РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-113050/23-121-768

г. Москва

17 октября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 10 октября 2023 года

Полный текст решения изготовлен 17 октября 2023 года

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

председательствующего - судьи Е.А. Аксёновой

при ведении протокола с/з секретарем с/з – И.М. Березовским

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

ООО "А-Керамика" (107076, 

<

...>, эт 6 пом XIII ком 22А (РМ3), ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 31.01.2019, ИНН: 

<

***>)

к ЦЭЛТ (107140, город Москва, Комсомольская площадь, дом 1, строение 3, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 04.03.2020, ИНН: 

<

***>)

о признании незаконным решения от 11.03.2023 года б/н о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10131010/221222/3550994

 

В судебное заседание явились:

от заявителя: ФИО2 (по дов. от 31.03.2023 б/н, удостоверение),

от ответчика: ФИО3 (по дов. от 29.12.2022 № 03-20/0095, удостоверение), 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО "А-Керамика" (далее также – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к ЦЭЛТ (далее также – ответчик, таможенный орган) о признании незаконным решения от 11.03.2023 года б/н о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10131010/221222/3550994.

Ответчиком в материалы дела представлен письменный отзыв на заявление, согласно которому он просит суд в удовлетворении заявленных требований отказать.

В ходе судебного заседания представитель заявителя поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований.

 

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы заявления, суд признает заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО "А-Керамика" в счет исполнения обязательств по внешнеторговому контракту от 27.07.2020 № 27-07/2020, заключенному с компанией SINA TILE & CERAMIC IND INC (Продавец Иран), ввезены на таможенную территорию Евразийского экономического союза по базису поставки (в соответствии с INCOTERMS 2010) на условиях EXW-r. Йезд (Иран) автомобильным транспортом до порта Анзали (Иран) и далее морским транспортом до места ввоза товаров на таможенную территорию ЕАЭС, до порта Махачкала (Россия), товары: товар № 1 - ПЛИТКИ ОБЛИЦОВОЧНЫЕ ДЛЯ ПОЛОВ, СТЕН, ГЛАЗУРОВАННЫЕ, С КОЭФФИЦИЕНТОМ ПОГЛОЩЕНИЯ ВОДЫ БОЛЕЕ 10 МАС.% код ТН ВЭД ЕАЭС 6907239003, страна происхождения ИРАН.

В целях таможенного оформления данного товара Декларантом подана декларация на Товар (далее - ДТ) № 10131010/221222/3550994.

При подаче ДТ был применен 1 метод определения таможенной стоимости товара в соответствии со ст. 39 ТК ЕАЭС, вес брутто/нетто 97840.000 кг/ 95464.000 кг, стоимость товара 74415.89 (дол. США), таможенная стоимость 1916893.90 руб.

По сведениям таможенного органа (статистические данные) уровень заявленной декларантом таможенной стоимости товаров за КГ нетто (указано 95464): 20.08 РУБ = 0.27 EUR = 0.28 USD * за М2 (указано 5132.16): 373.51 РУБ = 4.97 EUR = 5.30 USD.

Вместе с ДТ декларантом предоставлены таможенному органу документы поименованные в соответствии со ст.39, 108 ТК ЕАЭС и перечнем документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, утвержденном Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 № 42 «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» (далее - Решение Коллегии ЕАЭС № 42 от 27.03.2018).

В ходе проведения оценки достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости до выпуска товара, по мнению таможенного органа, установлено значительное отличие заявленной таможенной стоимости товара от имеющейся в таможенных органах ценовой информации по сделкам с идентичными и однородными товарами.

Значительное отличие цены сделки от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с идентичными и однородными товарами, ввезенными на таможенную территорию Евразийского экономического союза при сопоставимых условиях, является признаком недостоверности сведений о цене сделки, либо о ее зависимости от условий, влияние которых не может быть учтено при определении таможенной стоимости товара.

В связи с этим обстоятельством, таможенным органом в адрес декларанта по указанной ДТ направлен Запрос документов и (или) сведений от 27.12.2022 , в котором таможенный орган запросил у декларанта дополнительные документы и сведения, в целях подтверждения достоверности и полноты сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах.

