ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

21.08.2023

Дело № А41-37270/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена   14.08.2023 

Полный текст постановления изготовлен  21.08.2023

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей  Голобородько В.Я., Каменецкого Д.В.,

при участии в судебном заседании:

от ООО «Промышленный сервис» - ФИО1, ген. директор, выписка, паспорт,

от УФНС по Московской области – ФИО2, доверенность от 20.01.2023,

от ФИО3 – ФИО4, доверенность от  19.08.2021,

рассмотрев 14.08.2023 в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего должником, ООО «Промышленный сервис»

на определение Арбитражного суда Московской области от 17.03.2023,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании ООО «Мастерская ФИО3» несостоятельным

(банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 03.08.2020 ООО«Мастерская ФИО3» признано несостоятельным (банкротом), вотношении должника открыто конкурсное производство по упрощеннойпроцедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержденФИО5.

Конкурсный управляющий  должником и кредитор  ООО «Промышленный сервис»  обратились в Арбитражный суд Московской области с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее- также ответчик), которые определением Арбитражного суда Московской области от 04.10.2022 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17.03.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023 производство по апелляционной жалобе конкурсногоуправляющего должником прекращено. Определение Арбитражного суда Московской области от 17.03.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ООО «Промышленный сервис» - без удовлетворения.

Не согласившись с судебными актами по спору, конкурсный управляющий должником, ООО «Промышленный сервис» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

Конкурсный управляющий в своей кассационной жалобе  просит  постановление суда апелляционной инстанции в части прекращения производства по апелляционной жалобе конкурсного управляющего, апелляционную жалобу конкурсного управляющего направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, ссылаясь в обоснование доводов кассационной жалобы на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, полагая, что судом апелляционной инстанции не были проверены  доводы конкурсного управляющего по существу.

Кредитор ООО «Промышленный сервис» в своей кассационной жалобе просит определение и постановление судов отменить в части отказа в привлечении ФИО3, принять по спору новый судебный акт о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности. В обоснование доводов кассационной жалобы кредитор ссылается на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом в порядке ст. 279 АПК РФ к материалам дела приобщены отзывы ответчика на кассационные жалобы.

В судебном заседании представитель кредитора  настаивал на доводах кассационных жалоб.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационных  жалоб в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав лиц участвующих в деле, обсудив доводы кассационных жалоб, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обжалуемой части правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Прекращая производство по апелляционной жалобе конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции установил, что срок на подачуапелляционной жалобы на определение суда первой инстанции от 17.03.2023 истек 31.03.2023, а апелляционная жалоба подана 17.04.2023, то есть с пропуском срока, при этом ходатайство о восстановлении пропущенного срока конкурсным управляющим не заявлено.

Суд округа отмечает, что из кассационной жалобы конкурсного управляющего следует, что обстоятельство отсутствия ходатайства о восстановлении пропущенного срока  на подачу апелляционной жалобы конкурсным управляющим не оспаривается.

С учетом положений пункта 3 части 1 статьи 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа не усматривает нарушений судом апелляционной инстанции норм процессуального права при прекращении производства по апелляционной жалобе конкурсного управляющего  и, соответственно, оснований для  удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего.

Как установлено судами, руководителем общества должника с 17.02.2005по 11.06.2019 являлся ответчик.

Судами также  указано, что с 11.06.2019   руководителем должника являлся ФИО6, умерший 02.05.2020.

В обоснование заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности заявители  ссылались на неисполнение ответчиком обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом и неисполнение обязанности по передаче документации конкурсному управляющему.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований по основанию неподачи заявления о признании должника банкротом, суды пришли к выводу о том, что заявителями не доказана дата объективного банкротства должника и размер субсидиарной ответственности по указанному основанию.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона №134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Аналогичные положения содержатся с 30.07.2017 и в ст. 61.12 Закона о банкротстве.

В силу ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства. Так под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

При этом, в силу положений Закона о банкротстве субсидиарная ответственность руководителя за не подачу заявления о признании должника банкротом ограничивается объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, с учетом положений ст. ст. 2, 9, 10 (в редакции Федерального закона №134-ФЗ), ст. 61.12 Закона о банкротстве, позиции, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, от 21.10.2019 №305-ЭС19-9992, для привлечения лица к ответственности за неподачу заявления должника о банкротстве необходимо доказать совокупность условий: наличие признаков объективного банкротства в ту или иную дату, а также наличие обязательств, возникших у должника в период с момента возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве и до момента возбуждения судом дела о банкротстве, составляющих размер ответственности привлекаемого лица по указанному основанию.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о том, что материалами дела не подтверждено наступление у общества признаков объективного банкротства в заявленную дату, отметив также, что сам по себе факт наличие задолженности перед кредитором не свидетельствует о наличии таких признаков.

