреш» от 20.10.2017 № 8154/2, от 20.12.2017 № 12039/2, от 26.09.2018 № 15388/1 Инспекцией установлено, что ООО «Фотон» поставлялся идентичный товар (ванная моечная ВМ1 6/6/8,5 М4/4/3Р, стол производственный, отступ 100 СБП 12/6/8,5 Р-100, подставка ПД 8/7/5,5Н, зонт вытяжной пристенный 3ВП 20/9, полка настенная ПН 12/3 Р, стол борт полка СБП 9/7/8,5Р, подставка с направляющими ПДН 9/6, 3/7, 2Н, стол борт полка СБП 15/7/8,5 Р, полка настенная ПН 12/4 Р, ванные моечные ВМ1Л 11/7/8,5 М5/5/3Р, ВМ1П 11/7/8,5 М5/5/3Р, зонт вытяжной пристенный 3ВП 11/10, стол производственный закрытый с дверьми-купе СБП 3/К 17/7/8,5 Н, столы производственные СБП 14,5/7/8,5Р, СБП18/7/8,5Н, стеллажи производственные на круглой трубе СТАКС 8/5/18Р, 15/4/18Р, 12/5/18Р.).

Учитывая изложенное, доводы Общества в части взаимоотношений с ООО «Фотон», ООО «Стриж» не подтверждены документально и содержат субъективные предположения налогоплательщика относительно правонарушений, отраженных в обжалуемом решении. В заявлении Обществом по сути оспариваются выводы Инспекции по формальным основаниям, представленные налоговым органом доказательства не опровергаются по существу, а предъявляются претензии к соблюдению требований законодательства при проведении и оформлении соответствующих мероприятий налогового контроля. Какие-либо материальные доказательства действительной причастности спорных контрагентов к поставке спорного товара, а также документы, подтверждающие проявление ООО «АБН СКС» должной (коммерческой) осмотрительности, вместе с заявлением не представлены.

Изложенные выше обстоятельства в совокупности опровергают доводы Общества и подтверждают вывод Инспекции о нарушении Заявителем статьи 54.1 Кодекса при осуществлении операций со спорными контрагентами.

Как следует из решения, в ходе проведения выездной налоговой проверки заявителя, установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о создании искусственного документооборота, с целью формального соблюдения (создания) условий для применения налоговых вычетов по НДС.

Порядок применения налоговых вычетов по НДС определен статьями 171 и 172 Кодекса, и применяется в отношении товаров (работ, услуг), приобретенных на территории Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные налоговые вычеты. Положениями пункта 2 статьи 171 Кодекса предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении, в том числе, товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Кодекса, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 Кодекса, и при наличии соответствующих первичных документов.

Налоговые органы в рамках проверок обоснованности полученной налогоплательщиком налоговой экономии руководствуются положениями статьи 54.1 НК РФ, в которой закреплены пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, исходя из положений пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, в целях налогообложения могут быть учтены сделки (операции) соответствующие двум критериям: основной целью их совершения не должна быть неуплата налога, а сама сделка (операция) должна быть выполнена контрагентом (первого звена), либо лицом, которому обязательство по исполнению сделки передано по договору или в силу закона. При этом невыполнение хотя бы одного из указанных критериев влечет для налогоплательщика последствия в виде отказа учета таких сделок (операций) в целях налогообложения.

Выводы, сделанные налоговой инспекцией, Обществом не опровергнуты, иное материалы дела не содержат.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 28.05.2020 № 305-ЭС19-16064 указал, что при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, к обстоятельствам, подлежащим установлению, помимо данного факта, также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности и то, преследовал ли налогоплательщик - покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо - при отсутствии такой цели, - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

При таких обстоятельствах, Инспекция пришла к обоснованному выводу об отсутствии экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, а равно необоснованности довода Заявителя, о том, что спорные контрагенты являлось реально действующим хозяйственным субъектом, а Общество при выборе контрагента проявило должную осмотрительность и осторожность.