В установленный таможенным органом срок письмом № 19/23 от 10.02.2023г., декларантом представлен комплект документов в соответствии с запросом документов и (или) сведений № б/н от 17.02.2022г.

На дополнительный запрос таможенного органа о предоставлении документов и (или) сведений в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС № б/н от 25.02.2023 г., декларантом письмом исх. № 19/28 от 06.03.2023г., были предоставлены документы и даны пояснения относительно запрашиваемых документов и сведений.

По результатам проверки при подаче декларации товар выпущен (гр. С товаров с особенностями, предусмотренными статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза) под обеспечение в соответствии с заявленной процедурой ИМ 40, первым методом по цене сделки.

Таможенная стоимость по результатам дополнительной проверки составила 2930412.04 руб. увеличение на 1013519 руб. Согласно КТС, Общество дополнительно оплатило НДС на сумму 194 226 рубля, пошлину на сумму 67 754 рубля. Итого общая сумма взысканных платежей составила 261 980 рублей.

По результатам проверки после выпуска товаров таможенных, иных документов и (или) сведений таможенный орган пришел к выводу, что представленные декларантом документы и содержащиеся в них сведения не подтверждают достоверность и полноту проверяемых сведений и не устраняют основания для проведения проверки таможенных, иных документов и сведений, а заявленная декларантом таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, не основаны на документально подтвержденной информации.

В связи с этим, таможенным органом в отношении поданной декларантом ДТ № 10131010/221222/3550994 вынесено решение от 11.03.2023 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ.

В указанном решении таможенным органом применен иной метод определения таможенной стоимости Товара, отличный от заявленного декларантом.

Таможенная стоимость товара была определена в соответствии с методом 6 на базе 3 метода (ст. 45, ст. 42 Таможенного кодекса ЕАЭС с гибким применением метода по стоимости сделки с однородными товарами). Источник ценовой информации: ДТ № 10317120/051022/3123458, тов. № 1, ТС - 519029.91 руб., ДЕИ - 909 м2.

Не согласившись с вынесенным решением, ООО "А-Керамика" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании его незаконными.

В силу части 3 статьи 189 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемого решения государственного органа возлагается на орган, который принял оспариваемое решение.

Согласно ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Предусмотренный законом срок для обжалования ненормативного правового акта заявителем не пропущен.

Таким образом, в силу положений Главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководящих разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 8 от 01 июля 1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса РФ», основанием для удовлетворения требований заявителя является наличие одновременно двух установленных в ходе судебного разбирательства и подтвержденных надлежащими доказательствами обстоятельств: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта требованиям закона, а также нарушение материальных прав заявителя принятием данного документа.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли, оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

В соответствии с пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений данного Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 N 49 (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 49) таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в представленных им документах информация о цене и дополнительных начислениях к цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях по поставки и оплате товара.

На основании пункта 8 Постановления Пленума ВС РФ N 49, при оценке соблюдения декларантом требований о документальном подтверждении заявленной таможенной стоимости следует исходить из презумпции достоверности представленной декларантом информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Согласно абзацу 2 пункта 9 Постановления Пленума ВС РФ N 49, выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле (абзац 2 пункта 10 Постановления Пленум ВС РФ N 49).

Как разъяснено в абзаце 1 пункта 11 Постановления Пленум ВС РФ N 49, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС.

При проведении такой проверки таможенный орган, осуществляя публичные полномочия, обязан предоставить декларанту реальную возможность устранения возникших сомнений в достоверности заявленной им таможенной стоимости, в связи с чем не может произвольно отказаться от использования закрепленного в пункте 15 статьи 325 ТК ЕАЭС права на запрос у декларанта документов и (или) сведений, в том числе письменных пояснений, необходимых для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах (абзац 2 пункта 11 Постановления Пленум ВС РФ N 49).

Как указано в пункте 13 Постановления Пленума ВС РФ N 49, при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Вместе с тем, при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

Таможенные органы осуществляют контроль таможенной стоимости в порядке и формах, установленных разделом VI ТК ЕАЭС.

