﻿﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-14957/2019-АК

г. Пермь

12 ноября 2019 года

Дело № А71-3331/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 11 ноября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 ноября 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гладких Е.О.

судей Варакса Н.В., Трефиловой Е.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Багаевой Л.О.,  

при участии представителя ответчика Иванова Д.В. (доверенность от 19.03.2019),

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, общества с ограниченной ответственностью «ЛИД»,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 14 августа 2019 года  по делу № А71-3331/2019

по исковому заявлению  общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Русь-Матушка» (ИНН 1835081820, ОГРН 1071841010230)

к обществу с ограниченной ответственностью «ЛИД» (ИНН 1808203148, ОГРН 1021800647978)

 о взыскании 510 000 руб. 00 коп. убытков,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Русь-Матушка» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Удмуртской Республики к обществу с ограниченной ответственностью «ЛИД» (далее – ответчик) о взыскании 510 000 руб. 00 коп. убытков в виде разницы стоимости приобретенного зерна, взамен не поставленного ответчиком по дополнительному соглашению №1 от 12.09.2018 к договору на поставку зерна № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14 августа 2019 года исковые требования удовлетворить в полном объеме. С ответчика в пользу истца взыскано 510 000 руб. 00 коп. убытков, а также 13 200 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

 Не согласившись с принятым решением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. Ответчик считает, что судом в противоречие с представленными истцом договорами с ООО «Удмуртмельпром» сделан вывод о наличии убытков у истца в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, тогда как согласно представленным договорам истец за сколько приобретал, за столько и продавал дальше товар, что исключает наличие как реального ущерба, так и упущенной выгоды. Представленный истцом расчет убытков ответчик считает чрезмерным, завышенным, тогда как обязанность ответчика по возмещению причиненных убытков не должна приводить к неосновательному обогащению истца. 

В судебном заседании представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал. 

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, указав, что с доводами апелляционной жалобы ответчика не согласны, считают решение арбитражного суда первой инстанции законным и обоснованным. 

Для участия в судебном заседании истец своего представителя не направил. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Как следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Русь-Матушка» (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью «ЛИД» (поставщик) заключен договор на поставку зерна № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018 (л.д. 21-25 т. 1), по условиям которого поставщик обязался передать в собственность покупателя зерно в определенных сторонами в соответствии с условиями договора ассортименте, количестве, цене и качестве, а покупатель принять и оплатить товар в порядке, предусмотренном договором.

Согласно дополнительному соглашению №1 от 12.09.2018 (л.д. 26 т. 1) к договору № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018, стороны согласовали срок поставки товара в срок по 15 декабря 2018 года. В указанный срок ответчик обязался поставить рожь ГОСТ 53049-2008 в количестве 400 тонн (+/- 5%) по цене 5 600 рублей без НДС за тонну, включая стоимость доставки.

В рамках исполнения дополнительного соглашения №1 от 12.09.2018 к договору № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018 ответчик передал истцу товар (товарная накладная № 181017002 от 18.10.2018, товарная накладная № 18107001 от 17.10.2018 товарная накладная № 181018001 от 18.10.2018) в количестве 67 880 килограммов на общую сумму 380 128 руб. 00 коп.

07.12.2018 от ответчика в адрес истца поступило соглашение о расторжении договора № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018. В сопроводительном письме общество с ограниченной ответственностью «ЛИД» указало, что договор расторгается в связи с непредвиденными обстоятельствами, не зависящими от воли сторон (л.д. 27-28 т. 1).

17.12.2018 истцом заключено дополнительное соглашение №2 к договору на поставку зерна № 18-09/17.1 РМ от 17.09.2018 с ООО «СХП «Мир» (л.д. 29-34 т. 1). В рамках указанного дополнительного соглашения №2 истцом и ООО «СХР «Мир» согласован срок поставки товара рожь ГОСТ 53049-2008 - по 31.12.2018. В указанный срок ООО «СХП «Мир» обязалось передать истцу товар в количестве 300 тонн (+/- 2%) по цене 7300 руб. без НДС за тонну, включая стоимость доставки. 17.12.2018 истцом в порядке предоплаты в адрес ООО «СХП «Мир» оплачена сумма в размере 2 190 000 руб. 00 коп. (л.д. 36 т. 1).