Согласно Письма УФНС России по г. Москве от 03.11.2017 N 14-16/179534, а также исходя из складывающейся арбитражной практики, проявление должной осмотрительности налогоплательщиком рассматривается судами как принятие налогоплательщиком всех возможных мер при выборе потенциального контрагента, в том числе получение информации о том, что в отношении контрагента отсутствуют судебные процедуры несостоятельности (банкротства), проверка наличия у контрагента необходимых условий для осуществления договорных обязательств, проверка деловой репутации контрагента, получение копий учредительных документов, выписки из ЕГРЮЛ, копии паспорта руководителя и т.д.

Президиум ВАС РФ отметил, что согласно условиям делового оборота при осуществлении выбора контрагента субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта. (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20 апреля 2010 г. N 18162/09).

В опровержение собранных налоговым органом доказательств, Обществом не приведено доводов в обоснование выбора контрагента, учитывая, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта. Таким образом, Общество взяло на себя риск негативных последствий в виде невозможности применить налоговую выгоду по документам от спорного контрагента, не соответствующим требованиям норм права, содержащих недостоверную информацию. Неосуществление мер по проверке правоспособности контрагента является риском самого налогоплательщика, все неблагоприятные последствия такой ненадлежащей организации своей деятельности несет само юридическое лицо.

Представление Обществом налоговому органу пакета необходимых документов для возмещения налога из бюджета не может являться безусловным доказательством наличия реальных хозяйственных операций без проверки достоверности сведений, содержащихся в указанных документах и не влечет автоматического предоставления права на применение налоговых вычетов по НДС.

В данной части необходимо указать на позицию сложившейся судебно-арбитражной практики в отношении контрагентов, обладающих признаками организаций, не осуществляющих реальной предпринимательской деятельности. Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 24.01.2017 N 302-КГ16-19032 по делу N АЗЗ-14759/2015 анализ положений главы 21 Кодекса в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), лежит на налогоплательщике (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 N 14473/10). У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальное выполнение соответствующих обязательств конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода в виде вычетов по НДС.

Согласно сформированному Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации (Определения Верховного Суда РФ от 19.08.2015 N 305-КГ15-9089, от 13.11.2015 N 305-КГ15-14956) подходу налогоплательщику может быть отказано в праве на уменьшение налогооблагаемой прибыли на сумму произведенных затрат и налоговых вычетов по НДС в случае если из совокупности обстоятельств, установленных налоговым органом следует, что первичные учетные документы, представленные обществом в обоснование понесенных затрат и применения им вычетов по налогу на добавленную стоимость, не свидетельствуют о реальности хозяйственных отношений заявителя с названными контрагентами, направлены на создание фиктивного документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций и незаконного возмещения сумм налога на добавленную стоимость из бюджета. Подобная позиция поддерживается в судебно-арбитражной практике. Так, в Определении ВАС РФ от 26.04.2012 N ВАС-4670/12 по делу N А55-19029/2010, суд обращает внимание на то, что если у контрагента по договору отсутствуют необходимое имущество, трудовые ресурсы и технические средства для выполнения условий договора, то такую деятельность между организацией и контрагентом нельзя признать реальной предпринимательской деятельностью.

Учитывая вышеизложенное, спорные контрагенты обладают признаками номинального и формально созданного лица, не участвовавшего в какой-либо экономической деятельности, что свидетельствует об умышленных действиях Общества, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, направленных исключительно на неуплату налогов ввиду следующего: анализ документов налогоплательщика, подтверждает фиктивность сделок со спорными контрагентами.

При этом Заявителем не представлены документы и пояснения, каким образом были найдены Спорные контрагенты, на основании каких критериев они были отобраны в качестве поставщиков, как осуществлялась проверка деловой репутации, наличия необходимого опыта для выполнения обязательств перед Обществом.

