АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А05-10672/2020

г. Архангельск

20 июля 2021 года

 

Резолютивная часть решения объявлена 13 июля 2021 года  

Полный текст решения изготовлен 20 июля 2021 года 

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Бутусовой Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 07 и 13 июля 2021 года (с объявлением перерыва) дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 304290430800051)

к ответчику - ФИО3 

с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

1) финансового управляющего ФИО3 ФИО4, 

2) ФИО5 в лице финансового управляющего ФИО6,

3) Федеральной налоговой службы России

о понуждении произвести государственную регистрацию договора залога от 01.01.2019

при участии в судебном заседании представителя истца ФИО7 (доверенность от 02.03.2015), 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ответчик) о понуждении произвести государственную регистрацию договора залога от 01.01.2019.

В связи с прекращением ответчиком деятельности в качестве индивидуального предпринимателя определением суда от 17.11.2020 в порядке части 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнено наименование ответчика без указания на его статус индивидуального предпринимателя – ФИО3.

В процессе судебного разбирательства суд в порядке статьи 51 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, финансового управляющего ФИО3 - ФИО4, а также ФИО5 в лице финансового управляющего ФИО6 и Федеральную налоговую службу России.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал.

Ответчик и третьи лица своих представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного разбирательства в соответствии с частью 6 статьи 121, частью 1 статьи 123 АПК РФ извещены надлежащим образом, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

В письменных отзывах на иск третьи лица в удовлетворении иска просили отказать.

Исследовав доказательства по делу, суд установил следующее.

Как видно из материалов дела, между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) были заключены договоры купли-продажи товара 311 от 01.01.2016 и № 311 от 01.01.2019 (далее договоры купли-продажи от 01.01.2016 и от 01.01.2019), по условиям которых продавец обязался передать покупателю товар, а покупатель обязался принять и оплатить его. Ассортимент, количество, цена товара указываются в товарно-транспортных накладных, которые являются неотъемлемой частью договора.

Истец указывает на то, что в обеспечение обязательств покупателя по указанным выше договорам купли-продажи от 01.01.2016 и от 01.01.2019 между истцом (залогодержатель) и ответчиком (залогодатель) был подписан договор залога от 01.01.2019 (далее – договор залога от 01.01.2019), в соответствии с которым залогодатель предоставил в залог, а залогодержатель принял в залог следующее недвижимое имущество:

- нежилое помещение общей площадью 83,8 кв.м. по адресу: Архангельская обл., г. Коряжма, производственная площадка подсобного хозяйства, кадастровый номер 29:23:000000:6356,

- нежилое помещение общей площадью 209,8 кв.м. по адресу:  Архангельская обл., г. Коряжма, производственная площадка подсобного хозяйства, кадастровый номер 29:23:000000:6351,

- нежилое помещение общей площадью 601,6 кв.м. по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 29:23:000000:6368,

- нежилое помещение общей площадью 2102,7 кв.м. по адресу: Архангельская обл., г. Коряжма, производственная площадка подсобного хозяйства, кадастровый номер 29:23:000000:6352,

- земельный участок общей площадью 7455+/-30 кв.м. по адресу: по адресу: Архангельская обл., г. Коряжма, ул. Заломовка, д.10, кадастровый номер 29:23:010301:73,

- нежилое здание общей площадью 97 кв.м. по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 29:23:010301:132,

- нежилое здание общей площадью 826 кв.м. по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 29:23:010301:155,

- нежилое помещение общей площадью 319,4 кв.м. по адресу: Архангельская обл., г. Коряжма, производственная площадка подсобного хозяйства, кадастровый номер 29:23:000000:6357.

Право собственности ответчика на указанное выше недвижимое имущество зарегистрировано в установленном порядке, о чем в материалы дела представлены Выписки из Единого государственного реестра недвижимости.

В пункте 6 договора залога от 01.01.2019 стороны согласовали стоимость залогового  имущества в размере 8 000 000 рублей.

Согласно пункту 3.1.7 договора залога от 01.01.2019 залогодатель обязался обеспечить государственную регистрацию договора залога в течение 30 рабочих дней со дня подписания договора залога.

Письменными претензиями и требованиями (без номера и без даты), которые были вручены ответчику 01.02.2019, 13.07.2019, 10.10.2019, 05.08.2019, 03.06.2020, 10.06.2020, истец обращался к ответчику с требованием об обращении в регистрирующий орган с совместным заявлением о регистрации договора залога от 01.01.2019.  Дата, время, адрес, по которому необходимо явиться, в претензий и требованиях не указаны.