Кроме того, суды  исходили из отсутствия у должника новых обязательств (заключенных договоров), требования кредиторов по которым были бы включены в реестр требований кредиторов, возникших после заявленной даты и до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, при этом выводы судов в части отказа в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по вышеизложенному основанию соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Приведенные в кассационной жалобе кредитора в указанной части доводы являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и исследованных доказательств, что в силу положений статьи 286 АПК РФ не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Вместе с тем, суд округа не может согласиться с выводами судов в части рассмотрения заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника.

Отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, указал на то, что конкурсный управляющий с требованием о выдаче исполнительного листа на принудительноеисполнение решения суда о признании должника  банкротом в части передачи документации должника конкурсный управляющий не обращался, при этом  конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия непосредственно у ответчика необходимой конкурсному управляющему документации и материальных ценностей должника.

Кроме того, суды установили, что 22.01.2021  ответчиком в адрес управляющего направлено письмо о передаче имеющихся документов должника ФИО6,  а 29.11.2021 в материалы спора представлено заявление о передаче конкурсному управляющему запрашиваемых документов, приложены квитанции почтовых отправлений с описью вложения передаваемыхдокументов.

Между тем, судами не учтено следующее.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В настоящем случае  в обоснование заявленных требований по указанному основанию конкурсный управляющий  и кредитор  ссылались на то, что ФИО6 являлся номинальным участником и директором общества должника, фактический контроль над обществом должника, его документацией остался  у ответчика, в том числе как мажоритарного участника (с долей 95% до 11.06.2019).

Обращали внимание управляющий и кредитор, что в отношении  сведений в ЕГРЮЛ в отношении ФИО6  как участника и руководителя должника в июле 2019 внесены записи о недостоверности.

Между тем, указанным доводам надлежащая оценка   не дана.

Не учтена  судами и позиция, изложенная в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 №305-ЭС21-18249(2,3) по делу № А40-303933/2018  и от 27.04.2023 №305-ЭС22-27062 по делу №А40-175828/2018, о том, что конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего положения, его отношения с подконтрольным хозяйственным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения, поэтому при определении такого лица, исследованию подлежат косвенные доказательства, оценивается, насколько они согласуются между собой.

Законодательством о банкротстве, действительно, предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 №305-ЭС21-18249(2,3) по делу № А40-303933/2018, указанные бенефициары, фактические руководители общества должника, также могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по основаниям не передачи документации.

В настоящем случае суд округа также считает взаимоисключающими выводы судов о том, что ответчик направил документацию общества ФИО6, а затем ее же направил конкурсному управляющему.

Кроме того, управляющий и кредитор   ссылались на то, что согласно сведениям бухгалтерского баланса общества должника за 2018г. у должника имелись активы, в том числе дебиторская задолженность на сумму 52 166 000 руб., запасы на сумму 426 000 руб., документация в отношении которых не была передана конкурсному управляющему.

Обстоятельств того, что  была ли передана первичная документация в отношении отражённых в бухгалтерском балансе активов за 2018г., судами не исследовались и не устанавливались.

Суд округа соглашается с доводами кассационной жалобы кредитора о том, что необращение конкурсного управляющего с заявлением о возбуждении исполнительного производства по решению суда не является имеющим значение для правильного разрешения спора о субсидиарной ответственности по основаниям не исполнения предусмотренной Законом обязанности по передаче документации обстоятельством.

В соответствии с положениями части 3 статьи 15, части 1 статьи 168, части 2 статьи 271, части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что судебные акты в части заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, неправильно применили нормы материального права.

С учетом отсутствия у суда округа полномочий на исследование и оценку доказательств, а также на совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, обособленный спор в отмененной части подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

При новом рассмотрении спора в части суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 17.03.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023 по делу № А41-37270/2020 отменить в части заявления о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачу документации, обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

В остальной части судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы- без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                        Е.Н. Короткова

 

Судьи                                                                                     В.Я. Голобородько

 

Д.В. Каменецкий