Сведения о регистрации юридического лица носят формальный характер и не свидетельствуют о фактической деятельности организации. Налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по НДС правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции. Заявителем не была проявлена должная осмотрительность при выборе контрагентов, не были проанализированы их платежеспособность, деловая репутация, наличие основных и транспортных средств, наличие штатной численности и способность выполнить заявленный комплекс работ.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09, налоговая выгода может быть признана необоснованной при представлении налоговым органом доказательств нереальности совершенных хозяйственных операций, являющихся основанием для ее получения либо доказательств отсутствия у налогоплательщика должной осмотрительности при совершении соответствующей сделки. В Постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 N 15658/09 по делу N А60-13159/2008-С8 суд пришел к выводу о том, что при выборе контрагента следует учитывать, в частности, риск неисполнения им обязательств, наличие у него необходимых ресурсов, в том числе производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" и в Постановлениях Президиума от 09.03.2010 N 15574/09 и от 20.04.2010 N 18162/09 разъяснил, что основанием для признания налоговой выгоды, полученной налогоплательщиком при приобретении товаров (работ, услуг), необоснованной является подтверждение (установление) налоговым органом факта отсутствия реальных хозяйственных операций по реализации контрагентами налогоплательщика товаров (работ, услуг), по которым получена налоговая выгода.

Как следует из п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53, судам при определении вопроса о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды необходимо исходить их совокупности и взаимосвязи, установленных в ходе проверки обстоятельств.

По утверждению заявителя, Обществом выполнены все условия, предусмотренные Законом для принятия НДС к вычету.

Однако сам факт наличия первичных документов без подтверждения факта реальности хозяйственных операций не предоставляет налогоплательщику права на получение налоговых вычетов по НДС.

Документы, которыми оформляются хозяйственные операции с денежными средствами, подписываются руководителем организации и главным бухгалтером или уполномоченными ими на то лицами (пункт 3 статьи 9 Федерального закона "О бухгалтерском учете").

Таким образом, договоры и первичные учетные документы, составленные с нарушением вышеуказанных требований, не могут быть признаны документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, подтверждающими понесенные налогоплательщиком расходы для целей налогообложения.

Исходя из пункта 1 статьи 172 НК РФ, налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 НК РФ, и при наличии соответствующих первичных документов.

Пунктом 1 статьи 169 НК РФ установлено, что счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ. В соответствии с пунктом 2 статьи 169 НК РФ счета-фактуры являются основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету при выполнении требований, установленных пунктами 5, 5.1 и 6 статьи 169 НК РФ.

Оценивая действия Общества с точки зрения его добросовестности, суд исходил из совокупности всех обстоятельств, их объективного указания на злоупотребление налогоплательщиком правом на применение налоговых вычетов. Налогоплательщику необходимо подтвердить не выполнение работ (поставку товаров, оказание услуг) как таковых, а выполнение работ (поставку товара) именно его контрагентом (контрагентами). Указанная позиция отражена в судебной практике: Определение ВАС РФ от 26.04.2011 N ВАС-5354/11, Постановление Девятого арбитражного суда от 07.02.2017 N 09АП-66772/2016, Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 29.03.2017 N Ф05-3175/2017 по делу N А40-98029/2016).

Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязательства через свои органы. В связи с тем, что предпринимательской деятельностью является деятельность, осуществляемая на свой риск, то негативные последствия выбора контрагента не могут быть возложены на бюджет Российской Федерации.

Налоговые последствия в виде отнесения сумм, уплаченных за выполненные работы контрагенту, на расходы при исчислении налога на прибыль правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

В налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод (в том числе через уменьшение налоговых баз включением необоснованных расходов).

Представление в налоговый орган первичных документов не влечет автоматического подтверждения понесенных расходов, а является лишь основанием для подтверждения факта реальности хозяйственных операций и уплаты налогов, поэтому при решении вопроса о правомерности учета налогоплательщиком понесенных расходов учитываются результаты проведенных налоговыми органами проверок достоверности и непротиворечивости представленных документов, а также организаций-контрагентов.

В частности, если налоговым органом представлены доказательства того, что в действительности организации-контрагенты хозяйственных операций не осуществляли, в систему сделок и взаиморасчетов были вовлечены юридические лица, зарегистрированные по несуществующим адресам, схема взаимодействия контрагентов указывает на их цель - получение необоснованной налоговой выгоды, судам не следует ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям Налогового кодекса Российской Федерации, а необходимо оценить все доказательства по делу в совокупности и взаимной связи для исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

Данная позиция отражена в Решении Арбитражного суда г. Москвы от 21.09.2015 по делу N А40-63374/15-140-501 (оставленного в силе Определением Верховного Суда Российской Федерации от 22 июля 2016 N 305-КГ16-4920).

