АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-31835/2018

г. Краснодар

26 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  26 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Мацко Ю.В. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края – ФИО1  (доверенность от 18.01.2023), от общества с ограниченной ответственностью  «Дорожник» – ФИО2 (доверенность от 26.12.2022), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2023 по делу № А32-31835/2018 (Ф08-3600/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СДРСУ-Новороссийск» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии) от 16.05.2017 № 4 (далее – договор уступки), заключенного должником и ООО «Дорожник» (далее – общество), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу 1 299 038 рублей.

Определением суда от 09.07.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.09.2020, признан недействительным договор уступки; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 299 038 рублей.

Постановлением кассационного суда от 26.11.2020 определение суда от 09.07.2020 и постановление апелляционного суда от 10.09.2020 отменены; обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с необходимостью проверки довода общества о том, являются ли договор уступки вместе с контрактом от 12.05.2017 № 0086 (далее – контракт) и договором субподряда от 12.05.2017 № 6/17 (далее – договор субподряда) единой сделкой, устанавливающей порядок выполнения работ по контракту и расчета заказчиком за выполненные субподрядчиком работы, а также каким образом при фактических отношениях причинен вред должнику, не осуществлявшему работы по контракту.

Определением суда от 08.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.02.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в полном объеме. Суды пришли к выводу о недоказанности признаков неплатежеспособности у должника, отсутствии цели причинения вреда и, как следствие, неподтвержденности совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки.

В кассационной жалобе Инспекция Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края (далее ? уполномоченный орган) просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, оспариваемая сделка направлена не на извлечение должником прибыли, а на перевод бизнеса на вновь созданную, подконтрольную тем же лицам организацию, в условиях наличия задолженности перед бюджетом. Вывод судов об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Конкурсный управляющий не мог установить факт заключения спорной сделки ранее даты получения письма ФГУП «Росморпорт» (далее – порт) 20.04.2020, в связи с чем он обратился с заявлением о признании сделки недействительной в пределах срока исковой давности.

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы жалобы, представитель общества поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 10.04.2019 в удовлетворении ходатайства уполномоченного органа о введении конкурсного производства по упрощенной процедуре отказано, должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 

В ходе исполнения обязанностей конкурсный управляющий установил, что должник (подрядчик) и порт (заказчик) заключили контракт на ремонт верхнего строения причалов № 34 и № 34А Каботажного мола порта Новороссийск, по условиям которого подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить работы по ремонту асфальтобетонного покрытия на объекте основных средств – причал № 34, Каботажный мол и причал № 34А, Каботажный мол порта Новороссийск и сдать результат работ заказчику, а заказчик – оплатить их согласно условиям контракта. Цена договора согласно сметному расчету составила 1 299 038 рублей. Пунктом 2.1.6 контракта предусмотрено право подрядчика привлекать для выполнения работ третьих лиц.

В этот же день должник (подрядчик) заключил с обществом (субподрядчик) договор субподряда, по условиям которого субподрядчик обязуется выполнить работы по ремонту асфальтобетонного покрытия на объекте основных средств – причал № 34, Каботажный мол и причал № 34А, Каботажный мол порта Новороссийск и сдать результат работ подрядчику, который обязуется создать необходимые условия для выполнения работ субподрядчиком, принять их результат и уплатить обусловленную стоимость согласно счету и прилагаемой смете. Цена работ по договору субподряда  согласно сметному расчету составляет 1 299 038 рублей.

Работы по договору выполнены обществом в период с 12.05.2017 по 16.05.2017 и по акту от 16.05.2017 сданы в надлежащем виде подрядчику. В свою очередь, должник по акту от 16.05.2017 сдал эти работы, а заказчик – порт принял их в соответствии с условиями контракта. Стоимость принятых работ составила 1 299 038 рублей.

Должник (уступающий право) и общество (приобретающий право) заключили договор уступки, по условиям которого «уступающий право» в счет погашения своей задолженности перед «приобретающим право» уступает последнему в полном объеме право требования по контракту. Сумма передаваемого в соответствии с пунктом 1.1 договора права составляет 1 299 038 рублей. О переуступке права должник сообщил заказчику в письме от 16.05.2017 № 4. По платежному поручению от 19.05.2017 № 2425 заказчик (порт) перечислил обществу 1 299 038 рублей за фактически выполненные подрядные работы.

Конкурсный управляющий, полагая, что договор уступки совершен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем, подлежит признанию недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно руководствовались статьями 65, 71 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 32, 61.1, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве, статьями 167, 170, 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, указанной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487.

Суды установили, что дело о банкротстве возбуждено 10.08.2018, оспариваемый договор заключен 16.05.2017, то есть более чем за год до возбуждения дела о банкротстве, следовательно, подлежат применению положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Уполномоченный орган, обосновывая наличие признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения договора, сослался на то, что у должника имелись неисполненные обязательства по уплате страховых взносов, что подтверждается возбужденными исполнительными производствами от 24.02.2006 № 252732/16/23054-ИП, от 24.02.2016 № 252733/16/23054-ИП. Решением выездной налоговой проверки от 30.12.2016 № 74т4 в отношении доначислена задолженность по НДФЛ за 2014 – 2015 годы в размере 2 216 090 рублей, из них основной долг – 1 767 220 рублей, пени – 352 580 рублей, штрафы – 96 280 рублей. Исходя из этого, суды пришли к выводу о том, что на момент заключения оспариваемого договора уступки права у должника имелась значительная задолженность перед бюджетом.

