ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Батюшкова, д.12, 

<

...> E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-19558/2019

г. Вологда

01 ноября 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2025 года. В полном объёме постановление изготовлено 01 ноября 2025 года. 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Марковой Н.Г., судей Корюкаевой Т.Г. и Кузнецова К.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания Саакян Ю.В.,  

при участии ФИО1, его представителя ФИО2 по доверенности от 23.04.2024, от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЭЛЕКТРОПРОМСЕРВИС» ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 24.02.2025, от СошенинаНиколая Алексеевича представителя ФИО6 по доверенности от 11.03.2024,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 28 мая 2025 года по делу № А13-19558/2019,  

у с т а н о в и л:

Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Вологодской области (далее – уполномоченный орган) 10.10.2019 обратилась в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ЭЛЕКТРОПРОМСЕРВИС» (далее – Должник, Общество).  

Определением суда от 21.11.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Должника.  

Определением суда от 05.11.2019 принято к производству заявление ООО «СДП» о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) Общества.  

Определением от 19.11.2020 (резолютивная часть от 12.11.2020) производство по заявлению уполномоченного органа прекращено; назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований ООО «СДП».  

Определением суда от 28.01.2021 (резолютивная часть от 21.01.2021) в отношении Общества введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО3.  

Решением суда от 19.04.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО3  

Конкурсный управляющий 26.01.2024 обратился в суд с заявлением, в котором просит признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника и приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.  

Определением суда от 28.05.2025 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, с ФИО1 в пользу Общества взысканы убытки в размере 9 109 086 руб. 52 коп., в удовлетворении остальной части требований отказано.  

С ФИО1 взыскано в доход федерального бюджета 68 545 руб. государственной пошлины, в конкурсную массу Общества 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер.  

ФИО1 не согласился с вынесенным определением в удовлетворенной части, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить.  

По мнению апеллянта, суд принял решение без оценки правовой природы обязательств по выплате дивидендов, имеющей существенное значение для правильного разрешения спора. Дивиденды выплачиваются по решению учредителя организации. Судом не учтена степень влияния на Должника его мажоритарного участника, который принял решения о распределении прибыли на выплату дивидендов. ФИО1, занимая должность директора, обязан был исполнять решения мажоритарного учредителя Общества ФИО5 Фактически в организации существовало разделение обязанностей и правомочий между директором и мажоритарным учредителем, что подтверждается материалами дела. Суд не указал, в чем выражены неправомерные действия директора. Вывод суда о том, что ФИО1 не являлся номинальным руководителем, сделан без оценки материалов дела, которые подтверждают, что на ФИО1 возложены такие обязанности как работа с подрядчиками, заказчиками, работниками, а на ФИО5 - распределение денежных средств. Сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу Должника, заключены без влияния ФИО1  

 Инициатором сделок выступал ФИО5 Сам по себе факт отсутствия транспортного средства Mitsubishi L200 2.5., государственный регистрационный знак 

<

***> (далее – Транспортное средство, Автомобиль), ввиду отсутствия акта приема-передачи у  

ООО «СервисЭнергоМонтаж», не исключает наличие этого имущества во владении и пользовании последнего. Транспортное средство зарегистрировано за ООО «СервисЭнергоМонтаж», материалы дела не содержат доказательств того, что спорное имущество фактически находится у Должника. Учитывая, что ФИО1 всеми силами пытался изменить ситуацию в Обществе в положительную сторону, он должен получить максимально возможные привилегии по настоящему обособленному спору, вплоть до полного отказа во взыскании убытков.  

Более подробно доводы, изложены в апелляционной жалобе. 

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу просит рассмотреть жалобу в соответствии с нормами действующего законодательства.  

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить определение без изменения, жалобу – без удовлетворения.  

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  

АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».  

Из доводов апелляционной жалобы следует, что ФИО1 обжалует судебный акт в части взыскания с него убытков. Иные лица, участвующие в деле, в том числе конкурсный управляющий с апелляционной жалобой в части отказа в привлечении ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности не обратились.  

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как разъяснено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2024  

 № 305-ЭС23-22266, при соотнесении субсидиарной ответственности с требованием о взыскании убытков с контролирующих лиц следует различать ответственность за вред, причиненный третьим лицам (кредиторам), и ответственность за вред, причиненный самому должнику. В отличие от субсидиарной ответственности, которая всегда имеет целью погашение требований кредиторов должника, убытки могут быть направлены на  

возмещение имущественных потерь как кредиторов, так и самой корпорации (акционеров/участников).  

Согласно пункту 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.  