При недобросовестности контрагентов реальность осуществления хозяйственных операций является определяющим условием получения налоговой выгоды (при условии проявления налогоплательщиком должной осмотрительности).

При этом суды исходят из того, что налогоплательщику необходимо подтвердить не выполнение работ (поставку товаров) как таковых, а выполнение работ (поставку товара) именно его контрагентом (Постановление ФАС МО от 22.02.2011 по делу N А40-18924/10-111-122 (Определением ВАС РФ от 26.04.2011 N ВАС-5354/11 налогоплательщику отказано в передаче дела в Президиум ВАС РФ)).

По утверждению заявителя выводы налогового органа являются бездоказательными предположениями. Однако Обществом не представлены доказательства, опровергающие данные встречных проверок, информационных систем, показаний свидетелей, банковских выписок, налоговой отчетности (ее отсутствия).

В нарушение статьи 65 АПК РФ обществом не представлены доказательства реального участия спорных контрагентов в поставках товаров как самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности.

Доводы общества о том, что Общество не является  взаимозависимым лицом ни к одному контрагенту; не доказана подконтрольность спорных контрагентов обществу; не установлен умысел заявителя на совершение налоговых правонарушений, опровергаются материалами выездной налоговой проверки.

Взаимозависимость может иметь юридическое значение в целях налогового контроля, если установлено, что она используется участниками сделки для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими и иными причинами, в том числе в ситуациях, когда третьи лица не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности, распоряжающимися своими трудовыми, административными и финансовыми ресурсами, а налогоплательщик и взаимозависимые организации фактически выступают в качестве единого хозяйствующего субъекта, с едиными бухгалтерской и кадровой службой, трудовыми ресурсами.

На налоговый орган как на орган контроля, имеющий право в установленных формах получать информацию о подконтрольных лицах, возлагается обязанность доказывать определенные обстоятельства, относящиеся к контролируемому налогоплательщику. Налоговый орган обязан доказать соответствующий определенному налоговому периоду объект налогообложения и взаимосвязанную сумму налога, подлежавшую уплате; факт налогового правонарушения.

Касательно доводов Общества о том, что Инспекцией довод о взаимосвязанных и аффилированных лица Общества основан на предположениях, следует отметить следующее.

Согласно сложившейся арбитражной практике суды считают понятия взаимозависимые и подконтрольные лица тождественными.

На основании вышеизложенного, подконтрольность и взаимозависимость лиц может быть установлена при проведении выездной налоговой проверки на основании совокупности обстоятельств, которые позволяют применить в отношении налогоплательщика норму статьи 54.1 НК РФ.

В рассматриваемом налоговом споре к таковым следует отнести: пересечение учредителей, генеральных директоров, совпадение адресов местонахождения; совпадение IP-адресов заявителя и спорного контрагента и контрагентов последующих звеньев; финансовая подконтрольность спорных контрагентов заявителю, движение денежных потоков.

В нарушение статьи 65 АПК РФ обществом не представлены доказательства реального участия спорных контрагентов в поставках товаров как самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности.

Кроме того, несостоятелен довод Заявителя о не проведении Инспекцией дополнительных мероприятий налогового контроля, а также о не проведении экспертизы подписей свидетелей.

Согласно пункту 2 статьи 31 НК РФ налоговые органы осуществляют также другие права, предусмотренные настоящим Кодексом.

При этом, должностные лица налоговых органов самостоятельно определяют тот объем контрольных мероприятий, который необходимо провести в рамках налоговой проверки. Таким образом, только налоговый орган в лице проверяющего инспектора определяет объем контрольных мероприятий.

Налогоплательщик не вправе указывать на целесообразность и необходимость тех или иных действий налогового органа, осуществляемых в связи с проводимой налоговой проверкой, что подтверждается судебной практикой (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.06.2017 N Ф03-1679/2017 по делу N А73-10135/2016).

Кроме того, Налоговый кодекс Российской Федерации не  предусматривает перечень мероприятий налогового контроля обязательный к проведению в ходе налоговой проверки, не препятствует самостоятельности при выборе налоговым органом предусмотренных законодательством объема и вида контрольных мероприятий, необходимость проведения которых оценивается исходя из конкретных обстоятельств каждой проверки.