31.12.2018 ООО «СХП «Мир» передало в адрес истца 306,14 тонн зерна на сумму 2 234 822 руб. 00 коп. (товарная накладная № 3157 от 31.12.2018 г.) (л.д. 35 т. 1).

Полагая, что разница между стоимостью приобретения зерна, согласованной между истцом и ответчиком и стоимостью зерна, согласованной и впоследствии оплаченной истцом ООО «СХП «Мир», является убытками ООО «Торговая компания «Русь - Матушка», истец обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с настоящими исковыми требованиями.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик ссылался на то, что оптовая торговля зерном является для истца обычной хозяйственной деятельностью. Грузополучателем в заключенном истцом и ООО «СХП «Мир» указано третье лицо - ООО «Удмуртмельпром» (взаимосвязанная с истцом организация). Указывает на неразумность цены вновь заключенного договора, превышение цены, указанной в дополнительном соглашении №2 к договору № 18-09/17.1 РМ над средними ценами, представленными в письме Удмуртстата № ЕМ-18-13/1077-ДР от 12.04.2018. Ставит под сомнение реальность сделки, фактические возможности поставки ООО «СХП «Мир» зерна автомобильным транспортом 31.12.2018 г. в адрес истца. Кроме того, истец до настоящего времени не сообщил ответчику о своих намерениях и интересах в отношении действия договора № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018 и дополнительного соглашения №1. По мнению ответчика, представленная в материалы дела первичная документация, подтверждающая совершение истцом сделки по купле-продаже зерна у ООО «СХП «Мир» не соответствует установленным требованиям, содержит в себе пороки, в полном объеме отсутствует.

Суд первой инстанции, оценив все собранные по делу доказательства и проанализировав все вышеуказанные доводы, требования удовлетворил полностью, посчитав их доказанными как по праву, так и по размеру. 

Выводы суда первой инстанции следует признать верными, основанными на нормах законодательства и материалах дела.

Как указывалось выше, между истцом и ответчиком заключен договор на поставку зерна № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018 г. (л.д. 21-25 т. 1), по условиям которого поставщик обязался передать в собственность покупателя зерно в определенных сторонами в соответствии с условиями договора ассортименте, количестве, цене и качестве, а покупатель принять и оплатить товар в порядке, предусмотренном договором. Согласно дополнительному соглашению №1 от 12.09.2018 к договору № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018, стороны согласовали срок поставки товара - в срок по 15 декабря 2018 года. В указанный срок ответчик обязался передать рожь ГОСТ 53049-2008 в количестве 400 тонн (+/- 5%) по цене 5 600 рублей без НДС за тонну, включая стоимость доставки (л.д. 26 т. 1).

В период действия договора письмом от 07.12.2018 ответчик в непредусмотренном договором одностороннем порядке отказался от поставки зерна и направил истцу проект соглашения о расторжении договора по предусмотренным пунктом 1 ст. 450 ГК РФ основаниям (по соглашению сторон) - л.д. 27-28 т. 1. 

Соглашение о расторжении договора истцом не подписано. На момент рассмотрения дела ответчик обязательства по поставке зерна не исполнил, в судебном заседании при рассмотрении дела в суде первой инстанции пояснил, что считает первоначальный договор с истцом прекращенным.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что неисполнение первоначального договора допущено по причине ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств, прекращение исполнения допущено по его инициативе.

Ввиду одностороннего отказа ответчика от исполнения обязательства поставки зерна в количестве 332 тонн 120 килограммов, истец вынужден был заключить с другим поставщиком аналогичный договор на поставку зерна, а именно: дополнительное соглашение № 2 от 17.12.2018 года к договору на поставку зерна № 18-09/17.1 РМ от 17.09.2018 в количестве 300 тонн (+/- 2%) по цене 7 300 рублей за 1 тонну, без НДС, включая доставку с ООО «СХП «Мир» (л.д. 29-34 т. 1). Поставка подтверждается товарной накладной от 31.12.2018 № 3157 в количестве 3 061 центнер сорок килограммов (л.д. 35 т. 1), оплата товара в порядке предоплаты произведена платежным поручением № 2050 от 17.12.2018 на сумму 2 190 000 рублей (л.д. 36 т. 1).