Поскольку ответчик уклоняется от регистрации договора залога от 01.01.2019, истец обратился в суд с иском, в котором просит суд произвести государственную регистрацию указанного договора залога.

Финансовый управляющий ФИО3 ФИО4, Федеральная налоговая служба России, ФИО5 в лице  финансового управляющего ФИО6 полагают иск не подлежащим удовлетворению по доводам, изложенным в отзывах.  По мнению данных лиц, претензии и требования о регистрации договора залога от 01.01.2019 носят формальный характер, так как в них не указаны ни дата, ни время, ни адрес отделения регистрирующего органа, по которому необходимо подойти на регистрацию. Также третьи лица считают, что удовлетворение требований истца приведет к нарушению прав кредиторов ответчика, который решением Арбитражного суда Вологодской области от 12.11.2020 по делу                           № А13-14023/2020 признан несостоятельным (банкротом), в отношении ответчика введена процедура реализации имущества гражданина.

Кроме того, Федеральной налоговой службой России в период судебного разбирательства заявлено ходатайство о фальсификации заключенного сторонами договора залога от 01.01.2019, о понуждении к государственной регистрации которого заявлен иск.

Истец не согласился исключить оспариваемый договор залога от 01.01.2019 из числа доказательств по делу. В связи с этим в целях проверки обоснованности заявления о фальсификации доказательства определением Арбитражного суда Архангельской области от 25.02.2021 была назначена экспертиза, проведение которой поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Бюро судебных экспертиз» ФИО8.

Перед экспертом были поставлены следующие вопросы:

1) Соответствует ли время выполнения подписи от имени ФИО3, расположенной на договоре залога от 01.01.2019 в графе «Подписи Сторон» фактической дате его подписания – 01.01.2019?

2) Если не соответствует, то в какой период времени выполнена подпись от имени ФИО3 на договоре залога от 01.01.2019?

3) Подвергался ли договор залога от 01.01.2019 либо сама подпись от имени ФИО3 на договоре залога от 01.01.2019 термическому, световому, химическому либо иному воздействию (искусственному старению)?

Составленное по результатам судебной экспертизы «Заключение эксперта № 5724 от 23.04.2021» представлено в материалы дела. В заключении эксперт указал, что время выполнения подписи от имени ФИО3 на договоре залога от 01.01.2019                              не соответствует фактической дате его подписания – 01.01.2019. Подпись от имени ФИО3 на договоре залога от 01.01.2019 выполнена не ранее середины марта 2020 года. Договор залога от 01.01.2019 и сама подпись от имени ФИО3 на договоре залога от 01.01.2019 подвергались комплексному агрессивному воздействию, а именно: тепловому – пропускание документа через электрографическое печатающее устройство, и световому – скорее всего, длительному воздействию ультрафиолетового излучения.

Истец с результатами судебной экспертизы не согласился, оспаривал их, ссылаясь на ошибочность выводов эксперта и на неполноту проведенного исследования.

Ответчик и третьи лица возражений по заключению судебной экспертизы                         не заявили. При этом ответчик ФИО3  25.03.2021 через систему подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» направил письменное уведомление, в котором указал, что спорный договор залога от 01.01.2019 он не подписывал.

Изучив письменные материалы дела, проверив обоснованность доводов истца, возражений ответчика, третьих лиц, оценив собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Пунктом 1 статьи 334.1 ГК РФ предусмотрено, что залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона).

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случаях, если                 в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (далее – Закон об ипотеке) договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации. Несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным.

Как указано в пункте 2 статьи 10 Закона об ипотеке договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации (в случае, если федеральным законом установлено требование о государственной регистрации договора об ипотеке).

Согласно пункту 2 статьи 165 ГК РФ, если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд по требованию другой стороны вправе вынести решение о регистрации сделки. В этом случае сделка регистрируется в соответствии с решением суда.

В силу пункта 1 статьи 20 Закона об ипотеке государственная регистрация ипотеки, возникающей в силу договора об ипотеке, осуществляется на основании совместного заявления залогодателя и залогодержателя.

Таким образом, для удовлетворения иска о государственной регистрации договора залога необходимо, чтобы была соблюдена письменная форма такого договора (в виде одного документа, подписанного сторонами), и другая сторона уклонялась от обращения о его регистрации.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами (пункт 1 статьи 160 ГК РФ).