Согласно п. 6 ст. 101 НК РФ решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля, а также определение конкретных форм и методов налогового контроля относится к компетенции налогового органа.

Таким образом, только налоговый орган в лице проверяющего инспектора определяет объем контрольных мероприятий, а также необходимость получения дополнительных документов.

Несогласие Общества с конкретными мероприятиями налогового контроля не может являться основанием для признания оспариваемого Решения незаконным.

По доводам Заявителя о том, что в случае установления налоговым органом «фактического» поставщика, получения налогоплательщиком налоговой выгоды и т.д. Инспекция обязана пойти по пути налоговой реконструкции в целях доначисления налогов так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял законным правом суд считает  следующее:

Суд отмечает, что из правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 1 от 12.04.2022 N 302-ЭС21-22323 по делу N А10-133/2020 следует, что если в цепочку поставки товаров (работ, услуг, сырья) включены "технические" компании, и в распоряжении налогового органа имеются достаточные сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком - покупателем, позволяющие однозначно установить лицо, которое реально действовало в рамках хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную "техническими" компаниями.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 по делу N А40-131167/2020, от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981, от 12.04.2022 № 302-ЭС21-22323 в отношении применения положений ст. 54.1 НК РФ разъяснил, что признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом. Применительно к операциям налогоплательщика, совершенным с использованием "технических" компаний это означает, что возможность применения "налоговой реконструкции", в том числе в условиях действия ст. 54.1 НК РФ, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из "теневого" (необлагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение. 

Суд также считает необходимым отметить, что оснований для каких-либо корректировок не имеется и по объективным причинам, вследствие отсутствия и недоказанности расходов, которые можно было бы учесть в рассматриваемом случае, в ходе проверки установленные реальные поставщики товаров Общества, в ином налоговом периоде. 

Кроме того, в материалы дела не представлено доказательств того, что установленных налоговым органом фактов было достаточно для проведения налоговой реконструкции и определения действительно размера налоговых обязательств. Доказательств того, что по имевшимся в распоряжении налогового органа документам было возможно определить действительный размер налоговых обязательств, в дело не представлено.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды (пункт 2). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (пункт 3). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4).

Данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Таким образом, по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени ("технические" компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

В то же время, как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 N 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения от 26.03.2020 N 544-О, от 04.07.2017 N 1440-О).

На необходимость определения объема прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, также указано в пункте 7 постановления Пленума N 53.

Применительно к операциям налогоплательщика, совершенным с использованием "технических" компаний это означает, что возможность применения "налоговой реконструкции", в том числе в условиях действия статьи 54.1 Налогового кодекса, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из "теневого" (не облагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981).

Принимая во внимание изложенное, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанности в относительно более высоком размере - превышающем потери казны от неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения.

Если в цепочку поставки товаров включены "технические" компании, и в распоряжении налогового органа имеются сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком - покупателем, позволяющие установить лицо, которое действовало в рамках легального хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную "техническими" компаниями.

Аналогичный подход к разрешению споров о получении необоснованной налоговой выгоды за счет встраивания "технических" компаний в цепочку поставки товаров ранее был поддержан Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 27.09.2018 N 305-КГ18-7133, от 04.03.2015 N 302-КГ14-3432 и сохраняет свою актуальность, поскольку в силу пункта 3 статьи 54.1 Налогового кодекса подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В ходе проверки Инспекцией было установлено, что Общество не раскрыл реального исполнителя услуг, а настаивает, что товары поставлены спорными контрагентами.

Вместе с тем, Общество не представило документального подтверждения своих доводов, равно как и произведенного расчета, в связи с чем суд не может дать правовую оценку данным доводам и расчетам, равно как не может признать данные обстоятельства подлежащими удовлетворению.

В подтверждение изложенного Заявителем представлено Заключение специалиста №21-09/2022зс от 31.10.2022 г.