10.01.2019 истцом заключен договор хранения зерна ООО СХП «МИР» (л.д. 128 том 2), по условиям которого имущество передается хранителю в месте хранения имущества, которое находится по адресу: Удмуртская Республика, Сарапульский район, село Мазунино, склад ООО СХП «Мир». В период с по 23.01.2019 ООО СХП «Мир» возвратило зерно покупателю путем его передачи грузополучателю - ООО «Удмуртмельпром» (акты, товарно-транспортные накладные л.д. 131- 150 том 2, л.д. 1-48 том 3).

Истцом произведен расчет убытков по замещающей сделке следующим образом: всего истцом ввиду неисполнения ответчиком обязательства поставки по договору у других лиц приобретено зерно в количестве 3 000 000 кг на общую сумму 2 190 000 рублей; в случае исполнения ответчиком своих обязательств по договору, за поставку такого же количества зерна истцом было бы оплачено ответчику 1 680 000 рублей (300 тонн * 5 600 руб. /тонна); таким образом, размер понесенных истцом убытков в связи с закупкой зерна у другого поставщика в количестве 3 000 000 кг определяется исходя из расчета: 2 190 000 руб. - 1 680 000 руб. = 510 000 руб.

Согласно п. 1 ст. 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Пунктом 1 ст. 520 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если поставщик не поставил предусмотренное договором поставки количество товаров либо не выполнил требования покупателя о замене недоброкачественных товаров или о доукомплектовании товаров в установленный срок, покупатель вправе приобрести непоставленные товары у других лиц с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов на их приобретение.

Исчисление расходов покупателя на приобретение товаров у других лиц в случаях их недопоставки поставщиком или невыполнения требований покупателя об устранении недостатков товаров либо о доукомплектовании товаров производится по правилам, предусмотренным п. 1 ст. 524 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 524 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 2 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7) заключение замещающей сделки до прекращения первоначального обязательства не влияет на обязанность должника по осуществлению исполнения в натуре и на обязанность кредитора по принятию такого исполнения (п. 3 ст. 308 ГК РФ).

Кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии, что впоследствии первоначальный договор был прекращен в связи с нарушением обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки.

Само по себе сохранение первоначального обязательства должника не создает препятствий для совершения кредитором замещающей сделки. Однако в том случае, если кредитор не заявлял отказа от принятия исполнения по просроченному первоначальному обязательству в связи с утратой в нем интереса либо данное обязательство не прекращено по иным основаниям, то за должником сохраняется обязанность по исполнению, а, значит, и право на разумные ожидания на получение встречного предоставления. Такое исполнение, пусть и предоставленное должником с просрочкой, влечет возникновение у кредитора обязанностей по его принятию и предоставлению своей (встречной) части исполнения вне зависимости от того, что к этому моменту кредитор уже совершил замещающую сделку.

В соответствии с пунктами 1 и 3 ст. 511 Гражданского кодекса Российской Федерации поставщик, допустивший недопоставку товаров в отдельном периоде поставки, обязан восполнить недопоставленное количество товаров в следующем периоде (периодах) в пределах срока действия договора поставки, если иное не предусмотрено договором. Покупатель вправе, уведомив поставщика, отказаться от принятия товаров, поставка которых просрочена, если в договоре поставки не предусмотрено иное. Товары, поставленные до получения поставщиком уведомления, покупатель обязан принять и оплатить.

Как верно указано судом первой инстанции, в рассматриваемом случае ответчик не представлял доказательств того, что он пытался предложить исполнение, восполненное истцом совершением замещающей сделки.

На момент заключения замещающей сделки истцу, равно как и ответчику, было известно о непоставке ответчиком товара.

По смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой, повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства (пункт 11 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

Из материалов дела следует, что 07.12.2018 ответчик направил покупателю соглашение о расторжении договора на поставку зерна № 18-09/11.1 РМ от 11.09.2018 (л.д. 27-28 т. 1).

Договор поставки считается измененным или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.

В соответствии со статьей 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Согласно пункту 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Непоставка товара в установленные в договоре сроки лишает возможности покупателя получить товар по цене и в сроки, на которые он рассчитывал, что является существенным нарушением договора, в связи с чем, вправе требовать возмещения причиненных ему убытков.

В силу статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник по правилам статьи 15 Кодекса обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Суд, исходя из оценки действий сторон по расторжению договора, полагает, что спорный договор поставки расторгнут по обоюдной воле сторон, что, с учетом ограничения размера убытков в рамках диспозитивных положений п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяет отнести на ответчика убытки в виде разницы в цене товара по первоначальной и замещающей сделке.

Доказательств того, что истец действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению, ответчик не представил. При этом добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

При этом суд учитывает, что встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств, вне зависимости от того, предусмотрели ли стороны очередность исполнения своих обязанностей (пункт 1 статьи 328 ГК РФ). По общему правилу, в договоре купли-продажи обязанность продавца передать товар в собственность покупателя и обязанность последнего оплатить товар являются встречными по отношению друг к другу.

Если иное не предусмотрено законом или договором, в случае непредставления обязанной стороной исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков (пункт 2 статьи 328 ГК РФ).

Сторона, намеревающаяся приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от его исполнения лишь на основании обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что другая сторона не произведет исполнение в установленный срок, обязана в разумный срок предупредить последнюю об этом (пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

Истец претензией от 18.12.2018 №1/612 уведомил о заключении замещающей сделки и потребовал возместить убытки в связи с превышением новой цены над ценой первоначальной сделки с ответчиком. Таким образом, истец, очевидно располагающий сведениями об отсутствии намерений ответчика исполнять свои обязательства, потребовал возмещения убытков взамен исполнения сделки (л.д. 13-14 т. 1).

Согласно пункту 3 статьи 328 ГК РФ ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду от другой стороны исполнения в натуре, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне. Однако такое право соответствующей стороны может быть установлено законом или договором (пункт 4 статьи 328 ГК РФ). Вместе с тем кредитор не лишен возможности требовать возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, в соответствии с условиями обязательства (статьи 15, 393, 396 ГК РФ).

Поскольку в результате ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по поставке товара истец приобрел его у другого поставщика по цене выше, чем предусмотрено договором на поставку зерна № 18-09/11.1 РМ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии предусмотренных статьями 520, 524 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для взыскания с ответчика убытков в размере 510 000 рублей.

Доводы, приведенные ответчиком в обоснование своих возражений относительно заявленных исковых требований, рассмотрены судом первой инстанции и обоснованно отклонены.

В силу п. 8 ст. 46 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 года «Об обществах с ограниченной ответственностью» под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Таким образом, любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»).

Исходя из представленных в дело доказательств, суд первой инстанции правильно установил необходимость замещения непоставленного товара истцом с целью исполнения своих обязательств перед контрагентами, отметив, что факт отсутствия складов у истца не позволяет сделать вывод, что истец мог самостоятельно, не прибегая к замещающей сделке, компенсировать непоставленный ответчиком товар.

Кроме того, возмещение убытков, возникших по вине поставщика, не ставится в зависимость от заключения замещающей сделки. В соответствии с п. 2 ст. 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора (пункт 1 настоящей статьи), но в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой.

Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов. Риски изменения цен возлагаются на сторону, по вине которой исполнение сделки прекращено (п. 11 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №7).

Отклоняя доводы ответчика о не тождественности условий замещающего договора, суд первой инстанции отметил, что закон не ставит право кредитора на возмещение убытков, причиненных в связи с совершением замещающей сделки, в зависимость от тождественности условий первоначального и замещающего договоров, поскольку кредитор вправе приобрести как меньшее, так и большее количество товара чем то, обязанность по поставке которого лежала на должнике. На должника может быть отнесена разница в цене товара, приобретенного по замещающей сделке, с ценой товара по первоначальному договору, соответствующая количеству товара, не поставленного должником.