Порядок проверки документов и сведений при проведении таможенного контроля таможенной стоимости до выпуска товаров установлен статьями 324, 325 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктами 4, 5 статьи 325 ТК ЕАЭС, при проведении контроля таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов 4 и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1. Отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами;

2. Продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3. Никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4. Покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Как указывает таможенный орган, сведения, указанные в счете-проформе № 3291 от 29.10.2022 (далее - Проформа) не корреспондируют со сведениями, указанными в прайс-листе. Исходя из условий внешнеторгового контракта № 27-07/2020 от 27.07.2020 (далее - Контракт) невозможно установить, из каких компонентов складывается цена товаров.

Между тем, Центральной электронной таможней не учтено, что прайс-лист признается публичной офертой согласно ст. 437, 494 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Цены на товар, указанные в прайс-листе и коммерческих документах, совпадают, что свидетельствует об отсутствии дополнительных скидок. Как следует из внешнеторгового контракта, прайс-лист не оказывает влияния на формирование цены товара.

Продавец самостоятельно определяет форму прайс-листа, информацию, содержащуюся в прайс-листе и др. сведения. Представленный прайс-лист полностью подтверждает заявленную стоимость товара на тех условиях, что и предусмотрено внешнеторговым договором.

Суд отмечает, что прайс-лист продавца товаров не является документом, безусловно подтверждающим заявленную таможенную стоимость. Прайс-лист является дополнительным документом, который может быть запрошен у декларанта, но который, в отличие от контракта, спецификации и инвойса, не является документом, подтверждающим таможенную стоимость. Такой документ, как прайс-лист, лишь позволяет уточнить сведения о таможенной стоимости ввозимых товаров, но однозначно ее не подтверждает.

В отношении рассматриваемой сделки окончательные цены продажи товаров были установлены и зафиксированы сторонами сделки в проформе-инвойсе № 3291 от 29.10.2022 г., который является формой спецификации к контракту № 27-07/2020 от 27.07.2020 г.

Довод таможенного органа о том, что на запрос таможенного органа не представлена калькуляция цены реализации товаров на внутреннем рынке РФ, не находит своего подтверждения, поскольку на запрос документов и (или) сведений № б/н от 27.12.2022 г. по ДТ № 10131010/221222/3550994 Обществом была предоставлена калькуляция цены реализации товаров на внутреннем рынке РФ товаров, оформленных по ДТ № 10131010/221222/3550994, предоставлена письмом от 17.02.2023 № 19/25 подтверждается перечнем документов, направленных Обществом таможенному органу.

Относительно довода таможенного органа об отсутствии экспортной декларации, суд отмечает следующее.

Условиями заключенного контракта не предусматривается предоставление Продавцом экспортной таможенной декларации.

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, указанные в ч. 1 и ч. 2 ст. 108 ТК ЕАЭС.

В случае, если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

Учитывая вышеизложенные нормы действующего таможенного законодательства, экспортная декларация не входит в перечень документов, обязательных для представления в таможенный орган при декларировании товара.

Суд отмечает, что отсутствие экспортной декларации при наличии других документов, содержащих полную информацию (спецификация, инвойс), необходимую для определения таможенной стоимости по цене сделки, не является основанием для корректировки таможенной стоимости. Кроме того, в соответствии с действующим законодательством, у таможенного органа имелась возможность направить соответствующий запрос Продавцу об истребовании экспортной таможенной декларации.

Условия поставки (графа 20), вес брутто (графа 35), вес нетто (графа 38) а также количество товаров в дополнительных единицах измерения в квадратных метрах (графа 41) корреспондируют (с учётом округлений) со сведениями, заявленными в соответствующих графах ДТ № 10131010/221222/3550994, а также со сведениями, указанными в документах по рассматриваемой сделке, а именно, в проформе инвойсе № 3291 от 29.10.2022 г., являющейся неотъемлемой частью контракта № 27-07/2020 от 27.07.2020 г. и коммерческом инвойсе № 3291 от 30.10.2022 г.

Расхождение сумм фактурных стоимостей товара, указанных в графе 22 экспортных иранских деклараций и стоимости товара, отражённой в проформе инвойсе № 3291 от 29.10.2022 г. и коммерческом инвойсе № 3291 от 30.10.2022 г., а также в графе 22 ДТ № 10131010/151222/3541475, объясняется особенностями таможенного оформления товаров, вывозимых из СЭЗ (свободной экономической зоны) порта Анзали, Иран с кодом таможенного пункта на выезде 20100, отметка о которой содержится в графе 29 экспортной иранской декларации. Информация об этом содержится в письме иранского экспедитора компании «NAANAKAR ALIREZA» в отношении аналогичной поставки наших товаров от другого иранского поставщика.