Как видно из заключения перед специалистом поставлен вопрос – Как повлияло при исчислении к уплате в бюджет налога на добавленную стоимость ООО «АБН СКС» за период 01.01.2019 по 31.03.2019 включение в состав налоговых показателей недостоверных сведений о сделках с ООО «Фотон» и ООО «Стриж».

Для ответа вопрос представлены следующие документы, в том числе:

- сведения из налоговой отчетности по НДС ООО «АБН СКС» за налоговый период 1 квартал 2019 года.

- книга покупок ООО «Фотон» за налоговый период 1 квартал 2019 года.

- акт налоговой проверки от 28.06.2021 №19-14/14337.

Основываясь на представленных документах, специалист приходит к выводу, что в 1 квартале 2019 года уменьшена сумма налога, исчисленная к уплате в бюджет – 6 898 638 руб.

Однако  из заключения специалиста №21-09/2022зс от 31.10.2022 г., не представляется возможным определить, как специалист установил действительные налоговые обязательства в части взаимоотношений с ООО «Фотон» и ООО «Стриж».

При этом специалист не учитывает, что у Инспекции, в обжалуемом решении отсутствуют выводы о встраивании ООО «Фотон» и ООО «Стриж» в цепочку движения товаров между продавцами и Заявителем.

Таким образом, как было указано выше, договоры и первичные учетные документы, составленные с нарушением требований, не могут быть признаны документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, подтверждающими понесенные налогоплательщиком расходы для целей налогообложения.

Общество не приводит доводы по существу и не представляет доказательства, опровергающие решение Инспекции по существу, в том числе в части выводов об отсутствии реальных финансово-хозяйственных операций в рамках взаимоотношений со спорными контрагентами.

К рассматриваемым правоотношениям расчетный метод определения реальных обязательств также неприменим.

В отношении доводов Заявителя о процессуальных нарушения, выразившихся в неознакомлении Общества со всеми материалами налоговой проверки следует отметить, что в соответствии с пунктом 3.1 статьи 100 НК РФ к акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки. При этом документы, полученные от лица, в отношении которого проводилась проверка, к акту проверки не прилагаются. Документы, содержащие не подлежащие разглашению налоговым органом сведения, составляющие банковскую, налоговую или иную охраняемую законом тайну третьих лиц, а также персональные данные физических лиц, прилагаются в виде заверенных налоговым органом выписок. Налоговый орган обязан обеспечить лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителю), возможность ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля на территории налогового органа не позднее двух дней со дня подачи таким лицом соответствующего заявления. Ознакомление с такими материалами осуществляется путем их визуального осмотра, изготовления выписок, снятия копий.

Согласно сложившейся судебной практике по рассматриваемому вопросу (например, правовой позиции, выраженной в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2017 по делу N А40-224741/16, в постановлении Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2013 по делу N А05-9490/2012 и др), документы, не имеющие отношения к сути выявленных налоговых правонарушений, вручению заявителю не подлежат.

Таким образом, на налоговый орган законодательством о налогах и сборах возложена обязанность прилагать к акту налоговой проверки не все полученные в ходе налоговой проверки документы, а только документы, которые подтверждают факты нарушения налогоплательщиком норм законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе налоговой проверки, чтобы налогоплательщик имел возможность с ними ознакомиться и представить свои возражения.

С учетом изложенного нормы НК РФ не предусматривают право проверяемого налогоплательщика на ознакомление с документами, не отраженными в акте налоговой проверки.

В этой связи непредставление налоговым органом лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка, материалов налоговой проверки, не связанных с выявленными налоговым органом нарушениями законодательства о налогах и сборах, не нарушает его прав и законных интересов

Кроме того, на основании пункта 1 статьи 102 Кодекса налоговую тайну составляют любые полученные налоговым органом, органами внутренних дел, следственными органами, органом государственного внебюджетного фонда и таможенным органом сведения о налогоплательщике, за исключением сведений, являющихся общедоступными, в том числе ставших таковыми с согласия их обладателя - налогоплательщика.

Ограничение доступа к информации устанавливается федеральными законами в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 9 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»).