Ответчик в возражениях на исковое заявление от 24.04.2019 (и последующих дополнительных пояснениях) ссылался на недостоверные сведения о рыночной цене зерна, указанной истцом в дополнительном соглашении №2 (замещающей сделке с ООО «СХП «Мир»), представил письмо Территориального органа Федеральной службы государственной статистике по Удмуртской Республике от 12.04.2019 № ЕМ-18-13/1077-ДР, согласно которому по данным выборочного наблюдения средние цены производителей (без НДС и других налогов) на реализованную сельхозпроизводителями рожь в 2018 году по Удмуртии в декабре составили 6078 рублей за 1 тонну (л.д. 63 т. 1).

Между тем, в обоснование сложившейся рыночной цены на продовольственную рожь в спорный период 2018 года истцом предоставлено в дело письмо ООО «ИКАР» (Институт конъюнктуры аграрного рынка) б/н от 21.05.2019, из которого следует, что среднерыночный ценовой индекс на продовольственную рожь на 14 и 21 декабря 2018 года составили 9 000 рублей за 1 тонну при базисе поставки на складе покупателя (л.д. 1 т. 2).

В силу пункта 1 статьи 520 Гражданского кодекса Российской Федерации, если поставщик не поставил предусмотренное договором поставки количество товаров в установленный срок, покупатель вправе приобрести непоставленные товары у других лиц с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов на их приобретение. Исчисление расходов покупателя на приобретение товаров у других лиц производится по правилам, предусмотренным пунктом 1 статьи 524 Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 524 Кодекса, если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке. Для расчета убытков в соответствии с правилами ст. ст. 520, 524 Гражданского кодекса Российской Федерации определение средней рыночной стоимости законом не установлено, размер убытков, согласно указанным нормам, определяется как разность между установленной в договоре ценой и ценой по совершенным взамен сделкам.

Следовательно, требование о взыскании понесенных истцом убытков в связи с закупкой ржи у другого поставщика в количестве 3 000 000 кг, которое рассчитано как разница между установленной в договоре ценой и ценой замещающей сделки не требует экспертного определения рыночной цены на зерно.

Суд первой инстанции верно указал, что в письме Удмуртстата от 12.04.2019 исх. № ЕМ-18-13/1077-ДР указаны средние цены производителей, сформированные по итогам выборочного наблюдения без учета конкретных условий сделок об объеме товара, базисе поставки, порядке оплаты и иных условий, определяющих итоговую стоимость зерна на рынке, в связи с чем данное письмо обоснованно не принято судом в качестве доказательства неразумности цены, примененной истцом в замещающей сделке.

Средняя цена производителей по своему содержанию и порядку определения не идентична рыночной стоимости, легальное определение которой содержится в статье 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», согласно которой под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда: одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение; стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах; объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки; цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было; платеж за объект оценки выражен в денежной форме.

При указанных обстоятельствах ответчиком в качестве средней рыночной стоимости зерна в период декабря 2018 года ошибочно принята цена производителей зерна.

В силу пункта 3 статьи 524 ГК РФ для расчета убытков при расторжении договора принимается текущая цена товара, в качестве которой признается цена, обычно взимавшаяся при сравнимых обстоятельствах за аналогичный товар в месте, где должна была быть осуществлена передача товара.

В силу пункта 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Причинная связь между возникшими у покупателя убытками, составляющими разницу в стоимости товара, и нарушением заказчиком договорных обязательств, а также его вина в данном случае предполагаются.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик доказательств отсутствия причинной связи и вины не представил. Отсутствуют в материалах дела и другие доказательства, подтверждающие иную стоимость спорного товара.

Доводы ответчика о формальном характере взаимоотношений истца с ООО «СХП «Мир», целенаправленном создании документооборота с целью причинения вреда ответчику, предположения о мнимости либо притворности взаимосвязанных договоров поставки и хранения зерна, также рассмотрены судом первой инстанции и правомерно отклонены.