Требования истца основаны на договоре залога от 01.01.2019, в отношении которого Федеральной налоговой службой России было заявлено о фальсификации и для проверки данного заявления проводилась судебная экспертиза по вопросу о давности подписания договора ответчиком (ФИО3).

В соответствии с результатами судебной экспертизы время выполнения подписи от имени ФИО3 на договоре залога от 01.01.2019 не соответствует фактической дате его подписания – 01.01.2019. Подпись от имени ФИО3 на договоре залога была выполнена не ранее середины марта 2020 года. При этом как указал эксперт договор залога от 01.01.2019 и сама подпись от имени ФИО3 на договоре залога подвергались комплексному агрессивному воздействию, а именно: тепловому – пропускание документа через электрографическое печатающее устройство, и световому – скорее всего, длительному воздействию ультрафиолетового излучения.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В данном случае компетентность эксперта ФИО8 документально подтверждена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. По форме и содержанию представленное заключение отвечает требованиям части 1 статьи 86 АПК РФ, является достаточно ясным и полным, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, при этом противоречий в выводах не установлено. Суд признает составленное экспертом заключение надлежащим доказательством по делу.

Несогласие истца с выводами эксперта не свидетельствует о какой-либо порочности (недостаточной полноте или ясности) результатов экспертизы. При этом доводы истца о подписании ФИО3 договора залога от 01.01.2019 эксклюзивной шариковой ручкой, привезенной из США в 2015 году; о хранении договора залога от 01.01.2019 в противопожарном сейфе, поддерживающем оптимальные условия по температуре и влажности, при которых процесс старения замедляется, безосновательны, бездоказательны и не опровергают последовательность и верность выводов эксперта относительно давности подписания договора ответчиком.

Как указано в заключении эксперта текст в исследуемом документы был выполнен с помощью чернил для струйной печати (на капельно-струйном принтере), а загрязняющие точки, а также пятно черного цвета, расположенное в нижней части документа, выполнены с помощью тонера для электрографического устройства. Указанные признаки позволили эксперту сделать вывод о внешнем агрессивном воздействии на исследуемый документ.

По мнению же истца, данные признаки – следствие копирования документа.

Вместе с тем, в письменных пояснениях на возражения истца эксперт аргументировано пояснил ошибочность данного мнения истца. Как указал эксперт,  документ при копировании помещают на стекло сканирующего устройства и он никаким образом не соприкасается с печатающим барабаном, содержащим тонер. В подобном случае световое воздействие крайне мало и не может лишить блеска штрихов, выполненных пастой для шариковых ручек, а также не приведет к изменению их цвета. Чтобы такое случилось, особенно в результате получения копий с исследуемого документа, необходимо снять несколько десятков тысяч копий,

По доводу истца относительно марки и модели шариковой ручки, эксперт также дал аргументированные пояснения, согласно которым идентификация самой ручки не требовалась, поскольку вопрос об общности происхождения штрих рукописных реквизитов на исследуемом документе не ставился и не исследовался. Для определения давности выполнения рукописных реквизитов, эксперт оценивает то, с какой интенсивностью испаряется растворитель из штрихов исследуемых реквизитов во времени. Для данного исследования идентификации ручки не требуется.

Пояснения эксперта по возражениям истца убедительны, последовательны и дополняют полноту исследования с учетом возникших у стороны (истца) вопросов.

Представленная истцом электронная переписка не подтверждает довод истца о подписании спорного договора залога от 01.01.2019 в указанный день, поскольку установить договор и его условия, в отношении которого велась переписка, невозможно.

Таким образом, выводы проведенного экспертного исследования суд признает достоверными. Соответственно, заявление о фальсификации обоснованно. Договор залога от 01.01.2019  в эту дату ответчиком не подписывался. Договор залога от 01.01.2019 был подписан не ранее середины марта 2020 года (возраст штрихов на момент проведения экспертного исследования (дата анализа – 18.03.2021) не более 12 месяцев). Следовательно, судебной экспертизой  не исключается, что данный договор мог быть подписан и позднее середины марта 2020 года (например, апрель – сентябрь 2020 года, а с иском истец обратился 22.09.2020).

Поскольку договор залога от 01.01.2019 имеет признаки фальсификации, нет оснований считать, что при его фактическом подписании порок воли отсутствовал, что данный договор подписывался в порядке осуществления обычной хозяйственной деятельности и, что он не был направлен на создание преимуществ истцу в ущерб иным кредиторам ответчика.