В силу подпункта 8 пункта 1 статьи 32 Кодекса соблюдение налоговой тайны и обеспечение ее сохранности являются обязанностью налоговых органов, а налогоплательщики и плательщики сборов соответственно имеют право на соблюдение и сохранение налоговой тайны (подпункт 13 пункта 1 статьи 21 Кодекса).

Помимо права на получение предусмотренных законом сведений налоговому органу вменяется обязанность по обеспечению условий для сохранения охраняемой законом тайны предоставлять налогоплательщику документы, содержащие сведения, составляющие, налоговую, коммерческую и банковскую тайну. Указанная позиция согласуется с постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2020 № 08АП-4165/2020 по делу № А70-577/2020, Определением Верховного Суда РФ от 06.11.2020 N 304-ЭС20-16889 по делу N А70-577/2020 в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано, поскольку суды пришли к правильному выводу об отсутствии нарушений налоговым органом закона при отказе в выдаче документов, содержащих относящуюся к налоговой и банковской тайне информацию. Налоговый орган действовал не только в пределах своих полномочий, но и в пределах ограничений таких полномочий, призванных обеспечить баланс, при котором удовлетворение права одного лица (в том объеме, на котором настаивало общество) не может быть совершено за счет нарушения прав (сохранение банковской тайны) иных лиц.

Согласно абзацу 3 пункта 2 статьи 101 НК РФ лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка, вправе до рассмотрения материалов указанной проверки ознакомиться с материалами налоговой проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля в течение срока, предусмотренного для представления письменных возражений пунктом 6 статьи 100 НК РФ и пунктом 6.2 статьи 100 НК РФ).

В соответствии с пунктом 14 статьи 101 НК РФ нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. При этом, к существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Как следует из судебной практики (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.12.2020 № Ф05-22543/2020, Постановление Арбитражного суд Западно-Сибирского округа от 19.11.2021 № Ф04-6771/2021, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 17.12.2019 N Ф09-7832/19), при рассмотрении дел о признании незаконными бездействия налогового органа, выразившегося в непредставлении налогоплательщику материалов налоговой проверки (не ознакомлении с материалами проверки), суды исследуют конкретные фактические обстоятельства дела, в том числе устанавливают, исполнена ли инспекцией надлежащим образом возложенная законом обязанность по обеспечению возможности налогоплательщика на ознакомление с материалами проверки и представление возражений, усматривается ли нарушение прав и законных интересов заявителя со стороны Инспекции, имеют ли заявленные обществом требования самостоятельное значение и могут ли привести к восстановлению его прав или направлены на оценку поведения налогового органа и совершения им отдельных действий в период проверки, законность которых подлежит оценке при рассмотрении дела о признании недействительным решения инспекции по существу.

Из обжалуемого решения следует, что акт налоговой проверки от 28.06.2021 № 17-14/14337, материалы выездной налоговой проверки, полученные в ходе проведения выездной налоговой проверки, возражения на акт налоговой проверки, дополнения к возражениям рассмотрены 07.04.2022 в присутствии налогоплательщика, что подтверждается протоколом рассмотрения материалов налоговой проверки от 07.04.2022 № 24/в. Таким образом, налоговым органом обеспечена проверяемому налогоплательщику возможность участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и представлять объяснения.

Согласно постановлению Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.08.2020 по делу N А68-9323/2018 отсутствие в приложениях к акту проверки банковских выписок контрагентов не может расцениваться как нарушение права общества участвовать в процессе рассмотрения материалов проверки и представлять объяснения, поскольку все обстоятельства, влияющие на установленные проверкой нарушения, включая ссылки на документы и их описание, отражены в акте. Кроме того, представители общества присутствовали на рассмотрении материалов проверки и представленных возражений, не были лишены возможности непосредственно ознакомиться с документами, подтверждающими нарушения, ввиду чего отсутствие этих документов в приложении к акту не может являться существенным нарушением процедуры рассмотрения материалов проверки.

Также Общество указывает на отражение в акте налоговой проверки сведений, являющихся налоговой тайной в отношении физических лиц, при этом Заявитель не указывает как отражение указанной информации нарушило права Общества как налогоплательщика.