Проверяя действительность сделки, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических правоотношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора. 

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу статьи 170 Кодекса в предмет доказывания при оспаривании реальности сделки входит установление фактических обстоятельств, свидетельствующих о том, произошло либо нет возникновение (изменение, прекращение) гражданских прав и обязанностей.

В абзаце втором пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) указывается, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.

Обязательным условием признания сделки мнимой является установление порочности воли каждой из ее сторон. Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, в материалы дела представлены товарная накладная (л.д.35 т. 1), дополнительное соглашение в рамках заключенного договора поставки (л.д. 34 т. 1), заключенные договоры на поставку зерна с дополнительными соглашениями (л.д. 11-15 т. 2), договоры на поставку муки и продуктов переработки зерна с дополнительным соглашением (л.д.16-19 т. 2), платежные документы, подтверждающие встречное исполнение по оплате поставленного товара, договоры (дополнительные соглашения) по реализации готовой продукции (л.д. 81 -127 т. 2), планы продаж истца (л.д. 75-79 т. 2).

Заключение договора хранения зерна (л.д. 128-130 т. 2) одновременно с передачей зерна в собственность истца обусловлено внесением изменений в налоговое законодательство в соответствии с Федеральным законом № 335 от 27.11.2017 «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации”, которым лица, применяющие систему налогообложения для сельскохозяйственных товаропроизводителей (единый сельскохозяйственный налог) признаны плательщиками налога на добавленную стоимость. Совершение нескольких взаимосвязанных сделок в рамках взаимоотношений истца и ООО «СХП «Мир» может быть оценено в рамках разумной стандартной хозяйственной практики с целью извлечения прибыли, поскольку, с одной стороны, избавляет от необходимости уплаты налога на добавленную стоимость с 01.01.2019, что не противоречит презумпции добросовестности налогоплательщика, выраженной в п. 6 ст. 108 Налогового кодекса Российской Федерации и в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды». С другой стороны, реализованная схема позволяет истцу воспользоваться зерном в рамках производственной необходимости в течение последующего месяца. Не предъявление расходов на хранение в рамках настоящего спора свидетельствует об отсутствии поведения истца исключительно с целью увеличения убытков должника, в расчете убытков стоимость хранения отсутствует (статьи 10, 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что стороны имели намерения исполнять сделку и создавать реальные правовые последствия, претензий по качеству между сторонами замещающей сделки не имеется.

Ошибочное указание места хранения и последующей отправки зерна от ООО «СХП «Мир» к истцу не влияет на правовую квалификацию замещающей сделки.

Отметка ООО «Удмуртмельпром» на товарной накладной № 3157 от 31.12.2018 не свидетельствует о переходе права собственности к указанной организации именно 31.12.2018, поскольку не содержит в себе дату проставления, а также не изменяет правовую природу факта передачи товара истцу. В материалы дела представлены надлежащие доказательства передачи зерна от истца, а также от ООО «СХП «Мир» к ООО «Удмуртмельпром» в период с 10.01.2019 по 23.01.2019 (л.д. 131-150 т. 2, л.д. 1-48 т. 3).

С учетом того, что исполнение сделки подтверждено ее сторонами, суд пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что истцом заключены мнимые сделки.

Таким образом, поскольку заключение замещающих сделок до расторжения спорного договора не ограничивает право кредитора на возмещение убытков, учитывая, что должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не представил доказательства существования иной причины возникновения спорных убытков, суд первой инстанции пришел к правльному выводу, что исковые требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

С учетом вышеизложенного доводы, приведенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, верно установленным судом первой инстанции, и фактически направлены на их переоценку, основания для которой суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований к отмене либо изменению решения суда первой инстанции. Суд правильно определил спорные правоотношения и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела. Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции следует оставить в силе и отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

                                           ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14 августа 2019 года  по делу № А71-3331/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Е.О. Гладких

 

Судьи

Н.В. Варакса

Е.М. Трефилова