Кроме того, суды указали, что должник и общество являются аффилированными организациями, деятельность которых подконтрольна одному лицу – ФИО4, что свидетельствует о возможности применения презумпции осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки. Данная норма содержит указания на конкретные обстоятельства, при установлении которых сделка должника может быть признана арбитражным судом недействительной как подозрительная, что препятствует произвольному применению этих норм с целью обеспечения баланса экономических интересов кредиторов должника и иных его контрагентов, получивших исполнение. Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.). Указанные выводы приведены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258.

В обоснование цели причинение вреда конкурсный управляющий ссылался на отсутствие встречного предоставления, что повлекло безвозмездный вывод актива в виде дебиторской задолженности к порту.

Оценивая данный довод, суды  исследовали подрядные и субподрядные правоотношения и пришли к выводу о том, что должник не имел возможности выполнить работы, предусмотренные контрактом (отсутствие техники, работников), ввиду чего в этот же день в соответствии с пунктом 2.1.6 контракта, предусматривающим возможность выполнения работ по контракту третьим лицом, заключил договор субподряда с обществом (субподрядчик). Фактически все работы выполнило общество своими силами и за счет собственных средств в полном объеме и надлежащего качества, оформив данный факт актом от 16.05.2027. В этот же день (16.05.2017) должник сдал работы заказчику – порту по акту. При этом ни у заказчика, ни у подрядчика претензий по качеству и объему работ не возникло, что подтверждается справкой о стоимости выполненных работ и затрат, актом о приемке выполненных работ за май 2017 года. Прямые затраты общества при выполнении работ составили 1 149 252 рубля, что подтверждается расходной ведомостью и отражено в акте выполненных работ за май 2017 года.

Суды также исследовали порядок расчетов и установили, что именно общество в адрес заказчика осуществило оплату за должника 5% обеспечения исполнения контракта в размере 81 966 рублей 70 копеек, что подтверждается платежным поручением от 12.05.2017 № 30 и свидетельствует об изначальном намерении должника привлечь субподрядчика для выполнения работ по контракту. При этом договор субподряда не признан недействительным.

При фактическом выполнении работ по контракту силами и средствами субподрядчика (общества) у должника возникла обязанность оплатить стоимость этих работ, следовательно, с одной стороны, в рамках подрядных правоотношений должник выступал кредитором порта, а рамках субподрядных – являлся должником. Таким образом, в результате заключения договора уступки произошел лишь переход прав требования по контракту от одного лица (должник) к другому (общество), фактически выполнившему подрядные работы. Таким образом, заключение договора уступки являлось способом расчета должника перед обществом по договору субподряда, что отвечает стандартно применяемой в субподрядных правоотношениях системе расчетов, предполагающей осуществление оплаты работ субподрядчика за счет поступивших от заказчика денежных средств.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2023 № 308-ЭС22-18712 по делу № А32-54359/2019, гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому, в ситуации, когда третье лицо (заказчик строительства), не являющееся стороной договора субподряда, состоящее при этом в иной (подрядной) обязательственной связи с подрядчиком по договору субподряда, производит платеж за данного подрядчика по просьбе последнего его кредитору (субподрядчику), предполагается, что в основе операций по оплате чужого долга лежит договоренность между названными третьим лицом и подрядчиком – заключенная ими сделка о погашении тем самым собственного обязательства упомянутого третьего лица перед таким подрядчиком, закрепленного в договоре подряда (договор о покрытии).

Суды отметили, что на конкурсном управляющем и уполномоченном органе лежало бремя обоснования разумных причин того, что должником не совершено действий по снижению величины активов. В рассматриваемом случае уменьшение стоимости имущества должника или увеличение размера имущественных требований к должнику в результате заключения договора уступки, иные последствия совершенной должником сделки, которые привели к полной или частичной утрате возможности конкурсных кредиторов получить удовлетворение своих требований судом не установлено. Напротив, отказ от исполнения контракта мог повлечь штрафные санкции для должника, негативно сказаться на его деловой репутации. Заключение договора субподряда свидетельствует о его целесообразности для должника. Стоимость переданного заинтересованным лицом результата работ соответствует размеру перечисленных денежных средств, в связи с чем отсутствует вред должнику (который фактически не осуществлял работы и не понес каких-либо затрат при выполнении работ) и имущественным правам кредиторов.

При указанных обстоятельствах является обоснованным вывод судов о недоказанности совокупности условий для признания недействительным оспариваемого договора уступки.

Рассматривая ходатайство общества о применении срока исковой давности, суды, руководствуясь положениями статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.9 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления № 63, правовой позицией, сформулированной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487, исходили из того, что срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать о нарушении своих прав, об основаниях для предъявления иска и о личности надлежащего ответчика. В этой связи, срок исковой давности для предъявления группового иска в интересах кредиторов должника не может начать течь ранее открытия в отношении должника реструктуризации долгов.

Суды установили, что ФИО3 являлся конкурсным управляющим с 10.04.2019 и временным управляющим с 29.20.2018. В заявлении об оспаривании сделок конкурсный управляющий указал, что установил факт участия должника в исполнении государственных и муниципальных контрактов путем получения сведений из «Контур- Фокус» и в последующем, 10.04.2020 направил запросы заказчикам – порту и МКУ «Управление ЖКХ г. Новороссийска», из ответов которых им получены сведения об уступке прав. Суды оценили данные обстоятельства, применительно к обязанности как временного, так и конкурсного управляющего своевременно принимать все разумные меры по поиску и выявлению имущества должника.  Учитывая, что годичный срок исковой давности следует исчислять с 10.04.2019 и последним днем срока исковой давности является 10.04.2020, суды обоснованно указали, что заявление кредитора, направленное в суд посредством системы «Мой Арбитр» 21.05.2020, подано по истечении установленного срока. 

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2023 по делу № А32-31835/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                         Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                        Ю.В. Мацко

                                                                                                                                   Ю.О. Резник