Обществом в Инспекцию представлялись запросы об ознакомлении с материалами проверки (от 15.09.2021 и от 17.09.2021). Во исполнение вышеуказанных запросов налогоплательщик ознакомлен с материалами выездной налоговой проверки, о чем составлены протоколы от 15.09.2021 № б/н, от 27.09.2022 № б/н, от 25.03.2022 № б/н и сопроводительные письма от 15.09.2021 № 19-13-02/071450 и от 21.09.2021 № 19-13-02/072961, которые получены представителем Общества по доверенности 15.09.2021 и 27.09.2021.

Составленные протоколы и сопроводительные письма в рамках процедуры ознакомления налогоплательщика с материалами налоговой проверки не содержат записи о каком-либо запрете налогового органа предоставить возможность сделать копии документов, которые были предоставлены Обществу для визуального осмотра. Заявитель, указывая на отсутствие возможности снять копии с предоставленных документов для визуального осмотра не приводит доказательства, подтверждающие данные обстоятельства.

В отношении довода Заявителя о нарушении сроков проведения выездной налоговой проверки, следует отметить .

Нарушение срока вынесения решения в данном случае не повлекло за собой несоблюдение прав и интересов налогоплательщика, поскольку в ходе рассмотрения материалов проверки налогоплательщику была предоставлена возможность реализации всех предусмотренных НК РФ прав, в том числе права знакомиться с материалами проверки, давать объяснения и представлять доказательства и возражения.

Как отметил Конституционный суд Российской Федерации в Определении от 20.04.2017 № 790-О нарушение налоговым органом сроков рассмотрения материалов налоговой проверки не препятствует ему в принятии того или иного итогового решения и не может само по себе предрешать его законность, что не позволяет признать такое процессуальное нарушение в качестве безусловного основания для отмены итогового решения налогового органа по смыслу п. 14 ст. 101 НК РФ.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 21.08.2019 № 309-ЭС19-13355 по делу № А50-24146/2018, нарушение сроков рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и вынесения решения по ее результатам не является безусловным основанием для признания решения недействительным. Аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2019 по делу № А40-222695/2018, письме ФНС от 25.01.21 № СД-4-2/778@.

В заявлении Общество указывает на неправомерное привлечение к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Кодекса.

В соответствии с пунктом 3 статьи 122 Кодекса умышленная неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

Обществом создан формальный документооборот с привлечением ООО «Стриж» и ООО «Фотон», фактически не выполнявших поставку товарно-материальных ценностей, с целью минимизации Обществом своих налоговых обязательств, что подтверждаемся материалами дела.

Таким образом, умышленное совершение Обществом налогового правонарушения, влечет применение налоговой ответственности в виде штрафа 40 процентов от неуплаченных сумм, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Кодекса.

Общество осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Об умышленных действиях налогоплательщика свидетельствуют установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности участников, вовлеченных в оборот.

При взаимодействии заявителя со спорным контрагентом об умышленности его действий свидетельствуют не только обстоятельства подконтрольности контрагентов заявителю, но и движение денежных потоков по счетам организаций, отражение заведомо ложных сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете, создания искусственного документооборота и получения налоговой экономии.

Таким образом, в обжалуемом решении налоговым органом приведены обстоятельства и подтверждающие их доказательства, свидетельствующие о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды путем создания фиктивного документооборота в целях уменьшения налогового бремени, так как финансово-хозяйственные отношения между Обществом и спорным контрагентом в действительности места не имели, фактические обстоятельства, установленные судом, свидетельствуют о неосуществлении поставки от спорных контрагентов.

С учетом вышеизложенного, суд считает выводы оспариваемого решения о том, что спорные контрагенты были использованы заявителем для получения необоснованной налоговой выгоды на приобретение товаров в отсутствие реального совершения данных операций спорными контрагентами, соответствующими фактическим обстоятельствам настоящего дела.

Судом проверены все доводы заявителя, однако они отклонены как необоснованные, поскольку они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения требований.

На основании ч. 3 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу, что заявленные требования не обоснованы и удовлетворению не подлежат.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя исходя из положений ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Общества с ограниченной ответственностью "АБН СКС" о признании незаконным решения МИФНС России №51 по г. Москве от 14.04.2022 г. №19-15/14338 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, - отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

Судья:

З.Ф. Зайнуллина