В пункте 20 постановления № 53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)) либо специальные правила о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц должник зарегистрирован в качестве юридического лица за основным государственным регистрационным номером 1023500899498, по адресу: 160000, 

<

...>.  

Основной вид деятельности Должника – ремонт электрического оборудования.  

Участники Общества: 

с 21.07.2015 по 16.05.2016 – ФИО5 размер доли 100 %; с 16.05.2016 по настоящее время – ФИО5 размер доли 90 %;  

с 16.05.2016 по настоящее время – ФИО1 размер доли 10 %; Руководителями Общества являлись:  

с 12.07.2010 по 12.07.2015 – ФИО5; с 13.07.2015 по 19.07.2021 – ФИО1 

Конкурсный управляющий в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, сослался на совершение ими экономически нецелесообразных сделок по отчуждению движимого имущества Общества, неисполнение обязанности по обеспечению сохранности ликвидного имущества должника – выбытие Автомобиля, совершение сделки по реорганизации Общества путём  

выделения из него ООО «ТранСпецстрой»; выплату дивидендов в пользу участника Общества ФИО5  

Также конкурсный управляющий сослался на неисполнение 

ФИО5 и ФИО1 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, не исполнение обязанности контролирующим лицом по созыву заседания органа управления юридического лица, уполномоченного на принятие решения о ликвидации, для решения вопроса об обращении в арбитражный суд с заявлением Должника.  

Суд первой инстанции, рассматривая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств злонамеренных действий (бездействия) ответчиков по уклонению от обращения с заявлением о банкротстве Должника с целью сокрытия от контрагентов фактического имущественного и финансового состояния должника, учитывая, что в  

2017-2019 годах Должник продолжал вести активную хозяйственную деятельность. Объективные причины несостоятельности Общества непосредственно не связанны с неразумностью или недобросовестностью деятельности контролирующих должника лиц. Оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом) судом не установлено.  

Данные выводы суда не оспариваются в апелляционной жалобе. 

Рассматривая заявление о наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 и подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд пришел к выводу, что ни одна из заявленных конкурсным управляющим сделок не является крупной и убыточной (кардинально изменившей структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние) применительно к масштабам деятельности Должника. Достоверные доказательства, подтверждающие, что сделки повлекли неплатежеспособность должника, в материалы дела не представлены.  

При этом суд пришел к выводу, что результат совершённых сделок Должнику причинены реальные убытки, которые надлежит взыскать с ФИО1 как руководителя Общества в размере 9 109 086 руб. 52 коп.  

Данный вывод апелляционная коллегия находит правомерным. 

В соответствии с данными, размещенными в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел», конкурсный управляющий в рамках дела  

 № А13-19558/2019 обращался с заявлениями об оспаривании сделок Должника.  

Для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные от имени Должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае ответчики должны привлекаться к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение Должника сделки не оказали, но причинили Должнику и его кредиторам вред (в этом случае ответчики должны привлекаться к ответственности за причиненные убытки).  

Определениями суда от 20.04.2022, 30.05.2023, 11.07.2022, 16.09.2022, 19.09.2022, 13.10.2022, 17.10.2022, 20.02.2024, 20.07.2022, 07.06.2023, 19.12.2023 признаны недействительными сделки Должника, применены последствия недействительности сделок. При рассмотрении обособленных споров, суд пришел к выводу, что сделки совершены в условиях явного неравноценного встречного исполнения, что свидетельствует о противоправной цели вывода имущества из собственности Должника.  

Судом первой инстанции подробно указано, какие сделки признаны недействительными и какие суммы поступили в конкурсную массу Должника в результате исполнения названных судебных актов.  

Установлено, что в конкурсную массу не поступило 425 000 руб. 

При рассмотрении требования ООО «СервисЭнергоМонтаж» о включении в реестр кредиторов Общества судом установлено, что Транспортное средство по соглашению об отступном не передано, соглашение об отступном в части исполнения обязательств не исполнено, Автомобиль зарегистрирован за Должником.  

Надлежащих доказательств передачи Автомобиля контрагенту в материалы дела не представлено. В результате действий (бездействия) бывшего руководителя должника, не обеспечившего сохранность имущества, Обществу причинены убытки в размере 287 287 руб. 62 коп.  

Определением суда от 17.01.2024 признана недействительной сделка по перечислению Обществом денежных средств ФИО5 с назначением платежа «прочие выплаты», «выплаты дивидендов» на общую сумму  

8 413 800 руб.; с ФИО5 в конкурсную массу должника взыскано 

8 413 800 руб., поступило 17 001 руб. 10 коп., остаток долга составляет 8 396 798 руб. 90 коп.  