Помимо прочего, сведения о стоимости товаров, указанные в экспортных иранских декларациях, являются менее предпочтительными для целей определения таможенной стоимости товара, чем те, которые установлены в документах по рассматриваемой сделке: контракте № 27-07/2020 от 27.07.2020 г., проформе-инвойсе № 3291 от 29.10.2022 г. и коммерческом инвойсе № 3291 от 29.10.2022 г.).

По второй части пункта 6 запроса: товаросопроводительные документы, оформленные в стране отправления груза, на основании которых были заполнены экспортные ДТ, Общество предоставить не имело возможности, поскольку графы 44 экспортных иранских деклараций пусты и не содержат сведений о таких документах для целей их идентификации.

Довод таможенного органа о том, что на запрос таможенного органа не представлены ведомость банковского контроля, а также выписки по счетам, не находит своего подтверждения, поскольку ведомость банковского контроля № 2007008/3396/0000/2/1 от 29.07.2020г., содержащая сведения об анализируемой ДТ (стр. 7 ВБК, п. 14 таблицы Подраздела III.I) была представлена с письмом № 19/25 от 17.02.2023 года.

Относительно указания таможенным органом на то, что предоставленная справка за декабрь 2022 года о затратах на товар, полученный по инвойсу № 3291 от 30.10.2022, не основывается на достоверных сведениях. Так, общая фактурная стоимость товаров, задекларированных по рассматриваемой ДТ, в размере 24377.76 долл. США при пересчете в рубли по курсу на дату регистрации ДТ 22.12.2022 (1 долл. США = 70.5256 руб.) составляет 1719256.15 руб. В справке же указано 1695649.60 руб.

Так, в ответ на исх. № 19/25 от 17.02.2023 г. на запрос № б/н от 27.12.2022 г. и от 06.03.2023 № 19/28 № б/н на запрос от 25.02.2023 г. по ДТ № 10131010/221222/3550994, Общество давало пояснения относительно затрат в форме справки за декабрь 2022 года о затратах на товар, полученный по инвойсу № 3191 от 29.10.2022 г. Так как общая фактурная стоимость товаров, задекларированных по рассматриваемой ДТ, в размере 24377.76 долл. США пересчитывается в рубли не по курсу на дату регистрации ДТ 22.12.2022, а по курсу даты предоплаты 31.10.2022 и составляет 1695649.60 рублей, в соответствии с п.п. 9, 10 ПБУ 3/2006 (расходы организации, оплаченные авансом, признаются в учете в рублевой оценке по курсу, действовавшему на дату предоплаты. Таким образом, на дату оприходования товаров покупатель принимает товары к учету, исходя из суммы выданного аванса и больше не переоценивает. Расходы на таможенную пошлину отсутствовали на дату оприходования, что подтверждается Отчетом о расходовании денежных средств, внесенных в качестве авансовых платежей (позиции 80, 81).

Относительно указания таможенного органа о том, что установить дату применения курса пересчета валюты не представляется возможным, т.к. банковские документы, подтверждающие оплату данного инвойса, декларантом не представлены, поскольку в ходе подписания Контракта стороны пришли к соглашению, что оплата товара производится в российских рублях по курсу доллара США Центрального банка Российской Федерации на день платежа согласно счету-фактуре (пункт 4.3. Контракта). Дополнительным соглашением от 05.07.2021 № 4 к Контракту стороны внесли изменения в указанный пункт Контракта, согласовав возможность оплаты стоимости товаров в евро с пересчетом суммы платежа в валюту контракта согласно инвойсу. В представленном декларантом инвойсе № 3291 от 30.10.2022 фактурная стоимость товаров, задекларированных по рассматриваемой ДТ, указана в долларах США и в евро, суд отмечает следующее.