Заявление ответчика о том, что договор залога от 01.01.2019 им не подписывался, судом отклоняется в связи с его бездоказательность. Данное заявление сделано ответчиком уже после назначения судом судебной экспертизы по давности составления спорного договора залога от 01.01.2019. При этом о проведении почерковедческой экспертизы ответчик не заявлял. Однако исследование подписи лица требует специальных познаний в области почерка и подписи. Установление того, что подпись выполнена не тем лицом, которое указано в документе, не может основываться на отрицании заинтересованного лица факта подписания данного документа. С учетом этого, оснований считать, что договор залога от 01.01.2019, представленный на исследование эксперту,               не подписывался ответчиком, не имеется.

По мнению истца, результаты судебной экспертизы не имеют правового значения для рассмотрения данного спора, поскольку сам факт подписания договора залога от 01.01.2019 ответчиком не опровергнут.

Данное мнение суд считает ошибочным.

Как установлено судом, определением Арбитражного суда Вологодской области от 16.10.2020 по делу № А13-14023/2020 было принято к производству заявление                  ФИО3 о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о несостоятельности.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 12.11.2020 по делу               № А13-14023/2020 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО4

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Таким образом, имущество, в отношении которого истец ссылается на заключение договора залога от 01.01.2019 вошло в конкурсную массу должника ФИО3

Как указано в пунктах 5 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично. Сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны (пункт 5). Регистрация перехода или обременения прав гражданина на имущество, в том числе на недвижимое имущество и бездокументарные ценные бумаги, осуществляется только на основании заявления финансового управляющего. Поданные до этой даты заявления гражданина не подлежат исполнению (пункт 7).

Непосредственно к финансовому управляющему истец не обращался. Однако,  после признания ответчика банкротом и в отсутствие заявления (согласия)  финансового управляющего ответчика регистрация договора залога невозможна. При этом финансовый управляющий лишен возможности подать такое заявление в регистрирующий орган, так как это повлечет за собой оказание предпочтения истцу, а действия управляющего вступят в противоречие с положениями статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В данном случае суд принимает во внимание то, что договор залога недвижимого имущества в силу прямого указания закона (пункт 2 статьи 10 Закона об ипотеке) считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Таким образом, сама по себе регистрация (обращение с заявлением о регистрации в регистрирующий орган) является одним из этапов процесса заключения сделки. В связи с этим, поскольку на дату возбуждения дела о банкротстве ответчика ФИО3 сделка по залогу не была заключена (процесс заключения не был завершен), требования истца                        не подлежат удовлетворению, поскольку такая сделка повлечет предпочтения одному из кредиторов должника. Доводы истца о том, что договор залога от 01.01.2019 не оспорен (недействительным не признан), правового значения не имеет, поскольку данный договор не заключен. А удовлетворение требований истца, напротив, повлечет заключение договора залога в нарушение норм Закона о банкротстве. Принятие решений, противоречащих Закону, не допускается и противоречит целям судебной защиты.

Кроме того, суд считает обоснованным довод третьего лица (Федеральной налоговой службой России) о формальном характере претензий и требований истца в адрес ФИО3 о государственной регистрации договора. Данные претензии и требования не были направлены на совершение фактических действий по осуществлению государственной регистрации ипотеки, поскольку в них не были указаны даты, время, адрес отдела регистрации, по которому необходимо явиться для подачи заявления в установленный день.  В связи с этим оснований считать, что ответчик уклонился от совершения действий о государственной регистрации ипотеки, нет. В данном случае претензии и требования составлены для формального соблюдения досудебной процедуры обращения к ответчику. В действительности, намерением истца является государственная регистрация договора залога от 01.01.2019 на основании судебного решения в целях придания спорному договору статуса законной сделки. По сути, это свидетельствует о действиях истца в обход закона, что не допускается пунктом 1 статьи 10 ГК РФ.

На основании изложенного, принимая во внимание установленный факт фальсификации договора залога от 01.01.2019, недоказанность факта уклонения ответчика от регистрации договора в виду формального характера досудебных претензий и требований,  а также положения Закона о банкротстве, запрещающие заключение сделок в ущерб кредиторам должника, предъявленный иск не подлежит удовлетворению. Все указанные обстоятельства исключают удовлетворение иска о регистрации сделки в порядке, установленном пунктом 2 статьи 165 ГК РФ

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по иску относятся на истца, поскольку в иске отказано.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

 

      Судья

 

Н.В. Бутусова.