 Суд, исследовав материалы дела, доводы лиц, участвующих в деле, пришел к правомерному выводу, что спорные сделки не являлись необходимой причиной банкротства Должника. Указанное обстоятельство не означает, что ущерб от совершения таких сделок не может быть возмещен путем взыскания убытков с контролирующих должника лиц.  

В период совершения сделок и осуществления платежей в пользу 

ФИО5 ФИО1 являлся руководителем Должника. ФИО1 являлся лицом, наделённым правом первой и второй подписи по расчётному счёту Общества, то есть контролировал и проверял операции по счёту Должника.  

Вместе с тем суд с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013  

 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62), пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО1 убытков в связи с совершением сделок и в связи с перечислением ФИО5 дивидендов.  

Доказательств отсутствия вины в причинении вреда Обществу в связи с совершением указанных перечислений ФИО1 не представил.  

Оснований для уменьшения определенной судом первой инстанции суммы, подлежащей взысканию с ФИО1, не имеется.  

Поскольку определением суда от 17.01.2024 сделка по выплате дивидендов ФИО5 признана недействительной и с него взыскано 8 413 800 руб., оснований для повторного взыскания с ФИО5 убытков в рамках рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности не имеется.  

Согласно пункту 8 постановления № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.  

Указанное разъяснение отражает общую идею о возможности участника гражданского оборота использовать как один, так и несколько способов защиты своих прав и законных интересов (часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, статья 12 ГК РФ).  

В пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, приведена такая же правовая позиция.  

Таким образом, конкурсному управляющему предоставлено право предъявлять соответствующие требования (о недействительности сделок, о применении последствий их недействительности, в том числе в виде истребования имущества у ответчиков в конкурсную массу, о взыскании неосновательного обогащения, убытков с генерального директора) до полного возмещения своих имущественных потерь, и заявление не может быть отклонено только по причине того, что в пользу юридического лица уже вынесен судебный акт по иску/заявлению о виндикации, реституции, взыскании убытков с непосредственных причинителей вреда и т.п., необходимо именно фактическое получение юридическим лицом присужденного по этим судебным актам. Только реальное возмещение имущественных потерь юридического лица может служить основанием для отказа в ином иске/заявлении. При отсутствии такого возмещения у конкурсного управляющего имеется право на обращение в суд с другими требованиями, направленными на возмещение имущественных потерь.  

Само по себе наличие судебного акта о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности не свидетельствует о реальном возмещении имущественных потерь должника, поскольку судебный акт может быть не исполнен ответчиком, такое  

возмещение происходит только после фактического поступления денежных средств на счет должника. Указанный вывод подтверждается широко сложившейся судебной практикой применения вышеуказанной позиции (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.01.2021  

 № 306-ЭС20-21146 по делу № А72-18449/2015, от 23.01.2017 № 307-ЭС15-19016 по делу № А56-12248/2013 и др.).  

Таким образом, ситуация, при которой в деле о банкротстве признаны недействительными сделки должника с применением реституции и одновременно к контролирующим должника лицам предъявлено требование о возмещение убытков, вызванных совершением этих сделок, удовлетворению последнего заявления не препятствует и к двойному взысканию (при условии неисполнения судебных актов по сделкам) не приводит.  

Указание представителя апеллянта на частичное погашение 

ФИО5, взысканной с него суммы по определению от 17.01.2024 после вынесения настоящего обжалуемого судебного акта не может влиять на правильность обжалуемого определения, так как обстоятельства устанавливаются на дату принятия судебного акта.  

Таким образом, корректировка (уменьшение взыскания с ФИО1) должна осуществляться исключительно в ходе исполнительного производства.  

Довод о том, что ФИО1 являлся номинальным директором Общества, был предметом рассмотрения в суде первой инстанции и правомерно им отклонен.  

Ссылка апеллянта на то, что ФИО1 действовал исключительно по указанию ФИО5, является голословной и документально не подтверждена.  

Довод о том, что ФИО1 пытался изменить ситуацию в Обществе, во внимание не принимается, поскольку в рамках настоящего спора не установлены основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности вследствие совершения им действий по доведению Общества до банкротства. В настоящем деле установлены обстоятельств совершения ФИО1 сделок, повлекших убытки для Должника.  

При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по приведенным в ней доводам не имеется.  

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта не имеется.  

Определением апелляционного суда от 06.08.2025 заявителю предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения апелляционной жалобы. Поскольку жалоба оставлена без удовлетворения, государственную пошлину в федеральный бюджет надлежит взыскать с ФИО1 по правилам статьи 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 28 мая 

2025 года по делу № А13-19558/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд 

Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий Н.Г. Маркова 

Судьи Т.Г. Корюкаева 

К.А. Кузнецов