Пунктом 1.2 контракта № 27-07/2020 от 27.07.2020 г. установлена валюта контракта, а именно - доллар США. Дополнительным соглашением № 4 от 05.07.2021 г. к указанному выше контракту установлено, что валютой платежа может выступать евро с пересчётом валюту контракта согласно инвойсу. В качестве этого документа по рассматриваемой поставке выступает проформа-инвойс № 3291 от 29.10.2022 г. на общую сумму 24377.76 USD/24450.89 EURO. Таможенному органу в ответе от 06.03.2023 г № 19/29 указывалось о том, что проформа-инвойс является, в том числе, формой спецификации к контракту № 27-07/2020 от 27.07.2020 г., т.е. курс пересчёта валюты контракта в валюту платежа и сумма в валюте платежа были согласованы сторонами сделки и зафиксированы в данной проформе-инвойсе. Оплата по проформе-инвойсу № 3291 от 29.10.2022 г. была произведена согласно заявлению на перевод № 24 от 31.10.2022 г. и SWIFT-уведомлению в соответствии с Дополнительным соглашением № 4 от 05.07.2021 г. к указанному выше контракту. В данных платёжных банковских документах проформа-инвойс № 3291 от 29.10.2022 г. и Дополнительное соглашение № 4 от 05.07.2021 г. указаны в качестве основания и назначения платежа.

Оцениваемый товар, согласно коммерческому инвойсу № 3129 от 30.10.2022 г., поступил в количестве и по стоимости в валюте контракта меньше, чем указано в проформе-инвойсе № 3129 от 29.10.2022 г., что является обычной практикой в международной торговле и согласована сторонами. При этом, стоимость товара в валюте платежа, указанная в коммерческом инвойсе № 3129 от 30.10.2022 г. совершенно не играет с точки зрения таможенной стоимости никакой роли, поэтому её отличие от стоимости товара в валюте контракта не могут использоваться в качестве аргумента для отказа в применении метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами при определении таможенной стоимости оцениваемого товара.

При таких обстоятельствах, довод таможенного органа о том, что общая фактурная стоимость в евро больше стоимости, указанной в долл. США и это является основанием для корректировки и препятствует применению метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Пересчет с валюты контракта долл. США соответствует валюте инвойса в евро, разность курса различных валют в отношении заявленных к декларированию товаров корреспондирует с ценами, отражёнными в общей фактурной стоимости указанными в декларации на товары.

Материалами дела подтверждается, что в ходе декларирования и таможенного контроля Общество представило таможенному органу документы, свидетельствующие о достоверности заявленной в декларации на товары таможенной стоимости и обосновывающие избранный им метод определения стоимости.

Доказательств недостоверности представленных ООО "А-Керамика" документов или заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что декларант представил необходимые и достаточные документы для подтверждения таможенной стоимости товара, определенной по методу определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Учитывая изложенное суд полагает, что ООО "А-Керамика" было документально обосновано заявленное в ДТ значение таможенной стоимости товаров, а также выбранный метод определения стоимости - метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что решения таможенного органа противоречат нормам законодательства, а также нарушают права заявителя в предпринимательской сфере.

Учитывая изложенное, требования заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

В соответствии с ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 201 АПК РФ суд считает необходимым обязать Центральную электронную таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО "А-Керамика" путём возврата излишне уплаченных таможенных платежей в размере 261 980 (двести шестьдесят одна тысяча девятьсот восемьдесят) рублей 00 копеек в течение тридцати дней со дня вступления судебного акта в законную силу.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со статьей 110 Кодекса. Данная позиция соответствует разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 «О применении 9 законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (абзац третий пункта 21).

На основании изложенного, руководствуясь ст. 65, 71, 110, 167-170, 176, 199-201 АПК  РФ, суд 

 

РЕШИЛ:

Признать недействительным решение Центральной электронной таможни от 11.03.2023 года о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10131010/221222/3550994.

Проверено на соответствие таможенному законодательству.

Обязать Центральную электронную таможню устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО "А-Керамика" путём возврата излишне уплаченных таможенных платежей в размере 261 980 (двести шестьдесят одна тысяча девятьсот восемьдесят) рублей 00 копеек в течение тридцати дней со дня вступления судебного акта в законную силу.

Взыскать с Центральной электронной таможни в пользу ООО "А-Керамика" расходы по уплате госпошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

 

Судья:

ФИО4